Решение № 2-16/2018 2-16/2018 (2-609/2017;) ~ М-571/2017 2-609/2017 М-571/2017 от 6 февраля 2018 г. по делу № 2-16/2018

дело №2-16/2018 г.


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

07 февраля 2018 года город Усть-Джегута

Усть-Джегутинский районный суд Карачаево-Черкесской Республики в составе:

председательствующего - судьи Лайпановой З.Х.,

при секретаре судебного заседания - Байчоровой Д.М.,

с участием:

представителя истца Государственного учреждения - Отделения Пенсионного фонда Российской Федерации по Карачаево-Черкесской Республике - ФИО1, действующего на основании доверенности (номер обезличен) от (дата обезличена),

ответчика - ФИО2,

представителя ответчика ФИО2 - ФИО3, допущенной к участию в деле на основании определения суда,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале судебных заседаний Усть-Джегутинского районного суда Карачаево-Черкесской Республики гражданское дело по исковому заявлению Государственного учреждения - Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Карачаево-Черкесской Республике к ФИО2 о возмещении материального ущерба,

УСТАНОВИЛ:

Истец Государственное учреждение - Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Карачаево-Черкесской Республике обратился в Усть-Джегутинский районный суд Карачаево-Черкесской Республики с иском к ФИО2 о взыскании материального ущерба.

В обоснование иска истцом указано, что (дата обезличена) в Управление ГУ-ОПФР по КЧР в г. Черкесске с заявлением о назначении досрочной трудовой пенсии по старости обратился ФИО4, представив в подтверждение права на досрочную трудовую пенсию справку, уточняющую особый характер работы, необходимой для досрочного назначения трудовой пенсии, за (номер обезличен) от (дата обезличена) и справку о заработной плате за (номер обезличен) от (дата обезличена). Досрочная трудовая пенсия по старости, предусмотренная статьей 28.1.6 Федерального закона №173 от 17 декабря 2001 года «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», назначается мужчинам по достижении возраста 55 лет, если они проработали не менее 15 календарных лет в районах Крайнего Севера либо не менее 20 календарных лет в приравненных к ним местностях и имеют страховой стаж не менее 25 лет. В случае, если указанные лица проработали на перечисленных работах не менее половины установленного срока и имеют требуемый страховой стаж, трудовая пенсия назначается им с уменьшением возраста, предусмотренного статьей 27.1.2 Федерального закона №173-ФЗ от 17 декабря 2001 года. Согласно заявлению и вышеуказанных справок о факте работы с 07 января 1980 года по 20 февраля 1998 года в тресте «Уренгойтрубопроводстрой» в качестве газосварщика 4 разряда ФИО4 была назначена досрочная трудовая пенсия по старости. В связи с выявлением факта предоставления для назначения досрочной трудовой пенсии по старости недостоверных сведений, ФИО4 была прекращена выплата пенсии и вынесено решение об отказе назначения пенсии с определением суммы переплаты. На основании справки отдела по делам архивов администрации г. Новый Уренгой не подтвердилась достоверность справок, предоставленных ФИО4. Так, из справки из архива за (номер обезличен) от (дата обезличена) усматривается, что в документах по личному составу (приказы, ведомости начисления заработной платы, личные карточки формы Т-2) фонда (номер обезличен) треста «Уренгойтрубопроводстрой» за 1982-1998 годы, поступивших на хранение, ФИО4 не значится. Таким образом, архив не подтверждает подлинность представленных ФИО4 справок, хотя последний был предупрежден об ответственности за достоверность сведений, содержащихся в представленных документах, в соответствии с пунктом 4 статьи 23 и статьей 25 Федерального закона №173-ФЗ и в соответствии со статьей 24 Федерального закона №166-ФЗ. На основании письма от (дата обезличена) (номер обезличен) ФИО4 утратил право на пенсию и был произведен расчет переплаты с 20 декабря 2011 года по 31 мая 2016 года, которая составила сумму в размере 821 075 рублей 42 копейки, Исходя из того, что указанная сумма была выплачена ФИО4 незаконно ГУ-ОПФР по КЧР обосновано считает, что ФИО4 причинен материальный ущерб, незаконно полученные им суммы подлежат возвращению. На соответствующий запрос ГУ-ОПФР по КЧР нотариусом Усть-Джегутинского нотариального округа был дан ответ за (номер обезличен) от (дата обезличена), из которого следует, что (дата обезличена) по заявлению ФИО2 заведено наследственное дело ФИО4, умершего (дата обезличена), и выданы свидетельства о праве на наследство. Согласно пункту 1 статьи 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности. В соответствии с пунктом 1 статьи 1175 ГК РФ каждый из наследников, принявших наследство, отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества. Таким образом, наследник должника при условии принятия им наследства становится должником перед кредитором в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества. В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего) обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное имущество (неосновательное обогащение). Согласно пункту 2 статьи 1102 ГК РФ правила, предусмотренные главой 60 ГК РФ, применяются независимо от того, являлось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли. Исходя из положений пункта 3 статьи 1175 ГКРФ, кредиторы наследодателя вправе предъявить свои требования к принявшим наследство наследникам в пределах сроков исковой давности, установленных для соответствующих требований.

В судебном заседании представитель истца ГУ-ОПФР по Карачаево-Черкесской Республике ФИО1, поддержав иск и доводы, приведенные в его обоснование, суду пояснил, что (дата обезличена) ФИО4, обратившись в Управление ГУ-ОПФР по КЧР в г. Черкеске с заявлением о назначении досрочной трудовой пенсии по старости, в подтверждение фактов выполнения работы в качестве газосварщика, работы в районах Крайнего Севера и получения соответствующей заработной платы, представил соответствующие справки (номер обезличен) и (номер обезличен) от (дата обезличена), выданные ОАО «Уренгойтрубопроводстрой». При этом ФИО4 был предупрежден об ответственности за достоверность сведений, содержащихся в представленных им документах. На основании представленных документов, изначально не вызвавших сомнений в достоверности их содержания, с (дата обезличена) ФИО4 была назначена досрочная трудовая пенсия по старости, так как все условия для значения ему указанной пенсии имели место быть: необходимый возраст, необходимый стаж работы в районах Крайнего Севера в качестве газосварщика, необходимый страховой стаж. Изначально доставка назначенной пенсии ФИО4 производилась с использованием услуг федеральной почтовой связи, а с апреля 2012 года на основании соответствующего заявления ФИО4 пенсия стала перечисляться на его счет, открытый в Московском индустриальном банке. Решением от 13 мая 2016 года с 01 июня 2016 года выплата пенсии ФИО4 была прекращена на основании пункта 3 части 1 статьи 24 Федерального закона №400-ФЗ от 28 декабря 2013 года «О страховых пенсиях» в связи с утратой им права на назначенную ему пенсию. Основанием явилось то, что истцом при обработке документов, поданных для назначения досрочной трудовой пенсии по старости гражданином ФИО5, был выявлен факт предоставления поддельных справок, выданных якобы работодателем «Уренгойтрубопроводстрой». В целях проверки законности назначения пенсий на основании аналогичных справок, истец направил, в том числе, соответствующий запрос в отношении ФИО4 в архив г. Новый Уренгой, откуда поступил ответ, что в документах по личному составу за 1982-1998 годы треста «Уренгойтрубопроводстрой», поступивших в архив на хранение, ФИО4 не значится. Данный ответ архива к истцу поступил (дата обезличена), (дата обезличена) было принято решение о прекращении выплаты ФИО4 пенсии, произведен расчет суммы переплаты в размере 821 045 рублей 42 копейки. (дата обезличена) ФИО4 по адресу, указанному им в заявлении о назначении досрочной пенсии по старости в качестве места своего жительства, посредством почтовой связи было направлено письменное уведомление о том, что принято решение об отказе в назначении и выплате пенсии в связи с выявлением факта предоставления им недостоверных документов, вследствие чего образовалась переплата, которую ему необходимо возместить. Сведения о перемене места жительства в период с (дата обезличена) по день смерти ФИО4 в орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, не представлял. (дата обезличена) истец обратился в Черкесский городской суд по месту жительства ответчика ФИО4 с исковым заявлением о возмещении материального ущерба, в ходе производства по делу было установлено, что ФИО4 умер (дата обезличена), Черкесский городской суд оставил заявление без рассмотрения, а истец, получив информацию о наследниках ФИО4, обратился в Усть-Джегутинский районный суд с рассматриваемым заявлением. За период с 01 июня 2016 года по 29 октября 2016 года, когда выплата пенсии была прекращена, ФИО4 в Управление ГУ-ОПФР по КЧР в г. Черкесске для выяснения причин прекращения выплаты пенсии, для оспаривания действий органа, осуществляющего пенсионное обеспечение, по прекращению выплаты пенсии не обращался, претензий не предъявлял.

Ответчик ФИО2, не признав исковые требования, суду пояснила, вступив (дата обезличена), состояла с зарегистрированном браке с ФИО4 вплоть до его смерти, наступившей (дата обезличена). От брака имеют троих детей, родившихся (дата обезличена), (дата обезличена) и (дата обезличена). С момента вступления в брак и до января 1986 года проживали со свекровью в городе (адрес обезличен ), в январе 1986 года она с детьми уехала в с. Важное, после чего года полтора с мужем не общалась, он продолжал проживать с матерью в г. Черкесске, уезжал на работу, приезжал. В марте 1987 года приехал к семье, стал проживать с ней, у них родилась дочь. Супруг говорил, что работает на Севере. Приезжал один раз в год - в отпуск в августе месяце, на алименты она не подавала, деньги ей на содержание детей супруг не перечислял, писем семье с Севера не писал, иногда звонил на стационарный телефон сестры, детей с днем рождения открытками поздравлял, но они не сохранились, фактически семьи у них, как таковой, не было. О том, что супруг вышел на пенсию, она не знала, свои деньги он хранил лично, ей мог дать деньги только по её просьбе на какие-либо покупки, последний раз он прописался в их совместной квартире в 2013 году. Каких-либо документальных подтверждений, что ФИО4 с 1980 по 1998 год работал в г. Новый Уренгой, она представить не может, поскольку таковых у неё на хранении нет. Она представила хранившуюся у неё трудовую книжку мужа, подтверждающую факт его работы с 2004 года, почему её муж имел две трудовые книжки, она не знает. Просит в иске отказать, так как она о пенсии мужа ничего не знала и отношения к ней не имеет. Она вступила в наследство после смерти мужа в отношении машины, 1/2 долей в квартире, двух гаражах, двух земельных участках под гаражами.

Представитель ответчика ФИО2 - ФИО3, поддержав позицию своего доверителя, полагала необходимым в иске отказать, поскольку действиями истца нарушена презумпция невиновности ФИО4, орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, при приеме документов и назначении досрочной пенсии по старости ФИО4 своевременно не проверил достоверность представленных последним документов, провел проверку только спустя пять лет после назначения пенсии, при этом, и в настоящее время достоверность документов до конца не проверена, вывод о недостоверности представленных ФИО4 документов сделал лишь на основании ответа архивного отдела администрации г. Новый Уренгой, при этом не установлены лица, которые изготовили эти справки, проставили печати, спорные справки не признаны недостоверными в соответствии со статьей 327 УК РФ. Более того, в пенсионном деле имеется первичный документ - трудовая книжка ФИО4, где есть запись о его работе в тресте «Уренгойтрубопрводстрой» и эта запись никем не оспорена. Отвечать за недостоверность сведений, содержащихся в спорных справках, должны не ФИО4 и его супруга, а тот, кто выдал эти справки и сделал запись в трудовой книжке ФИО4. Орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, не является кредитором ФИО4, поскольку в законном порядке кредиторская задолженность ФИО4 перед органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, не установлена, нет ни исполнительного листа, ни судебного решения о взыскании с ФИО4 в пользу ГУ-ОПФР по КЧР суммы переплаты в размере 821 075 рублей 42 копейки, следовательно, наследник ФИО4 - ФИО2 никому ничего не должна. Более того, истец не уведомил при жизни ФИО4 о том, что выплата пенсии ему прекращена, что предоставленные им справки недостоверны, чем лишила его возможности оспорить действия и решения истца по прекращению выплаты пенсии.

Выслушав участников судебного разбирательства, исследовав и оценив в соответствии с требованиями статьи 67 ГПК РФ представленные письменные доказательства, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что (дата обезличена) ФИО4, проживающий в городе (адрес обезличен ), обратился в Управление ГУ-ОПФР по КЧР в г. Черкесске с заявлением о назначении досрочной трудовой пенсии по старости, предоставив в обоснование права на пенсию трудовую книжку, оформленную (дата обезличена) Усть-Джегутинским райпромкомбинатом (л.д.40-44), справку (номер обезличен) от (дата обезличена), подтверждающую особый характер работы или условия труда, необходимые для назначения трудовой пенсии по старости и подтверждающие постоянную занятость на льготной работе, выданную ОПО УТПС (л.д.47-48), справку (номер обезличен) от (дата обезличена) о заработной плате за период с января 1981 года по декабрь 1985 года, выданную ОАО УТПС (л.д.49).

Судом установлено, решение №2921 от 10 января 2012 года на основании статей 27.1.2, 28.1 Федерального закона №173-ФЗ от 17 декабря 2001 года «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» ФИО4 с 20 декабря 2011 года была назначена досрочная трудовая пенсия по старости, поскольку на основании предоставленных заявителем ФИО4 справок (номер обезличен) от (дата обезличена) и (номер обезличен) от (дата обезличена) было признано, что он 18 лет 1 месяц и 18 дней проработал газосварщиком в районах Крайнего Севера.

Из заявления о назначении пенсии от 20 декабря 2011 года (л.д.34-35) судом установлено, что ФИО4 при обращении за назначением пенсии органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, был ознакомлен с нормами статей 23, 25 Федерального закона №173-ФЗ от 17 декабря 2001 года «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» и предупрежден о том, что если представление им недостоверных сведений повлечет перерасход средств на выплату пенсии, он обязан возместить пенсионному органу причиненный ущерб, в порядке установленном законодательством Российской Федерации.

Судом установлено, что Управлением ГУ-ОПФР по Карачаево-Черкесской Республике в г. Черкеске (дата обезличена) (л.д.95) на основании части 1 статьи 25 Федерального закона №400-ФЗ от 28 декабря 2013 года «О страховых пенсиях» было принято решение о прекращении с 01 июня 2016 года выплаты ФИО4 пенсии.

13 мая же 2016 года Управлением ГУ-ОПФР по КЧР в г. Черкеске также было принято решение (номер обезличен) об отказе ФИО4 в выплате назначенной досрочной трудовой пенсии по старости (л.д.93-94) в связи с тем, что из льготного стажа ФИО4, дающего право на досрочную трудовую пенсию по старости, определенного на день назначении пенсии как 18 лет 1 месяц 18 дней исключен период работы с 07 января 1980 года по 24 февраля 1998 года в качестве газосварщика треста «Уренгойтрубопроводстрой», поскольку согласно письму (номер обезличен) от (дата обезличена) отдел по делам архивов администрации г. Новый Уренгой сообщил об отсутствии в документах по личному составу, поступивших на хранение, сведений о ФИО4.

В соответствии с нормами пункта 3 части 1 статьи 25 Федерального закона №400-ФЗ от 28 декабря 2013 года «О страховых пенсиях» прекращение выплаты страховой пенсии производится в случае утраты пенсионером права на назначенную ему страховую пенсию, в том числе, и в случае обнаружения обстоятельств или документов, опровергающих достоверность сведений, представленных в подтверждение права на указанную пенсию.

Согласно представленному истцом ГУ-ОПФР по КЧР расчету переплаты (л.д.92), переплата по пенсионному делу ФИО4 за период с 20 декабря 2011 года по 31 мая 2016 года составляет сумму в размере 821 075 рублей 42 копейки, данная сумма ответчиком ФИО2 как таковая не оспаривается, при этом судом установлено, что назначенная ФИО4 пенсия изначально доставлялась ему по его же заявлению с использованием услуг федеральной почтовой связи (л.д.34), а с апреля 2012 года на основании заявления ФИО4 от (дата обезличена) (л.д. 57-58) перечислялись на его счет, открытый в ОАО «Московский индустриальный банк».

Из представленных по запросу суда выписок по счету, открытому на имя ФИО4 в ПАО «Московский индустриальный банк» (л.д.131-137), судом установлено, что в период с апреля 2012 года по май 2016 года назначенная ФИО4 пенсия зачислялась на его счет, с которого периодически снимались им.

Таким образом, судом установлено, что ФИО4, обратившись по месту жительства в орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, и предоставив документы, подтверждающие факт его работы с 07 января 1980 года по 24 февраля 1998 года в районах Крайнего Севера, а именно газосварщиком 4-го разряда в АТБ-9 треста «Уренгойтрубопроводстрой», будучи предупрежденным об ответственности за предоставление недостоверных сведений, дающих право на пенсию, получал назначенную ему досрочную трудовую пенсию по старости в период времени с 20 декабря 2011 года по 31 мая 2016 года, что в общей сумме составило 821 075 рулей 42 копейки, после чего выплата пенсии ему была прекращена в связи с утратой им права на назначенную досрочную трудовую пенсию по старости, поскольку предоставленные ФИО4 справки о льготном стаже и заработной плате Управлением ГУ-ОПФР по КЧР в г. Черкесске были признаны документами, содержащими недостоверную информацию.

Судом установлено, что ФИО4 умер (дата обезличена), что подтверждается представленным свидетельством о смерти (л.д.7).

Судом установлено и ответчиком ФИО2 не оспаривалось, что после смерти ФИО4, наследником первой очереди по закону, принявшим наследство умершего является его супруга - ответчик ФИО2 (л.д.73).

Из материалов наследственного дела ФИО4, умершего (дата обезличена), и представленных свидетельств о праве на наследство по закону, выданных нотариусом Усть-Джегутинского нотариального округа наследнику наследодателя ФИО4 - ответчику ФИО2 (л.д.99-102) следует, что в состав наследственного имущества входят: автомашина марки ВАЗ-2101 с государственным регистрационным знаком (данные изъяты); 1/2 доля земельного участка, площадью 29 кв.м., расположенного по адресу: (адрес обезличен ); 1/2 доля гаража, расположенного по адресу: (адрес обезличен ); 1/2 доля земельного участка, площадью 25 кв.м., расположенного по адресу: (адрес обезличен ); 1/2 доля гаража, расположенного по адресу: (адрес обезличен ); 1/2 доля квартиры, расположенной по адресу: (адрес обезличен ).

Из экспертного заключения за (номер обезличен)(89/2017) от (дата обезличена) судом установлено, что по состоянию на день открытия наследства ФИО4, коим является (дата обезличена), рыночная стоимость всего вышеперечисленного имущества, наследованного наследником - ответчиком ФИО2 составляет 722 845 рублей (7 234 рубля + 24 000 рубля +16 049 рублей + 21 500 рублей + 19 062 рубля +635 000 рублей).

Истец Управление ГУ-ОПФР по КЧР в г. Черкесске, обратившись в суд с рассматриваемым иском, просит взыскать с наследника умершего ФИО4 - ответчика ФИО2 в пределах стоимости наследованного ею имущества сумму неосновательного обогащения наследодателя ФИО4, что составляет сумму незаконно назначенной и выплаченной ему пенсии - 821 075 рублей 42 копейки.

Стороной ответчика в ходе судебного разбирательства заявлено о том, что признанные истцом недостоверными справки, подтверждающие льготный стаж ФИО4 и его заработную плату, таковыми не являются, поскольку факт работы ФИО4 в условиях Крайнего Севера подтвержден не только спорными справками, но и никем не оспоренной записью в трудовой книжке, оформленной на ФИО4, спорные справки не признаны недействительными в порядке статьи 327 УК РФ, не установлены и не привлечены к ответственности лица, оформившие и выдавшие спорные справки.

Вышеизложенные доводы стороны ответчика судом признаются не состоятельными.

Из трудовой книжки, оформленной на имя ФИО4 (л.д.40-44), усматривается, что последний был принят на работы в трест «УТПС» газосварщиком 4-го разряда в АТБ-9, затем имеются записи о присвоении 6-го разряда газосварщика и увольнении.

Между тем, из архивной справки, выданной отделом по делал архивов администрации города Новый Уренгой за (номер обезличен) от (дата обезличена) (л.д.82-85), поступившей в Управление ГУ-ОПФР по КЧР в г. Черкеске (дата обезличена), усматривается, что в состав треста «Уренгойтрубопроводстрой» в 1979 году вошла Автобаза - 9, куда (дата обезличена) был принят на работу газосварщиком 4-го разряда ФИО4; в 1988 году Автобаза- 9 в составе указанного треста была ликвидирована, Управление механизации строительства (номер обезличен) было реорганизована в Управление механизации, ставшее правопреемником Автобазы (номер обезличен); приказом Комитета по управлению имуществом ЯНАО (номер обезличен) от (дата обезличена), постановлением администрации города Новый Уренгой № 911 от 01 июля 1993 года трест «Уренгойтрубопроводстрой» преобразован в акционерное общество открытого типа «Уренгойтрубопроводстрой», приказом которого (номер обезличен) от (дата обезличена) Управление механизации, правопреемник Автобазы (номер обезличен), соединено с КТП-13, правопреемником стал КТП-13, которое приказом (номер обезличен) от (дата обезличена) переименовано в Специализированное управление (номер обезличен).

Согласно Инструкции по заполнению трудовых книжек в графе 3 раздела «Сведения о работе» делается запись о принятии на работу или назначении на должность в структурное подразделение организации с указанием его конкретного наименования (если условие о работе в конкретном структурном подразделении включено в трудовой договор в качестве существенного).

Из записи о приеме на работу ФИО4 следует, что указание структурного подразделения, каковым является АТБ-9, являлось существенным условием заключенного с ним трудового договора, из чего следует, что вышеперечисленные изменения, а именно ликвидация АТБ-9, правопреемство Управления механизации, правопреемство КТП-13, его дальнейшее переименование в Специализированное управление (номер обезличен), должны были найти свое отражение в трудовой книжке, как существенное условие работы ФИО4 в конкретном структурном подразделении треста «Уренгойтрубопроводстрой», преобразованном в АООТ «Уренгойтрубопроводстрой», однако, такого рода сведения в рассматриваемой трудовой книжке ФИО4 отсутствуют, как отсутствует и запись о преобразовании треста «Уренгойтрубопроводстрой» в АООТ «Уренгойтрубопроводстрой».

Более того, из рассматриваемой трудовой книжки усматривается, что последняя запись о трудовой деятельности ФИО4 в ней датирована (дата обезличена), после чего при наличии места для дальнейших записей указанная трудовая книжка больше не использовалась и работодателями не заполнялась, при том, что (дата обезличена) ФИО4 работодателем ОАО «Автотранспортное предприятие (номер обезличен)» была оформлена новая трудовая книжка АТ-IХ (номер обезличен) (л.д. 127-128), копия которой была представлена суду в ходе производства по делу, в то время как трудовая книжка ФИО4, имеющая запись о трудовой деятельности в тресте «Уренгойтрубопроводстрой» суду не представлена.

В соответствии с пунктом 5 Перечня документов, необходимых для установления трудовой пенсии и пенсии по государственному пенсионному обеспечению в соответствии с Федеральными законами «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» и «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации», являющемуся приложением к Постановлению Минтруда России и Пенсионного фонда Российской Федерации от 27 февраля 2002 года №16/19па, к заявлению гражданина, обратившегося за назначением трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27, 27.1, 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», коим являлся ФИО4, помимо прочего, должны быть приложены документы, подтверждающие стаж на соответствующих видах работ и о работе в районах Крайнего Севера.

В качестве таковых документов ФИО4 в Управление ОПФР по КЧР в г. Черкесске были представлены справка (номер обезличен) от (дата обезличена) и справка (номер обезличен) от (дата обезличена) (л.д. 14-15).

В соответствии с пунктом 63 Правил обращения за страховой пенсией, фиксированной выплатой к страховой пенсии с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии, накопительной пенсией, в том числе работодателей, и пенсией по государственному пенсионному обеспечению, их назначения, установления, перерасчета, корректировки их размера, в том числе лицам, не имеющим постоянного места жительства на территории Российской Федерации, проведения проверок документов, необходимых для установления, перевода с одного вида пенсии на другой в соответствии с федеральным законами «О страховых пенсиях», «О накопительной пенсии» и «О государственном пенсионном обеспечении», утвержденных Приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации №884н от 17 ноября 2014 года, территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации вправе проверить обоснованность выдачи документов (сведений), необходимых для установления пенсии, а также достоверность содержащихся в них сведений.

Судом установлено, что учитывая изложенное, (дата обезличена) ГУ-ОПФР по КЧР обратился в администрацию города Новый Уренгой с запросом (л.д.80), в котором было предложено подтвердить период работы и начисленной ФИО4 заработной платы за период с 07 января 1980 года по 24 февраля 1998 года в тресте «Уренгойтрубопроводстрой».

На указанный запрос из отдела по делам архивов администрации города Новый Уренгой за (номер обезличен) от (дата обезличена) (л.д.81) в ГУ-ОПФР по КЧР (дата обезличена) поступило письменное сообщение, согласно которому в документах по личному составу, каковыми являются приказы, ведомости начисления заработной платы, личные карточки формы Т-2, фонда (номер обезличен) треста «Уренгойтрубопроводстрой» за 1980-1998 годы, поступивших на хранение, ФИО4 не значится.

Поскольку вышеуказанное письменное сообщение выдано отделом по делам архивов соответствующего органа местного самоуправления, подписано должностным лицом с проставлением соответствующей печати, изложенная в нем информация основана на документах архивного фонда по личному составу треста «Уренгойтрубопроводстрой» за временной период с 1980 года по 1998 год, переданных на хранение в архив, и в сообщении отсутствует информация о том, что на хранение в архив передана лишь часть, а не все документы по личному составу, документы не за весь затребованный период времени, а лишь за определенный (усеченный) период времени, у суда отсутствуют основания для сомнений в объективности и достоверности информации, предоставленной отделом по делам архивов администрации города Новый Уренгой, при том, что согласно архивной справке за (номер обезличен) от (дата обезличена), выданной тем же отделом (л.д. 82-85), трест «Уренгойтрубопроводстрой», преобразованный в АООТ «Уренгойтрубопроводстрой», затем в ОАО «Уренгойтрубопроводстрой» определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 27 октября 2014 года ликвидировано.

В ходе производства по делу ответчиком ФИО2 не представлено доказательств, опровергающих вышеизложенное, или подтверждающих прямо или косвенно факт проживания и трудовой деятельности её умершего супруга ФИО4 в период времени с 1980 года по 1998 года в городе Новый Уренгой и в тресте «Уренгойтрубопроводстврой» соответственно, при том, что именно в указанный период времени, который является значительным, она вступила и состояла с ФИО4 в зарегистрированном браке, родила в этом браке троих детей, проживая в Карачаево-Черкесии, при этом суд критически относится к объяснениям ФИО2 в той части, где она утверждает о том, что ФИО4 в период времени с 1980 года по 1998 год на постоянной основе жил и работал на Севере, приезжая к семье только один раз в год - в августе месяце в отпуск, поскольку это противоречит её объяснениям, данным в ходе производства по делу, когда она утверждала, что муж работал на Севере вахтовым методом, отсутствуя дома по две недели, затем по два месяца и по полгода, а также противоречит фактическим обстоятельствам, так как дети в этом браке родились (дата обезличена), (дата обезличена), и (дата обезличена), при том, что, по словам же ФИО2, она с детьми на Севере с мужем не проживала, никогда к нему туда не выезжала.

Учитывая вышеизложенное в совокупности, суд приходит к выводу о том, что представленные ФИО4 в подтверждение права на досрочную трудовую пенсию по старости документы: трудовая книжка, справки (номер обезличен) и (номер обезличен) от (дата обезличена), содержали недостоверную информацию о том, что ФИО4 в период времени с (дата обезличена) по (дата обезличена) работал в тресте «Уренгойтрубопроводстрой», что свидетельствует о законности и обоснованности действий Управления ГУ-ОПФР по КЧР в г. Черкеске по прекращению выплаты назначенной ФИО4 досрочной трудовой пенсии по старости и отнесении суммы выплаченной ему за период с 20 декабря 2011 года по 31 мая 2016 года пенсии в размере 821 075 рублей 42 копейки к неосновательному обогащению, подлежащему взысканию.

В силу требований статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

В соответствии со статьи 25 Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», действовавшего в момент возникших отношений, физические и юридические лица несут ответственность за достоверность сведений, содержащихся в документах, представляемых ими для установления и выплаты трудовой пенсии, а работодатели, кроме того, - за достоверность сведений, представляемых для ведения индивидуального (персонифицированного) учета в системе обязательного пенсионного страхования.

В случае, если представление недостоверных сведений или несвоевременное представление сведений, предусмотренных пунктом 4 статьи 23 вышеуказанного Федерального закона, повлекло за собой перерасход средств на выплату трудовых пенсий, виновные лица возмещают Пенсионному фонду Российской Федерации причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

В соответствии с нормами части 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счёт другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1109 ГК РФ не подлежит возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причинённого жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки.

Поскольку суд усматривает в действиях ФИО4 недобросовестность, так как последний представил в Управление ГУ-ОПФР по КЧР в г. Черкеске в подтверждение права на досрочную трудовую пенсию по старости спорные справки, заведомо зная о том, что они содержат недостоверную информацию, постольку сумма в размере 821 075 рублей 42 копеек является неосновательным обогащением ФИО4 и возврат указанной суммы является обязанностью последнего.

При этом, доводы стороны ответчика о том, что своевременное не уведомление органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, ФИО4 при жизни о прекращении выплаты ему назначенной досрочной трудовой пенсии по старости, о признании предоставленных им справок недостоверными, нарушили права ФИО4, лишив его возможности оспорить данные действия органа, осуществляющего пенсионное обеспечение, суд признает неубедительными, поскольку выплата пенсии ФИО4 была прекращена с 01 июня 2016 года, а умер он (дата обезличена), при этом из выписок со счета, предоставленных ПАО «Московский индустриальный банк», усматривается, что поступившие на счет суммы пенсии ФИО4 не аккумулировал на счете, а снимал ежемесячно и неоднократно разные суммы денежных средств, что свидетельствует о том, что ФИО4 контролировал состояние своего счета, вследствие чего отсутствие поступлений пенсии в течение пяти месяцев он не мог не заметить, однако, в орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, официально не обращался, действия указанного органа не оспаривал, более того, суд считает необходимым заметить, что об изменении места жительства ФИО4 орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, так же не уведомил.

Несостоятельным суд признает также утверждение стороны ответчика о том, что ГУ-ОПФР по КЧР не является кредитором ФИО4, поскольку кредиторская задолженность ФИО4 перед ГУ-ОПФР по КЧР не установлена в определенном законом порядке, так как отсутствует соответствующее судебное решение и исполнительный документ, вследствие чего его наследник-ответчик ФИО2 никому, в том числе и истцу, ничего не должна.

Между тем, в случае смерти пенсионера-должника, каковым в данном случае являлся ФИО4, образовавшаяся задолженность подлежит взысканию с его правопреемника.

Так, в соответствии с нормами части 1 статьи 1175 ГК РФ наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно. Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.

Пленум Верховного суда Российской Федерации в пункте 58 Постановления № 9 от 29 мая 2012 года «О судебной практике по делам о наследовании» разъяснил, что под долгами наследодателя, по которым отвечают наследники, следует понимать все имевшиеся у наследодателя к моменту открытия наследства обязательства, не прекращающиеся смертью должника (статья 418 ГК РФ), независимо от наступления срока их исполнения, а равно от времени их выявления и осведомленности о них наследников при принятии наследства.

В пункте 14 вышеуказанного Постановления Пленум Верховного Суда Российской Федерации разъяснил, что в состав наследства входит принадлежавшее наследодателю на день открытия наследства имущество, в частности: вещи, включая деньги и ценные бумаги (статья 128 ГК РФ); имущественные права (в том числе права, вытекающие из договоров, заключенных наследодателем, если иное не предусмотрено законом или договором; исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности или на средства индивидуализации; права на получение присужденных наследодателю, но не полученных им денежных сумм); имущественные обязанности, в том числе долги в пределах стоимости перешедшего к наследникам наследственного имущества (пункт 1 статьи 1175 ГК РФ).

В соответствии с нормами статьи 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности. Не входят в состав наследства права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя, в частности право на алименты, право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также права и обязанности, переход которых в порядке наследования не допускается настоящим Кодексом или другими законами. Не входят в состав наследства личные неимущественные права и другие нематериальные блага.

В пункте 15 вышеуказанного Постановления Пленум Верховного Суда Российской Федерации разъяснил, что имущественные права и обязанности не входят в состав наследства, если они неразрывно связаны с личностью наследодателя, а также если их переход в порядке наследования не допускается ГК РФ или другими федеральными законами (статья 418, часть вторая статьи 1112 ГК РФ). В частности, в состав наследства не входят: право на алименты и алиментные обязательства (раздел V Семейного кодекса Российской Федерации, далее - СК РФ), права и обязанности, возникшие из договоров безвозмездного пользования (статья 701 ГК РФ), поручения (пункт 1 статьи 977 ГК РФ), комиссии (часть первая статьи 1002 ГК РФ), агентского договора (статья 1010 ГК РФ).

Согласно нормам статьи 418 ГК РФ обязательство прекращается смертью должника, если исполнение не может быть произведено без личного участия должника либо обязательство иным образом неразрывно связано с личностью должника.

В действующем законодательстве не содержится прямого запрета на переход в порядке наследования обязанности наследодателя выплатить сумму неосновательного обогащения.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу о том, что обязанность наследодателя ФИО4 возвратить в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации сумму незаконно назначенной и полученной им при жизни досрочной трудовой пенсии по старости в размере 821 075 рублей 42 копейки, являющуюся неосновательным обогащением, в порядке наследования в соответствии с требованиями части 1 статьи 1175 ГК РФ переходит к наследнику, принявшему наследство, каковой является его супруга - ответчик ФИО2, отвечающая по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к ней наследственного имущества, определенной на момент открытия наследства ((дата обезличена)), каковой согласно заключению эксперта (номер обезличен) (89/2017) от (дата обезличена) является сумма 722 рублей 845 рублей, подлеющая взысканию с ответчика ФИО2 в пользу истца Государственного учреждения - Отделения Пенсионного фонда Российской Федерации по Карачаево-Черкесской Республике.

Таким образом, исследовав представленные доказательства, оценив их как достоверные и допустимые, признав их совокупность достаточной для разрешения данного дела и принятия по нему решения, суд признает иск Государственного учреждения - Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Карачаево-Черкесской Республике обоснованным и подлежащим удовлетворению по вышеизложенным фактическим и правовым основаниям.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковое заявление Государственного учреждения - Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Карачаево-Черкесской Республике к ФИО2 о возмещении материального ущерба - удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2, (данные изъяты), в пользу Государственного учреждения - Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Карачаево-Черкесской Республике в пределах стоимости перешедшего к ней наследственного имущества, принадлежавшего умершему (дата обезличена) ФИО4, сумму в размере 722 845 (семьсот двадцать две тысячи восемьсот сорок пять) рублей, составляющую неосновательное обогащение.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Верховного суда Карачаево-Черкесской Республики через Усть-Джегутинский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, на что потребуется срок не более 5 (пяти) дней, последним (пятым) днем составления мотивированного решения является 12 февраля 2018 года, в указанный день стороны вправе ознакомиться с мотивированным решением суда в помещении Усть-Джегутинского районного суда и получить его копию, началом течения месячного срока апелляционного обжалования решения является 13 февраля 2018 года.

Резолютивная часть решения оглашена 07 февраля 2018 года.

Мотивированное решение составлено на компьютере в единственном экземпляре 12 февраля 2018 года.

Председательствующий - подпись