Решение № 2-1039/2019 2-1039/2019~М-1010/2019 М-1010/2019 от 3 декабря 2019 г. по делу № 2-1039/2019

Дело № 2-1039/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Вельск 04 декабря 2019 года

Вельский районный суд Архангельской области

в составе председательствующего Сидорак Н.В.,

при секретаре Аламбаевой В.С.,

с участием прокурора Кудряшовой М.С.,

представителя истца ФИО1,

представителя ответчика, ответчика ФИО4,

ответчика ФИО2,

pассмотpев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «Частная охранная организация «Русичъ», ФИО4, ФИО2 о признании незаконным протокола внеочередного общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью «Частная охранная организация «Русичъ», восстановлении на работе, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО3 обратился в суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Частная охранная организация «<данные изъяты>» (далее – ООО «ЧОО «<данные изъяты>») о признании незаконным протокола внеочередного общего собрания участников ООО «ЧОО «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ, восстановлении на работе в должности генерального директора ООО «ЧОО «<данные изъяты>» с ДД.ММ.ГГГГ, компенсации морального вреда в размере 20000 рублей.

В обоснование заявленных исковых требований указано, что ФИО3 является одним из учредителей ООО «ЧОО «<данные изъяты>», а также его генеральным директором. Другими участниками общества являются ФИО2 и ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ истцу стало известно о том, что ДД.ММ.ГГГГ в ЕГРЮЛ внесена запись о смене генерального директора ООО «ЧОО «<данные изъяты>» и новым директором назначен ФИО5 Основанием внесения изменений послужил протокол от ДД.ММ.ГГГГ, который у него отсутствует. Никаких общих собраний учредителей общества (очередных, внеочередных) с участием ФИО3 не проводилось, если они были, то истцу об этом было неизвестно. О дате, времени и месте проведения собрания истец не был извещен, никаких уведомлений он не получал. Также ФИО3 не получал требований от участников общества о необходимости проведения внеочередного общего собрания. Заявлений на увольнение по собственному желанию истец не писал. Трудовой договор с ним в установленном законом порядке не расторгнут, приказов об увольнении не оформлялось, записи в трудовую книжку не вносилось. Расчет с ФИО3 не произведен, основания расторжения трудового договора неизвестны. Истец полагает, что ФИО2 и ФИО4 был нарушен порядок созыва и проведения общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью, регламентированный статьями 35, 36, 37 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», а также уставом общества. В связи с этим протокол о прекращении полномочий ФИО3, как с генеральным директором общества, является нелегитимным. В результате незаконного расторжения с истцом трудового договора по инициативе учредителей ФИО4 и ФИО2 истцу был причинен моральный вред.

Истец ФИО3, извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 поддержал заявленные требования, указав, что ответчиками не доказано наличие законного основания для увольнения истца по инициативе работодателя, не соблюден порядок принятия решения о досрочном прекращении полномочий единоличного исполнительного органа, требование о проведении внеочередного общего собрания участников общества, уведомление о проведении собрания в адрес ФИО3 не направлялись, собрание проведено без соблюдения установленных законом сроков. Доказательства, подтверждающие вручение либо невручение уведомления истцу, отсутствуют. До настоящего времени трудовой договор с ФИО3 не расторгнут. Данные нарушения закона являются существенными, затрагивают интересы истца на его участие в управлении обществом. Кроме того, также нарушена процедура увольнения истца, в случае утраты к нему доверия. Данный факт должен быть подтвержден документально.

Представитель ответчика, ответчик ФИО4, ответчик ФИО2 в судебном заседании заявленные исковые требования не признали, при этом пояснили, что правовые основания для удовлетворения заявленных требований отсутствуют.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, допросив свидетеля, заслушав заключение прокурора, полагавшего необходимым отказать в удовлетворении исковых требований, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

На основании п. 2 ст. 278 Трудового кодекса Российской Федерации помимо оснований, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами, трудовой договор с руководителем организации прекращается, в том числе в связи с принятием уполномоченным органом юридического лица, либо собственником имущества организации, либо уполномоченным собственником лицом (органом) решения о прекращении трудового договора.

Таким образом, в п. 2 ст. 278 Трудового кодекса Российской Федерации закреплено право на расторжение трудового договора с руководителем организации в любое время и независимо от того, совершены ли руководителем виновные действия, а также вне зависимости от вида трудового договора: срочного или бессрочного.

Данная правовая позиция согласуется с пунктом 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02 июня 2015 года № 21 «О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации», разъяснившим, что пунктом 2 статьи 278 Трудового кодекса Российской Федерации допускается возможность прекращения трудового договора с руководителем организации по решению собственника имущества организации, уполномоченного лица (органа) без указания мотивов принятия решения. По названному основанию с руководителем организации может быть прекращен трудовой договор, заключенный как на неопределенный, так и на определенный срок, в том числе когда срочный трудовой договор на основании части четвертой статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации считается заключенным на неопределенный срок. Прекращение трудового договора с руководителем организации по основанию, установленному п. 2 ст. 278 Трудового кодекса Российской Федерации, не является мерой юридической ответственности и не допускается без выплаты ему компенсации, предусмотренной статьей 279 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с п. 2 ст. 278 Трудового кодекса Российской Федерации в его взаимосвязи со ст. 81 и п.п. 2 и 3 ст. 278 Трудового кодекса Российской Федерации при расторжении трудового договора с руководителем организации по решению уполномоченного органа юридического лица либо собственника имущества организации, либо уполномоченного собственником лица или органа не требуется указывать те или иные конкретные обстоятельства, подтверждающие необходимость прекращения трудового договора.

Как разъяснено в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02 июня 2015 года № 21 «О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации» при рассмотрении споров лиц, уволенных по пункту 2 ст. 278 ТК РФ, суда следует учитывать, что решение о прекращении трудового договора с руководителем организации по данному основанию может быть принято только уполномоченным органом юридического лица, либо собственником имущества организации, либо уполномоченным собственником лицом (органом).

Уполномоченные органы юридического лица вправе принимать решение о досрочном прекращении полномочий руководителя организации в том случае, если это отнесено к их компетенции, определяемой в соответствии с федеральным законом и учредительными документами.

Согласно ст. 32 Федерального закона от 08 февраля 1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» высшим органом общества является общее собрание участников общества. Общее собрание участников общества может быть очередным или внеочередным.

В силу пп. 4 п. 2 ст. 33 указанного закона к компетенции общего собрания участников общества относятся: образование исполнительных органов общества и досрочное прекращение их полномочий, а также принятие решения о передаче полномочий единоличного исполнительного органа общества управляющему, утверждение такого управляющего и условий договора с ним, если уставом общества решение указанных вопросов не отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества.

Аналогичные положения содержатся в пункте 6 Устава ООО «ЧОО «Русичъ»: к компетенции общего собрания участников общества относится, в том числе образование исполнительных органов общества и досрочное прекращение их полномочий.

На основании п. 1 ст. 40 Федерального закона от 08 февраля 1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор, президент и другие) избирается общим собранием участников общества на срок, определенный уставом общества, если уставом общества решение этих вопросов не отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества. Единоличный исполнительный орган общества может быть избран также не из числа его участников.

В соответствии с п. 6.4 Устава ООО «ЧОО «Русичъ» генеральный директор общества является единоличным исполнительным органом общества и избирается общим собранием участников общества на срок 5 лет.

В силу ч. 3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Из материалов дела следует, что ООО «ЧОО «<данные изъяты>» (ОГРН №) зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ. Учредителями (участниками) общества являются ФИО3 (размер доли - 40%), ФИО4 (размер доли – 30%), ФИО2 (размер доли – 30%). Основным видом деятельности ООО «ЧОО «<данные изъяты>» является деятельность частных охранных служб, дополнительным видом деятельности – деятельность систем обеспечения безопасности.

На основании протокола № общего собрания учредителей ООО «ЧОО «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 избран генеральным директором общества.

Согласно приказу ООО «ЧОО «<данные изъяты>» № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 вступил в должность генерального директора общества. В связи с отсутствием в штатном расписании должности главного бухгалтера, ответственность за ведение бухгалтерского учета в общества возложена на генерального директора.

ДД.ММ.ГГГГ с ФИО3 заключен трудовой договор, по условиям которого он по совместительству назначен на должность генерального директора ООО «ЧОО «<данные изъяты>» на срок 5 лет с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ.

Как следует из трудовой книжки истца, с ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 переведен по основному месту работы на должность генерального директора общества.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ было проведено внеочередное общее собрание участников ООО «ЧОО «<данные изъяты>» с повесткой дня: 1) О сложении полномочий с действующего генерального директора ООО «ЧОО «<данные изъяты>» в связи с досрочным расторжением трудового договора; 2) Избрание генерального директора ООО «ЧОО «<данные изъяты>»; 3) О проведении государственной регистрации принятых изменений, назначение ответственного за совершение данных действий.

На данном собрании присутствовали ФИО4 и ФИО2, истец участия в собрании не принимал.

Решения, принятые на внеочередном общем собрании участников ООО «ЧОО «<данные изъяты>», были оформлены протоколом от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в связи с тем, что генеральный директор ФИО3 как руководитель и участник общества совершал сделки по отчуждению долей участников общества, принадлежащих ФИО2 и ФИО4, в нарушение установленного законодательства, что установлено решениями Арбитражного суда Архангельской области по делу № А05-9646/2018 и по делу № А05-16953/2018, предложено в связи с утратой доверия сложить полномочия с действующего генерального директора ООО «ЧОО «<данные изъяты>» ФИО3 и досрочно расторгнуть с ним трудовой договор в соответствии с п. 2 ст. 278 Трудового кодекса Российской Федерации.

На внеочередном общем собрании участников общества принято решение о сложении полномочий с действующего генерального директора ООО «ЧОО «Русичъ» и досрочном расторжении с ним трудового договора на основании п. 2 ст. 278 Трудового кодекса Российской Федерации, а также о выплате ФИО3 компенсации за досрочное расторжение с ним трудового договора в размере трехкратного среднего месячного заработка. Генеральным директором общества избран ФИО5, которому поручено осуществить государственную регистрацию принятых изменений и представлять интересы учредителей, быть заявителем при государственной регистрации принятых изменений.

Заявляя требования о признании незаконным протокола внеочередного общего собрания участников ООО «ЧОО «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ, восстановлении на работе, компенсации морального вреда, истец ссылается на нарушение ответчиками порядка созыва и проведения общего собрания участников общества.

Согласно ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Установив фактические обстоятельства расторжения трудового договора с ФИО3, суд приходит к выводу о том, что его увольнение на основании п. 2 ст. 278 Трудового кодекса Российской Федерации принято уполномоченным лицом, при этом признаков дискриминации в отношении истца и злоупотребления правом со стороны ответчиков в материалах дела не имеется.

В соответствии со ст. 35 Федерального закона от 08 февраля 1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» внеочередное общее собрание участников общества проводится в случаях, определенных уставом общества, а также в любых иных случаях, если проведения такого общего собрания требуют интересы общества и его участников.

Внеочередное общее собрание участников общества созывается исполнительным органом общества по его инициативе, по требованию совета директоров (наблюдательного совета) общества, ревизионной комиссии (ревизора) общества, аудитора, а также участников общества, обладающих в совокупности не менее чем одной десятой от общего числа голосов участников общества.

Исполнительный орган общества обязан в течение пяти дней с даты получения требования о проведении внеочередного общего собрания участников общества рассмотреть данное требование и принять решение о проведении внеочередного общего собрания участников общества или об отказе в его проведении.

В случае принятия решения о проведении внеочередного общего собрания участников общества указанное общее собрание должно быть проведено не позднее сорока пяти дней со дня получения требования о его проведении.

В случае, если в течение установленного настоящим Федеральным законом срока не принято решение о проведении внеочередного общего собрания участников общества или принято решение об отказе в его проведении, внеочередное общее собрание участников общества может быть созвано органами или лицами, требующими его проведения.

Из статьи 36 Федерального закона от 08 февраля 1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» следует, что орган или лица, созывающие общее собрание участников общества, обязаны не позднее чем за тридцать дней до его проведения уведомить об этом каждого участника общества заказным письмом по адресу, указанному в списке участников общества, или иным способом, предусмотренным уставом общества.

В уведомлении должны быть указаны время и место проведения общего собрания участников общества, а также предлагаемая повестка дня.

В ходе рассмотрения дела установлено, что 17 сентября 2019 года учредителем (участником) ООО «ЧОО «<данные изъяты>» ФИО4 ФИО3 по адресу регистрации юридического лица (<адрес>) заказным письмом было направлено требование о созыве внеочередного общего собрания участников ООО «ЧОО «<данные изъяты>».

Одновременно ФИО4 в адрес ФИО3 направлено уведомление о проведении внеочередного общего собрания участников ООО «ЧОО «<данные изъяты>», в котором указаны место, дата и время проведения собрания, повестка дня, а также требование о предоставлении документов, обеспечении доступа к первичным учетным документам, регистрам бухгалтерского учета, бухгалтерской (финансовой) отчетности.

Факт направления названных документов подтверждается кассовым чеком от 17 сентября 2019 года, номер регистрируемого почтового отправления 16515034020166.

По сообщению Вельского почтамта УФПС Архангельской области – АО «Почта России» от 25 ноября 2019 года регистрируемое отправление № для получателя ФИО3 от отправителя ФИО4 вручено получателю 19 сентября 2019 года.

В судебном заседании свидетель Свидетель №1 пояснила, что она работает почтальоном в Вельском почтамте УФПС Архангельской области – АО «Почта России». 19 сентября 2019 года ей было поручено доставить заказное письмо для ФИО3 по адресу: <адрес>. Кабинет по указанному адресу был закрыт. Выйдя из здания, Свидетель №1 увидела на крыльце курящего ФИО3, и сообщила ему о заказном письме для него. Ввиду того, что ФИО3 курил, Свидетель №1 по его просьбе с его слов заполнила извещение и передала ему заказное письмо. В последующем также выяснилось, что ФИО3 сообщил не свои паспортные данные.

Показания данного свидетеля, предупрежденного об ответственности за дачу ложных показаний, согласуются с другими доказательствами по делу, оснований не доверять показаниям указанного свидетеля не имеется.

Согласно пунктам 1, 2 ст. 43 Федерального закона от 08 февраля 1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» решение общего собрания участников общества, принятое с нарушением требований настоящего Федерального закона, иных правовых актов Российской Федерации, устава общества и нарушающее права и законные интересы участника общества, может быть признано судом недействительным по заявлению участника общества, не принимавшего участия в голосовании или голосовавшего против оспариваемого решения.

Суд вправе с учетом всех обстоятельств дела оставить в силе обжалуемое решение, если голосование участника общества, подавшего заявление, не могло повлиять на результаты голосования, допущенные нарушения не являются существенными и решение не повлекло причинение убытков данному участнику общества.

Между тем, требование о проведении внеочередного общего собрания участников общества было направлено истцу, о проведении собрания о сложении полномочий с действующего генерального директора ООО «ЧОО «Русичъ» ФИО3 был заблаговременно извещен, сроки проведения общего собрания, установленные ст.ст. 35, 36 Федерального закона от 08 февраля 1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» соблюдены, решение о прекращении полномочий генерального директора ФИО3 принято уполномоченным органом. Истец имел возможность принять участие во внеочередном общем собрании участников общества, состоявшемся 21 октября 2019 года, но не воспользовался данным правом, тем самым, принял на себя риск наступления неблагоприятных последствий своего бездействия. Уважительных причин, по которым ФИО3 не мог реализовать принадлежащие ему права, истцом не представлено.

На внеочередном общем собрании участников общества, оформленном протоколом от 21 октября 2019 года, присутствовали участники, обладающие 60% голосов.

При этом, истец, обладая 40% голосов, не мог повлиять на результаты голосования.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что порядок созыва общего собрания участников общества, установленный ст. 36 Федерального закона от 08 февраля 1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», был соблюден. Существенных нарушений порядка проведения общего собрания участников общества, регламентированного ст. 37 названного закона, судом также не установлено. Следовательно, правовые основания для признания незаконным протокола внеочередного общего собрания участников ООО «ЧОО «<данные изъяты>» от 21 октября 2019 года отсутствуют, в связи с чем в удовлетворении требований ФИО3 в данной части следует отказать.

При этом обоснованность и законность избрания генеральным директором ФИО5 в соответствии с правилами ч. 3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предметом настоящего спора не является.

Кроме того, 31 октября 2019 года ФИО3 обратился в ОМВД России по Вельскому району с заявлением о проведении проверки в отношении ФИО4, ФИО2, ФИО5 по факту предоставления в налоговый орган заведомо ложных сведений, указав о нелегитимности решения об избрании нового генерального директора общества. 13 ноября 2019 года истец также обратился с заявлением в отделение лицензионно-разрешительной работы (по Вельскому, Устьянскому, Шенкурскому, Коношскому и Виноградовскому районам) Управления Росгвардии по Архангельской области.

На момент рассмотрения настоящего дела проверки по обращениям ФИО3 не завершены.

Направление в одном почтовом отправлении требования участников общества о созыве внеочередного общего собрания, а также уведомления о проведении собрания не свидетельствует о нарушении положений Федерального закона от 08 февраля 1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», поскольку он не содержит запрета одновременного направления указанных документов.

Доводы о том, что в почтовом отправлении находился лишь один запрос об истребовании документов (соответственно, требование о созыве внеочередного общего собрания и уведомление ФИО3 не направлялись), что подтверждается протоколом судебного заседания Арбитражного суда Архангельской области от 26 сентября 2019 года по делу № А05-8912/2019 по исковому заявлению ФИО4 к генеральному директору ООО «ЧОО «РУСИЧЪ» ФИО3 о взыскании убытков, суд отклоняет, как не подтвержденные никакими доказательствами, обязанность представить которые в силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лежала на истце.

В соответствии с аудиопротоколом судебного заседания Арбитражного суда Архангельской области от 26 сентября 2019 года ФИО4 в ходе судебного заседания пояснил о направлении в адрес ФИО3 заказным письмом требования о предоставлении документов. При этом вопросов о том, какие именно документы находились в данном почтовом отправлении, ФИО6 не поступало. Следовательно, основания, позволяющие считать, что в почтовом отправлении находился один запрос, отсутствуют, доводы представителя истца объективно ничем не подтверждены.

Направление требования о созыве внеочередного общего собрания участников общества и уведомления о проведении собрания по месту регистрации юридического лица, а не по месту жительства (регистрации) ФИО3 не свидетельствует о нарушении положений Федерального закона от 08 февраля 1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» либо Устава общества.

При рассмотрении дела установлено, что приказ о расторжении с ФИО3 трудового договора не издавался, запись в трудовую книжку об его увольнении не вносилась, окончательный расчет с истцом не произведен, компенсация при увольнении, предусмотренная ч. 2 ст. 278 Трудового кодекса Российской Федерации, не выплачена. Из объяснений представителей ответчиков следует, что препятствием к осуществлению указанных действий послужил факт отсутствия документов, связанных с деятельностью общества, в том числе кадровых, финансовых, оргтехники, вывезенных из офиса неустановленными лицами, возможно по распоряжению истца.

На основании ч. 1 ст. 50 Федерального закона от 08 февраля 1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» общество обязано хранить документы, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, уставом общества, внутренними документами общества, решениями общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и исполнительных органов общества.

Аналогичные положения содержатся в пункте 7 Устава ООО «ЧОО «Русичъ», в котором также указано, что общество хранит документы по месту нахождения его единоличного исполнительного органа или в ином месте, известном и доступном участникам общества.

Общество обязано обеспечивать участникам общества доступ к имеющимся у него судебным актам по спору, связанному с созданием общества, управлением им или участием в нем. Общество по требованию участника общества обязано обеспечить ему доступ к указанным документам.

Следовательно, общество в лице его единоличного исполнительного органа ФИО3 в силу ст. 50 указанного выше закона является хранителем всей документации ООО «ЧОО «Русичъ».

17 сентября 2019 года ФИО4 в адрес ФИО3 направлялось требование об обеспечении доступа к первичным учетным документам, регистрам бухгалтерского учета, бухгалтерской (финансовой) отчетности, предоставлении документов, которое было получено истцом. Несмотря на это, доступ к документации обеспечен не был, документы не предоставлены.

09 октября 2019 года учредители общества ФИО4 и ФИО2 обнаружили помещение офиса ООО «ЧОО «Русичъ» закрытым, вывеска общества на дверях отсутствовала. Собственник здания по просьбе учредителей открыл помещение, осмотр был произведен не заходя внутрь, установлено отсутствие пульта центрального наблюдения дежурного, компьютера с монитором, офисной техники (принтера, сканера), телевизора, части офисной мебели. Кроме того, рядом со зданием офиса отсутствовал дежурный автомобиль ГБР ВАЗ-2115 с государственным регистрационным знаком <***>. Данные материальные ценности были вывезены в период с 04 по 08 октября 2019 года неустановленными лицами.

По указанному факту 09 октября 2019 года ФИО4 обратился с письменным заявлением в ОМВД России по Вельскому району.

По результатам проверки данного сообщения 16 октября 2019 года старшим УУП ОМВД России по Вельскому району ФИО7 на имя начальника ОМВД подан рапорт об отсутствии в данном случае признаков какого-либо преступления и административного правонарушения, после чего материал списан в номенклатурное дело.

22 ноября 2019 года заместителем прокурора Вельского района вынесено требование об устранении нарушений федерального законодательства, допущенных при рассмотрении сообщения о преступлении, начальнику ОМВД России по Вельскому району поручено незамедлительно рассмотреть настоящее требование, изъять из номенклатурного дела материал проверки по сообщению о преступлении по заявлению ФИО4 и организовать проведение по нему процессуальной проверки; в ходе проверки принять меры по установлению события преступления, проверив доводы ФИО3 об отсутствии факта хищения (вывоза) имущества, автомобиля ГБР, в том числе путем их осмотра и фиксации места нахождения; проверить доводы ФИО4 о хищении (неправомерном завладении) имущества, принадлежащего ООО «ЧОО «<данные изъяты>», телевизора, принадлежащего ФИО4, в том числе путем опроса ФИО8, ФИО2, а также работников ООО «ЧОО «<данные изъяты>», обладающих информацией относительно предмета проверки.

На момент рассмотрения настоящего гражданского дела соответствующая проверка ОМВД России по Вельскому району не проведена.

ДД.ММ.ГГГГ ООО «ЧОО «<данные изъяты>» направило в адрес ФИО3 заказным письмом требование о передаче действующему руководителю документов общества, которое до настоящего времени не исполнено.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 обратился в ОМВД России по Вельскому району с заявлением о возбуждении в отношении ФИО3 уголовного дела по ст. 325 УК РФ за удержание и сокрытие документации ООО «ЧОО «<данные изъяты>».

В настоящее время документы, связанные с деятельностью общества, в том числе финансовые документы, трудовые договоры, трудовые книжки руководителю ООО «ЧОО «<данные изъяты>» либо учредителям общества ФИО4, ФИО2 не переданы.

С целью урегулирования возникшей ситуации руководителем ООО «ЧОО «<данные изъяты>» в адрес ФИО3 было направлено сообщение с просьбой явиться для получения компенсации за досрочное расторжение трудового договора, предоставить трудовую книжку для внесения соответствующей записи, а также реквизиты расчетного счета. Истец за выплатой компенсации не явился, трудовую книжку, а также запрашиваемую информацию не представил.

При рассмотрении дела установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ИФНС по г. Архангельску зарегистрировано ООО «ЧОО «<данные изъяты>» (ОГРН №), учредителем (участником) которого является ФИО9 Виды деятельности общества соответствуют видам деятельности ООО «ЧОО «<данные изъяты>» (ОГРН №).

На момент рассмотрения настоящего дела в ООО «ЧОО «<данные изъяты>» продолжает работу 1 охранник, а также генеральный директор. Большая часть сотрудников общества ориентировочно с сентября 2019 года работает в ООО «ЧОО «<данные изъяты>». Из объяснений ответчиков следует, что действиями ФИО3 деятельность ООО «ЧОО «<данные изъяты>» практически была парализована, имеется значительная задолженность перед поставщиками услуг, работниками, большая часть госконтрактов (контрактов) расторгнута.

В судебном заседании ответчиком ФИО2 была представлена копия трудовой книжки ФИО10, принятого на должность контролера в ООО «ЧОО «<данные изъяты>» 01 апреля 2018 года. 03 ноября 2019 года трудовой договор с ФИО10 расторгнут по инициативе работника. Запись об увольнении № 24 от 03 ноября 2019 года выполнена от имени генерального директора ООО «ЧОО «<данные изъяты>» ФИО3, содержит его подпись, а также печать общества.

Из материалов дела следует, что 18 октября 2019 года старшим следователем следственного отдела по Соломбальскому округу г. Архангельска Следственного управления Следственного комитета РФ по Архангельской области и Ненецкому автономному округу от 18 октября 2019 года в отношении ФИО3 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 170.1 УК РФ., согласно которому в период с 03 октября 2017 года по 30 марта 2018 года ФИО3, действуя с единым умыслом, направленным на завладение долями учредителей ФИО4 и ФИО2 стоимостью 75000 рублей каждая в уставном капитале ООО «ЧОО «<данные изъяты>», зарегистрированного по адресу: <адрес>, находясь в неустановленном месте, умышленно, с целью внесения в единый государственный реестр юридических лиц недостоверных сведений о размерах долей в уставном капитале учредителей общества ФИО4 и ФИО2, направленной на приобретение прав на их имущество, организовал изготовление и представление в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц – Единый регистрационный центр ИФНС России по г. Архангельску, заявления по форме Р 140001 об изменении сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ, а также протоколы общих собраний учредителей общества от 03 октября 2017 года № 4 и от 21 марта 2018 года № 5, содержащие заведомо ложные данные о неоплате ФИО4 и ФИО2 принадлежащих им долей в уставном капитале общества. На основании представленных ФИО3 документов, содержащих заведомо ложные данные, ИФНС России по г. Архангельску 11 октября 2017 года и 30 марта 2018 года в ЕГРЮЛ внесены недостоверные сведения о прекращении полномочий участников общества ФИО4 и ФИО2, переходе их долей обществу и продаже долей его (ФИО3) супруге – ФИО11

Оценив представленные доказательства, установив фактические обстоятельства дела, принимая во внимание наличие длительного корпоративного спора между учредителями (участниками) общества, о чем свидетельствуют судебные акты по другим делам, которыми подтверждена недобросовестность истца, принимая во внимание, что хранителем документации общества является генеральный директор, как единоличный исполнительный орган, суд приходит к выводу о том, что документы, связанные с деятельностью общества (либо их часть) находятся у ФИО3

Данный факт подтверждается и тем, что трудовая книжка ФИО10 до 03 ноября 2019 года находилась у ФИО3, а также фактами обращения ФИО4 в полицию по поводу хищения (вывоза) имущества общества, автомобиля ГБР, направления ФИО3 требования о предоставлении документов, а также необращением самого ФИО3 в правоохранительные органы по факту хищения (вывоза) имущества ООО «ЧОО «<данные изъяты>», документов общества. Также суд учитывает, что ключи от офисного помещения находятся у ФИО3

Выступая от имени организации, руководитель должен действовать в ее интересах добросовестно и разумно (п. 3 ст. 53 Гражданского кодекса Российской Федерации). От качества работы руководителя во многом зависят соответствие результатов деятельности организации целям, ради достижения которых она создавалась, сохранность ее имущества, а часто и само существование организации.

Согласно ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Как разъяснено в абзаце 3 п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Поскольку до настоящего времени ответчикам не переданы документы ООО «ЧОО «<данные изъяты>», в том числе по кадровым вопросам, трудовая книжка истца, финансовые документы, оргтехника, необходимые для надлежащего завершения процедуры увольнения, суд, учитывая непредоставление ответчикам документов, техники, приходит к выводу о злоупотреблении ФИО3 своими правами, в связи с чем, ответчики не должны отвечать за неблагоприятные действия с его стороны.

Давая оценку доводам представителя истца о прекращении трудовых отношений с ФИО3 в результате его виновных действий, утраты доверия, суд отмечает, что установление вины работника и оценка его действий с точки зрения причинения вреда обществу не являются обстоятельствами, подлежащими установлению и доказыванию по данному спору, поскольку увольнение истца произведено по иным основаниям. При этом формулировка «утрата доверия» была приведена участниками общества при решении вопроса о прекращении полномочий истца как генерального директора в другом контексте.

Желание добиться более эффективного, прозрачного управления ООО «ЧОО «<данные изъяты>» непосредственно обуславливается внутренним убеждением учредителей (участников) общества об оценке качества труда руководителя данного юридического лица, поэтому само по себе решение об увольнении ФИО3 злоупотреблением правом или дискриминацией не является, даже и в отсутствие фактов недобросовестного отношения к исполнению своих обязанностей.

Отсутствие приказа о расторжении трудового договора с истцом, невнесение записи об увольнении в его трудовую книжку, а также то обстоятельство, что с ФИО3 до настоящего времени не произведен окончательный расчет и не выплачена компенсация, установленная ст. 279 Трудового кодекса Российской Федерации, при установленных судом обстоятельствах, не являются основанием для восстановления его на работе.

При этом суд учитывает, что нарушение работодателем требования ст. 279 Трудового кодекса Российской Федерации, предусматривающей выплату компенсации при прекращении трудового договора с руководителем организации по п. 2 ст. 278 Трудового кодекса Российской Федерации, само по себе не может служить достаточным основанием для восстановления на работе уволенного руководителя организации.

В случае прекращения трудового договора с руководителем организации в соответствии с пунктом 2 части первой статьи 278 Трудового кодекса Российской Федерации при отсутствии виновных действия (бездействия) руководителя ему выплачивается компенсация в размере, определяемом трудовым договором, но не ниже трехкратного среднего месячного заработка, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом (статья 279 Трудового кодекса Российской Федерации).

В рассматриваемом случае общим собранием участников ООО «ЧОО «<данные изъяты>» принято решение о выплате ФИО3 компенсации в размере трехкратного среднего месячного заработка, истцу предложено явиться за получением соответствующих выплат, однако от совершения данных действий ФИО3 уклоняется.

Предоставленная в материалы дела копия дополнительного соглашения к трудовому договору, заключенному с ФИО3, от ДД.ММ.ГГГГ, в котором размер компенсации, установленной ст. 279 Трудового кодекса Российской Федерации, определен в размере 100000 рублей, не может быть принята во внимание. Так указанное дополнительное соглашение от имени работодателя подписано ФИО11

Вместе с тем, решениями Арбитражного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ по делу № А05-9646/2018, от ДД.ММ.ГГГГ по делу № А05-16953/2018 решения ООО «ЧОО «<данные изъяты>», оформленные протоколами № 4 от 03 октября 2017 года (согласно которому в связи с неоплатой ФИО2 доли в размере 30% уставного капитала, она переходит обществу и подлежит продаже ФИО11), № от 21 марта 2018 года (согласно которому в связи с неоплатой ФИО4 доли в размере 30% уставного капитала, она переходит к обществу и подлежит продаже ФИО11) признаны недействительными, договор купли-продажи доли в уставном капитале от 03 октября 2017 года, заключенный между ООО «ЧОО «<данные изъяты>» и ФИО11 признан недействительным.

При таких обстоятельствах, дополнительное соглашение к трудовому договору, заключенному с ФИО3, подписанное от имени работодателя ФИО11, нельзя признать законным.

Оценив представленные доказательства, суд приходит к выводу об отказе ФИО3 в удовлетворении исковых требований к ООО «ЧОО «<данные изъяты>» о признании незаконным протокола внеочередного общего собрания участников общества», восстановлении на работе, компенсации морального вреда.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

решил:

ФИО3 в удовлетворении заявленных требований к обществу с ограниченной ответственностью «Частная охранная организация «<данные изъяты>», ФИО4, ФИО2 о признании незаконным протокола внеочередного общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью «Частная охранная организация «<данные изъяты>», восстановлении на работе, компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме в Архангельском областном суде путем подачи апелляционной жалобы через Вельский районный суд.

Председательствующий Н.В. Сидорак