Решение № 2-1486/2019 2-1486/2019~М-1115/2019 М-1115/2019 от 22 июля 2019 г. по делу № 2-1486/2019

Дело № 2-1486/2019 КОПИЯ


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 июля 2019 года город Пермь

Пермский районный суд Пермского края в составе

председательствующего судьи Н.В. Гладких,

при секретаре Ж.А. Юхимчук,

с участием представителя истца ФИО1, действующего на основании доверенности,

представителя ответчика ФИО2, действующей на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ответчику ФИО4, о взыскании неосновательного обогащения,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО3 обратилась к ответчику ФИО4 с исковым заявлением о взыскании денежной суммы (неосновательного обогащения) в размере 1 200 000 рублей, судебных расходов.

В обоснование предъявленного требования истец ФИО3 указала, что в период с 06 по 29 сентября 2018 года она передала ФИО4 денежную сумму в размере 1 200 000 рублей, что подтверждается расписками. ФИО4 не возвратила полученную денежную сумму, не имея оснований для пользования данными денежными средствами.

Истец ФИО3 не явилась в судебное заседание, извещена о времени и месте судебного разбирательства.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 просил об удовлетворении предъявленного требования на основании доводов, изложенных в исковом заявлении.

Ответчик ФИО4 не явилась в судебное заседание, извещена о времени и месте судебного разбирательства.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2 не согласилась иском в соответствии с письменными возражениями, не отрицала факт получения ФИО4 от ФИО3 денежной суммы в размере 1200000 рублей, пояснила, что ФИО4 является соучредителем и директором ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>». Денежные средства были получены в качестве инвестиций и потрачены на реализацию проекта о создании и развития Центра развития ребёнка. Денежные средства поступили на баланс организации, на денежные средства приобреталось имущество для организаций, за счёт денежных средств исполнялись обязательства перед контрагентами. ФИО3 является учредителем ООО «<данные изъяты>», поэтому она передала денежную сумму в размере 150000 рублей в счёт первоначального инвестиционного взноса на открытие ООО «<данные изъяты>». Имущество, принадлежащее организациям, вывезено ФИО3 на сумму 608 000 рублей. Из – за действий ФИО3 и другого учредителя деятельность организации оказалась убыточной. Инвестиционный договор не был подписан в связи с хищением имущества организации, осуществлённой ФИО3 и другим учредителем. Денежные суммы расходовались по целевому назначению, то есть на реализацию проекта по открытию Центра развития ребёнка. Соответственно, ФИО4 не получила личной выгоды от использования денежных сумм (л.д.25).

Выслушав объяснения представителя истца и представителя ответчика, изучив гражданское дело, суд установил следующие обстоятельства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьёй 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации. Данные правила применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Согласно пункту 1 статьи 1104 Гражданского кодекса Российской Федерации имущество, составляющее неосновательное обогащение приобретателя, должно быть возвращено потерпевшему в натуре.

На основании пункта 1 статьи 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное имущество приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, если приобретатель не возместил его стоимость немедленно после того, как узнал о неосновательности обогащения.

В силу статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения:

1) имущество, переданное во исполнение обязательства до наступления срока исполнения, если обязательством не предусмотрено иное;

2) имущество, переданное во исполнение обязательства по истечении срока исковой давности;

3) заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки;

4) денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Следовательно, закон устанавливает обязанность возвращения имущества, приобретенного (сбереженного) без должного правового основания, исключения предусмотрены статьёй 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

ФИО4 является директором и одним из учредителей Общества с ограниченной ответственностью «Многопрофильный семейный центр РИО», что подтверждается выписками из Единого реестра юридических лиц (л.д.29-31)

Согласно договору комиссии от 06 сентября 2018 года ФИО4 (Комитент) обязалась передать ООО «<данные изъяты>» (Комиссионеру) денежную сумму в размере 1 200 000 рублей за совершение одной (или) нескольких сделок по приобретению товаров или услуг от своего имени, но за счёт Комитента (для Комитента).

Из расписок от 06, 12, 19, 20 и 29 сентября 2018 года следует, что в период с 06 по 29 сентября 2018 года ФИО4 получила от ФИО3 денежную сумму в общем размере 1 200 000 рублей в счёт инвестиционного взноса на открытие и развитие (реализацию) Детского центра развития ребёнка «РИО» и ООО «<данные изъяты>», расположенного по адресу: <адрес> (л.д.7-11).

Подлинники расписок приобщены к делу (л.д.183-187).

Согласно протоколу общего собрания учредителей Общества с ограниченной ответственностью «<данные изъяты>» от 30 октября 2018 года учредителями, в том числе учредителем ФИО3, принято решение об учреждении Общества с ограниченной ответственностью «<данные изъяты>» (л.д.194-196).

ФИО4 является директором и одним из учредителей Общества с ограниченной ответственностью «<данные изъяты>», ФИО3 является учредителем Общества с ограниченной ответственностью «<данные изъяты>», что подтверждается выписками из Единого реестра юридических лиц (л.д.26-31).

Претензией от 10 января 2019 года, направленной 11 января 2019 года, ФИО3 предъявила к ФИО4 требование о возврате переданной денежной суммы в размере 1 200 000 рублей, что подтверждается соответствующей претензией и почтовыми квитанциями (л.д.5-6).

Ответчик ФИО4 и её представитель ФИО2 не оспаривали факт получения ФИО4 денежной суммы в размере 1 200 000 рублей от ФИО3, не отрицали факт того, что денежные средства в указанном размере не возвращались ФИО3

Возражая на иск, ответчик и его представитель указали на то, что указанная денежная сумма была получена в качестве инвестиций, денежная сумма была потрачена на деятельность ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», в том числе на приобретение имущества, необходимого для осуществления деятельности организаций и исполнение обязательств. Сумма должна быть возвращена с прибыли, получаемой Центром, но из-за того, что Центр фактически не начал свою деятельность, из-за действий самого истца, по заданию которой было вывезено все имущество Центра, возврат денежных средств не представился возможным.

Согласно статье 1 Федерального закона от 25 февраля 1999 года № 39-ФЗ «Об инвестиционной деятельности Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений» инвестиции – денежные средства, ценные бумаги, иное имущество, в том числе имущественные права, иные права, имеющие денежную оценку, вкладываемые в объекты предпринимательской и (или) иной деятельности в целях получения прибыли и (или) достижения иного полезного эффекта.

В соответствии со статьёй 6 Федерального закона от 25 февраля 1999 года № 39-ФЗ «Об инвестиционной деятельности Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений» инвестор имеет право на владение, пользование и распоряжение объектом капитальных вложений и результатом осуществленных капитальных вложений.

В силу пункта 1 статьи 8 Федерального закона от 25 февраля 1999 года № 39-ФЗ «Об инвестиционной деятельности Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений» отношения между субъектами инвестиционной деятельности осуществляются на основе договора и (или) государственного контракта, заключаемых между ними в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации.

На основании пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 434 Гражданского кодекса Российской Федерации договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма. Если стороны договорились заключить договор в определенной форме, он считается заключенным после придания ему условленной формы, хотя бы законом для договоров данного вида такая форма не требовалась (пункт 1). Договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена письмами, телеграммами, телексами, телефаксами и иными документами, в том числе электронными документами, передаваемыми по каналам связи, позволяющими достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору (пункт 2)..

В силу пункта 1 статьи 161 Гражданского кодекса Российской Федерации должны совершаться в простой письменной форме, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения: 1) сделки юридических лиц между собой и с гражданами; 2) сделки граждан между собой на сумму, превышающую десять тысяч рублей, а в случаях, предусмотренных законом, - независимо от суммы сделки.

Оценивая содержание расписок, суд находит, что данные документы не могут подтверждать заключение в письменной форме договора об осуществлении инвестиционной деятельности, поскольку расписки не являются документами, подписанными сторонами, в них не указаны существенные условия инвестиционного договора: предмет и объект инвестиций, права и обязанности каждого субъекта инвестиционной деятельности, сроки реализации инвестиционного проекта и действия инвестиционного договора, права инвестора на результат инвестиций, условия ответственности сторон, условия, основания и порядок расторжения инвестиционного договора.

При таком положении суд находит, что расписки подтверждают исключительно факт получения ответчиком денежных сумм от истца, не свидетельствуют о заключении между сторонами договора в порядке, установленном законом.

Соответственно, суд полагает, что пользование ответчиком полученными денежными суммами осуществляется без оснований, установленных законом, иными правовыми актами или сделкой.

Из документов, представленных ответчиком (договоры, квитанции к приходным кассовым ордерам, справки о стоимости выполненных работ и затрат, акты о приёмке выполненных работ, сметы расходов, товарные накладные, товарные и кассовые чеки, карточки счетов), следует, что денежные суммы, полученные ФИО4 от ФИО3, переданы в кассу ООО «<данные изъяты>» и расходовались данной организацией на приобретение имущества и исполнение денежных обязательств (внесение арендных платежей, оплату коммунальных услуг, ремонтных работ, оплату товаров, оказания услуг и выполнение работ) (л.д.32-37, 46-50, 75-177).

Оценивая полученные доказательства, суд полагает, что ФИО4 фактически исполнила свои обязательства перед ООО «<данные изъяты>», возникшие на основании договора комиссии от 06 сентября 2018 года, за счёт средств, полученных от ФИО3, поскольку все денежные суммы были сданы в кассу указанной организации в день их получения от ФИО3; денежная сумма в размере 1200000 рублей была использована ФИО4 на финансирование деятельности организации, возглавляемой ею.

Таким образом, суд считает, что ответчик ФИО4 использовала денежную сумму исключительно для удовлетворения своих интересов и целей.

Ответчик ФИО4 не представила доказательства иного, в том числе документы, подтверждающие заключение с ФИО3 какого – либо соглашения (договора) об использовании денежной суммы в размере 1200000 рублей исключительно для удовлетворения собственных нужд.

При таком положении возражения ответчика о том, что деятельность ООО «<данные изъяты>» являлась убыточной, не являются юридически значимыми.

Суд исходит из того, что возражения ответчика о том, что истец неправомерно присвоил имущество ООО «<данные изъяты>» на сумму 608000 рублей, не являются юридически значимыми, поскольку они не подтверждены какими – либо достоверными и допустимыми доказательствами, при этом переписка в социальной сети не может быть отнесена к таким доказательствам.

Суд установил, что ФИО3 передала ФИО4 денежную сумму в размере 150 000 рублей для развития ООО «<данные изъяты>», остальные средства в размере 1050000 рублей переданы ФИО4 в счёт инвестиционных взносов на открытие и развитие ООО «<данные изъяты>», учредителем которого ФИО3 является.

Разрешая предъявленные требования, суд учитывает, что передача денежной суммы ФИО4 для развития ООО «<данные изъяты>» произведена истцом, то есть между сторонами фактически заключён договор поручения, предусматривающий совершение определённых юридических действий: финансирование поверенного (ФИО4) доверителем (ФИО3) – пункт 2 статьи 975 Гражданского кодекса РФ; при этом истец осознавала характер своих действий, достоверно знала о том, что денежные средства передаются ею для развития ООО «<данные изъяты>», что отражено в расписке, написанной ответчиком, и полученной истцом. При этом истец знала о том, что никаких обязательств между ней, ФИО4 и Обществом с ограниченной ответственностью «<данные изъяты>», не имеется, тем не менее оплатила сумму для развития ООО «<данные изъяты>», директором которого являлась ФИО4

Соответственно, учитывая положения статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд полагает, что денежная сумма в размере 150000 рублей, переданная ответчику 12 сентября 2018 года для развития ООО «<данные изъяты>», предоставлена в отсутствии обязательства, о чём достоверно знало лицо, требующее возврата этого имущества. Истец ФИО3 не представила доказательства иного.

При таком положении суд находит, что денежная сумма в размере 150000 рублей, переданная на развитие ООО «<данные изъяты>», не подлежит возврату в качестве неосновательного обогащения по правилам статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В то же время, учитывая, что передавая денежные суммы в счёт инвестиционных взносов на открытие и развитие ООО «<данные изъяты>», ФИО3 исходила из предположения о том, что денежные суммы будут расходоваться в ходе деятельности данной организации, учредителем которого она являлась, а фактически денежные суммы были потрачены на нужды и в интересах ФИО4 и ООО «<данные изъяты>», отношения к которому истец не имела, суд приходит к выводу о том, что ответчик ФИО4 приобрела имущество за счёт другого лица – ФИО3, то есть сберегла собственное имущество (денежную сумму в размере 1050000 рублей) без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований.

При таком положении суд приходит к выводу о том, что имеются правовые основания для возложения на ответчика обязанности по возврату истцу неосновательного обогащения – денежной суммы в размере 1050000 рублей.

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. Если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье, судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

До подачи искового заявления истец ФИО3 уплатила государственную пошлину в размере 14200 рублей на основании подпункта 1 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, что подтверждается платежным документом (л.д.2).

Исковые требования имущественного характера удовлетворены на сумму 1050000 рублей.

При таком положении пропорционально удовлетворенным требованиям суд считает, что с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в размере 13450 рублей.

Руководствуясь статьями 194 – 198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО3 сумму неосновательного обогащения в размере 1 050 000 (один миллион пятьдесят тысяч) рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 13 450 (тринадцать тысяч четыреста пятьдесят) рублей, остальные требования оставить без удовлетворения.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в течение месяца со дня постановления решения в окончательной форме, в Пермский краевой суд через Пермский районный суд Пермского края.

Судья Пермского районного суда (подпись) Н.В. Гладких