Апелляционное определение № 33-3278/2026 от 18 февраля 2026 г.

УИД 16RS0026-01-2025-000427-94

Дело № 2-379/2025 ~ М-314/2025

Судья Минахметова А.Р. 33-3278/2026

Учет № 212г


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

19 февраля 2026 года город Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе председательствующего Гиниатуллиной Ф.И.,

судей Сахиповой Г.А., Фахриева М.М.,

при ведении протокола помощником судьи Суфиевой А.Р.,

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Гиниатуллиной Ф.И. гражданское дело по апелляционной жалобе представителя ФИО4 – ФИО5, апелляционному представлению прокурора Рыбно-Слободского района Республики Татарстан – Жолобова М.Н. на решение Рыбно-Слободского районного суда Республики Татарстан от 7 октября 2025 года, которым постановлено: иск удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Мастерстрой» в пользу несовершеннолетнего ФИО1, <дата> года рождения, в лице законного представителя ФИО5 денежную компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей, затраты на лечение в размере 11 300 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Мастерстрой» в соответствующий бюджет государственную пошлину в размере 7 000 рублей.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалобы и представления, выслушав объяснения представителя ФИО1 – ФИО5, поддержавшего доводы жалобы, представителя прокурора Рыбно-Слободского района Республики Татарстан – Закиева Л.А., поддержавшего доводы представления, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

прокурор Рыбно-Слободского района Республики Татарстан, действующий в защиту интересов несовершеннолетнего ФИО1, обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Мастерстрой» (далее по тексту ООО «Мастерстрой»), в обоснование которого указал на следующие обстоятельства.1 ноября 2024 года в 13 часов 20 минут на <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие. Водитель ФИО6, управляя грузовым автомобилем <данные изъяты>» (государственный регистрационный номер ....) с полуприцепом, принадлежащими ООО «Мастерстрой», совершил наезд на припаркованный на обочине автомобиль «<данные изъяты>». Удар пришелся в заднюю левую часть автомобиля, где находились малолетние дети, включая ФИО1, <дата> года рождения. В результате столкновения малолетнему ФИО1 был причинен тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Виновные действия водителя ФИО6, находившегося при исполнении трудовых обязанностей в ООО «Мастерстрой», подтверждены приговором <данные изъяты> от <дата>, которым он признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации. Поскольку на момент ДТП ФИО6 состоял в трудовых отношениях с ООО «Мастерстрой», управлял принадлежащим обществу транспортным средством на основании путевого листа и действовал по заданию работодателя, прокурор полагал, что ответственность за причиненный вред должно нести ООО «Мастерстрой» как владелец источника повышенной опасности и работодатель причинителя вреда. В результате полученных травм малолетний ФИО1 испытывает физические и нравственные страдания. Вследствие травмы левая нога ребенка смещена, имеет дугообразную форму и стала короче правой, что причиняет боль, доставляет дискомфорт и препятствует нормальному формированию навыков ходьбы. Ребенок, которому на момент ДТП было всего пять месяцев, перенес стресс, связанный с отлучением от матери, длительным лечением и необходимостью проведения специализированных медицинских манипуляций (в том числе наложения гипса). Из-за боли и дискомфорта ребенок плохо спит, постоянно плачет и капризничает. До травмы подобных особенностей в поведении и состоянии здоровья не наблюдалось. Полностью исключена физическая нагрузка, что также негативно сказывается на его моральном состоянии. Последствия травмы, по мнению истца, будут иметь место на протяжении всей жизни и отразятся на ее качестве. Законный представитель несовершеннолетнего — ФИО5 — понес материальные затраты на лечение ребенка, связанные с последствиями ДТП: 8 ноября 2024 года проведено обследование в <данные изъяты> на сумму 3 000 рублей, а 21 июня 2025 года — посещение врачей (включая ортопеда-хирурга) в клинике <данные изъяты>» на сумму 8 300 рублей. Общий размер понесенных расходов составил 11 300 рублей. Прокурор указал, что несовершеннолетний ФИО1 в силу своего возраста относится к социально незащищенной категории граждан и не может самостоятельно защищать свои права, а его родители не обладают юридическими познаниями и денежными средствами для обращения за квалифицированной юридической помощью, что послужило основанием для предъявления иска прокурором. На основании изложенного истец просил суд взыскать с ООО «Мастерстрой» в пользу несовершеннолетнего ФИО1 (в лице законного представителя ФИО5) компенсацию морального вреда в размере 315 000 рублей, а также материальный ущерб в пользу ФИО5 в размере 11 300 рублей.

В суде первой инстанции прокурор Рыбно-Слободского района Республики Татарстан – Жолобов М.Н. иск поддержал.

Законный представитель несовершеннолетнего ФИО1 – ФИО5 не явился, просил рассмотреть дело в его отсутствие, исковые требования поддерживает.

Представитель ООО «Мастерстрой» не явился, извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в их отсутствие, с иском не согласился, просит в удовлетворении иска отказать.

Третье лицо ФИО6 не явился, извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в его отсутствие, указав, что на момент дорожно-транспортного происшествия он находился в трудовых отношениях с ООО «Мастерстрой» и выполнял его поручение.

Судом принято решение в приведённой выше формулировке.

В апелляционной жалобе представитель несовершеннолетнего ФИО1 – ФИО5 просит изменить решение суда первой инстанции, увеличив размер взысканной компенсации морального вреда до 315 000 рублей. В обоснование своей позиции указывает на следующие обстоятельства, имевшие место после дорожно-транспортного происшествия 1 ноября 2024 года. В момент происшествия его сыну, ФИО1, <дата> года рождения, было менее пяти месяцев, и он находился на грудном вскармливании. В результате аварии мать ребенка также пострадала, что привело к их вынужденной разлуке. Из-за этого, отказываясь от искусственной смеси, младенец голодал и кричал на протяжении более чем одних суток. Вследствие полученного в аварии перелома бедра гипсовая повязка была наложена на большую часть тела ребенка. Весь восстановительный процесс, длившийся более месяца, был существенно затруднен: это осложняло проведение гигиенических процедур и прогулки на свежем воздухе. Из-за полученной травмы левая нога ребенка сместилась и стала короче правой, приобретя дугообразную форму. Данное обстоятельство причиняет малолетнему значительный дискомфорт и создает серьезные препятствия при ходьбе. Как следствие, ФИО1 начал ходить со значительным отставанием от возрастных норм, при этом первые шаги давались ему с болью и страхом. Законный представитель также обращает внимание на отдаленные последствия травмы, указывая, что укорочение ноги в будущем неизбежно приведет к повышенной нагрузке на позвоночник и шею, хроническому перенапряжению мышц, а также к повышенной утомляемости. Полагает, что определенный судом первой инстанции размер компенсации не соответствует глубине физических и нравственных страданий, перенесенных малолетним ребенком в силу возраста и тяжести травмы.»

В апелляционном представлении прокурор Рыбно-Слободского района Республики Татарстан – Жолобов М.Н. просит изменить решение суда, увеличив размер компенсации морального вреда. Считает, что компенсация морального вреда в установленном судом размере не соразмерна перенесенным ФИО1 физическим и нравственным страданиям и является незначительной.

Представитель ООО «Мастерстрой» - ФИО7 в суд апелляционной инстанции не явился, о времени и месте судебного заседания извещен, до судебного заседания направил ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя.

Третье лицо ФИО6 в суд апелляционной инстанции не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, в том числе посредством размещения соответствующей информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в соответствии с частью 2.1 статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, о причинах неявки не сообщил.

Судебная коллегия на основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав объяснения представителей истцов, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалобы и представления, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного решения по правилам части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в пункте 1 постановления от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно пункту 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно пункту 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В силу части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Из материалов дела следует и судом установлено, что приговором <данные изъяты> от <дата>, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Татарстан от <дата>, ФИО6 осужден по части 1 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации и ему назначено наказание в виде ограничения свободы на срок 2 года с назначением на основании части 3 статьи 47 Уголовного кодекса Российской Федерации дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортным средством, сроком на 2 года с возложением в соответствии со статьей 53 Уголовного кодекса Российской Федерации ограничений свободы: не изменять место жительство или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; не выезжать за пределы территории <адрес> без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы и возложением обязанности один раз в месяц являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Указанным приговором установлено, что около 13 часов 30 минут 1 ноября 2024 года ФИО6, управляя в утомленном состоянии технически исправным грузовым автомобилем марки «<данные изъяты>, государственный регистрационный знак .... регион, в составе полуприцепа марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак .... регион, двигаясь в условиях неограниченной видимости по крайней правой полосе при двух полосном движении на <адрес>, уснул, нарушив требования пунктов 2.7, 9.9, 9.10, 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации и пункта 1.2 Приложения 2 к Правилам дорожного движения Российской Федерации, на расстоянии <адрес> Приложения 1 к Правилам дорожного движения Российской Федерации - «....», расположенного у края автомобильной дороги общего пользования федерального значения <адрес>, проходящей по территории <адрес>, и совершил наезд на заднюю часть стоящего на обочине автомобиля марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак .... регион, в салоне которого находились пассажиры ФИО1, ФИО2, ФИО3

В результате дорожно-транспортного происшествия ФИО1, <дата> года рождения, и ФИО2, <дата> года рождения, получили телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Из заключения судебно-медицинской экспертизы .... от <дата> следует, что ФИО1, <дата> года рождения, причинена травма левого бедра: <данные изъяты>. Данная травма, согласно пункту 6.11.6 приказа Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 года № 194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», квалифицируется как тяжкий вред здоровью, по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть, независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи. Образовалась в результате воздействия тупого твердого предмета (-ов), механизм образования - удар (-ы), сдавление. Данные предоставленной медицинской документации (клинические признаки и сроки проведения специализированных медицинских манипуляций), рентгенологические данные (рентгенограмма от <дата>), отражают картину перелома с признаками консолидации (срастания), что соответствует сроку образования его свыше 3-4 недель до инструментального метода исследования, и не исключают возможности образования в срок, указанный в постановлении.

Транспортное средство марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак .... регион, в составе полуприцепа марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак .... регион, на праве собственности принадлежит ООО «Мастерстрой», что подтверждается представленными документами.

ФИО6 на момент дорожно-транспортного происшествия находился при исполнении своих трудовых обязанностей в качестве водителя, состоял в трудовых отношениях с ООО «Мастерстрой» и действовал в его интересах, что подтверждается путевым листом от <дата> .... и трудовым договором от <дата> ...., заключенного между ФИО6 и ООО «Мастерстрой», в лице генерального директора ФИО7

Вышеуказанные обстоятельства сторонами не оспариваются и не отрицаются.

Обращаясь в суд, истцы указывают, что результаты дорожно-транспортного происшествия повлияли на ФИО1, так как он испытал физические и нравственные страдания. В настоящее время он плохо спит, постоянно плачет. Левая нога из-за травмы смещена и стала короче правой ноги, так как имеет дугообразную форму, что затрудняет возможность начать ходить на двух ногах и приносит ему большой дискомфорт, из-за чего он часто капризничает. До указанного дорожно-транспортного происшествия за ним подобного не наблюдалось. В настоящее время полностью исключена физическая нагрузка, что также влияет на его моральное состояние.

Разрешая спор в части требований о компенсации морального вреда, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 12, 15, 151, 1064, 1079, 1081, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в пунктах 1, 12, 15, 21, 27 постановления от 15 ноября 2022 года .... «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», в пунктах 19, 32 постановления от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», исходя из наличия прямой причинно-следственной связи между нарушениями водителем ФИО6 требований Правил дорожного движения Российской Федерации, событием дорожно-транспортного происшествия и наступившими последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью ФИО1, нахождения ФИО6 в момент дорожно-транспортного происшествия в трудовых отношениях с владельцем этого транспортного средства ООО «Мастерстрой» и при исполнении трудовых обязанностей, пришел к выводу о том, что компенсация морального вреда подлежит взысканию с работодателя виновника и владельца источника повышенной опасности – ООО «Мастерстрой», при этом обстоятельств, освобождающих ООО «Мастерстрой» от ответственности, не имеется.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции, учитывая обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, причинение ФИО1 телесных повреждений, повлекших тяжкий вред здоровья, а также перенесенные им в связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием переживаний, исходя из требований разумности и справедливости, пришел к выводу о взыскание с ответчика компенсации морального вреда в пользу несовершеннолетнего ФИО1 в размере 150 000 рублей.

Судом первой инстанции верно установлены юридически значимые обстоятельства дела. Факт дорожно-транспортного происшествия (ДТП), имевшего место 1 ноября 2024 года, с участием принадлежащего ответчику ООО «Мастерстрой» автомобиля «<данные изъяты>» под управлением водителя ФИО6, и наезда на автомобиль «<данные изъяты>», в котором находился малолетний ФИО1, <дата> года рождения (возраст 5 месяцев на момент ДТП), подтвержден материалами дела и сторонами не оспаривается.

Причинение в результате данного ДТП малолетнему ФИО1 тяжкого вреда здоровью установлено вступившим в законную силу приговором суда по уголовному делу в отношении водителя ФИО6 и сторонами также не оспаривается. Суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии правовых оснований для возложения ответственности по компенсации морального вреда на ООО «Мастерстрой» как на законного владельца источника повышенной опасности и работодателя причинителя вреда, исполнявшего в момент ДТП трудовые обязанности (ст. 1068, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации). Выводы суда в этой части являются обоснованными.

Вместе с тем, судебная коллегия не может согласиться с определенным судом первой инстанции размером компенсации морального вреда в сумме 150 000 рублей, полагая его не отвечающим требованиям разумности и справедливости, а также степени физических и нравственных страданий, перенесенных малолетним потерпевшим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 и статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда. Размер компенсации определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как разъяснено в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в постановлении от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред; характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью расстройства здоровья, необходимостью лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Принимая во внимание указанные разъяснения, судебная коллегия полагает, что присужденная судом первой инстанции сумма компенсации морального вреда в размере 150 000 рублей не соответствует степени перенесенных страданий и не компенсирует в полной мере негативные последствия, наступившие для здоровья и нормального развития малолетнего.

Судебная коллегия исходит из того, что вред причинен здоровью ребенка в возрасте пяти месяцев — наиболее уязвимой и социально незащищенной категории граждан. Полученная травма (тяжкий вред здоровью) повлекла для него комплекс исключительно тяжелых физических страданий, выразившихся в острой боли, необходимости длительного обездвиживания путем наложения гипса на большую часть тела, что само по себе является экстраординарным испытанием для грудного ребенка. Данные обстоятельства подтверждаются последующим длительным лечением, наблюдением у врачей-специалистов, а также проведением дорогостоящих обследований (в том числе 8 ноября 2024 года и 21 июня 2025 года).

Помимо физических страданий, малолетний ФИО1 перенес и продолжает испытывать нравственные страдания. Они выражаются в пережитом стрессе от факта ДТП и последующего отлучения от матери в период проведения медицинских манипуляций, в нарушении привычного уклада жизни, дискомфорте, капризности и нарушении сна, на что указано в исковом заявлении и не опровергнуто ответчиком.

Особого внимания, по мнению судебной коллегии, заслуживают отдаленные последствия травмы, установленные материалами дела и изложенные в иске прокурора. Как следует из содержания искового заявления и не оспорено ответчиком, в результате полученных повреждений у ребенка наблюдается смещение и дугообразная деформация левой бедренной кости, что привело к визуальному укорочению левой ноги относительно правой. Данное обстоятельство, подтвержденное медицинскими наблюдениями, повлекло за собой позднее начало самостоятельной ходьбы, затруднения и болевые ощущения при передвижении, что в значительной степени ограничивает физическую активность, необходимую для нормального развития ребенка, и, несомненно, будет оказывать негативное влияние на качество его жизни в будущем.

Таким образом, причиненный вред не является временным или транзиторным; его последствия носят длящийся характер и с высокой степенью вероятности скажутся на всей последующей жизни потерпевшего, что в силу приведенных выше разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации (пункт 27 Постановления № 33) является одним из ключевых критериев при определении размера компенсации.

С учетом изложенного, исходя из принципов разумности и справедливости, которые должны быть направлены на максимально возможное сглаживание остроты перенесенных страданий, а не на символическое возмещение, судебная коллегия полагает, что заявленный прокурором размер компенсации морального вреда в сумме 315 000 рублей в наибольшей степени соответствует установленным по делу обстоятельствам, тяжести причиненного вреда здоровью, глубине физических и нравственных страданий малолетнего, а также степени негативного влияния полученной травмы на его развитие и дальнейшую жизнь. Определенная судом первой инстанции сумма в размере 150 000 рублей является чрезмерно заниженной и не отвечающей принципу справедливости.

При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции в части размера компенсации морального вреда подлежит изменению, с принятием в этой части нового решения об удовлетворении требований прокурора в полном объеме.

В остальной части решение лицами, участвующими в деле, не обжалуется и предметом апелляционного рассмотрения не является.

Руководствуясь статьями 328, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Рыбно-Слободского районного суда Республики Татарстан от 7 октября 2025 года по данному делу в части компенсации морального вреда изменить, принять в данной части новое решение.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Мастерстрой» (ИНН <***>) в пользу несовершеннолетнего ФИО1 в лице законного представителя ФИО5 (паспорт гражданина Российской Федерации ....) компенсацию морального вреда в размере 315 000 рублей.

В остальной части решение суда оставить без изменения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок не превышающий трех месяцев в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (город Самара) через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 2 марта 2026 года.

Председательствующий

Судьи