Решение № 2-245/2018 2-245/2018~М-234/2018 М-234/2018 от 26 июля 2018 г. по делу № 2-245/2018

Дело № 2-245/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

р.п. Мордово 27 июля 2018 года

Мордовский районный суд Тамбовской области в составе:

председательствующего - судьи Кирьяновой М.О.,

при секретаре судебного заседания Косых Т.С.,

с участием:

истца ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к администрации Шмаровского сельсовета Мордовского района Тамбовской области о признании права собственности на жилой дом в порядке приватизации,

УСТАНОВИЛ:

ФИО6 обратилась в Мордовский районный суд Тамбовской области с исковым заявлением к администрации Шмаровского сельсовета Мордовского района Тамбовской области о признании права собственности на жилой дом в порядке приватизации.

В судебном заседании истец ФИО6 поддержала свои исковые требования и пояснила, что в 1992 году она с мужем ФИО2 и двумя несовершеннолетними детьми ФИО1 и ФИО5 из Республики Армения приехали в <адрес>, в котором проживали её родители. Возвратиться в Республику Армения больше не могли, так как там шла война. Она и её семья получили статус вынужденных переселенцев. Проживали сначала у её родителей в небольшом доме. В 1994 году она обратилась к председателю колхоза им. Кирова, который был впоследствии реорганизован в СХПК «Кужновский», а затем в ООО «Русь», - Свидетель №1 с просьбой предоставить её семье жилое помещение. В данном колхозе они с мужем работали без внесения записей в трудовую книжку. Председатель колхоза пояснила, что свободных жилых помещений не имеется, есть брошенная колхозная постройка, у которой нет ни дверей, ни крыши. Они с семьей согласились переехать в данное помещение. Впоследствии сделали ремонт и стали в нем проживать своей семьей, а по соседству, в этом же помещений, стал проживать её брат ФИО3 с семьей. Первой переехала она с семьей, и помещение выделялось именно ей. Между помещениями, занимаемыми их с братом семьями, возвели перегородку, дом оборудовали двумя изолированными входами. Она и члены её семьи были зарегистрированы в данном доме. Был ли зарегистрирован брат и его семья – она не помнит. Приблизительно в 1998 году брат с семьей переехали в <адрес>. Её дети также уехали из Мордовского района и выписались из указанного дома. В 2016 году решением мирового судьи брак между ней и её мужем был расторгнут, а в 2017 году её бывший муж умер. В настоящее время в доме она проживает одна. Просила суд признать за ней право собственности в порядке приватизации на жилое помещение - жилой дом, площадью 167,5 кв.м, расположенный по адресу: <адрес>.

В судебное заседание представитель ответчика администрации Шмаровского сельсовета Мордовского района Тамбовской области не явился, о времени и месте судебного заседания извещался надлежащим образом, сведения о причинах неявки в судебное заседание не предоставил, об отложении рассмотрения дела не ходатайствовал.

В судебном заседании 09 июля 2018 года представитель ответчика администрации Шмаровского сельсовета Мордовского района Тамбовской области – глава сельсовета ФИО7 исковые требования ФИО6 признал полностью и пояснил, что истец проживает в доме по адресу: <адрес>, в который она с семьей вселилась в начале 90-ых годов. Ему известно, что истец и её муж работали в данном колхозе. Дом на балансе сельсовета не стоит. Изначально это было нежилое помещение, которое строилось колхозом им. Кирова. После распада колхоза в муниципальную собственность оно не передавалось. В начале 2000-ых годов помещение было переведено в жилое, дому присвоен номер. Документы об этом в сельсовете не сохранились. В доме проживали истец с семьей и брат истца ФИО3 и его жена ФИО4, с детьми. Потом брат ФИО6 с семьей уехал. Когда дому присваивался номер, они уже в Мордовском районе не проживали. Земельный участок под домом ранее относился к землям сельхозназначения, в дальнейшем произошло переоформление на земли поселений.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя ответчика администрации Шмаровского сельсовета Мордовского района Тамбовской области.

Суд, выслушав в судебном заседании истца ФИО6, исследовав материалы дела, приходит к следующим выводам.

Статьей 11 Закона РФ от 4 июля 1991 года № 1541-I «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» (далее – Закон РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации») установлено, что каждый гражданин имеет право на приобретение в собственность бесплатно, в порядке приватизации, жилого помещения в домах государственного и муниципального жилищного фонда один раз.

В судебном заседании установлено, что истец ФИО6 и члены её семьи – муж ФИО2, дочь ФИО5, сын ФИО1 переехали на территорию Российской Федерации из Республики Армения. 20 июня 1994 года ФИО6 и члены её семьи были зарегистрированы в качестве вынужденных переселенцев, регистрационный № (л.д. 46).

Части 1, 2 ст. 6 ЖК РФ предусматривают, что акты жилищного законодательства не имеют обратной силы и применяются к жилищным отношениям, возникшим после введения его в действие. Действие акта жилищного законодательства может распространяться на жилищные отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных данным Кодексом.

Согласно ст. 5 Федерального закона от 29 декабря 2004 года № 189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» к жилищным отношениям, возникшим до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации, Жилищный кодекс Российской Федерации применяется в части тех прав и обязанностей, которые возникнут после введения его в действие, за исключением случаев, предусмотренных данным Федеральным законом.

Жилищный кодекс Российской Федерации вступил в силу с 01 марта 2005 года.

В ходе судебного разбирательства установлено, что ФИО6 проживает в жилом помещении, являющемся предметом спора, с 1994 года. Следовательно, для установления, какие права возникли у истца в отношении жилого помещения, надлежит руководствоваться нормами Жилищного кодекса РСФСР, действовавшими на момент возникновения спорных правоотношений.

Действовавший ранее Жилищный кодекс РСФСР предусматривал, что помещения для проживания граждан предоставлялись на основании совместного решения администрации и профсоюзного комитета предприятия, учреждения или организации, в которых работали граждане, нуждающиеся в улучшении жилищных условий (статьи 43, 44 Жилищного кодекса РСФСР).

В архивных документах Мордовского районного архива в фонде № колхоза им. Кирова Мордовского района Тамбовской области нет сведений о выделении жилья на ФИО6, ФИО2 по адресу: <адрес> (л.д. 23), однако из пояснений истца и представителя ответчика, которым суд не находит оснований не доверять, следует, что ФИО6 с 1994 года до настоящего времени проживает в помещении, предоставленном ей и её мужу администрацией колхоза им. Кирова, как работникам колхоза.

Несмотря на то, что записи о трудовой деятельности в колхозе им. Кирова Мордовского района Тамбовской области в трудовых книжках истца и её мужа отсутствуют (л.д. 10-13, 47-49), в ходе рассмотрения дела установлено, что они осуществляли трудовую деятельность в указанной организации. Помимо пояснений истца и представителя ответчика данный факт подтверждается архивной справкой, выданной администрацией Мордовского района Тамбовской области, из которой следует, что в документах колхоза им. Кирова за 1994 год значится муж истца – ФИО2 (л.д. 54).

В судебном заседании также установлено, что нежилое помещение, в которое вселились истец и её семья, администрацией колхоза предоставлялось как жилое. Таким образом, фактически, законный владелец здания – колхоз им. Кирова, изменил назначение здания, переведя его из нежилого помещения в жилое. Такой перевод был осуществлен до вступления в силу Жилищного кодекса РФ. Запрет на совершение таких действий нормы Жилищного кодекса РСФСР не содержали. Следовательно, на момент вступления в силу Жилищного кодекса РФ спорное помещение было занято семьей истца на законном основании и использовалось в качестве жилого помещения, и истец зарегистрирована в этом помещении с 30 марта 1994 года и до настоящего времени (л.д. 9).

Кроме того, из пояснений представителя ответчика, которые суд принимает как достоверные, следует, что спорное жилое помещение в начале 2000-ых годов, то есть также до вступления в силу Жилищного кодекса РФ, постановлением администрации Шмаровского сельсовета, которое не сохранилось, официально было переведено из нежилого в жилое.

В соответствии с постановлением администрации Шмаровского сельсовета Мордовского района Тамбовской области от 12 декабря 2016 года № «Об изменении адресного хозяйства» домовладение, в котором проживает истец, значится расположенным по адресу: <адрес> (л.д. 24).

В судебном заседании установлено и материалами дела подтверждено, что истец проживает в спорном жилом помещении одна (л.д. 35). Из похозяйственной книги администрации Шмаровского сельсовета Мордовского района Тамбовской области следует, что жилой дом № по <адрес> числится за ФИО6 Задолженности по налоговым платежам нет, арестов и запретов за указанным домовладением не зарегистрировано (л.д. 55). Брак между ней и её мужем ФИО2 расторгнут на основании заочного решения мирового судьи судебного участка Токаревского района от 04 июля 2016 года (л.д. 51). ДД.ММ.ГГГГ бывший муж истца умер (л.д. 52). Брат истца ФИО3 и его семья по сведениям адресно-справочной картотеки МП МОМВД России «Мордовский» зарегистрированными не значатся (л.д. 61).

На дом № по адресу: <адрес> изготовлен технический паспорт, согласно которому дом имеет инвентарный №, год постройки 1985, назначение жилое, площадь для внесения в ЕГРН составляет 167,5 кв.м (л.д. 25-33).

В Едином государственном реестре недвижимости сведения об указанном жилом доме отсутствуют (л.д. 34).

Согласно статье 18 Закона РФ «Оприватизациижилищногофондав Российской Федерации» при переходе государственных или муниципальных предприятий, учреждений в иную форму собственности либо при их ликвидации жилищный фонд, находящийся в хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений, должен быть передан в хозяйственное ведение или оперативное управление правопреемников этих предприятий, учреждений (если они определены) либо в ведение органов местного самоуправления поселений в установленном порядке с сохранением всех жилищных прав граждан, в том числе права на приватизацию жилых помещений.

На основании п. 5 действовавшего до 27 января 2003 года постановления Правительства РФ от 29 декабря 1991 года № 86 «О порядке реорганизации колхозов и совхозов» при реорганизации колхозы могли передавать в собственность сельских (поселковых) Советов народных депутатов объекты социальной сферы, жилой фонд, внутрихозяйственные дороги, системы энергообеспечения, газоснабжения, телефонизации и другие объекты.

Из справки администрации Шмаровского сельсовета Мордовского района Тамбовской области от 29 марта 2018 года следует, что дом № по <адрес> как муниципальное жилье в администрации сельсовета не числится (л.д. 22).

Однако, согласно справке, выданной 26 марта 2004 года правлением прекратившего свое существование СХПК «Кужновский», правопреемником колхоза им. Кирова, дом № по <адрес> не состоял и на балансе СХПК (л.д. 18).

Документы, подтверждающие передачу имущества колхоза им. Кирова в муниципальную собственность либо правопреемнику, в ходе судебного разбирательства не найдены.

Между тем, факт того, жилой дом № расположенный по адресу: <адрес>, фактически остался без собственника, не может повлиять на права истца получить законно занимаемое жилое помещение бесплатно в личную собственность.

Согласно ст. 2 Закона РФ «Оприватизациижилищногофондав Российской Федерации» граждане Российской Федерации, имеющие право пользования жилыми помещениями государственного или муниципального жилищного фонда на условиях социального найма, вправе приобрести их на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, в общую собственность либо в собственность одного лица, в том числе несовершеннолетнего, с согласия всех имеющих право на приватизацию данных жилых помещений совершеннолетних лиц и несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет.

Судом установлено, что истец занимает спорноепомещениене самовольно, помещение является обособленным, предоставлено истцу в качестве жилогопомещения, фактическипереведенобывшим собственником изнежилоговжилое – дом, длительное время используется для проживания граждан, вследствие чего к нему может быть применен правовой режим, установленный для жилых помещений, предоставленных по договору социального найма, в связи с чем на основании ст. 2 Закона РФ «Оприватизациижилищногофондав Российской Федерации» оно может быть приватизировано. Обстоятельств, исключающих такую возможность, в ходе судебного разбирательства не установлено.

При этом во внесудебном порядке оформить договор приватизации жилого помещения невозможно в связи с тем, что жилой дом не был передан в установленном законом порядке в муниципальный жилищный фонд и на момент рассмотрения дела собственника не имеет.

В соответствии со ст. 12 ГК РФ одним из способов защиты права является признание права.

По этим основаниям, учитывая признание иска представителем ответчика, суд находит возможным удовлетворить исковые требования ФИО6 и признать за ней право собственности в порядке приватизации на жилое помещение.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО6 удовлетворить.

Признать за ФИО6 право собственности в порядке приватизации на жилое помещение - жилой дом, площадью 167,5 кв.м, расположенный по адресу: <адрес>.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тамбовский областной суд через Мордовский районный суд Тамбовской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья М.О. Кирьянова

Мотивированное решение изготовлено 30 августа 2018 года.

Судья М.О. Кирьянова