Апелляционное определение № 33-23/2026 33-4449/2025 от 14 января 2026 г.

УИД 34RS0002-01-2024-011834-47

Судья Землянухина Н.С. дело № 33-23/2026 (33-4449/2025)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Волгоград 15 января 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда в составе:

председательствующего судьи Грековой Н.О.,

судей Поликарпова В.В., Серухиной А.В.,

при ведении протокола помощником судьи Шилиной Л.Ю.,

рассмотрела в открытом судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции гражданское дело № 2-397/2025 по иску ФИО1 к ФИО2 о признании права собственности на транспортное средство в порядке наследования, истребовании из незаконного владения транспортного средства, передаче транспортного средства,

по апелляционной жалобе ФИО1 в лице представителя ФИО3,

на решение Дзержинского районного суда г. Волгограда от 18 февраля 2025 года, которым отказано в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании права собственности на транспортное средство в порядке наследования, истребовании из незаконного владения транспортного средства, передаче транспортного средства.

Заслушав доклад судьи Поликарпова В.В., судебная коллегия по гражданским делам

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО4 о признании права собственности на транспортное средство в порядке наследования, истребовании из незаконного владения транспортного средства, передаче транспортного средства.

В обоснование исковых требований указано на то, что ФИО1 является наследником (супругой) ФИО5, умершего 6 сентября 2024 года. После смерти ФИО5 осталось наследство в виде квартиры, расположенной по адресу: <адрес> автомобиля марки <.......>, государственный регистрационный знак № <...>. Указанной автомашиной ФИО5 владел на основании договора купли-продажи № 1-10/03-15 от 10 марта 2015 года.

При оформлении документов о вступлении в наследство, ФИО1 стало известно о том, что принадлежащий ее супругу автомобиль находится в фактическом пользовании ФИО4, которая перед смертью ФИО5 проживала с ним совместно по его месту жительства. Спорный автомобиль переоформлен на имя ФИО4, о чем она сообщила истцу во время поминок умершего. 7 сентября 2024 года (на следующий день после смерти ФИО5), автомобиль снят с регистрационного учета, что говорит о том, что кто-то незаконно совершает в отношении него какие-то действия. Кроме того, ФИО4 15 ноября 2024 года оштрафована на 2 500 рублей за неправильную парковку автомобиля умершего супруга истца, из чего следует, что ФИО4 оформила автомобиль на свое имя.

Автомобиль приобретен ФИО1 с супругом во время брака в 2015 году.

Просила признать за ней право собственности на автомобиль марки <.......> государственный регистрационный знак № <...>, в порядке наследования, истребовать из незаконного владения ФИО4 автомобиль марки <.......>, государственный регистрационный знак № <...>, передав его ФИО1

27 января 2025 года суд по ходатайству представителя истца ФИО1 – ФИО3 произведена замена ненадлежащего ответчика ФИО4 на надлежащего ответчика ФИО2

27 января 2025 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечена ФИО4

Изменив исковые требования в порядке статьи 39 ГПК РФ, представитель истца ФИО1 – ФИО3 просил признать за ФИО1 право собственности на автомобиль марки <.......>, государственный регистрационный знак № <...>, в порядке наследования, истребовать из незаконного владения ФИО2 автомобиль марки <.......>, государственный регистрационный знак № <...> передав его ФИО1

В обоснование указано, что автомобиль марки <.......> года выпуска, цвет кузова белый, продан ФИО4 по договору купли-продажи ФИО2, который в настоящее время является титульным собственником автомобиля. Полагает, что договор купли-продажи транспортного средства от 3 сентября 2024 года, заключенный между ФИО4 и ФИО5, является ничтожным, поскольку ФИО5 не выражал свою волю на заключение указанного выше договора и не подписывал, а подпись в договоре выполнена иным лицом.

Определением Дзержинского районного суда города Волгограда от 27 января 2025 года принят отказ представителя ФИО1 – ФИО3 от иска в части требований, предъявленных к ФИО4, по гражданскому делу по иску ФИО1 к ФИО4 о признании права собственности на транспортное средство в порядке наследования, истребовании из незаконного владения транспортного средства, передаче транспортного средства, производство по настоящему гражданскому делу в указанной части прекращено.

Суд постановил указанное выше решение.

В апелляционной жалобе ФИО1 в лице представителя ФИО3 оспаривает законность и обоснованность судебного постановления, ссылаясь на неверное установление судом обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения спора, несоответствие выводов суда первой инстанции, обстоятельствам дела, просит решение отменить, удовлетворив исковые требования в полном объеме. В обоснование указывает на то, что договор купли-продажи транспортного средства является ничтожным в силу закона и признание его таковым не требуется, подпись в договоре подделана, что могло быть подтверждено путем проведения почерковедческой экспертизы, в назначении которой было необоснованно отказано.

Руководствуясь императивными положениями п. 4 ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), установив, что решением суда затрагиваются права и обязанности ФИО4, определением от 4 июня 2025 года судебная коллегия перешла к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции, привлекая ФИО4 в качестве соответчика.

Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, состоявшееся по делу решение суда первой инстанции подлежит отмене с принятием нового решения по существу иска.

При новом рассмотрении дела представитель истца ФИО3 поддержал исковые требования.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции, в том числе путём размещения соответствующей информации на сайте Волгоградского областного суда (http://oblsud.vol.sudrf.ru раздел «Назначение дел к слушанию и результаты рассмотрения»).

Выслушав представителя ФИО1 – ФИО3, поддержавшего исковые требования, представителя ФИО4 – ФИО6, возражавшего относительно исковых требований, оценив имеющиеся в деле доказательства, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно ч. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества. В случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

По правилам ч. 1 ст. 1110 ГК РФ при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил ГК РФ не следует иное.

В соответствии со ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

В силу ст. 1111 ГК РФ наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных ГК РФ.

Согласно ст. 1141 ГК РФ, наследники по закону призываются к наследованию в порядке очередности, предусмотренной статьями 1142 – 1145 и 1148 ГК РФ. Наследники каждой последующей очереди наследуют, если нет наследников предшествующих очередей, то есть если наследники предшествующих очередей отсутствуют, либо никто из них не имеет права наследовать, либо все они отстранены от наследования (статья 1117), либо лишены наследства (пункт 1 статьи 1119), либо никто из них не принял наследства, либо все они отказались от наследства. Наследники одной очереди наследуют в равных долях, за исключением наследников, наследующих по праву представления (статья 1146).

Статьей 1142 ГК РФ установлено, что наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя.

Из разъяснений в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» следует, что право наследования, гарантированное ч. 4 ст. 35 Конституции Российской Федерации, обеспечивает переход имущества наследодателя к другим лицам в порядке, определяемом гражданским законодательством; получение свидетельства о праве на наследство является правом, а не обязанностью наследника (п. 7); наследник, принявший наследство, независимо от времени и способа его принятия считается собственником наследственного имущества, носителем имущественных прав и обязанностей со дня открытия наследства вне зависимости от факта государственной регистрации прав на наследственное имущество и ее момента (если такая регистрация предусмотрена законом) (п. 34). Наследник, подавший заявление о принятии наследства либо заявление о выдаче свидетельства о праве на наследство без указания основания призвания к наследованию, считается принявшим наследство, причитающееся ему по всем основаниям (п. 35).

Частью 1 статьи 1152 ГК РФ установлено, что для приобретения наследства наследник должен его принять. Принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно не заключалось, и где бы оно не находилось.

В силу положений ст. 1154 ГК РФ наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

Как установлено судом и следует из материалов дела, с 11 марта 1995 года ФИО1 состояла в браке с ФИО5

6 сентября 2024 года ФИО5 умер. Наследником первой очереди после смерти ФИО5 является его супруга ФИО1

После смерти ФИО5 открылось наследство в виде квартиры, расположенной по адресу: <...>.

В соответствии со справкой нотариуса нотариальной палаты Волгоградской области нотариального округа города Волгоград ФИО7 № <...> от 12 ноября 2024 года ФИО1 является наследником по закону, принявшим наследство, к имуществу умершего 6 сентября 2024 года супруга ФИО5, проживавшего по адресу: город <адрес> (наследственное дело № № <...>). По состоянию на 12 ноября 2024 года ФИО1 является наследником по закону, принявшим наследство.

Согласно копии наследственного дела № <...>, открытого нотариусом города Волгограда ФИО7 13 сентября 2024 года, после смерти ФИО5, ФИО1 обратилась с заявлением о принятии наследства на все имущество, принадлежащее на день смерти ФИО5 Также с заявлением о принятии наследства по завещанию обратилась ФИО4

3 сентября 2024 года между ФИО4 и ФИО5 заключен договор купли-продажи транспортного средства марки <.......>.

В соответствии с выпиской из государственного реестра транспортных средств, содержащей сокращенный перечень информации о транспортном средстве, 7 сентября 2024 года автомобиль марки <.......>, снят с регистрационного учета.

Согласно карточке учета транспортного средства ответчик ФИО2 на основании договора купли-продажи автомобиля от 6 декабря 2024 года, заключенного между ФИО4 и ФИО2, является собственником автомобиля марки <.......>

Доказательств того, что указанный договор купли-продажи признан недействительным, суду не представлено.

Доводы о том, что договор купли-продажи транспортного средства является ничтожным в силу закона и признание его таковым не требуется, судебной коллегией признаются несостоятельными, поскольку основаны на неверном толковании норм права.

Так согласно части 3 статьи 166 ГК РФ, требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях (часть 4).

Таким образом, для признания недействительности ничтожной сделки, требуется обращение заинтересованного в этом лица с соответствующим требованием.

Согласно выводам проведенной по настоящему делу судебной почерковедческой экспертизы – при исследовании образцов подписи ФИО5 и спорной подписи от имени ФИО5 в графе «Продавец» в Договоре купли-продажи от 3 сентября 2024 года транспортного средства <.......>, государственный регистрационный знак № <...> экспертом установлена несопоставимость спорной подписи и образцов подписи ФИО5 по транскрипции. Ввиду отсутствия индивидуальной совокупности совпадающих или различающихся признаков, провести сравнительное исследование и ответить на поставленный судом вопрос не представляется возможным.

Таким образом, истцом в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ доказательств того, что в договоре купли-продажи от 3 сентября 2024 года транспортного средства <.......>, государственный регистрационный знак № <...> выполнена не ФИО5, а другим лицом не представлено.

Поскольку ответчик ФИО2 стал собственником спорного автомобиля на законных основаниях, право собственности на вышеуказанное транспортное средство возникло у ФИО2 в связи с заключённой сделкой купли-продажи транспортного средства, договор по которой недействительным не признан, правовых оснований для удовлетворения требований ФИО1 об истребовании из чужого незаконного владения ФИО2 транспортного средства – автомобиля марки <.......>, государственный регистрационный знак № <...>, передаче автомобиля ФИО1 не имеется, в связи с чем в удовлетворении указанных требований истцу следует отказать.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия

определила:

решение Дзержинского районного суда г. Волгограда от 18 февраля 2025 года отменить.

Принять по делу новое решение, которым исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО4 о признании права собственности на транспортное средство в порядке наследования, истребовании из незаконного владения транспортного средства, передаче транспортного средства – оставить без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия. Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в срок, не превышающий трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 29 января 2026 года.

Председательствующий:

Судьи: