Решение № 2-1725/2023 2-8/2024 2-8/2024(2-1725/2023;)~М-1625/2023 М-1625/2023 от 17 января 2024 г. по делу № 2-1725/2023

03RS0054-01-2023-002227-02 Дело № 2-8/2024


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Мелеуз 18 января 2024 года

Мелеузовский районный суд Республики Башкортостан в составе:

председательствующего судьи Байрашева А.Р.,

с участием помощника Мелеузовского межрайонного прокурора Масютиной Ю.Ю.,

представителя истца ФИО2 – ФИО3,

при секретаре Баязитовой Г.Б.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ООО «Эльга-Строй» о взыскании компенсации морального вреда за травму, полученную на производстве,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО2 обратился в суд с вышеуказанным иском, обосновывая его тем, что <дата обезличена> был принят на работу в качестве монтажника технологических трубопроводов 4-го разряда участка <№>. Однако повредил здоровье вследствие несчастного случая на производстве, произошедшего <дата обезличена> в период работы, выполняя работу, порученную ответчиком. Согласно акта о несчастном случае на производстве от <дата обезличена> основная причина несчастного случая – нарушение трудовой и производственной дисциплины, выразившиеся в несоблюдении требований безопасности, изложенных в локальных нормативных актах по охране труда, то есть, по мнению работодателя виноват в получении травмы практически полностью истец, нарушив прежде всего трудовую и производственную дисциплину. С выводами комиссии и содержанием акта о несчастном случае на производстве категорически не был согласен. В связи с этим <дата обезличена> обратился в Государственную инспекцию труда в <адрес обезличен> (Якутия), по итогу которого, инспекцией труда было сделано заключение и вынесено предписание ООО «Эльга-Строй» оформить новый акт о несчастном случае на производстве, в связи с чем, ООО «Эльга-Строй» было вынуждено оформить новый акт о несчастном случае на производстве, где в качестве причины несчастного случая указан код 2.14, то есть использование пострадавшего не по специальности. В результате полученной травмы, согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья, в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести от <дата обезличена>, выданного медицинской организацией ООО «Даль-мед» диагноз: закрытый перелом большеберцовой кости справа со смещением отломков, перелом малоберцовой кости без смещения. Травма относится к категории легкой. Однако, в результате полученной травмы, истец перенес операцию на ноге, на месте перелома костей установлена пластина из металла, при этом ни каких выплат ответчиком в связи с причинением вреда здоровью не произведено.

Просит взыскать с ООО «Эльга-Строй» компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 руб.

В судебном заседании представитель истца – ФИО3, поддержав иск, просил взыскать с ООО «Эльга-Строй» компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 руб.

В судебное заседание истец ФИО2, надлежащим образом, извещенный о дате, месте и времени судебного разбирательства, не явился.

В судебное заседание представитель ответчика ООО «Эльга-Строй» также не явился, надлежащим образом, извещен о дате, месте и времени судебного разбирательства, при этом письменным возражением от <дата обезличена> просил в удовлетворении исковых требований истца отказать в части, превышающей суммы в размере 3 000 руб., в удовлетворении требований о возложении расходов на проведение судебно-медицинской экспертизы на ответчика отказать полностью.

В силу ст. 167 ГПК РФ с учетом мнения участников процесса, суд считает возможным рассмотреть дело без участия неявившихся лиц, надлежащим образом, извещенных о дате, месте и времени рассмотрения иска.

Выслушав представителя истца, заключение прокурора Масютиной Ю.Ю., полагавшей иск подлежащим удовлетворению с учетом требований разумности и справедливости, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему:

Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации).

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

Положения Конституции Российской Федерации о праве на труд согласуются и с международными правовыми актами, в которых раскрывается содержание права на труд.

Так, Всеобщая декларация прав человека (принята Генеральной Ассамблеей ООН <дата обезличена>) предусматривает, что каждый человек имеет право на труд, на свободный выбор работы, на справедливые и благоприятные условия труда (п. 1 ст. 23 Декларации).

В ст. 7 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах (принят <дата обезличена> Резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН) указано, что участвующие в настоящем пакте государства признают право каждого на справедливые и благоприятные условия труда, включая в том числе условия работы, отвечающие требованиям безопасности и гигиены.

Из приведенных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи с нормами международного права следует, что право на труд относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека, принадлежащих каждому от рождения. Реализация этого права предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав, в частности, права на условия труда, отвечающие требованиям безопасности.

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

Согласно п. 10 ст. 3 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" страховой случай - страховой случай - подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию; несчастный случай на производстве - событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Исходя ст. 15 ФЗ-125 акт о несчастном случае на производстве является обязательным документом для подтверждения страхового случая.

Согласно ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

П. 3 ст. 8 ФЗ-125 "Об обязательном социальном страховании от несчастного случая на производстве и профессиональных заболеваний" предусматривает возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

При определении конкретного размера компенсации морального вреда суд обязан учитывать все заслуживающие внимания доводы.

Согласно части 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Исходя части 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статья 237 ТК РФ также предусматривает, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В силу части 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата обезличена> N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом, поскольку, потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В ходе рассмотрения дела достоверно установлено, что действительно ФИО2 с <дата обезличена> по <дата обезличена> гг. состоял в трудовых отношениях с ООО «Эльга-Строй» в должности монтажника технологических трубопроводов 4 разряда на участке <№> (ОР) – обособленное подразделение «Эльга», на основании трудового договора <№> от <дата обезличена>.

Как следует из представленных материалов, <дата обезличена> при выполнении трудовых обязанностей с ФИО2 произошел несчастный случай на производстве, в результате которого истцу была причинена производственная травма в виде ..., что подтверждается актом о несчастном случае на производстве <№>, утвержденным <дата обезличена>, выписным эпикризом.

В акте <№> о несчастном случае на производстве от <дата обезличена>, оформленном в отношении работника ФИО2, причиной несчастного случая, произошедшего <дата обезличена> указано: основная причина – нарушение трудовой и производственной дисциплины, выразившееся в несоблюдении требований безопасности, изложенных в локальных нормативных акутах по охране труда. Сопутствующая причина – неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в необеспечении контроля со стороны линейного руководителя за соблюдением трудовой и производственной дисциплины отдельными подчиненными работниками.

Однако, не согласившись с актом <№> от <дата обезличена> о несчастном случае, ФИО2 обратился в Государственную инспекцию труда в <адрес обезличен> (Якутия).

Как следует из акта о несчастном случае на производстве, утвержденном <дата обезличена> (форма Н-1), причиной несчастного случая явилось – использование пострадавшего не по специальности.

Лицами, допустившими нарушения требований охраны труда, в акте указаны: мастер участка ФИО1 – нарушил требования ст. 60 ТК РФ, п. 3.6 Должностной инструкции мастера участка ДИ-01-04/2023 и монтажник технологических трубопроводов ФИО2 – в нарушение п. 3.11 Инструкции по охране труда <№> приступил к работе, по которой не был обучен и не входящую в его обязанности.

Вместе с тем, согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести от <дата обезличена>, выданного медицинской организацией ООО «ДальМед» травма относится к категории легкой.

С целью установления юридически значимых обстоятельств по делу, определением суда от <дата обезличена> назначена судебно-медицинская экспертиза.

Как следует из заключения эксперта ГБУЗ Бюро судебно-медицинской экспертизы <№>-П, ФИО2 в результате несчастного случая на производстве <дата обезличена> получил повреждения: .... Установленные повреждения вызывают значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть, независимо от исхода и оказания медицинской помощи, имеют квалифицирующие признаки причинения тяжкого вреда – здоровью.

Суд принимает в качестве доказательства заключение ГБУЗ Бюро судебно-медицинской экспертизы <№>-П, поскольку каких-либо оснований не доверять данному заключению эксперта у суда не имеется, не имеется также и оснований сомневаться в объективности и обоснованности данного заключения, так как заключение содержит подробное описание проведенного исследования, выводы и ответы.

Разрешая заявленные требования, суд приходит к выводу о наличии обязанности работодателя компенсировать работнику моральный вред, причиненный в результате несчастного случая на производстве.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд в соответствие со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата обезличена> N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая безусловное наличие у истца физических и нравственных страданий, вызванных полученной производственной травмой, исходит из обстоятельств причинения вреда, тяжести полученных травм, продолжительности нахождения на лечении, степени вины ответчика, характера и степени, понесенных истцом физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями его личности, а также требования разумности и справедливости, считает требование ФИО2 обоснованным, однако находит подлежащим удовлетворению частично, а именно в сумме 130 000 руб.

В силу статьи 393 Трудового кодекса Российской Федерации и подп. 1 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации при обращении в суд с иском по требованиям, вытекающим из трудовых отношений, работники освобождаются от оплаты пошлин и судебных расходов, заявитель не лишен права обратиться в суд с заявлением в порядке положений ст. 93 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и ст. 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации о возврате государственной пошлины.

Поскольку ФИО2 за проведение судебной экспертизы экспертному учреждению оплачено 29 204 руб., в соответствие со статьей 393 Трудового кодекса Российской Федерации данные расходы подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

Кроме того, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию и государственная пошлина в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО2 (паспорт серия и <№>) к ООО «Эльга-Строй» (ИНН <***>) о взыскании компенсации морального вреда за травму, полученную на производстве удовлетворить частично.

взыскать с ООО «Эльга-Строй» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 130 000 руб. и расходы по оплате экспертизы в сумме 29 204 руб.

взыскать с ООО «Эльга-Строй» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Башкортостан через Мелеузовский районный суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий судья А.Р. Байрашев

Решение в окончательной форме изготовлено <дата обезличена>

Копия верна:

Председательствующий судья: А.Р. Байрашев.