Апелляционное определение № 22-1614/2026 от 20 апреля 2026 г.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г.Уфа 21 апреля 2026 года

Верховный Суд Республики Башкортостан

в составе председательствующего судьи Янбетова А.Р.

судей Калентьева А.Н. и Галлямовой Л.Ф.,

при ведении протокола помощником судьи Фарраховой В.В.,

с участием прокурора Мустафина Р.И.,

осужденного ФИО1 и его защитников-адвокатов Зайцева В.В. и Тухватуллина Р.Я.

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и его адвокатов Зайцева В.В. и Тухватуллина Р.Я. на приговор Кумертауского межрайонного суда Республики Башкортостан от 12 февраля 2026 года, которым

ФИО1, дата года рождения, не судимый,

осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 9 лет 6 месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Взыскано с ФИО1 в счет компенсации морального вреда в пользу Е.П... – 1 500 000 (один миллион пятьсот тысяч) рублей, в пользу Е.В.. – 1 500 000 (один миллион пятьсот тысяч) рублей.

Заслушав доклад судьи Калентьева А.Н. об обстоятельствах дела, выслушав мнение осужденного ФИО1 и его адвокатов Зайцева В.В. и Тухватуллина Р.Я., поддержавших доводы жалоб, мнение прокурора апелляционного отдела уголовно-судебного управления прокуратуры Республики Башкортостан Мустафина Р.И. о законности приговора, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО1 умышленно причинил тяжкий вред здоровью, опасный для жизни потерпевшего Е.В.., повлекший по неосторожности его смерть. Преступление совершено 01 марта 2025 года в период с 06 до 09 часов в г. Кумертау, при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину не признал.

В апелляционной жалобе с дополнением адвокат Зайцев В.В. в интересах осужденного ФИО1, не соглашаясь с приговором и ссылаясь на нормы закона просит квалифицировать действия его подзащитного по ст.112 УК РФ. Утверждает, что доводы ФИО1 о непричастности к вмененному ему преступлению не опровергнуты и обвинение построено на предположениях. Е.. получил телесные повреждения в результате падения и соударении о перила, в результате нахождения в алкогольном опьянении. Отсутствуют доказательства того, что ФИО1 нанес удар в височную область потерпевшего. Свидетели данного факта не видели. ФИО1 вину признает по ст.112 УК РФ. Прямой причинно-следственной связи между его действиями и наступлением смерти Е.. не имеется. Отказывая в проведении повторных и новых экспертиз по делу, суд нарушил право ФИО1 на защиту. Размер компенсации морального вреда является завышенным. Не обоснованно учтено наличие отягчающего наказание обстоятельства – нахождение ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения, вызванного употреблением алкоголя, поскольку нет этому подтверждений. Не дана оценка выводам специалиста ФИО3, который подтверждает возможность образования мозговой травмы у Е.. при падении с высоты собственного роста. ФИО1 характеризуется положительно, по характеру не конфликтный.

В апелляционной жалобе с дополнением адвокат Тухватуллин Р.Я. в интересах осужденного ФИО1, не соглашаясь с приговором и ссылаясь на нормы закона просит квалифицировать действия его подзащитного по ст.112 УК РФ или ст. 109 УК РФ. Утверждает, что прямой причинно-следственной связи между его действиями и наступлением смерти Е.. не имеется. ФИО1 изначально и стабильно давал показания о том, что в голову потерпевшего он не бил. Повреждения в области виска, Е.. получил в результате падения о перила. Допрошенный эксперт по делу не исключил возможность получения телесных повреждений в результате падения. Свидетели Я.. и Г.. подтвердили тот факт, что когда они увидели потерпевшего с телесными повреждениями, находящийся рядом ФИО1 им пояснил, что Е.. неоднократно падал и поэтому имеет повреждения. Просит признать дополнительным смягчающим наказание обстоятельством – аморальное и противоправное поведение потерпевшего, явившегося поводом для преступления. Не обоснованно учтено наличие отягчающего наказание обстоятельства – нахождение ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения, вызванного употреблением алкоголя, поскольку нет этому подтверждений, и это не дало возможность применить положения ч.1 ст.62 УК РФ. Размер компенсации морального вреда является завышенным.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит квалифицировать его действия по ст.112 УК РФ или ст. 109 УК РФ. Утверждает, что уголовное дело в отношении него проведено с обвинительным уклоном. Тяжкий вред здоровью потерпевшему он не причинял. Е.. терял равновесие из-за состояния опьянения и падал, в результате чего пошла кровь из головы. Видео запись с домофона подтвердила факт того, что у Е.. не было телесных повреждений перед заходом в подъезд дома. Свидетели по делу не видели, как он бил Е.. по голове в подъезде дома. Не дана оценка выводам специалиста ФИО3, который подтверждает возможность образования мозговой травмы у Е.. при падении с высоты собственного роста. Он признает вину по ст.112 УК РФ, о чем он дал показания в полиции. Не обоснованно учтено наличие отягчающего наказание обстоятельства – нахождение его в состоянии алкогольного опьянения, вызванного употреблением алкоголя, поскольку он пьяным не был. Просит смягчить наказание, поскольку он вызвал скорую помощь, извинился перед потерпевшим и возместил вред, имеет малолетнего ребенка.

Апелляционное представление отозвано государственным обвинителем до начала судебного заседания.

Заслушав участников процесса, проверив материалы дела, обсудив доводы жалоб, апелляционная инстанция приходит к следующему.

Вопреки доводам жалоб, суд правильно установил, что в действиях ФИО1 имеет место умышленное причинение тяжкого вред здоровью, опасного для жизни потерпевшего Е.В.., повлекшее по неосторожности его смерть. Выводы суда о виновности осужденного в содеянном основаны на материалах уголовного дела, полно и всесторонне исследованных в судебном заседании доказательствах, анализ и оценка которым в приговоре даны.

Вина ФИО1 в совершении преступления предусмотренного ч.4 ст. 111 УК РФ подтверждается следующими доказательствами.

Допрошенный ФИО1 показал, что ночью 01 марта 2025 года он находился в клубе, в 06 часов клуб закрылся и он ушел. По дороге его окликнул ранее незнакомый Е.., который вел себя неадекватно. По дороге он просил Е.. успокоиться, но тот не реагировал. Тогда он повалил его на снег, ударил правой рукой в левую часть лица и повел в сторону ближнего дома, но Е.. продолжал разговаривать с ним грубо, поэтому он повалил его вновь на снег, нанес несколько ударов по лицу. Потом поднял Е.. и завел в подъезд, где Е.. упал, ударился головой о металлические перила. Он посадил его на ступеньку, стал бить по щекам, приводя в чувство, но Е.. не реагировал. Когда приехала скорая помощь, он помог медикам вывести Е.. из подъезда, довести до машины. Он не отрицает, что бил Е.., но мог причинить только вред здоровью средней тяжести.

Свидетель М.. пояснила, что она проживает в первом подъезде, на первом этаже адрес. Утром 01 марта 2025 года, она слышала в подъезде шум и ругань, поэтому вышла в подъезд, где увидела двоих мужчин, один из которых был ФИО1, а другой Е.., который сидел на ступеньках, согнувшись с опухшей головой. Она спросила, нужна ли им помощь и все ли у них в порядке, на что ФИО1 ответил, что помощь им не нужна. Она вернулась к себе в квартиру. Около 09 часов к их подъезду подъехала скорая помощь и Е.. увезли. Днем она посмотрела запись с камеры наблюдения домофона, увидела, что ФИО1 нанес множество ударов по голове и телу Е.., от боли Е.. кричал. Спустя несколько дней она убиралась в подъезде, где на дверях, на полу и на стене отмывала следы крови. Следов крови на перилах не было.

Свидетель Я.. пояснила, что утром 01 марта 2025 года, когда она зашла в подъезд адрес, вместе со своим мужем Г.., увидела, что на ступенях сидит мужчина, голова у него была отекшая, он издавал непонятные звуки, на ступенях под ним и на стенах были пятна крови. Она поняла, что мужчина был избит. В этот момент она увидела другого человека, который в последствии оказался ФИО1, который ей пояснил, что они ждут скорую помощь. Также он говорил, что тот мужчина падал в подъезде, но она не поверила этому, потому что на стенах в подъезде и на дверях были пятна и брызги крови, которые не могли образоваться в результате падения. Куртка и джинсы ФИО1 были с пятнами крови.

Аналогичные показания дал свидетель Г..

Допрошенный свидетель П. пояснил, что является нейрохирургом Кумертауской городской больницы, 01 марта 2025 года утром в приемное отделение больницы, поступил Е.. Виктор. Он смог назвать свое имя и сказал, что его избили. После проведения КТ головного мозга и грудной клетки у Е.. обнаружена сочетанная травма и открытая проникающая черепно-мозговая травма, ушиб головного мозга тяжелой степени и вдавленный перелом правой височной кости с компрессией головного мозга. После проведенной операции у Е.. произошло ухудшение состояния, появилось осложнение, от чего 16 марта 2025 года он скончался в реанимационном отделении больницы.

Согласно заключению эксперта №519 от 18.03.2025 года, на куртке потерпевшего Е.В.., на джинсовых брюках и в части пятен на куртке обвиняемого ФИО1, в трёх смывах с места происшествия обнаружена кровь человека А? (II) группы, происхождение которой возможно от потерпевшего Е.В.. и исключается от обвиняемого ФИО1 в силу иной групповой принадлежности по системе AB0. (т.1 л.д. 130-133).

Из заключения эксперта №90 от 04 апреля 2025 года следует, что у Е.. смерть наступила от открытой проникающей черепно-мозговой травмы и развившегося в результате осложнения в виде гнойно-фибринозного пахименингита, инфаркта-пневмонии с формированием абсцесса, полиорганной недостаточности (т.1 л.д. 138-157).

Допрошенный эксперт С. пояснила, что она исследовала труп Е.В.., все обнаруженные у него телесные повреждения описала в своем заключении, которое она подтверждает. Она не исключает получение данного смертельного ранения, как при нанесении удара в эту область головы, так и при падении Е.. с высоты собственного роста и ударе о выступающий предмет.

В суде была исследована запись с камер видеонаблюдения, установленной на доме №7 улицы Энергетиков г.Кумертау, где на записи видно, как по улице Энергетиков идет Е.., быстрым уверенным шагом, ровной, не шатающейся походкой и ускоряет шаг от шедшего сзади него ФИО1. Е.. повернул в проезд между 5 и 7 домами, ФИО1 зашел за ним. В данном месте видеокамера не снимает. Через 9 минут, они оба вновь попадают в зону видеокамеры, установленной над первым подъездом дома №5 на улице Энергетиков г.Кумертау, где из записи видно, что Е.. уже без куртки и без шапки, идет шатаясь из стороны в сторону. Так же видно, как все это время, на протяжении более двух часов, лежащему Е.. ФИО1 наносит удары кулаком по голове. За все время видеосъемки ФИО1 нанес Е.. 74 удара, из которых 43 были в голову. Свои действия ФИО1 сопровождал нецензурной бранью и оскорбительными словами в адрес Е...

Анализ приведенных выше и других имеющихся в деле доказательств, надлежащая оценка которым дана в приговоре, свидетельствует о том, что суд правильно установил виновность ФИО1. Принимая во внимание характер действий осужденного, локализацию и степень тяжести причиненных повреждений потерпевшему, суд первой инстанции правильно дал юридическую оценку его действиям. Апелляционная инстанция приходит к выводу о том, что тщательный анализ и основанная на законе оценка доказательств в их совокупности, позволили суду правильно установить фактические обстоятельства и обоснованно прийти к выводу о виновности ФИО1 в совершении преступления предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ. Доказательства, приведенные судом в обоснование вины осужденного, были получены при соблюдении требований уголовно-процессуального закона и являются допустимыми. Отказ в удовлетворении заявленных ходатайств, в удовлетворении которых суд не нашел оснований, является правом суда и не свидетельствует об обвинительном уклоне при рассмотрении уголовного дела.

Оценивая показания ФИО1 о том, что потерпевший получил телесные повреждения, которые в последствии вызвали его смерть, при падении с высоты собственного роста и ударах о перила, суд правильно пришел к выводу об их недостоверности, поскольку они существенно противоречат собранным доказательствам по делу. Доводы осужденного в свою защиту, по мнению суда апелляционной инстанции, являются не убедительными и расцениваются как способ защиты и желание избежать ответственности за совершенное деяние, поскольку они по существу сводятся к переоценке правильных выводов суда. Как видно из материалов уголовного дела, указанные доводы, которые в последующем были продублированы в апелляционной жалобе, были предметом тщательного исследования и надлежащей оценки судом первой инстанции, который мотивировал свое решение в этой части, с чем судебная коллегия соглашается, и оснований для переквалификации действий осужденного по доводам жалоб нет.

Суд правильно признал ФИО1 виновным в том, что он 01 марта 2025 года в период с 06 до 09 часов, в состоянии алкогольного опьянения, вместе с ранее незнакомым Е.В.., находился сначала между 5 и 7 домами на улице Энергетиков, затем во дворе дома 5 улицы Энергетиков г.Кумертау, где на почве возникшей личной неприязни к Е.., умышленно, с целью причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, в течение нескольких часов избивал Е.., наносил ему удары кулаками и ногами по голове и по телу, причинив умышленно тяжкий вред здоровью, опасный для жизни потерпевшего Е.В.., повлекший по неосторожности его смерть. Данный факт полностью подтверждается исследованным судом протоколом осмотра записи с камер видеонаблюдения, установленной на адрес (т.1 л.д.107-112) и иными собранными доказательствами по делу. При этом, довод защиты о том, что телесные повреждения, предусмотренные ч.4 ст.111 УК РФ были причинены Е.. в подъезде дома, являются не состоятельными, поскольку в деле отсутствуют подтверждающие этому доказательства.

Из протокола осмотра места происшествия от 01 марта 2025 года и фототаблиц к нему видно, что на перилах крови нет, на ступенях под перилами кровь так же отсутствует. Данный факт также подтверждается цветными фотографиями места происшествия, сделанными 01 марта 2025 года (т.1 л.д. 33-40). Допрошенный свидетель ФИО2 четко пояснила, что после случившегося она отмывала от крови в подъезде двери, стены, полы, перила были чистые, на них крови не было.

Суд первой инстанции правильно не принял во внимание заключение специалиста ФИО3, представленное адвокатом Тухватуллиным Р.Я., потому что данное заключение не соответствует требованиям Федерального закона №73-ФЗ (ред. от 22 июля 2024 года) "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации". Более того, специалист ФИО3 не предупреждался об ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ и не представил диплом о наличии соответствующего образования.

Судебная коллегия так же обращает внимание на то, что версия защиты о том, что Е.. получил смертельную травму при падении в подъезде и ударе головой об перила, возникла только после ознакомления сторон с заключением эксперта, в котором сказано, что получение Е.. смертельной травмы не исключается как при нанесении ударов по голове, так и при падении с высоты собственного роста. До получения этих сведений ФИО1 при допросе в качестве подозреваемого и обвиняемого, а также в ходе проверки показаний на месте, в присутствии своего адвоката четко и стабильно признавал факт нанесения им 25-30 ударов по голове и груди Е.., при этом о падении последнего и удара головой о перила никаких упоминаний не было.

Таким образом, квалифицируя действия ФИО1, суд верно исходил из установленных в ходе судебного следствия обстоятельств, поскольку он осознавал общественно – опасный характер своих действий, производя многочисленные удары в жизненно важные органы, и поэтому предвидел их и желал причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни Е.., что повлекло по неосторожности его смерть. Действовал он с прямым умыслом – на почве неприязненных отношений.

В соответствии со ст. 60 УК РФ при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Апелляционная инстанция полагает, что для достижения целей наказания, указанных в ст.43 УК РФ, наказание ФИО1 в виде лишения свободы определено правильно, с учетом принципа разумности, справедливости, соответствующим требованиям уголовно-процессуального и уголовного законов, полностью отвечающим задачам исправления осуждённого и предупреждения совершения им новых преступлений.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд учел наличие малолетнего ребенка, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, частичное признание вины, добровольное частичное возмещение потерпевшим морального вреда, причиненного в результате преступления, принесение извинений потерпевшей в судебном заседании, а также неоднократное оказание благотворительной помощи детскому дому и систематическое оказание гуманитарной помощи СВО, за что ФИО1 была вручена медаль «За содействие СВО» и благодарственные письма. Вопреки доводам жалобы оказание помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления признано судом как смягчающее наказание обстоятельство.

Назначая наказание, суд правильно исходил из всех обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности содеянного, личности осужденного, а также влияния назначенного наказания на его исправление. У суда имеются достаточные основания полагать, что его исправление возможно только в условиях изоляции от общества. Назначенное наказание является справедливым и отвечает принципам разумности, поскольку только данный вид наказания может обеспечить достижение целей наказания.

Вопреки доводам жалоб, суд правильно признал в качестве отягчающего наказание обстоятельства – «совершение преступления в состоянии опьянения, вызванным употреблением алкоголя», поскольку были представлены, в достаточной степени, объективные данные, указывающие на то, что именно алкогольное опьянение действительно способствовало совершению преступления. Суд надлежащим образом исследовал доказательства, подтверждающие данный факт и правильно пришел к выводу, что именно состояние алкогольного опьянения способствовало совершению ФИО1 преступного деяния, поскольку сняло внутренний контроль за своим поведением и повлекло возникновение агрессии и противоправного поведения в отношении потерпевшего.

Судебная коллегия не находит оснований для признания в качестве смягчающего наказания обстоятельства – противоправное и аморальное поведение потерпевшего, явившегося поводом для преступления, поскольку таких данных суду предоставлено не было. Показаниям осужденного ФИО1 в части того, что Е.. вел себя агрессивно и спровоцировал его на противоправное поведение, судом дана правильная оценка, как попытке ввести суд в заблуждение и смягчить свое положение.

Вид исправительного учреждения в соответствии с п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ назначен правильно. Зачет по правилам ст. 72 УК РФ судом произведен верно.

Так же апелляционная инстанция не соглашается с доводами жалоб в части уменьшения размера компенсации морального вреда, поскольку при определении размера компенсации морального вреда суд правильно учел все обстоятельства причинения смерти Е.., характер причиненных нравственных страданий, связанных с гибелью близкого человека, его невосполнимой утратой, перенесенной стрессовой ситуацией, причинением глубоких нравственных переживаний и сильной душевной боли, продолжающихся нравственных страданий, вызванных утратой отца. Взысканная сумма в размере 1 500 000 рублей в пользу каждого истца отвечает требованиям разумности и справедливости и оснований для ее снижения по доводам жалобы нет.

Таким образом, приговор является законным, обоснованным и справедливым, оснований для удовлетворения апелляционных жалоб не имеется.

Апелляционное производство по апелляционному представлению подлежит прекращению на основании ст. 389.8 УПК РФ в связи с его отзывом.

Исходя из изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Приговор Кумертауского межрайонного суда Республики Башкортостан от 12 февраля 2026 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Апелляционное производство по апелляционному представлению государственного обвинителя прекратить в связи с его отзывом.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в Шестой кассационной суд общей юрисдикции (г. Самара) в течение 6 месяцев со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей – в тот же срок со дня вручения им копии апелляционного определения, путем обращения в суд первой инстанции. В случае обжалования судебного решения в кассационном порядке осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий п/п

Судьи п/п п/п

№ 22- 1614/2026

Судья Коваленко Л.П.