Постановление № 4А-4/2017 от 10 апреля 2017 г. по делу № 4А-4/2017

ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 4А-4/2017
г. Новосибирск
11 апреля 2017 г.
Председатель Западно-Сибирского окружного военного суда Красько А.А., рассмотрев жалобу защитника Данилова В.А. на постановление заместителя председателя Барнаульского гарнизонного военного суда от 20 сентября 2016 года и решение председателя судебного состава Западно-Сибирского окружного военного суда от 17 ноября 2016 года, вынесенные по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 КоАП Российской Федерации, в отношении военнослужащего по контракту войсковой части ............. ФИО1,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 22 апреля 2016 года в 6 часов 40 минут в районе электроопоры № 15 на улице К.............. в городе N Алтайского края, в нарушение пункта 2.7 Правил дорожного движения Российской Федерации, управлял автомобилем марки «Тойота ФИО2», находясь в состоянии алкогольного опьянения.

Постановлением заместителя председателя Барнаульского гарнизонного военного суда от 20 сентября 2016 года ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.8 КоАП Российской Федерации, и подвергнут административному наказанию в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 (один) год 6 (шесть) месяцев.

Решением председателя судебного состава Западно-Сибирского окружного военного суда от 17 ноября 2016 года указанное постановление оставлено без изменения.

В жалобе защитник Данилов В.А., действующий в интересах ФИО1, не соглашается с вступившими в законную силу судебными решениями, просит их отменить, а производство по делу об административном правонарушении прекратить за отсутствием состава правонарушения.

В обоснование своей позиции Данилов, ссылаясь на отдельные положения Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации, иных нормативных правовых актов, регулирующих данные правоотношения, а также постановление пленума Верховного Суда Российской Федерации № 18 от 24 октября 2006 года, приводит доводы, которые сводятся к следующему:

- ФИО1 не является субъектом административного правонарушения, поскольку транспортным средством управлял его знакомый – Т. Факт нахождения ФИО1 за рулем автомобиля не доказан и не зафиксирован специальными техническими средствами;

- сотрудниками ДПС нарушен порядок освидетельствования ФИО1 на состояние алкогольного опьянения, поскольку ему был предоставлен вскрытый мундштук;

- при проведении медицинского освидетельствования имелись нарушения, которые выразились в использовании врачем-наркологом многоразового мундштука. Кроме того, имеются неточности во времени освидетельствования, зафиксированного в акте и фактического его проведения. Названный документ не заверен надлежащей печатью и имеет семантические ошибки;

- суды не исследовали и не дали правовой оценки протоколу отстранения ФИО1 от управления транспортным средством, в котором указанное время не соответствует времени фактического отстранения;

- показания понятых не исследованы судами;

- суды обеих инстанций подошли к оценке доказательств формально, нарушив принципы объективности, презумпции невиновности, полноты и всесторонности исследования обстоятельств дела;

В заключении автор жалобы полагает, что ввиду многочисленных процессуальных нарушений, ФИО1 не мог быть привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.8 КоАП Российской Федерации.

В возражениях на жалобу защитника Данилова военный прокурор отдела военной прокуратуры ЦВО капитан юстиции ФИО3, опровергая ее доводы, просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, а жалобу, поданную в порядке ст. 30.12 КоАП Российской Федерации – без удовлетворения.

Изучив материалы дела, доводы, приведённые в жалобе и возражениях относительно неё, прихожу к выводу, что вынесенные судами первой и второй инстанций судебные решения являются законными и обоснованными.

Содержащиеся в жалобе доводы, по своей сути, полностью повторяют содержание жалобы, поданной защитником Даниловым в суд второй инстанции, которые являлись предметом исследования и оценки судьей окружного военного суда.

В обжалуемых судебных решениях на эти доводы даны ответы, которые следует признать обоснованными, мотивированными и соответствующими положениям Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации.

Вина ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.8 КоАП Российской Федерации, подтверждается совокупностью исследованных доказательств, имеющихся в деле.

Судьями обеих инстанций, вопреки мнению Данилова, подробно исследовались доводы защиты относительно составления процессуальных документов и проведения освидетельствований, а также обстоятельства совершенного Б-вым правонарушения.

Все доказательства в их совокупности проанализированы судьями в судебных актах и не вызывают каких-либо сомнений с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности для признания Бобкова виновным в совершенном правонарушении.

Ошибки, допущенные сотрудниками ГИБДД при составлении протокола об отстранении ФИО1 от управления транспортным средством, на которые ссылается защитник Данилов, не ставят под сомнение доказанность события правонарушения и вины ФИО1 в совершении такового.

Как установлено судами, неточность во времени составления названного протокола обусловлена несоответствием параметров видеорегистратора, находящегося в служебном автомобиле и времени, установленного на часах инспектора ДПС.

Согласно п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» существенным недостатком протокола является отсутствие данных, прямо перечисленных в части 2 статьи 28.2 КоАП Российской Федерации. При этом несущественными являются такие недостатки протокола, которые могут быть восполнены при рассмотрении дела по существу.

Выводы судей обеих инстанций о том, что протокол об административном правонарушении в отношении ФИО1, а также протокол об отстранении указанного лица от управления транспортным средством являются допустимыми доказательствами, нареканий не вызывают.

Судами подробно исследовалась и не нашла своего подтверждения версия ФИО1 о том, что автомобилем управлял Т., который после остановки машины поменялся с Б-вым местами, в результате чего за рулем оказался последний.

Данная позиция стороны защиты выглядит не убедительной и опровергается рядом доказательств, в частности: показаниями сотрудника ДПС М., протоколом об административном правонарушении №................., в котором ФИО1 лично написал, что ехал на работу.

При этом каких-либо замечаний, возражений, а также ссылок на то, что ФИО1 не является водителем транспортного средства, данный документ не содержит ).

31 августа 2016 года в ходе рассмотрения дела гарнизонным военным судом ФИО1 показал, что 22 апреля 2016 года пил только квас непосредственно во время управления автомобилем ). Заявлений о том, что автомобилем управлял другой человек, ФИО1 не делал.

Дальнейшее изменение Б-вым своей позиции, суды обоснованно расценили, как избранную им линию защиты.

Согласно ст. 26. 2 КоАП Российской Федерации доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья устанавливает наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Судья оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности. Никакие доказательства не могут иметь заранее установленную силу.

Таким образом, суды, исследовав и оценив доказательства в их совокупности, рассмотрев все предложенные версии произошедшего, обоснованно пришли к выводу, что транспортным средством управлял ФИО1.

Вопреки мнению защитника, КоАП Российской Федерации не содержит требования о необходимости фиксации факта управления автомобилем с помощью специальных технических средств.

Утверждение Данилова о том, что показания понятых не были предметом исследования судами, опровергается материалами дела, а именно протоколом рассмотрения дела гарнизонным военным судом ) и протоколом рассмотрения жалобы на постановление по делу об административном правонарушении ).

Оценивая довод жалобы о нарушении процедур освидетельствования ФИО1 на состояние алкогольного опьянения и медицинского освидетельствования на состояние опьянения, нахожу его необоснованным исходя из следующего.

По результатам освидетельствования на состояние алкогольного опьянения с применением технического средства измерения «Алкотектор PRO-100 combi», у ФИО1 установлено алкогольное опьянение – 0,633 мг/л ).

Несогласие с данным актом явилось основанием для направления ФИО1 на медицинское освидетельствование.

Что касается мнения автора жалобы о недостоверности результатов освидетельствования ФИО1 на состояние алкогольного опьянения ввиду использования сотрудниками полиции незапечатанного мундштука, то полагаю его не влияющим на вывод суда о виновности ФИО1 в совершении административного правонарушения.

Актом медицинского освидетельствования на состояние опьянения лица, которое управляет транспортным средством № ...... от 22 апреля 2016 года установлено, что концентрация абсолютного этилового спирта в выдыхаемом воздухе у ФИО1 составила в результате первого исследования 0,61 мг/л. Второе исследование, проведенное с интервалом 20 минут показало результат - 0,52 мг/л.

Согласно материалам дела медицинское освидетельствование проведено ФИО1 с применением технического средства Lion alcolmeter SD 400.

В соответствии с п. 2.7.13 Руководства по эксплуатации «Анализатора паров этанола Lion alcolmeter SD 400» допускается использование анализатора с многоразовыми мундштуками-чашками. Согласно п.3.1.7.3 Руководства мундштук- чашка периодически должен подвергаться санитарной обработке (по МУ-287-113 согласно внутренним распоряжениям эксплуатирующей организации).

Как усматривается из показаний врача-нарколога Б. при проведении освидетельствований на состояние опьянения допустимо использовать многоразовые мундштуки, которые подвергаются специальной обработке и являются стерильными ).

Таким образом, оснований сомневаться в правильности результатов медицинского освидетельствования ФИО1, изложенных в акте № ......, не имеется. Содержащиеся в данном документе незначительные описки не влияют на достоверность названного документа.

Вопреки мнению автора жалобы, судами обеих инстанций, в соответствии с требованиями статьи 26.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, на основании всестороннего, полного и объективного анализа собранных по делу доказательств установлены и оценены все юридически значимые обстоятельства совершения ФИО1 данного административного правонарушения и сделаны правильные выводы о его виновности.

Каких-либо нарушений судами норм материального или процессуального права при рассмотрении данного дела не усматриваю, в связи с чем оснований для отмены оспариваемых судебных постановлений не имеется.

Назначенное ФИО1 наказание следует признать законными и справедливым.

На основании изложенного и руководствуясь положениями пункта 1 части 2 статьи 30.17 и статьи 30.18 КоАП Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление заместителя председателя Барнаульского гарнизонного военного суда от 20 сентября 2016 года и решение председателя судебного состава Западно-Сибирского окружного военного суда от 17 ноября 2016 года, вынесенные в отношении ФИО1, оставить без изменения, а жалобу защитника Данилова В.А. – без удовлетворения.

Председатель Западно-Сибирского

окружного военного суда А.А. Красько