Апелляционное постановление № 22-704/2017 от 30 августа 2017 г. по делу № 22-704/2017

«КОПИЯ»

Судья Пономарев А.В. Дело №22-704/2017


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Салехард 31 августа 2017 года

Суд Ямало-Ненецкого автономного округа в составе председательствующего Калинкина С.В.,

с участием прокурора Веселухиной О.В.,

при секретаре Мусаевой З.М.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и адвоката Асатряна С.Х., представителей ответчика ФИО2 и ФИО3, на приговор Пуровского районного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 05 мая 2017 года, по которому

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в г. Калинкович Гомельской области Республики Беларусь, несудимый

осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к 2 годам лишения свободы в колонии-поселении с лишением права управления транспортными средствами на 2 года.

Заслушав выступление осужденного ФИО1 и адвоката Голикова А.П., представителя ответчика ФИО3, просивших удовлетворить их апелляционные жалобы, а также выступление прокурора Веселухиной О.В., полагавшей необходимым оставить приговор без изменения, суд

УСТАНОВИЛ:

По приговору суда ФИО1 признан виновным в том, что управляя автомобилем, нарушил пп. 8.1, 8.12 Правил дорожного движения Российской Федерации, что повлекло по неосторожности смерть ФИО4

Преступление совершено 05 мая 2017 года на территории кустовой площадки №44 Южно-Харампурского месторождения Пуровского района Ямало-Ненецкого автономного округа при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 выражает несогласие с обжалуемым приговором, просит его отменить в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции. Доводы жалобы мотивирует тем, что наезд на потерпевшего он не совершал, на теле потерпевшего следов от шин его автомобиля не обнаружено, обращает внимание на показания свидетелей Н. и Г., пояснивших, что непосредственно после исследуемых событий не видели на теле погибшего телесных повреждений. Полагает возможным, что погибший получил установленные у него телесные повреждения после возвращения к месту временного проживания. На основании изложенного, просит его оправдать по предъявленному обвинению.

В апелляционной жалобе адвокат Асатрян С.Х. выражает несогласие с обжалуемым приговором, просит его отменить в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции. Доводы жалобы мотивирует тем, что выводы суда о том, что ФИО1 двигаясь задним ходом допустил наезд на ФИО4, не только не подтверждается совокупностью исследованных доказательств, но и прямо опровергается ими. Так, сам осужденный отрицал, что двигался задним ходом, обратного по делу не доказано. Пояснения осужденного и свидетелей о том, что на территории кустовой площадки №44 у погибшего не было видимых телесных повреждений, он сам мог передвигаться вплоть до возвращения к месту проживания, в совокупности с показаниями допрошенного эксперта опровергают, по мнению автора жалобы, сам факт того, что выявленные у погибшего телесные повреждения были причинены на территории кустовой площадки №44. Считает, что выводы суда основаны на предположениях и противоречивых недостоверных показаниях ФИО1, данных им в ходе первого допроса. На основании изложенного, просит приговор суда первой инстанции отменить и постановить оправдательный приговор.

Представители гражданского ответчика ФИО2 и ФИО3 полагают, что при определении размера компенсации морального вреда суд не в полном объеме учел все обстоятельства данного происшествия, данные о составе семьи погибшего, особенно при определении размера компенсации ФИО5, в связи с чем просят снизить размер компенсации морального вреда обоим истцам.

Государственный обвинитель Кошкаров В.С. подал возражения на все апелляционные жалобы, просил оставить приговор без изменения.

Представитель гражданских истцов ФИО6 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы представителя гражданского ответчика, просил приговор в части гражданского иска оставить без изменения.

Изучив материалы дела, доводы апелляционных жалоб и возражений на них, прихожу к следующему.

Рассмотрев дело по существу, суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела и сделал обоснованный вывод о доказанной виновности ФИО1 в совершении инкриминированного ему преступления на основе надлежащей объективной оценки совокупности исследованных в судебном разбирательстве дела достаточных доказательств, содержание и анализ которых приведен в приговоре и допустимость которых сомнений не вызывает.

При этом суд первой инстанции обоснованно сослался на показания самого осужденного, данные им как в ходе предварительного расследования, а также на оглашенные показания свидетелей Н. и Г., заключение судебно-медицинского эксперта и его показания, а также на иные исследованные доказательства.

Выводы суда первой инстанции в приговоре надлежащим образом мотивированы и суд апелляционной инстанции не находит оснований не соглашаться с ними.

Вопреки доводам жалоб, по итогам судебного следствия полностью доказано, что наезд на ФИО4 имел место именно на территории кустовой площадки №44 Южно-Харампурского месторождения Пуровского района и именно автомобилем под управлением осужденного.

Так, установлено, что и осужденный, и свидетель П. заметили погибшего, когда тот лежал на территории кустовой площадки №44 в бессознательном состоянии у задних колес автомобиля, которым управлял осужденный.

После того, как ФИО4 пришел в себя он не в состоянии был говорить, не мог самостоятельно без чужой помощи передвигаться.

Согласно заключению трассологической экспертизы, на штанах ФИО4 имелся след грунтозацепа колеса автомобиля, которым управлял осужденный (т. 2 л.д. 29-32). Ссылка адвоката на то, что указанный след находится в проекции колена, не влияет на обоснованность выводов суда, так как в момент наезда автомобиля на погибшего штаны могли сместиться по ноге, либо сам погибший мог подтянуть ногу к тазу, который явился основным местом приложения травматического воздействия.

Ссылка защиты на показания осужденного и свидетелей, пояснивших, что они не видели непосредственно на месте происшествия каких-либо телесных повреждений у ФИО4 также не влияет на обоснованность выводов суда, так как судебно-медицинский эксперт пояснил в суде первой инстанции, что индивидуальные признаки травмирующей поверхности могли и не отразиться на теле погибшего, а непосредственно на месте происшествия телесные повреждения могли быть обнаружены только при тщательном досмотре, при этом эксперт подтвердил, что ФИО4 с установленной травмой мог передвигаться, но с посторонней помощью (т. 4 л.д. 18).

По делу нет данных о том, что осужденный и свидетели именно тщательно осмотрели погибшего на предмет выявления у последнего телесных повреждений непосредственно после исследуемых событий.

Утверждения осужденного о том, что ФИО4 после получения травмы самостоятельно передвигался по кабине автомобиля и сам дошел от автомобиля до своего спального места суд первой инстанции обоснованно признал недостоверными, так как они опровергаются показаниями судебно-медицинского эксперта.

Исходя из совокупности изложенных доказательств, выводы суда о времени, месте совершения преступления, причастности к нему ФИО1 являются правильными, как и вывод о виновности последнего.

То обстоятельство, что осужденный допустил наезд на погибшего, двигаясь задним ходом, подтверждается не только показаниями, данными ФИО1 в ходе предварительного расследования, но и фактическими обстоятельствами, в том числе связанными непосредственно с обнаружением ФИО4 у задних колес автомобиля, которым управлял ФИО1

Установлено, что ФИО1 некоторое время перед началом движения сидел в автомобиле, после чего, управляя крупногабаритным автомобилем, в нарушение пп. 8.1, 8.12 Правил дорожного движения Российской Федерации, не убедившись в безопасности маневра и не прибегнув к помощи третьих лиц, поехал задним ходом и допустил наезд на погибшего, преступление совершено по неосторожности. Доводы защиты, о возможном невиновном причинении вреда, опровергаются материалами дела.

Обоснован довод адвоката о том, что является предположением утверждение суда первой инстанции, согласно которому ФИО1 вышел из своего автомобиля, так как почувствовал, что наехал на препятствие. Вместе с тем, это никак не повлияло на законность и обоснованность обжалуемого приговора.

Также не основан на исследованных доказательствах вывод суда о том, что телесные повреждения в виде ссадины лобной области справа, задней поверхности правой локтевой области, кровоподтека тыльной поверхности правой стопы причинены в результате действий осужденного, судебно-медицинская экспертиза данный вывод не подтверждает (т. 1 л.д. 235-241). Несмотря на то, что этот вывод не повлиял на правильность суждений суда, о виновности ФИО1 по ч. 3 ст. 264 УК РФ, он подлежит исключению из приговора, так как касается объема последствий совершенного преступления (п. 4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ).

В остальном обстоятельства совершения преступления, установленные судом, полностью соответствуют выводам судебно-медицинского эксперта, относительно характера и механизма образования телесных повреждений у погибшего.

Вопреки доводам защиты, противоречивых доказательств, которые могли бы существенно повлиять на выводы суда, и которым суд не дал бы оценки, в деле не установлено.

В соответствии с положениями ч. 1 ст. 88 УПК РФ, суд оценил каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, достаточности для постановления оспариваемого приговора.

Суд указал в приговоре, почему он принял одни доказательства и отверг другие. Эти выводы надлежащим образом мотивированы и оснований не соглашаться с ними нет.

Вместе с тем приговор подлежит изменению, в связи с неправильным применением уголовного закона (п. 3 ст. 38915, п. 1 ч. 1 ст. 38918 УПК РФ) и несправедливостью приговора, вследствие назначения чрезмерно сурового наказания (п. 4 ст. 38915, ч. 2 ст. 38918 УПК РФ).

Обстоятельствами, смягчающим наказание суд обоснованно признал наличие малолетних детей (п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ), оказание иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления (п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ).

При разрешении гражданского иска суд первой инстанции прямо указал в приговоре, что грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, который ему был причинен.

Вместе с тем, при назначении наказания, суд первой инстанции никак не учел, что потерпевший, находясь в состоянии алкогольного опьянения, в свое нерабочее время по своей инициативе на машине под управлением осужденного выехал к месту производства работ тяжелой техникой, где не проявил должной осмотрительности. Указанные обстоятельства указывают на грубую неосторожность потерпевшего, как на условие совершения преступления осужденным, что необходимо признать обстоятельством смягчающим наказание (ч. 2 ст. 61 УК РФ).

Указанный факт неправильного применения уголовного закона повлек за собой назначение несправедливого чрезмерно сурового наказания в виде лишения свободы, размер которого подлежит смягчению.

В остальном наказание осуждённому назначено судом в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, обстоятельств дела, данных о личности виновного, влияния назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

Каких-либо иных, не учтенных судом смягчающих наказание обстоятельств, в материалах уголовного дела не содержится. Не усматривает таких обстоятельств и суд апелляционной инстанции.

Выводы суда первой инстанции о невозможности применения положений ст. 64 УК РФ, судом в приговоре надлежащим образом мотивированы и являются правильными.

При определении размера компенсации морального вреда в пользу ФИО7 суд учел, как степень нравственных и физических страданий, перенесенных потерпевшей, так и материальное положение ответчика. В данной части сумма установленного размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию, соответствует требованиям разумности и справедливости.

Вместе с тем, необходимо согласиться с доводами апелляционной жалобы представителей ответчика, о чрезмерном размере компенсации в пользу ФИО5, являющегося братом погибшего. Как верно указано в жалобе, погибший и ФИО5 проживали раздельно, имели собственные семьи, а сам факт наличия родственных отношений не может быть основанием для взыскания столь высокого размера компенсации морального вреда при изложенных обстоятельствах, в связи с чем указанная сумма подлежит снижению.

Нарушений уголовно-процессуального закона, существенным образом отразившихся на содержании судебного решения, либо затронувших права участников уголовного судопроизводства, влекущих отмену приговора, не усматривается.

С учётом изложенного и руководствуясь ст. ст. 38913, ст. 38920, 38928 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Пуровского районного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 05 мая 2017 года в отношении ФИО1 изменить:

исключить из приговора вывод суда, что именно данным преступлением потерпевшему причинены телесные повреждения в виде ссадины лобной области справа, задней поверхности правой локтевой области, кровоподтека тыльной поверхности правой стопы;

признать в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО1, предусмотренного ч. 2 ст. 61 УК РФ, грубую неосторожность потерпевшего;

смягчить срок назначенного ФИО1 наказания в виде лишения свободы до 4 месяцев;

снизить размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с Республиканского унитарного предприятия «Производственное объединение Белоруснефть» в пользу ФИО5 до 100 000 рублей.

В остальном указанный приговор, в том числе вид и размер дополнительного наказания, оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Председательствующий: подпись

Копия верна: Судья Суда ЯНАО С.В. Калинкин

Подлинник апелляционного постановления хранится в деле № 1-28/2017 том № 4 в Пуровском горсуде.