Решение № 2-2955/2019 2-2955/2019~М-2837/2019 М-2837/2019 от 5 ноября 2019 г. по делу № 2-2955/2019

Дело № 2-2955/2019 05 ноября 2019 года


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ломоносовский районный суд города Архангельска в составе

председательствующего судьи Сафонова Р. С.

при секретаре Поковба А. В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Архангельске гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Государственному учреждению – Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Архангельске Архангельской области (межрайонное) о возложении обязанности включить в стаж периоды работы, отпуска по уходу за ребёнком, предпринимательской деятельности, назначить пенсию по старости,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Государственному учреждению – Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Архангельске Архангельской области (межрайонное) о возложении обязанности включить в стаж периоды работы, отпуска по уходу за ребёнком, предпринимательской деятельности, назначить пенсию по старости.

Требования мотивировала тем, что 14 ноября 2018 года обратилась к ответчику с заявлением о назначении страховой пенсии по старости. Решением пенсионного органа от 29 декабря 2018 года в назначении пенсии ей было отказано в связи с недостаточностью стажа работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера. С решением ответчика она не согласна. Считала, что периоды осуществления предпринимательской деятельности с 13 февраля 1993 года по 31 декабря 1996 года, с 03 июля 1997 года по 31 декабря 1998 года, с 01 января 1999 года по 31 декабря 2001 года, с 01 января 2003 года по 31 декабря 2003 года, с 01 января 2008 года по 28 февраля 2008 года необоснованно исключены из стажа работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера. В качестве доказательств осуществления деятельности в г. Архангельске, отнесённом к местностям, приравненным к районам Крайнего Севера, у неё имеются договор на техническое обслуживание контрольно-кассовой техники, квитанции об уплате подоходного налога. С учётом совокупности указанных документов возможно прийти к выводу о том, что в течение всех спорных периодов работа осуществлялась в г. Архангельске. Кроме того, полагала, что в стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, должны быть включены периоды работы в <***> с 01 января 1988 года по 29 февраля 1988 года, с 01 декабря 1988 года по 31 декабря 1988 года, с 16 августа 1990 года по 23 сентября 1992 года. Так как у неё в июне 1990 года родился ребёнок, то период с 16 августа 1990 года по 23 сентября 1992 года является периодом отпуска по уходу за ним. Потому просила возложить на ответчика обязанность включить периоды работы с 01 января 1988 года по 29 февраля 1988 года, с 01 декабря 1988 года по 31 декабря 1988 года, период отпуска по уходу за ребёнком с 16 августа 1990 года по 23 сентября 1992 года, периоды предпринимательской деятельности с 13 февраля 1993 года по 31 декабря 1996 года, с 03 июля 1997 года по 31 декабря 1998 года, с 01 января 1999 года по 31 декабря 2001 года, с 01 января 2003 года по 31 декабря 2003 года, с 01 января 2008 года по 28 февраля 2008 года в стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, назначить ей страховую пенсию по старости с <Дата>.

В судебное заседание истец ФИО1 не явилась, несмотря на надлежащее извещение о времени и месте судебного разбирательства, в письменном заявлении просила рассматривать дело без её участия.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании на удовлетворении иска настаивал, просил требования удовлетворить.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился, просил в удовлетворении иска отказать.

По определению суда дело рассмотрено в отсутствие неявившегося истца.

Заслушав пояснения представителя истца, представителя ответчика, исследовав письменные материалы настоящего гражданского дела, материалы отказного пенсионного дела ФИО1 <№>, наблюдательных дел индивидуального предпринимателя ФИО1 <№>, <№>, суд приходит к следующему.

Согласно статье 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (в редакции, действовавшей до внесения изменений Федеральным законом от 03 октября 2018 года № 350-ФЗ) (далее – Закон № 400-ФЗ), определяющей условия назначения страховой пенсии по старости, право на страховую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 60 лет, и женщины, достигшие возраста 55 лет. Страховая пенсия по старости назначается при наличии не менее 15 лет страхового стажа и величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30.

В соответствии с пунктом 6 части 1 статьи 32 Закона № 400-ФЗ (в редакции, действовавшей до внесения изменений Федеральным законом от 03 октября 2018 года № 350-ФЗ) страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьёй 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 мужчинам, достигшим возраста 55 лет, женщинам, достигшим возраста 50 лет, если они проработали не менее 15 календарных лет в районах Крайнего Севера либо не менее 20 календарных лет в приравненных к ним местностях и имеют страховой стаж соответственно не менее 25 и 20 лет.

Частью 1 статьи 11 Закона № 400-ФЗ определено, что в страховой стаж включаются периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации лицами, указанными в части 1 статьи 4 настоящего Федерального закона, при условии, что за эти периоды начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации.

В части 1 статьи 4 Закона № 400-ФЗ указаны граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации».

Согласно статье 7 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» застрахованные лица – лица, на которых распространяется обязательное пенсионное страхование в соответствии с настоящим Федеральным законом. Застрахованными лицами являются граждане Российской Федерации, в том числе работающие по трудовому договору или по договору гражданско-правового характера, предметом которого являются выполнение работ и оказание услуг, самостоятельно обеспечивающие себя работой (индивидуальные предприниматели, адвокаты, арбитражные управляющие, нотариусы, занимающиеся частной практикой, и иные лица, занимающиеся частной практикой и не являющиеся индивидуальными предпринимателями).

В силу статьи 14 Закона № 400-ФЗ при подсчёте страхового стажа периоды, которые предусмотрены статьями 11 и 12 настоящего Федерального закона, до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом от 01 апреля 1996 года № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учёте в системе обязательного пенсионного страхования» подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учёта за указанный период и (или) документов, выдаваемых работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. При подсчёте страхового стажа периоды, которые предусмотрены статьями 11 и 12 настоящего Федерального закона, после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом от 01 апреля 1996 года № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учёте в системе обязательного пенсионного страхования» подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учёта.

На основании пункта 4 Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утверждённых постановлением Правительства Российской Федерации от 11 июля 2002 года № 516 (далее – Правила № 516), в стаж работы, дающей право на досрочное назначение пенсии по старости, засчитываются периоды работы, выполняемой постоянно в течение полного рабочего дня, если иное не предусмотрено настоящими Правилами или иными нормативными правовыми актами, при условии уплаты за эти периоды страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Как указано в пункте 5 Правил № 516, периоды работы, дающей право на досрочное назначение пенсии по старости, которая выполнялась постоянно в течение полного рабочего дня, засчитываются в стаж в календарном порядке, если иное не предусмотрено настоящими Правилами и иными нормативными правовыми актами. При этом в стаж включаются периоды получения пособия по государственному социальному страхованию в период временной нетрудоспособности, а также периоды ежегодных основного и дополнительных оплачиваемых отпусков.

Перечень документов, необходимых для установления страховой пенсии, установления и перерасчёта размера фиксированной выплаты к страховой пенсии с учётом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии, назначения накопительной пенсии, установления пенсии по государственному пенсионному обеспечению, утверждён приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 28 ноября 2014 года № 958н (далее – Перечень).

Пунктами 6 и 12 Перечня предусмотрено, что для назначения страховой пенсии по старости в соответствии с пунктами 2 и 6 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях» необходимы документы, подтверждающие периоды работы и (или) иной деятельности и иные периоды, включаемые (засчитываемые) в страховой стаж, правила подсчёта и подтверждения которого утверждены постановлением Правительства Российской Федерации от 02 октября 2014 года № 1015 «Об утверждении Правил подсчёта и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий», а также документы о работе в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях.

Из материалов дела следует, что истец ФИО1, родившаяся <Дата>, является застрахованным лицом, 02 апреля 2004 года она зарегистрирована в системе государственного пенсионного страхования, на её имя в Пенсионном фонде Российской Федерации имеется индивидуальный лицевой счёт.

14 ноября 2018 года ФИО1 обратилась к ответчику с заявлением о назначении страховой пенсии по старости.

Решением ответчика от 29 декабря 2018 года <№> истцу отказано в досрочном назначении страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 6 части 1 статьи 32 Закона № 400-ФЗ ввиду недостаточности стажа работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера.

Согласно указанному решению страховой стаж истца был определён продолжительностью 23 года 10 месяцев 2 дня, стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, – 18 лет 9 месяцев 13 дней.

При этом периоды предпринимательской деятельности с 30 июня 1993 года по 31 декабря 1996 года, с 01 января 1999 года по 31 декабря 2001 года не включены пенсионным органом ни в один из видов стажа.

Периоды работы в <***> с 01 января 1988 года по 29 февраля 1988 года, с 01 декабря 1988 года по 31 декабря 1988 года, с 16 августа 1990 года по 23 сентября 1992 года, периоды предпринимательской деятельности с 03 июля 1997 года по 31 декабря 1998 года, с 01 января 2003 года по 31 декабря 2003 года, с 01 января 2008 года по 28 февраля 2008 года включены в подсчёт страхового стажа, но исключены из стажа работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера.

Порядок подсчёта и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий предусмотрен Правилами подсчёта и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий, утверждёнными постановлением Правительства Российской Федерации от 02 октября 2014 года № 1015 (далее – Правила № 1015).

Как указано в пункте 11 Правил № 1015, документом, подтверждающим периоды работы по трудовому договору до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица, является трудовая книжка установленного образца. При отсутствии трудовой книжки, а также в случае, если в трудовой книжке содержатся неправильные и неточные сведения либо отсутствуют записи об отдельных периодах работы, в подтверждение периодов работы принимаются письменные трудовые договоры, оформленные в соответствии с трудовым законодательством, действовавшим на день возникновения соответствующих правоотношений, трудовые книжки колхозников, справки, выдаваемые работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами, выписки из приказов, лицевые счета и ведомости на выдачу заработной платы.

Согласно действовавшей ранее Инструкции о порядке ведения трудовых книжек на предприятиях, в учреждениях и организациях, утверждённой постановлением Государственного комитета Совета Министров СССР по труду и социальным вопросам от 02 августа 1985 года № 252, при увольнении рабочего или служащего все записи о работе, награждениях и поощрениях, внесённые в трудовую книжку за время работы на данном предприятии, заверяются подписью руководителя предприятия или специально уполномоченного им лица и печатью предприятия или печатью отдела кадров.

Как усматривается из отказного пенсионного дела ФИО1 <№>, истцом вместе с заявлением о назначении пенсии была представлена трудовая книжка, в которую занесены сведения о приёме на работу в <***> в качестве рабочей бригады № 1 цеха открытого грунта 27 мая 1987 года, об увольнении с работы 23 сентября 1992 года.

В архивной справке от 15 августа 2018 года <№>, выданной муниципальным бюджетным учреждением «Приморский архив», указано, что согласно документам архивного фонда овощесовхоза «Беломорский» в январе-феврале 1988 года, декабре 1988 года заработная плата истцу не начислялась, рабочие дни не указаны, сведений об отсутствии начислений заработной платы за указанные периоды в документах по личному составу не имеется.

Исходя из вышеуказанных положений Правил <№> в стаж, учитываемый при определении права на досрочное назначение страховой пенсии по старости, могут включаться лишь те периоды, в течение которых лицо фактически выполняло трудовую функцию либо занималось иной деятельностью, при этом ему начислялась заработная плата, с которой работодатель обязан производить уплату страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Принимая во внимание, что достоверных и допустимых доказательств выполнения истцом в периоды с 01 января 1988 года по 29 февраля 1988 года, с 01 декабря 1988 года по 31 декабря 1988 года оплачиваемой трудовой функции, обусловленной трудовым договором, в материалах дела не имеется, указанные периоды нельзя засчитать как работу, которая подлежит включению в стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, в соответствии с нормами действующего пенсионного законодательства. Следовательно, в удовлетворении иска о включении в подсчёт стажа работы с особыми условиями труда таких периодов надлежит отказать.

Относительно оспариваемого периода с 16 августа 1990 года по 23 сентября 1992 года суд исходит из того, что во время работы в <***>» у истца 27 июня 1990 года родился ребёнок.

Согласно архивной справке от 15 августа 2018 года <№>, выданной ..., в связи с рождением ребёнка в мае 1990 года и в июле 1990 года истцу начислено пособие по беременности и родам на основании больничного листа (за 40 дней в мае 1990 года и за 48 дней в июле 1990 года).

Очевидно, что по окончании отпуска по беременности и родам работодатель обязан был предоставить истцу отпуск по уходу за ребёнком с выплатой за этот период пособия по государственному социальному страхованию (статья 167 Кодекса законов о труде РСФСР, действовавшего в период работы истца).

При этом следует учесть, что Постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 22 января 1981 года «О мерах по усилению государственной помощи семьям, имеющим детей» были установлены частично оплачиваемый отпуск по уходу за ребёнком до достижения им возраста одного года и дополнительный отпуск без сохранения заработной платы по уходу за ребёнком до достижения им возраста полутора лет. В соответствии с пунктом 2 постановления Совета Министров СССР и ВЦСПС от 22 августа 1989 года № 677 «Об увеличении продолжительности отпусков женщинам, имеющим малолетних детей» с 01 декабря 1989 года повсеместно продолжительность дополнительного отпуска без сохранения заработной платы по уходу за ребёнком была увеличена до достижения им возраста трёх лет. Указанный дополнительный отпуск подлежал зачету в общий и непрерывный стаж, а также в стаж работы по специальности.

Впоследствии право женщин, имеющих малолетних детей, оформить отпуск по уходу за ребёнком до достижения им возраста трёх лет было предусмотрено Законом СССР от 22 мая 1990 года № 1501-I «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты СССР по вопросам, касающимся женщин, семьи и детства», которым внесены изменения в Основы законодательства Союза ССР и союзных республик о труде, утверждённые Законом СССР от 15 июля 1970 года. При этом статья 71 Основ изложена в новой редакции и предусматривала предоставление женщине частично оплачиваемого отпуска по уходу за ребёнком до достижения им возраста полутора лет и дополнительного отпуска без сохранения заработной платы по уходу за ребёнком до достижения им возраста трёх лет.

С принятием Закона Российской Федерации от 25 сентября 1992 года № 3543-I «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде РСФСР» (вступил в силу 06 октября 1992 года) период нахождения женщины в отпуске по уходу за ребёнком перестал включаться в стаж работы по специальности в случае назначения пенсии на льготных условиях.

Следовательно, принимая во внимание, что в связи с рождением <Дата> ребёнка ФИО1 был предоставлен отпуск по уходу за ребёнком, при этом такой отпуск начался во время действия закона, который позволял включать отпуска, связанные с рождением ребёнка, в стаж, дающий право на льготное пенсионное обеспечение, до увольнения истца с работы 23 сентября 1992 года начислений заработной платы за фактически отработанное время работодателем не производилось, спорный период отпуска по уходу за ребёнком, который не достиг возраста трёх лет, с 16 августа 1990 года по 23 сентября 1992 года относится к стажу работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что требование истца о понуждении ответчика включить период с 16 августа 1990 года по 23 сентября 1992 года в стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, является обоснованным и подлежит удовлетворению.

Доводы стороны ответчика об отсутствии на архивном хранении приказов или иных документов, подтверждающих предоставление отпуска по уходу за ребёнком и начисление истцу пособий в оспариваемый период, не могут являться основанием к отказу во включении периода работы в стаж работы, необходимый для досрочного назначения страховой пенсии по старости, поскольку вины истца в том, что предприятие, на котором она работала, не сдало соответствующую документацию на хранение в архив, не имеется. Надлежащее ведение соответствующих документов и соблюдение сроков их хранения, а также принятие мер для сохранности документации является обязанностью работодателя, и ненадлежащее выполнение им своих обязанностей не может лишать гражданина права на включение спорного периода в стаж работы.

Разрешая спор о включении в стаж, необходимый для досрочного назначения пенсии по старости, периодов предпринимательской деятельности, суд исходит из следующего.

Индивидуальные предприниматели, как участники системы обязательного пенсионного страхования, имеют право на установление им страховой пенсии по старости на общих основаниях с учётом периодов предпринимательской деятельности, за которые ими уплачены соответствующие страховые взносы. При этом периоды осуществления предпринимательской деятельности могут рассматриваться как периоды работы в районах Крайнего Севера и в приравненных к ним местностях в случае документального подтверждения уплаты за эти периоды обязательных платежей и осуществления указанной деятельности в таких районах и местностях.

Согласно пункту 6 Правил № 1015 к уплате страховых взносов при применении настоящих Правил приравнивается уплата взносов на государственное социальное страхование до 01 января 1991 года, единого социального налога (взноса) и единого налога на вменённый доход для определённых видов деятельности (далее – обязательные платежи). Уплата следующих обязательных платежей подтверждается:

взносы на государственное социальное страхование за период до 01 января 1991 года – документами финансовых органов или справками архивных учреждений;

страховые взносы на обязательное пенсионное страхование за период до 01 января 2001 года и с 01 января 2002 года – документами территориальных органов Пенсионного фонда Российской Федерации;

единый социальный налог (взнос) за период с 01 января по 31 декабря 2001 года – документами территориальных налоговых органов;

единый налог на вменённый доход для определённых видов деятельности – свидетельством и иными документами, выданными территориальными налоговыми органами.

Аналогичные правила подтверждения трудового стажа для назначения пенсий действовали и в период, когда истец была зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя.

Судом установлено, что 11 февраля 1993 года истец ФИО1 впервые зарегистрирована в качестве предпринимателя без образования юридического лица администрацией Соломбальского территориального округа города Архангельска.

03 июля 1997 года она зарегистрирована в качестве предпринимателя, осуществляющего свою деятельность без образования юридического лица, администрацией муниципального образования «Приморский район».

28 февраля 2008 года истец ФИО1 прекратила осуществление предпринимательской деятельности в связи с принятием ею соответствующего решения.

Как следует из решения ответчика от 29 декабря 2018 года <№> об отказе в установлении истцу пенсии, спорный период предпринимательской деятельности с 13 февраля 1993 года по 31 декабря 1996 года исключён из всех видов стажа, поскольку невозможно рассчитать сумму страховых взносов. При этом период с 13 февраля 1993 года по 29 июня 1993 года включён и в страховой стаж, и в стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, как период работы в качестве наёмного работника на основании записей в трудовой книжке.

Согласно документам наблюдательного дела индивидуального предпринимателя ФИО1 <№> истцом в 1993 году уплата страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации производилась: истцом совершено три платежа на общую сумму 4 000 рублей. Также ею произведено погашение оставшейся суммы задолженности по страховым взносам в Пенсионный фонд Российской Федерации в размере 114 903 рубля, что подтверждается квитанцией, претензией об уплате пеней, реестром платежей. В претензии от 13 мая 1996 года уполномоченный Пенсионного фонда Российской Федерации указал, что согласно данным налоговой инспекции доход от индивидуальной предпринимательской деятельности у истца составил 2 378 060 рублей. Следовательно, к уплате подлежали страховые взносы на обязательное пенсионное страхование в размере 118 903 рубля.

Также документами наблюдательного дела индивидуального предпринимателя ФИО1 <№> подтверждается уплата страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации за 1994 год в размере 10 440 рублей (платёж от 01 июня 1995 года) исходя из дохода индивидуального предпринимателя в размере 208 810 рублей.

Страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации за 1995 год истец уплатила не в полном объёме, поскольку необходимо было уплатить 117 250 рублей, а истцом произведён платёж на сумму 115 000 рублей. На недоимку в размере 2 250 рублей уполномоченным Пенсионного фонда Российской Федерации истцу была выставлена претензия от 24 января 1997 года. Доказательств того, что недоимка по страховым взносам в Пенсионный фонд Российской Федерации за 1995 год была погашена, в материалах дела не имеется.

Материалами наблюдательного дела индивидуального предпринимателя ФИО1 <№> факт уплаты страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации за 1996 год не подтверждается.

Следовательно, с учётом представленных суду доказательств к страховому стажу истца на основании части 1 статьи 11 Закона № 400-ФЗ и пункта 6 Правил № 1015 можно отнести лишь период предпринимательской деятельности с 13 февраля 1993 года по 31 декабря 1994 года, за который истцом в полном объёме уплачены страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Однако у суда не имеется оснований для удовлетворения иска о включении этого периода в стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера. Сам по себе факт регистрации в качестве индивидуального предпринимателя в налоговой инспекции по г. Архангельску не является прямым свидетельством того, что деятельность предпринимателем также осуществлялась в г. Архангельске, поскольку постановка на учёт индивидуальных предпринимателей в случае уплаты ими налогов в соответствии с общей системой налогообложения производится по месту их жительства, а не по месту осуществления деятельности.

В нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации никаких доказательств, подтверждающих осуществление предпринимательской деятельности в особых условиях местностей, приравненных к районам Крайнего Севера, суду не представлено.

По аналогичным основаниям не имеется оснований для включения в стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, периодов предпринимательской деятельности с 03 июля 1997 года по 31 декабря 1998 года, с 01 января 2003 года по 31 декабря 2003 года, когда истец состояла на учёте в качестве индивидуального предпринимателя в налоговой инспекции Приморского района Архангельской области. Из налоговой декларации по налогу на доходы физических лиц за 2003 год следует, что предпринимательской деятельностью истец не занималась. Ранее в налоговой декларации за 1999 год истец указала, что предпринимательской деятельностью она заниматься не планирует, при получении дохода обязуется об этом сообщить.

Относительно периода с 01 января 2008 года по 28 февраля 2008 года истец в налоговый орган налоговой декларации не сдавала. Никаких других документов, подтверждающих фактическое осуществление предпринимательской деятельности в особых условиях местностей, приравненных к районам Крайнего Севера, суду также не представлено.

Таким образом, суд приходит к выводу, что факт осуществления предпринимательской деятельности на территории, относящейся к местностям, приравненным к районам Крайнего Севера, за периоды с 30 июня 1993 года по 31 декабря 1994 года, с 03 июля 1997 года по 31 декабря 1998 года, с 01 января 2003 года по 31 декабря 2003 года, с 01 января 2008 года по 28 февраля 2008 года истец документально не подтвердила. Потому исковые требования ФИО1 о понуждении ответчика включить эти периоды в стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, удовлетворению не подлежат.

Также не имеется оснований для возложения на ответчика обязанности повторно включить в стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, период с 13 февраля 1993 года по 29 июня 1993 года, поскольку этот период включён истцу в данный вид стажа ответчиком добровольно.

Требования истца о понуждении ответчика включить в стаж периоды предпринимательской деятельности с 01 января 1995 года по 31 декабря 1996 года и с 01 января 1999 года по 31 декабря 2001 года не могут быть удовлетворены, поскольку суду не представлено допустимых доказательств уплаты истцом страховых взносов на обязательное пенсионное страхование и других приравненных к уплате страховых взносов обязательных платежей в полном объёме.

Между тем, с учётом периода работы в <***> с 16 августа 1990 года по 23 сентября 1992 года необходимый стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, продолжительностью более 20 лет у истца имеется.

Как установлено в судебном заседании, за назначением пенсии истец обратилась 14 ноября 2018 года, а возраста 50 лет она достигла <Дата>.

Следовательно, все условия, необходимые для назначения страховой пенсии по старости по пункту 6 части 1 статьи 32 Закона № 400-ФЗ, соблюдены, истец имеет право на досрочное назначение страховой пенсии по старости по указанному основанию.

Согласно частям 1 и 2 статьи 22 Закона № 400-ФЗ страховая пенсия назначается со дня обращения за указанной пенсией, за исключением случаев, предусмотренных частями 5 и 6 настоящей статьи, но во всех случаях не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию. Днём обращения за страховой пенсией считается день приёма органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, соответствующего заявления со всеми необходимыми документами, подлежащими представлению заявителем с учётом положений части 7 статьи 27 настоящего Федерального закона.

В целях восстановления нарушенного ответчиком имущественного права истца на получение пенсии, суд считает необходимым удовлетворить заявленное истцом требование о назначении пенсии и возложить на пенсионный орган обязанность назначить истцу страховую пенсию по старости с <Дата>.

Истцом при подаче иска понесены расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей, которые в силу статей 88, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлежат взысканию с ответчика.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к Государственному учреждению – Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Архангельске Архангельской области (межрайонное) о возложении обязанности включить в стаж периоды работы, отпуска по уходу за ребёнком, предпринимательской деятельности, назначить пенсию по старости удовлетворить частично.

Обязать Государственное учреждение – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Архангельске Архангельской области (межрайонное) включить в стаж работы ФИО1 в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, период отпуска по уходу за ребёнком с 16 августа 1990 года по 23 сентября 1992 года, назначить ФИО1 страховую пенсию по старости с <Дата>.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать.

Взыскать с Государственного учреждения – Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Архангельске Архангельской области (межрайонное) в пользу ФИО1 расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей (Триста рублей).

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Архангельский областной суд через Ломоносовский районный суд города Архангельска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий Р. С. Сафонов