Апелляционное постановление № 10-6/2018 от 6 ноября 2018 г. по делу № 10-5/2018

дело № 10-6/2018


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Грайворон 7 ноября 2018 года

Грайворонский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи - Твердохлеб В.В.,

с участием:

государственного обвинителя Шевченко А.Н.,

защитника-адвоката Бутовой Н.П.,

при секретаре Волковой К.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению заместителя прокурора Грайворонского района Должикова Д.С., апелляционной жалобе адвоката Бутовой Н.П. на постановление мирового судьи судебного участка №2 Грайворонского района Белгородской области от 13 августа 2018 года, которым уголовное дело по обвинению:

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в с/з <адрес>, зарегистрированного в <адрес>, гражданина РФ, образование неполное среднее, разведенного, имеющего малолетних детей, не работающего, военнообязанного, судимого 25 июля 2017 г. Пономаревским районным судом Оренбургской области по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ к наказанию в виде исправительных работ на срок 6 месяцев с удержанием 10 % заработка в доход государства. Постановлением Пономаревского районного суда Оренбургской области от 18 сентября 2017 г. наказание по приговору суда от 25 июля 2017 г. заменено на лишение свободы на срок 2 месяца, 6 декабря 2017 г. освобожден по отбытию наказания,

в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.158 УК РФ,

возвращено прокурору Грайворонского района Белгородской области в порядке п.п.1,6 ч.1 ст.237 УПК РФ для устранения нарушений требований УПК РФ, допущенных при составлении обвинительного акта по данному уголовному делу.

Заслушав доклад судьи Твердохлеб В.В., выступления государственного обвинителя помощника прокурора Грайворонского района Шевченко А.Н. поддержавшего представление, защитника-адвоката Бутовой Н.П. поддержавшей доводы апелляционной жалобы,

УСТАНОВИЛ:

Постановлением мирового судьи судебного участка №2 Грайворонского района Белгородской области от 13 августа 2018 года уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 УК РФ возвращено прокурору, в соответствии с п. п. 1 и 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, в связи с неправильным указанием адреса обвиняемого в обвинительном акте и наличии оснований для квалификации действий обвиняемого по более тяжкому преступлению.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Должиков Д.С. выражает не согласие с постановлением мирового судьи, считает его незаконным, мотивируя тем, что при вынесении постановления о возвращении уголовного дела в порядке п. п. 1,6 ст. 237 УПК РФ в отношении ФИО1, мировой судья не мотивировал, по каким основаниям при наличии доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, принял одни из этих доказательств и опроверг другие. Также находит необоснованными и выводы мирового судьи о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления, поскольку считает, что действия обвиняемого квалифицированы, верно. Кроме того, мировой судья пришел к необоснованному выводу о том, что место жительства ФИО1 органами дознания не установлено. Неявка подсудимого в судебное заседание не может свидетельствовать о составлении обвинительного акта с нарушениями требований уголовно-процессуального закона, ФИО1 фактически скрылся от суда, что в соответствии с положениями ст. 237 УПК РФ не является основанием для возвращения уголовного прокурору. Государственным обвинителем также отмечено, что потерпевшая Л.М.И. о времени назначения судебного заседания судом первой инстанции была ненадлежащим образом извещена, в связи, с чем её права были нарушены.

Прокурор просит постановление суда отменить, дело направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

В апелляционной жалобе адвокат Бутова Н.П. также выражает не согласие с постановлением мирового судьи, мотивируя тем, что суд, не перейдя к рассмотрению дела по существу, усмотрел в действиях ФИО1 более тяжкий состав преступления, хотя в материалах уголовного дела имелось постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по признакам преступления предусмотренного ст. 139 УК РФ, умысел на совершение кражи возник у ФИО1 после того, как он зашел в жилое помещение, принадлежащее потерпевшей.

Просит постановление мирового судьи изменить, исключив из установочной части постановления, основания возвращения уголовного дела, предусмотренные п.6 ч.1 ст.237 УПК РФ.

Исследовав уголовное дело, проверив доводы представления и жалобы, выслушав мнение сторон, суд считает, что постановление подлежит изменению по следующим основаниям.

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, суд по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, если обвинительное заключение (акт) составлены с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Законодатель предусмотрел единственный критерий, при наличии которого дело возвращается прокурору, - это наличие препятствий для рассмотрения уголовного дела, которые возникли по вине следственных органов при расследовании уголовного дела.

Согласно п.6 ч.1 ст.237 УПК РФ судья возвращает уголовное дело прокурору, если фактические обстоятельства дела, изложенные в обвинительном заключении (акте), свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления.

Возвращая настоящее уголовное дело прокурору на основании п.6 ч.1 ст. 237 УПК РФ, суд первой инстанции указал, что в ходе судебного разбирательства мировым судьей установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий ФИО1 как более тяжкого преступления, кроме того, указанное в обвинительном акте место жительства ФИО1 не соответствует фактическому, таким образом, органом дознания фактическое местонахождение ФИО1 не установлено. Указанные обстоятельства исключают возможность постановления мировым судьей приговора или вынесения иного решения.

В обоснование своих выводов относительно наличия оснований для квалификации действий ФИО1 как более тяжкого преступления, суд первой инстанции сослался на то, что ФИО1 в ночное время, без ведома проживающих лиц, незаконно проник в жилое помещение, в котором он не зарегистрирован и не проживает и совершил там хищение чужого имущества. Выводы мирового судьи, касающиеся не соответствия в обвинительном акте места жительства ФИО1 фактическому, мотивированы тем, что судом приняты исчерпывающие меры для обеспечения участия подсудимого в судебном разбирательстве, однако по вызовам в судебное заседание он не явился, на телефонные звонки не отвечал, судебная повестка возвращена, принудительные приводы не исполнены, поскольку ФИО1 по вышеуказанному адресу не проживает.

Апелляционный суд признает, что указанные данные к возвращению уголовного дела прокурору в порядке п.6 ч.1 ст.237 УПК РФ не основаны на требованиях закона.

Так, из материалов уголовного дела следует, что ФИО1 обвиняется в том, 24 марта 2018 года в двадцать втором часу через незапертую дверь зашел в гости к своим знакомым, проживающим в домовладение № по <адрес>, которые в это время спали, где увидел лежащий на столе телефон сотовой связи марки «Эксплэй», принадлежащий Л.М.И., и похитил его.

Ссылка мирового судьи о том, что формулировка предъявленного ФИО1 обвинения не соответствует фактическим обстоятельствам дела, в действиях которого, содержится более тяжкое обвинение, несостоятельна.

Данный вывод мирового судьи не соответствует обвинительному акту и материалам уголовного дела.

Как правильно указано авторами апелляционного представления и апелляционной жалобы, умысел у ФИО1 на хищение возник в жилом помещении потерпевшей.

Уголовное преследование по ч.1 ст.139 УК РФ по уголовному делу в отношении ФИО1 прекращено на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ (в связи с отсутствием в его действиях состава преступления).

Выводы мирового судьи о наличии нарушений препятствующих рассмотрению уголовного дела и вынесению решения по делу по указанному основанию, являются ошибочными, поскольку квалификация содеянного является верной, а фактические обстоятельства дела, изложенные в обвинительном акте, свидетельствуют об отсутствии оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления.

Из п.3 ч.1 ст.225 УПК РФ следует, что в обвинительном акте дознаватель указывает данные о лице, привлекаемом к уголовной ответственности.

При этом местом жительства признается место, где гражданин постоянно или преимущественно проживает.

При назначении судебного заседания мировым судьей ФИО1 вызывался в суд по адресу указанному в обвинительном акте: <адрес>.

Однако, несмотря на неоднократные вызовы и отложения судебного заседания, ФИО1 в суд не явился и по указанному адресу обнаружен не был.

Из рапортов судебных приставов Грайворонского РОСП УФССП России по Белгородской области, выполняющих постановления о принудительном приводе ФИО1 в связи с неявкой в судебные заседания и опрошенных в связи с этим свидетелей следует, что ФИО1 по вышеуказанному адресу длительное время не проживает, что указывает на то, что до утверждения обвинительного акта по указанному адресу, обвиняемый ФИО1 не находился.

На первое судебное заседание ФИО1 приглашался органом дознания, без направления судебной повестки, что не может свидетельствовать о проживании обвиняемого по адресу указанному в обвинительном акте.

При таких обстоятельствах вывод мирового судьи о том, что в обвинительном акте сведения о месте жительства обвиняемого не соответствуют действительности, является правильным.

Указание обвиняемым в ходе предварительного расследования недостоверного адреса места своего проживания не освобождает органы дознания от проверки объективности этой информации, достоверного установления сведений о лице и надлежащего выполнения требований п.3 ч.1 ст.225 УПК РФ.

Доводы прокурора о проживании ФИО1 по адресу, указанному в обвинительном акте, не соответствуют действительности.

Отсутствие данных о месте жительства обвиняемого, а также сведений о его местонахождении свидетельствуют, о нарушении при составлении обвинительного акта требований уголовно-процессуального закона, которое лишает суд возможности постановить приговор или иное законное и обоснованное решение по делу.

Установив наличие такого нарушения, мировой судья принял правильное решение о возвращении уголовного дела прокурору.

Судебное решение о возвращении уголовного дела прокурору в соответствии с п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ, вопреки доводам представления, принято мировым судьей с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства, регламентирующих разрешение судом данного вопроса, процессуальные права при этом потерпевшей Л.М.И. не нарушены.

Вместе с тем, указание мирового судьи о необходимости возвращения уголовного дела прокурору по основаниям п.6 ч.1 ст.237 УПК РФ подлежит исключению из описательно-мотивировочной части постановления.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену принятого решения, не допущено.

Руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление мирового судьи судебного участка № 2 Грайворонского района Белгородской области от 13 августа 2018 года по уголовному делу по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 УК РФ, о возвращении уголовного дела прокурору Грайворонского района Белгородской области изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части постановления мирового судьи судебного участка № 2 Грайворонского района Белгородской области от 13 августа 2018 года указание о необходимости возвращения уголовного дела прокурору на основании п. 6 ч.1 ст.327 УПК РФ.

В остальной части постановление о возвращении уголовного дела прокурору оставить - без изменения.

Апелляционное представление заместителя прокурора Грайворонского района оставить без удовлетворения.

Апелляционную жалобу адвоката Бутовой Н.П. удовлетворить.

Судья подпись В.В. Твердохлеб