Решение № 2-589/2025 2-589/2025~М-329/2025 М-329/2025 от 10 августа 2025 г. по делу № 2-589/2025

Дело № 2-589/2025

УИД 13RS0025-01-2025-000458-32


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Саранск 08 августа 2025 г.

Октябрьский районный суд г. Саранска Республики Мордовия в составе председательствующего судьи Гордеевой И.А.,

при секретаре Нефедовой С.А.,

с участием в деле:

истца - ФИО1, ее представителей ФИО2, действующего на основании доверенности, ФИО3, действующего на основании ордера,

ответчика - ФИО2, ее представителей ФИО4, ФИО5, действующих на основании доверенности,

третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, - Нотариуса нотариальной палаты Республики Мордовия ФИО6, ФИО7, Управления Росреестра по Республике Мордовия, ФИО8,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения 1/3 доли в праве собственности на квартиру недействительной сделкой и применении последствий ее недействительности,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с вышеуказанным иском к ФИО2, в котором указывает, что 18 января 2024 г. ответчик, которая является её дочерью, организовала удостоверение временно исполняющим обязанности нотариуса ФИО9 доверенности, согласно которой ФИО1 уполномочила свою родственницу ФИО7 на совершение сделки по отчуждению в пользу ответчика своей 1/3 доли в праве общей долевой собственности на единственное имеющееся у нее жилое помещение по адресу: <адрес> Однако, в действительности она не желала терять свою долю в праве собственности на свое жилище. Она, в силу естественных возрастных изменений организма на протяжении длительного времени страдает рядом неврологических, сердечно-сосудистых заболеваний, а также болезней зрительного и слухового аппаратов, а потому в момент подписания доверенности была беспомощна и не понимала социально-юридических последствий своих действий. 26 января 2024 г. ФИО7, как представитель ФИО1 и ФИО2 заключили договор дарения 1/3 доли указанной квартиры, в результате которого ФИО2 стала собственником указанной доли. На основании изложенного, просит признать недействительным договор дарения доли квартиры, заключенный между ней и ответчиком 26 января 2024 г., применить последствия недействительности сделки в виде прекращения права собственности ФИО2 на 1/3 долю в праве общей долевой собственности, признании за ФИО1 право собственности на 1/3 долю в праве общей долевой собственности (л.д. 1-5).

В судебном заседании представитель истца ФИО1 – ФИО3 заявленные требования поддержал, по основаниям, изложенным в исковом заявлении и просил их удовлетворить.

Представитель ответчика ФИО2 – ФИО4 в судебном заседании в удовлетворении исковых требований возражала, просила применить срок исковой давности по заявленным требованиям. Также ссылаясь на положения постановления Пленума Верховного суда РФ от 24 июня 2008 г.№11, исходя из существа спора, считая личное участие истца при рассмотрении данного спора обязательным, просила исковое заявление оставить без рассмотрения.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, представила в суд письменное заявление с просьбой о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Ответчик ФИО2 и ее представитель ФИО5, представитель истца ФИО1 – ФИО2, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, - Нотариус нотариальной палаты Республики Мордовия ФИО6, ФИО7, Управление Росреестра по Республике Мордовия, ФИО8 в судебное заседание не явились, по неизвестной причине, о времени и месте рассмотрения дела извещены своевременно и надлежаще. От ФИО8 в адрес суда поступило заявление, в котором он просит рассмотреть дело без его участия, в удовлетворении исковых требований отказать либо оставить исковое заявление без рассмотрения.

В соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считал возможным рассмотрение дела в отсутствие не явившихся участников процесса.

Выслушав объяснения участвующих в деле лиц, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что 18 января 2024 г. ФИО1 уполномочила ФИО7 подарить на условиях по своему усмотрению ФИО2 принадлежащую ей 1/3 долю в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: <адрес>. В доверенности указано, что смысл и значение доверенности, ее юридические последствия, а также содержание статей 185-189 ГК РФ ФИО1 разъяснены и соответствуют ее намерениям, содержание настоящей доверенности прочитано ею лично и зачитано вслух, о чем в доверенности имеется личная подпись ФИО1 (л.д.115 т.1).

26 января 2024 г. ФИО7, действующая от имени ФИО1 и ФИО2 заключили договор дарения доли в праве общей долевой собственности на квартиру, согласно которого ФИО1 подарила дочери ФИО2 принадлежащую ей 1/3 долю в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: <адрес> общей площадью 64,1 кв.м. В доверенности указано, что стороны заверяют: судом дееспособности не лишены, на учете и под опекой или попечительством не состоят, заболеваниями, препятствующими осознать суть подписываемого договора не страдают, а также обстоятельства, вынуждающие их совершать данную сделку на крайне невыгодных для себя условиях, отсутствуют (п.27 договора). Даритель гарантирует, что заключает настоящий договор не вследствии стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях и настоящий договор не является для него кабальной сделкой (п. 4 договора)(л.д.14-17).

Собственниками квартиры расположенной по адресу: г<адрес>, площадью 64,1 кв.м. является ФИО2 (2/3 доли) на основании договора дарения доли в праве общей долевой собственности на квартиру от 26 января 2024 г. и договора передачи № 43355 от 30 сентября 2004 г., а также и ФИО8 (1/3 доля) на основании договора передачи № 43355 от 30 сентября 2004 г. (л.д.47 т.1).

В соответствии с частью 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В силу статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.

В силу пункта 2 статьи 574 Гражданского кодекса Российской Федерации договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Из копии материалов регистрационного дела следует, что 26 января 2024 г. ФИО2 обратились с заявлением о регистрации права собственности и перехода права собственности на спорную долю квартиры, представив договор дарения доли квартиры от 26 января 2024 г. (л.д. 103-104 т.1).

В соответствии с частью 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее такой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). В соответствии с частью 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

Согласно части 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В силу пункта 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Основание недействительности сделки, предусмотренное указанной нормой, связано с пороком воли, то есть таким формированием воли стороны сделки, которое происходит под влиянием обстоятельств, порождающих несоответствие истинной воли такой стороны ее волеизъявления.

Таким образом, юридически значимыми обстоятельствами, при рассмотрении настоящего дела является - выяснение вопроса о том, действовал ли даритель при совершении сделки по своей действительной воле или по существенному заблуждению, а также установление психического состояния дарителя в момент заключения сделки.

По смыслу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагается. При этом бремя доказывания влияния на истца существенного заблуждения при заключении сделки лежит на стороне истца, ответчик в силу положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации считается действующим добросовестно, пока истцом не будет доказано иное.

В озвученной суду позиции сторона истца, заявляя требование о признании договора дарения недействительным, ссылается на его заключение под влиянием существенного заблуждения ввиду нахождения дарителя в беспомощном состоянии, в силу полученной травмы, престарелого возраста и состояния здоровья.

По мнению представителя истца, ответчик ФИО2 склонила истца ФИО1 к заключению договора дарения, воспользовавшись её беспомощным состоянием, острой нуждаемости после полученной травмы в заботе, поддержке и присутствии близких людей, убедив при этом, что фактически составляется завещание. Заключенный договор ФИО1 считает крайне невыгодным для себя, так как она лишилась права собственности на единственное жилье.

В соответствии со статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Из совокупности материалов дела, свидетельствующих об отчуждении квартиры, не усматривается наличие заблуждения истца в отношении действительного положения дел.

Из объяснений помощника нотариуса ФИО9, осуществлявшего удостоверение доверенности от 18 января 2024 г., следовало, что при совершении указанного действия ФИО1 четко и ясно отвечала на поставленные вопросы, сомнений в ее способности понимать значение своих действий у него не возникло.

Также ФИО9 пояснил, что при удостоверении доверенности нотариус на основании части 1 статьи 43 Основ о нотариате РФ в обязательном порядке выполняет следующие действия: устанавливает личность гражданина по его паспорту и проверяет возраст. При наличии сомнений в адекватности гражданина, нотариус задает несколько вопросов общего характера, а также конкретные вопросы относительно цели визита. Проверка дееспособности гражданина нотариусом базируется на оценочных понятиях. Тем не менее, у нотариуса как у юриста, а не врача есть следующие методы и свободы выяснения дееспособности: визуальный (внешний осмотр), вербальный (диалог, логичность изложения мыслей). У ФИО9 не возникло сомнений в дееспособности ФИО1 Состояние и настроение ФИО1 не указывало на то, что предстоящая сделка по отчуждению доли квартиры, в целях которой оформлялась доверенность, ФИО1 может быть совершена под влиянием заблуждения либо под давлением, существо и юридические последствия предстоящей сделки ФИО1 были понятны. Содержание доверенности было зачитано ФИО1 вслух, все правовые разъяснения были сделаны устно. Трудностей в уяснении существа данной односторонней сделки у истца не возникло.

Оценивая показания помощника нотариуса ФИО9, суд находит их допустимыми и относимыми, имеющими юридическое значение для правильного разрешения по существу возникшего спора, поскольку сообщены лицом, непосредственно наблюдавшим истца в момент оформления доверенности, и в должностные обязанности которого входит установление действительного волеизъявления лица, обратившегося за совершением нотариальных действий.

Допрошенный в судебном заседании по ходатайству стороны истца врач невролог ООО «Центр современной медицины «Новомед-ЭМ» ФИО10, проводивший осмотр ФИО1 18 апреля 2025г. пояснил, что при осмотре контакт с пациенткой был затруднен из-за выраженного снижения слуха, которое по мнению специалиста возникло более года до осмотра. Кроме того, невролог ФИО10 на момент проведения осмотра ФИО1 отмечает у неё наличие затруднения восприятия. По результатам проведенного обследования ФИО10, с учетом медицинской документации (амбулаторной карты), ФИО11 установлен диагноз дисциркуляторная энцефалопатия 2-3 ст. смешанного генеза с органическими знаками, кохлаовестибулярной дисфункцией, выраженной гипоакузией, легким нижним парапарезом, нарушение функции тазовых органов по типу недержания мочи.

Оценивая показания специалиста ФИО10, суд не может признать их допустимым и достоверным доказательством, поскольку как пояснил в судебном заседании ФИО10, он производил осмотр ФИО1 только 18 апреля 2025 г., ранее её не осматривал, его выводы о возможном состоянии ФИО1 за год до указанного осмотра являются предположением.

В обоснование настоящего иска, стороной истца в качестве доказательства представлено Заключение специалистов психиатра и психолога от 30 января 2025 г., выполненного ООО «Медицинская компания «Поколение», на основании обращения представителя истца ФИО2, с целью решения вопроса об оценки психического состояния и индивидуально – психологических особенностей ФИО1

Согласно выводам специалистов ООО «Медицинская компания «Поколение» ФИО1 обнаруживает на момент проведения обследования, а так же на момент сделок в январе 2024 года - Органическое расстройство личности в связи с сосудистым заболеванием головного мозга с умеренно-выраженным снижением интеллектуально-мнестических функций (МКБ-10 F07.07). Об этом свидетельствуют данные анамнеза и медицинской документации о наличии у подэкспертной на протяжении длительного времени артериальной гипертензии, ишемической болезни сердца, присоединении атеросклеротического поражения сосудов головного мозга, которые привели к появлению церебрастенической симптоматики (головные боли, головокружение, слабость), а в последующем симптомов дисциркуляторной энцефалопатии (снижение памяти, интеллекта, ослабление социальной адаптации). Данное заключение подтверждается и результатами настоящего психиатрического обследования, выявившего у обследуемой замедленность и обстоятельность в мышлении, умеренное снижение интеллектуально-мнестических функций, истощаемость внимания, эмоциональную лабильность. Анализ медицинской документации позволяет также утверждать и об отсутствии у ФИО1, на момент составления доверенности от 18 января 2024 г. и договора дарения от 26 января 2024 г., выраженных волевых и интеллектуально-мнестических нарушений (дементный синдром следует рассматривать как ведущее проявление 3 стадии дисциркуляторной энцефалопатии с соответствующей неврологической симптоматикой), какой-либо психопатологической симптоматики (признаков помраченного сознания, бреда, галлюцинаций), критических и прогностических способностей. По своему психическому состоянию ФИО1, может на момент обследования, а также могла на момент составления доверенности от 18 января 2024 г. и договора дарения от 26 января 2024 г. понимать значение своих действий и руководить ими.

Однако, как показывает анализ медицинской документации, материалов дела и данные настоящего комплексного психолого-психиатрического исследования, ФИО1 в исследуемый период находилась в состоянии эмоционального напряжения, наличие у нее сенсорного дефекта и индивидуально - психологические особенности в совокупности оказали существенное влияние на ее сознание и деятельность, привели к ограничению свободного волеизъявления, адекватной оценки ситуации и снижению прогностических и критических способностей в отношении социально - юридических последствий доверенности, договора, и способствовали формированию неправильного мнения относительно существа сделки и введению ее в заблуждение в юридически значимый период. Индивидуально - психологические особенности обследуемой, ее психологическое состояние характеризуются неустойчивостью эмоционально-волевой сферы, отмечается неустойчивая самооценка. Настроение тревожное, беспокойное, неуверенность в себе, эмоциональная напряженность. Страх, чувство обиды, ощущение утраты личной позиции.

Психические процессы истощаемы, инертные, ослаблена концентрация внимания, покорность, робость, доверчивость, тревожность. Определенные условия, в которых находилась испытуемая, такие, как утомление, заболевания, стресс, недостаток компетентности и давление со стороны окружения, спровоцировали повышение степени внушаемости и подчиняемость обследуемой. Повышенная податливость по отношению к побуждениям, спровоцированным другими людьми, определяемая и ограничиваемая рядом факторов, в основном субъективной готовностью подвергнуться и подчиниться внушающему воздействию (принятие чужой точки зрения и готовность подчиниться (повиноваться), когда человек изменяет свое поведение в соответствия с прямым указанием законного авторитета. Склонность заражаться чужими настроениями и перенимать чужие привычки, все это оказало существенное влияние на поведение обследуемой в юридически значимый период при составлении доверенности и заключения договора дарения, обследуемая, в силу нарушений способности осознанию и регуляции своих действий, находилась в состоянии заблуждения, что подтверждается характером сделки.

Учитывая особенности познавательной сферы, состояние в момент совершения доверенности для последующего заключения договора дарения, внешние условия, в которых происходило принятие решения, ФИО12 находилась в состоянии заблуждения. Совершение сделки под влиянием заблуждения предполагает, что способность руководства своими действиями не нарушена - действия направлены на достижение избранной цели, но сама цель сформирована не свободно, а под влиянием не соответствующих действительности представлений о сущности сделки. Действия испытуемой целенаправленны, сопровождаются контролем, однако, психологическая основа цели действия неадекватна, не соответствует истинным намерениям лица, совершающего сделку. Интеллектуально-мнестические и эмоционально-волевые особенности ФИО1 не выявляют выраженных нарушений, но повышенная внушаемость и ряд описанных выше особенностей эмоционального и соматического состояния оказали существенное влияние на поведение обследуемой в юридически значимый период при составлении доверенности и заключении договора дарения (л.д.215-241 т.1).

Не согласившись с выводами специалистов ООО «Медицинская компания «Поколение» стороной ответчика представлено Заключение специалистов №062Р/25 (рецензия), подготовленное ООО «Центр производства предварительных исследований и судебных экспертиз» на соответствие Заключения специалистов психиатра и психолога от 30 января 2025. требованиям методик и законодательству РФ, предъявляемым к данному виду исследования.

В рецензии указывается, что Заключения специалистов психиатра и психолога от 30 января 2025 г. имеет следующие недостатки. Специалистами нарушен процессуальный порядок исследования согласно статье 83 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и дачи подписки в Заключении по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. В нарушение статей 13, 20 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», в представленной светокопии ее указана дата поступления обращения и в результате производства исследования были предоставлены медицинские документы не самой ФИО1, а ФИО2, в результате чего произошло разглашение медицинских данных, перед производством исследования и осмотра не отбиралось информированное добровольное согласие, отсутствует дата производства видеоконференции. Выставленные диагнозы: ишемическая болезнь сердца, тахисистоличеокая фибрилляция предсердий, гипертоническая болезнь, хроническая сердечная недостаточность, тугоухость - все перечисленные заболевания, которые были диагностированы у ФИО1 на приеме у терапевта, не отражают патологические состояния со стороны головного мозга, также при осмотре врачом терапевтом не отражено каких-либо нарушений мыслительных функций.

При очном осмотре врачом неврологом были диагностированы следующие жалобы: периодические головные боли, шум в голове, слабость в ногах, снижение памяти и внимания, снижение слуха, замедление мышления. Указанный симптомокомплекс не характерен для энцефалопатии 2 - 3 степени. Также для постановки диагноза дисциркуляторная энцефалопатия необходимо было провести диагностические исследования.

При проведении осмотра по конференцсвязи не указана дата осмотра; не

указано как комиссия специалистов удостоверились в личности Калининой Л.3., не указано: бралось ли информированное добровольное согласие с ФИО1; как комиссия специалистов осматривали кожные покровы (как они определили, что она дрябловатая); как комиссия специалистов проверяли слух и зрение; как комиссией определено, что ФИО1 передвигается с посторонней помощью. В Заключении не указано, как проверялась статика ФИО1; с помощью каких тестов было определено мышление, память, интеллект и как ФИО1, демонстрировала выполнение тестов.

Кроме того, в рецензии отмечается, что поскольку осмотр ФИО1 происходил в форме видеосвязи и неизвестно, как был настроен звук микрофона, не корректно указывать на снижение слуха.

Также в рецензии указывается, что выставленные диагнозы ФИО11 являются не объективными ввиду не проведения необходимых диагностических исследований и т.д. (л.д. 125- 169 т.2).

В ответ на вышеназванную рецензию, представителем истца ФИО14 представлены пояснения об обоснованности утверждений, сделанных специалистами ООО «Центр производства предварительных исследований и судебных экспертиз» в отношении заключения специалистов ООО «Медицинская компания «Поколение» по результатам обследования ФИО1, в которых отмечается, что рецензия специалистов ООО «Центр производства предварительных исследований и судебных экспертиз» не может рассматриваться в качестве альтернативного документа. Рецензирование специалистами ООО «Центр производства предварительных исследований и судебных экспертиз» заключения, подготовленного специалистами ООО «Медицинская компания «Поколение» не возможно, ввиду отсутствия у лиц, проводивших рецензирование познаний в области судебной психиатрии и психиатрии вообще (л.д. 1-15 т.3).

Представителем ответчика ФИО4 представлены возражения на вышеназванные пояснения, которые считает необоснованными и не соответствующими нормам действующего федерального законодательства, указывая, что специалисты ООО «Медицинская компания «Поколение» вводят в заблуждение суд, искажая действительную картину юридического периода (л.д. 38-56 т.3).

Согласно статье 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы. Заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

По смыслу положений статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации экспертное заключение является одним из самых важных видов доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования, тем не менее, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта не может пренебрегать иными добытыми по делу доказательствами, в связи с чем, законодателем в статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации закреплено правило о том, что ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, а в положениях части 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации отмечено, что заключение эксперта для суда необязательно и оценивается наряду с другими доказательствами.

Таким образом, экспертные заключения оцениваются судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

При этом суд полагает необходимым отметить, что представленное стороной истца Заключение специалистов психиатра и психолога от 30 января 2025 г., выполненное ООО «Медицинская компания «Поколение», с учетом проведения обследования посредством видеосвязи, не может быть принято в качестве доказательства недействительности оспариваемого договора дарения, поскольку оно изготовлено по инициативе истца, заинтересованного в исходе дела, вне рамок судебного разбирательства, судебной экспертизой по своей сути не является. Заключение специалистов психиатра и психолога от 30 января 2025 г. является профессиональным мнением специалистов ООО «Медицинская компания «Поколение».

Указанное заключение не может быть признано судом относимым и допустимым доказательством, и не может быть положено в основу решения суда. Данное заключение судом отклоняется.

Представленное стороной ответчика в качестве доказательства Заключение специалистов №062Р/25 (рецензия), выполненное ООО «Центр производства предварительных исследований и судебных экспертиз», судом также отклоняется, поскольку специалисты, проводившие рецензирование не обладают надлежаще подтвержденными познаниями в области судебной психиатрии и психиатрии. Кроме того, указанная рецензия не противоречит по своим выводам Заключению специалистов психиатра и психолога от 30 января 2025 г.

В ходе рассмотрения дела, судом неоднократно разъяснялось право на назначение и проведение судебной психолого-психиатрической экспертизы. Однако ходатайств о назначении судебной экспертизы в процессе рассмотрения гражданского спора не поступило (л.д. 151, 214 т.1).

В соответствии с Актом медико-социальной экспертизы гражданина, ФИО1 с 23 апреля 2024 г. (впервые) установлена вторая группа инвалидности по общему заболеванию бессрочно (л.д. 204, 217 т.2). Согласно протоколу проведения медико - социальной экспертизы № 484.9.13/2024 от 7 мая 2024 г. степень выраженности нарушенных функций организма ФИО1 характеризуется следующим: Сознание ясное, память и внимание снижены, функции чтения и письма сохранены, продуктивный контакт затруднен из-за снижения слуха, общение посредством громкой речи, ориентирована во времени и пространстве, собственной личности, критика сохранена, в контакт вступает охотно, на вопросы отвечает соответствующе заданному, задания выполняет (л.д.201-226 т.2).

Исследованная в судебном заседании видеозапись, представленная представителем истца ФИО3, не может быть принята судом во внимание в подтверждение наличия порока воли ФИО1 при заключении договора дарения доли квартиры, поскольку, по мнению суда, подтверждают лишь наличие семейного конфликта, связанного дарением матерью дочери своей доли в квартире и инициированным судебным разбирательством по этому поводу.

Суд также не может принять во внимание видеозапись, представленную представителем ответчика ФИО4, которая ссылаясь на указанную видеозапись, ходатайствовала об оставлении иска без рассмотрения, ввиду отсутствия оснований для оставления искового заявления без рассмотрения, предусмотренных статьей 222 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Кроме того, личность гражданина, высказывающегося на видео об оставлении иска без рассмотрения и прекращения судебных разбирательств, надлежащим образом не установлена.

Разрешая ходатайство ответчика о применении срока исковой давности, суд исходит из следующего.

Согласно статьи 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Согласно статье 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В соответствии со статьей 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки. Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В силу статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

На основании статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Судом установлено, что доверенностью от 18 января 2024 г. ФИО1 уполномочила ФИО7 подарить на условиях по своему усмотрению ФИО2 принадлежащую ей 1/3 долю в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: <адрес>

26 января 2024 г. ФИО7, действующая от имени ФИО1 и ФИО2 заключили договор дарения, согласно которого ФИО1 подарила дочери ФИО2 принадлежащую ей 1/3 долю в праве общей долевой собственности вышеуказанной квартиры.

26 января 2024 г. по заявлению ФИО2 произведена государственная регистрация перехода права собственности на спорную долю квартиры.

26 сентября 2024 г. ФИО1 выдала доверенность на представление её интересов сыну ФИО2, которым от имени ФИО1 11 декабря 2024 г. был сделан запрос о предоставлении сведений содержащихся в ЕГРН в ГАУ РМ «Многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг» (л.д. 31, 36-40 т.1).

Следовательно, истцу 11 декабря 2024 г. стало известно, что она не является собственником доли в квартире, находящейся по адресу: <адрес>.

Исковое заявление о признании недействительным договора дарения квартиры (оспоримая сделка) было подано истцом 28 февраля 2025 г., в связи с чем, срок исковой давности не пропущен.

Таким образом, объективных данных о том, что ФИО1, совершая сделку, была введена в заблуждение ФИО2 относительно природы сделки (завещание, а не дарение), что волеизъявление истца не соответствует его действительной воле (имеется порок воли), суду не представлено. В материалы дела не представлено надлежащих допустимых доказательств, содержащих клинические данные о состоянии дарителя в юридически значимый период.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что истцом не представлено доказательств, с достоверностью подтверждающих совершение им сделки под влиянием заблуждения на крайне невыгодных условиях, в связи с чем, отсутствуют основания для удовлетворения искового требования о признании договора дарения недействительным.

Исходя из изложенного, оценивая достаточность и взаимную связь представленных сторонами доказательств в их совокупности, разрешая дело по представленным доказательствам, в пределах заявленных истцом требований и по указанным им основаниям, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 (СНИЛС <..>) к ФИО2 (СНИЛС <..>) о признании договора дарения 1/3 доли в праве собственности на квартиру недействительной сделкой и применении последствий ее недействительности, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Мордовия в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи жалобы через Октябрьский районный суд г. Саранска Республики Мордовия.

Судья Октябрьского районного суда

г. Саранска Республики Мордовия И.А. Гордеева

Мотивированное решение составлено 11 августа 2025 года.

Судья Октябрьского районного суда

г. Саранска Республики Мордовия И.А. Гордеева