Апелляционное постановление № 22-1194/2020 22-24/2021 от 18 января 2021 г. по делу № 1-29/2020

Судья Борисов А.С. дело № 22-24


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Кострома 19 января 2021 года

Костромской областной суд в составе председательствующего судьи Шумиловой Ю.В.,

при секретаре Краснухине В.Ю.,

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционной жалобе осужденного ФИО3 на приговор Макарьевского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым,

ФИО3, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, ранее несудимый,

-осужден по ч. 1 ст. 264 УК РФ к ограничению свободы сроком на 1 год с установлением соответствующих ограничений и возложением обязанности, указанных в приговоре, с дополнительным наказанием в виде лишения права управления транспортными средствами сроком на 2 года. От назначенного наказания освобожден в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

По делу разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств, имущества, на которое был наложен арест, и судебных издержек, связанных с оплатой вознаграждения защитника в ходе предварительного следствия.

В пользу представителя потерпевшей ФИО10 с ФИО1 взысканы расходы, связанные с оплатой вознаграждения представителя, в сумме 25 000 рублей.

По делу разрешен граждански иск – с ФИО3 в пользу представителя потерпевшей ФИО10 в счет компенсации морального вреда взыскано 700 000 рублей.

Выслушав осужденного ФИО3 и его защитника - адвоката Гавриленко Д.Н., поддержавших доводы апелляционной жалобы, прокурора Силанову К.С. и представителя потерпевшего ФИО10, полагавших приговор суда законным и обоснованным,

установил:

При обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда, ФИО3 признан виновным в том, что в вечернее время ДД.ММ.ГГГГ, управляя автомашиной марки «<данные изъяты> г/н №, и следуя на ней по <адрес>, в нарушение требований п.п. 1.3, 1.5, 10.1,14.1 Правил дорожного движения РФ, не уступил дорогу переходящей по нерегулируемому пешеходному переходу пешеходу ФИО2, совершив на нее наезд. В результате этого потерпевшая ФИО2 получила телесные повреждения, повлекшие причинение тяжкого вреда ее здоровью.

В судебном заседании осужденный ФИО3 вину свою в совершении указанного преступления не признал полностью.

В своей апелляционной жалобе осужденный ФИО3 высказывает несогласие с приговором суда, полагая его необоснованным и несправедливым, постановленным с неправильным применением уголовного закона. Свою позицию мотивирует тем, что суд руководствовался экспертными заключениями, тогда как эксперты не ответили на фундаментальный вопрос, имел ли он техническую возможность избежать наезда на пешехода или нет. Ссылается на то, что потерпевшая на перекрестке неожиданно выбежала из-за встречной автомашины под управлением Свидетель №2, в связи с чем, он не мог своевременно остановить свое автотранспортное средство. Однако данные обстоятельства не исследовались, ни в ходе следствия, ни судом. Обращает внимание на то, что стороной защиты в связи с этим было заявлено ходатайство о проведении дополнительной автотехнической экспертизы, которое судом необоснованно оставлено без удовлетворения. Указывает на то, что при управлении автомашиной он требования ПДД РФ не нарушал, по телефону не разговаривал, от дороги не отвлекался и скорость не превышал. Ссылается на то, что из экспертных заключений невозможно сделать вывод, что наезд на пешехода имел место вследствие несоблюдения им требований ПДД РФ. Считает, что уголовное дело заведомо было возбуждено в отношении неустановленного лица, а следователь ФИО8, которая является родственницей потерпевшей, оказывала на него моральное давление и влияние на ход расследования уголовного дела. Обращает также внимание на то, что суд не вправе был разрешать гражданский иск, а в соответствии с ч. 2 ст. 309 УПК РФ обязан был передать его на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства, поскольку для этого требовались дополнительные расчеты. Считает сумму взысканного с него морального вреда завышенной, полагая, что семья потерпевшей за его счет желает поправить свое материальное положение. На основании изложенного ФИО3 просит приговор суда отменить, а его в совершении указанного преступления оправдать.

В своих возражениях государственный обвинитель Ивков Д.В. полагает, что постановленный в отношении ФИО3 приговор является законным и обоснованным, назначенное наказание и размер компенсации взысканного морального вреда справедливыми, в связи с чем, доводы апелляционной жалобы осужденного несостоятельны.

Проверив материалы дела и доводы апелляционной жалобы осужденного, суд апелляционной инстанции не находит оснований для ее удовлетворения.

Фактические обстоятельства дела судом установлены правильно, выводы суда о виновности ФИО3 подтверждены доказательствами, которые являлись предметом непосредственного исследования в ходе судебного разбирательства и содержание которых подробно изложено в приговоре.

При этом суд оценил и проанализировал все исследованные в суде доказательства, представленные, как стороной обвинения, так и стороной защиты, в их совокупности. Все изложенные в приговоре доказательства суд, в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ, проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности.

Осужденный ФИО3 в ходе рассмотрения дела вину свою не признал полностью, указав, что вечером ДД.ММ.ГГГГ он, управляя автомашиной марки «<данные изъяты> двигался на ней по <адрес> с разрешенной скоростью 50-60 км/ч. Когда он подъезжал к перекрестку с <адрес>, ему навстречу двигался автомобиль, с которым он стал разъезжаться. Однако в это время на перекрестке из-за указанного автомобиля, прямо перед ним под колеса его машины неожиданно выбежала девочка. Он предпринял попытку экстренного торможения, сработала система АБС, но произошел наезд (удар) на девочку, которую откинуло в кювет. Считает, что с его стороны нарушений требований ПДД РФ не было, он допустимую скорость не превышал, от дороги не отвлекался. Указывает, что потерпевшую сбил не на пешеходном переходе, а на перекрестке, куда она выбежала неожиданно из-за другой автомашины, в связи с чем, у него не имелось технической возможности предотвратить данное дорожно-транспортное происшествие.

Вместе с тем, указанные доводы осужденного и его защитников при рассмотрении дела судом первой инстанции были тщательно проверены и отвергнуты с подробным приведением мотивов принятого решения. При этом вопреки утверждениям стороны защиты, данные выводы суда являются не предположениями, а анализом представленных сторонами доказательств - показаний подсудимого, потерпевшей, свидетелей, заключений и показаний экспертов, протоколов следственных действий и т.д.

Как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании потерпевшая ФИО2 последовательно указывала, что при вышеуказанных обстоятельствах она переходила проезжую часть именно по нерегулируемому пешеходному переходу. При этом перед выходом на проезжую часть она убедилась в отсутствии рядом движущихся автотранспортных средств. Однако когда она уже дошла до середины пешеходного перехода, услышала звук мотора, после чего ничего не помнит, и очнулась уже в больнице.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель №2 показал, что когда он на своей автомашине проехал дорожный перекресток <адрес> и <адрес>, то видел, что у нерегулируемого пешеходного перехода стоит девочка, но дорогу переходить не собиралась. Он проехал данный пешеходный переход, через 50-70 метров остановился и вышел из автомашины, чтобы достать из багажника сумку пассажира. В этот момент мимо быстро с громкой музыкой проехала автомашина синего цвета марки «Шевроле», как потом узнал, которой управлял осужденный, после чего он услышал звук сильного удара. Он сразу вернулся на перекресток, где стояла указанная автомашина, а девочка, которую он видел ранее у пешеходного перехода, с травмами лежала за канавой.

Эти же обстоятельства подтвердил и свидетель Свидетель №12, который являлся пассажиром в автомашине Свидетель №2

Показания потерпевшей и данных свидетелей последовательны, согласуются между собой и с другими добытыми и исследованными по делу доказательствами. При этом каких-либо существенных противоречий, влияющих на доказанность вины и квалификацию действий осужденного ФИО3, они не содержат.

Судом первой инстанции исследованы и приняты и другие доказательства по делу, такие как:

-протоколы осмотра места происшествия, в ходе которых была установлена и отражена обстановка места совершения указанного дорожно-транспортного происшествия;

-протоколы следственных экспериментов, при которых осужденный ФИО3 и потерпевшая ФИО2 описывали обстоятельства совершенного дорожно-транспортного происшествия, давали пояснения относительно своих действий;

-показания свидетелей Свидетель №17, Свидетель №3, Свидетель №5, которые были на месте ДТП непосредственно после случившегося;

-показания свидетелей Свидетель №9 и Свидетель №10, которые производили осмотр места происшествия и опрашивали участников и очевидцев дорожно-транспортного происшествия;

-заключения судебных автотехнической экспертиз и показания проводивших их экспертов ФИО18 и ФИО19, согласно которым, с технической точки зрения предотвращение дорожно-транспортного происшествия для осужденного ФИО4 зависело от соблюдения им требований п.п. 10.1, 14.2 Правил дорожного движения РФ;

-заключение судебно-медицинской экспертизы, согласно которой были установлены характер и локализация причиненных потерпевшей телесных повреждений, их последствия.

Как уже указывалось ранее, в обоснование своей позиции осужденный пояснил, что совершил наезд на ФИО2 не на пешеходном переходе, а на перекрестке. При этом она неожиданно выбежала из-за автомашины под управлением Свидетель №2, с которой он (осужденный) разъезжался, поэтому не смог вовремя заметить потерпевшую и остановить свою автомашину.

Однако данные доводы ФИО3 о недоказанности своей вины в совершении преступления, в связи с тем, что у него отсутствовала техническая возможность предотвратить наезд на потерпевшую, являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции, были подробно исследованы и мотивированно отвергнуты, как противоречащие материалами уголовного дела. При этом в приговоре суда им дана надлежащая оценка, не согласиться с которой у суда апелляционной инстанции, оснований не имеется.

Несмотря на то, что в результате экспертных исследований не было установлено точное место наезда автомашины под управлением ФИО3 на потерпевшую, оснований сомневаться в ее показаниях о том, что она переходила проезжую часть именно по нерегулируемому пешеходному переходу, не имеется. Данные обстоятельства были подтверждены свидетелями Свидетель №2 и Свидетель №12, согласно которым, они видели ФИО2 стоящей у пешеходного перехода, при этом после того, как проехали перекресток. Данные лица последовательно утверждали, что видели быстро движущуюся мимо них автомашину под управлением ФИО4 не только после того, как проехали и перекресток, и нерегулируемый пешеходный переход, но и когда уже их автомашина остановилась через 50-70 метров после него.

Согласно схеме дорожно-транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.27,т.1), автомашина ФИО3 (обозначение №) по ходу своего движения находится за перекрестком на расстоянии в 15,4 м. (до передней части) от предполагаемого на тот момент и указанного самим осужденным места наезда на потерпевшую (обозначение №). При этом параллельно автомашине осужденного вне проезжей части на обочине была обнаружена потерпевшая ФИО2 после ДТП.

Как следует из схемы к дополнительному осмотру места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.141,т.2), от пешеходного перехода место нахождения потерпевшей после ДТП определено на расстоянии 29 м. 60 см. Соответственно и автомашина ФИО3 на таком же расстоянии находилась от пешеходного перехода.

Согласно показаниям самого осужденного, он ехал со скоростью 50-60 км/ч, при этом перед пешеходным переходом ее не снижал, а предпринял торможение только в момент непосредственного наезда на потерпевшую. В данном случае, как следует из заключения автотехнической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.110-134,т.3) остановочный путь автомашины «Шевроле» при скорости движения 50-60 км/ч составляет: при условии движения пешехода по пешеходному переходу – 29,1…38,3 м.; при движении пешехода вне пешеходного перехода – 31,9….41,7 м.

В этой связи суд апелляционной инстанции считает, что данные выводы экспертов объективно опровергают утверждения осужденного о том, что он совершил наезд на потерпевшую на перекрестке, поскольку в таких условиях его остановочный путь составляет 15 м., что исключается в рассматриваемой ситуации. В тоже время, от пешеходного перехода автомашина осужденного находилась именно в пределах 30 м., что полностью соответствует установленной величине остановочного пути данного вида и марки автотранспортного средства.

Вопреки утверждениям апелляционной жалобы, вопрос о наличии или отсутствии у водителя технической возможности избежать дорожно-транспортное происшествие решается только при условии соблюдения им всех требований Правил дорожного движения РФ. В рассматриваемой ситуации водитель ФИО3, чтобы обеспечить безопасность движения управляемого им транспортного средства, обязан был неукоснительно выполнять требования, в том числе, п.п. 10.1 и 14.1 Правил дорожного движения РФ.

В данном случае, двигаясь на автотранспортном средстве в темное время суток осужденный, приближаясь к пешеходному переходу, не должен был исключать наличие пешеходов, пересекающих по нему проезжую часть. Приближаясь к пешеходному переходу, ФИО3 при должной внимательности как лицо, управляющее источником повышенной опасности, при возникновении опасности имел возможность обнаружить потерпевшую и должен был принять все возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. Однако осужденный, не изменяя скорости движения, то есть, сам себя, поставив в такое положение, совершил на нерегулируемом пешеходном переходе наезд на пешехода ФИО2, пользующуюся преимущественным правом первоочередного движения по нерегулируемому пешеходному переходу, причинив последней тяжкий вред, опасный для здоровья.

В связи с этим, возможность предотвратить столкновение, зависела не от технической возможности, а от правильного выполнения водителем ФИО3 указанных требований Правил дорожного движения РФ.

Таким образом, в ходе судебного разбирательства достоверно установлено, что именно осужденный грубо нарушил требования Правила дорожного движения РФ, не уступив дорогу переходящей проезжую часть по нерегулируемому пешеходному переходу потерпевшей. В результате этого произошел наезд на ФИО2, в связи с чем, она получила телесные повреждения, причинившие тяжкий вред ее здоровью.

Ссылка в апелляционной жалобе на допущенное нарушение требований Правил дорожного движения РФ потерпевшей ФИО2, несостоятельная, так как судом после тщательного, полного и всестороннего исследования доказательств по делу, установлена прямая причинно-следственная связь между нарушением ФИО3 требований Правил дорожного движения РФ и наступившими последствиями. Данные доводы были предметом исследования судом первой инстанции, получили надлежащую оценку в приговоре суда, с которой суд апелляционной инстанции соглашается.

Вопреки утверждениям осужденного, нарушений уголовно-процессуального закона при возбуждении уголовного дела допущено не было. Уголовное дело было возбуждено при наличии предусмотренных законом поводов и оснований, уполномоченным на то должностным лицом и с соблюдением установленного ст. 146 УПК РФ порядка. Ссылки апелляционной жалобы на незаконные действия следователя ФИО8 не подтверждены никакими объективными данными и являются явно надуманными. Данное должностное лицо не имело никакого отношения к расследованию уголовного дела, она не проводила никаких процессуальных или следственных действий с участием осужденного, соответственно, не могла оказывать давления ни на него, ни на ход следствия.

В судебном заседании исследованы все существенные для исхода дела доказательства, представленные сторонами, разрешены все заявленные ходатайства. Всем исследованным по делу доказательствам, в том числе, и показаниям осужденного, потерпевшей и свидетелей, судом дана надлежащая оценка, с которой суд апелляционной инстанции согласен. Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов осужденному и его защитникам в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено.

Все ходатайства в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона были судом рассмотрены с заслушиванием мнений сторон, по ним постановлены обоснованные решения, не согласиться с которыми, оснований не имеется.

Доводы апелляционной жалобы о допущенных судом первой инстанции нарушениях процессуального законодательства, выразившихся в отказе в удовлетворении ходатайства о назначении дополнительной автотехнической экспертизы, являются несостоятельными. Выводы суда об отсутствии оснований для удовлетворения данного ходатайства являются правильными, мотивы принятого решения судом приведены, и не согласиться с ними, суд апелляционной инстанции оснований не усматривает. Несогласие с экспертными заключениями, содержащими выводы, противоречащие позиции стороны защиты по делу, не является основанием для проведения повторной или дополнительной экспертизы.

Оценив каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все их в совокупности с точки зрения достаточности для разрешения дела, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины осужденного ФИО3 в совершении указанного преступления.

Квалификация действий осужденного является правильной, основанной на исследованных в судебном заседании доказательствах, а также установленных судом фактических обстоятельствах дела.

Наказание осужденному ФИО3 назначено с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, всех обстоятельств дела, сведений о личности, то есть в полном соответствии с требованиями ст.ст. 6 и 60 УК РФ, в связи с чем, является справедливым.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, оснований для передачи заявленного представителем потерпевшего гражданского иска о компенсации морального вреда не имелось. Не предусмотрено такой обязанности и положениями ч. 2 ст. 309 УПК РФ, на которую ссылается осужденный, учитывая, что никаких расчетов для определения размера компенсации морального вреда в данном случае не требуется.

Разрешая исковые требования, суд в соответствии с требованиями ст. ст. 151, 1099 ГК РФ учел все обстоятельства дела, степень вины ФИО3, полученные потерпевшей телесные повреждения, степень тяжести травм и связанные с этим физические и нравственные страдания ФИО2, а также требования разумности и справедливости, принимая во внимание и имущественное положение осужденного, определил подлежащей ко взысканию сумму компенсации морального вреда 700 000 рублей. В связи с этим, каких-либо оснований для ее снижения суд апелляционной инстанции не усматривает.

В тоже время приговор суда в части разрешения гражданского иска подлежит изменению, поскольку вне зависимости о того, что гражданский иск был предъявлен законным представителем в интересах несовершеннолетней потерпевшей, взыскание производится в пользу самого несовершеннолетнего, то есть ФИО2

Иных нарушений уголовно-процессуального или уголовного законов, влекущих отмену или изменение приговора, по делу не допущено, не являются таковыми доводы апелляционной жалобы осужденного.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ,

постановил:

Приговор Макарьевского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО3 - изменить:

- указать, что с ФИО3 взыскано 700 000 рублей в счет компенсации морального вреда в пользу потерпевшей ФИО2.

В остальной части приговор Макарьевского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО3 - оставить без изменения, а его апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Председательствующий: Ю.В. Шумилова.