Решение № 2-971/2020 2-971/2020~М-622/2020 М-622/2020 от 7 июля 2020 г. по делу № 2-971/2020

Дело № 2-971/20

УИД:26RS0029-01-2020-000975-95


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

08 июля 2020 года Пятигорский городской суд Ставропольского края

в составе:

председательствующего судьи - Бегиашвили Ф.Н.,

при секретаре - Сытник Л.В.,

с участием:

представителя истца ФИО1 - адвоката Порошиной Ю.В., (действующей на основании ордера и доверенности),

представителя истца ФИО1 - ФИО2, (действующей на основании доверенности),

представителя ответчиков ФИО3 и ФИО4 - адвоката Колесникова И.Ю., (действующего на основании ордера),

представителя третьего лица ФИО5 - ФИО6, (действующего на основании доверенности),

рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении суда, в городе Пятигорске, гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 и ФИО4 о признании договора дарения жилого дома недействительным, применении последствий недействительности сделки и взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в Пятигорский городской суд с иском к ФИО3 и ФИО4 о признании договора дарения жилого дома недействительным и применении последствий недействительности сделки.

Свои уточненные исковые требования истец мотивирует тем, что договор дарения жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО3 и ФИО4 недействителен в силу ч. 2 ст. 168 ГК РФ, согласно положениям которой, Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Данной сделкой нарушены законные права интересы третьего лица, а именно истца по делу - ФИО1, которая согласно договору купли-продажи недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ (зарегистрированного в 2015 году) приобрела в собственность у ответчика ФИО3 жилой дом с кадастровым номером <данные изъяты>, общей площадью 21,4 кв.м., находящийся по адресу: <адрес>, расположенный на земельном участке, общей площадью 734,00 кв.м., с кадастровым номером <данные изъяты>, принадлежащий на момент заключения договора ответчику ФИО3 на праве аренды.

По соглашению в ФИО3 истец также приобрела и недостроенный дом с кадастровым номером <данные изъяты>.

Согласно ст. 552 ГК РФ, по договору продажи здания, сооружения или другой недвижимости покупателю одновременно с передачей права собственности на такую недвижимость передаются права на земельный участок, занятый такой недвижимостью и необходимый для ее использования. Продажа недвижимости, находящейся на земельном участке, не принадлежащем продавцу на праве собственности, допускается без согласия собственника этого участка, если это не противоречит условиям пользования таким участком, установленным законом или договором.

При продаже такой недвижимости покупатель приобретает право пользования соответствующим земельным участком на тех же условиях, что и продавец недвижимости.

При оформлении в 2013 году ФИО3 права аренды на земельный участок по адресу: <адрес>, на нем находился один жилой дом, с кадастровым номером <данные изъяты>, общей площадью 21,4 кв.м., а, следовательно, земельный участок приобретался в пользование для обслуживания указанного дома.

Следовательно, истцу ФИО1 должно перейти право аренды на весь земельный участок, как было у ответчика ФИО3, однако ответчик, незаконно, зная, что истец не переоформила на свое имя уступку права аренды, оформил право собственности на жилой дом с кадастровым номером <данные изъяты>.

В случае своевременного переоформления прав на земельный участок на ФИО1, ФИО7 не имел бы юридической возможности, без согласия истца ввести в эксплуатацию и оформить право собственности на жилой дом с КН <данные изъяты> Следовательно, и сделка по дарению ФИО3 своей супруге ФИО4 жилого дом с КН <данные изъяты> является незаконной, ущемляющей права третьих лиц.

В 2016 году право аренды земельного участка переоформлено на ФИО5, без учета прав истицы ФИО1

В результате совершенной сделки между ФИО3 и ФИО4 истица осталась без жилого дома, с кадастровым номером <данные изъяты>, так как он снесен, а также без жилого дома с кадастровым номером <данные изъяты>, так как о незаконно подарен ФИО4 и продан ФИО8, в результате чего истице причинен материальный ущерб и моральный вред.

Просит суд признать договор дарения домовладения, расположенного по адресу: <адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между супругами ФИО3 и ФИО4 недействительным и применить последствия недействительности сделки, стороны привести в первоначальное состояние.

В судебном заседании представители истца ФИО1 - ФИО2 и адвокат Порошина Ю.В., действующие на основании ордера и доверенностей, поддержали заявленные исковые требования в полном объеме и просили суд их удовлетворить по основаниям, изложенным в иске.

В судебном заседании представитель ответчиков ФИО3 и ФИО4 - адвокат Колесников И.Ю., действующий на основании ордера, полагал заявленные истцом требования необоснованными и не подлежащими удовлетворению, просил суд применить последствия пропуска срока исковой давности, представив суду соответствующее заявление.

В судебном заседании представитель третьего лица ФИО5 - ФИО6, действующий на основании доверенности, полагал требования истца необоснованными и просил суд в иске отказать по основаниям, изложенным в его письменных объяснениях, представленных суду.

Истец ФИО1, ответчики ФИО3 и ФИО4, третье лицо ФИО5 и представитель УФС ГРК и К по Ставропольскому краю, надлежащим образом извещенные о дате, времени и месте слушания гражданского дела в судебное заседание не явились. От истца ФИО1 поступило заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие. Ответчики ФИО3 и ФИО4, третье лицо ФИО5 и представитель УФС ГРК и К по Ставропольскому краю, о причинах уважительности своей неявки суд в известность не поставили.

Суд, с учетом мнения лиц, участвующих в деле, в соответствии с ч. 3, 5 ст. 167 ГПК РФ, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы настоящего гражданского дела, гражданского дела № и дел правоустанавливающих документов и содержащиеся в них письменные доказательства, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к следующему.

Конституция РФ гарантирует судебную защиту прав и свобод каждому гражданину (ст. 46) в соответствии с положением ст. 8 Всеобщей декларации прав и свобод человека, устанавливающей право каждого человека «на эффективное восстановление прав компетентными национальными судами в случае нарушения его основных прав, предоставленных ему Конституцией или законом.

Ст. 12 ГК РФ предусматривает способы защиты гражданских прав, в том числе и восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

При этом лицо, права и законные интересы которого нарушены, вправе обращаться за защитой в суд и иные компетентные органы.

Согласно ст. 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

В соответствии с ч. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключение договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3, как продавцом, с одной стороны и ФИО1, как покупателем, с другой стороны, заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, по которому продавец продал и передал в собственность, а покупатель купил недвижимое имущество: жилой дом, кадастровый №, общей площадью - 21,4 кв.м., по адресу: <адрес>, расположенный на земельном участке под индивидуальным жилым домом, общей площадью - 734 кв.м., с кадастровым номером <данные изъяты>, принадлежащий продавцу на праве аренды.

Согласно п. 4 договора, покупатель купил у продавца недвижимое имущество за 990.000 рублей.

В данном договоре указаны все существенные условия, а именно, его стороны, цена, а также отчуждаемый объект недвижимости - жилой дом, кадастровый №, общей площадью - 21,4 кв.м., по адресу: <адрес>, расположенный на земельном участке под индивидуальным жилым домом, общей площадью - 734 кв.м., с кадастровым номером <данные изъяты>, принадлежащий продавцу на праве аренды.

В силу ст. 431 ГК РФ, при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Наличие каких-либо объектов незавершенного строительства, объектов вспомогательного назначения, условия договора купли-продажи недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ, не содержит.

В силу ч. 1 ст. 35 ЗК РФ, при переходе права собственности на здание, сооружение, находящиеся на чужом земельном участке, к другому лицу оно приобретает право на использование соответствующей части земельного участка, занятой зданием, сооружением и необходимой для их использования, на тех же условиях и в том же объеме, что и прежний их собственник.

Таким образом, в силу закона, к покупателю перешло право на владение и пользование земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>, под жилым домом, с кадастровым номером <данные изъяты>, общей площадью - 21,4 кв.м., по адресу: <адрес>.

Доводы истца о том, что жилой дом с кадастровым номером <данные изъяты>, общей площадью - 242,0 кв.м. возведен на месте жилого дома с кадастровым номером <данные изъяты>, общей площадью - 21,4 кв. м., опровергается материалами дела.

Так, из генерального плана расположения объекта индивидуального жилищного строительства в границах домовладения по адресу: <адрес>, зарегистрированного МУ «Управление архитектуры и градостроительства администрации г. Пятигорска» за № от ДД.ММ.ГГГГ, на земельном участке с кадастровым номером <данные изъяты> находится один жилой дом, с кадастровым номером <данные изъяты>, общей площадью - 21,4 кв.м., под № на схеме, который расположен у красной линии <адрес> и проектируемый жилой дом, площадью - 134 кв.м., под № на схеме, который расположен в глубине двора.

Как следует из топографической съёмки спорного жилого дома, по состоянию на октябрь 2012, на земельном участке с кадастровым номером <данные изъяты> находится один жилой дом, с кадастровым номером <данные изъяты>, общей площадью - 21,4 кв.м., расположенный у красной линии <адрес>.

Таким образом, доводы истца, изложенные в заявлении, о том, что жилой дом с кадастровым номером <данные изъяты>, общей площадью - 242,0 кв.м. возведен на месте жилого дома с кадастровым номером <данные изъяты>, общей площадью - 21,4 кв. м., является несостоятельным.

Истец, не являясь стороной безвозмездной сделки, по отчуждению жилого дома с кадастровым номером 26:33:330106:182, общей площадью - 242,0 кв.м., оспаривает указанный договор дарения недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ, полагая, что сделка совершена с нарушением требований закона или иного правового акта (ч. 2 ст. 168 ГК РФ).

В силу ч. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно ст. 550 ГК РФ, договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (п. 2 ст. 434 ГК РФ).

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО4 заключен договор дарения, в соответствии с которым даритель безвозмездно передал, а одаряемая приняла в дар жилой дом с кадастровым номером <данные изъяты>, общей площадью - 242,0 кв.м., расположенный по адресу: <адрес>, расположенный на земельном участке с кадастровым номером <данные изъяты>, площадью - 734 кв.м.

Указанный договор зарегистрирован в установленном законом порядке в органах государственной регистрации прав недвижимости.

Согласно ч. 2 ст. 168 ГК РФ, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно п. 8 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25, к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений ст. 10 и п. п. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам ст. 170 ГК РФ).

В п. 74 Постановления Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. Вне зависимости от указанных обстоятельств законом может быть установлено, что такая сделка оспорима, а не ничтожна, или к ней должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2 ст. 168 ГК РФ).

Договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность.

Из материалов дела следует, что ответчик ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ подарил ответчице ФИО4 зарегистрированный за истицей жилой дом, которая в свою очередь, ДД.ММ.ГГГГ продала его третьему лицу по делу ФИО5

Из п. 1 оспариваемого истцом договора дарения недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ следует, что даритель ФИО3 подарил в собственность одаряемой ФИО4 недвижимое имущество: жилой дом с кадастровым номером <данные изъяты> общей площадью 242,0 кв.м., этажность - 4.

Указанный жилой дом был возведён на основании градостроительного плана, утвержденного постановлением Администрации г. Пятигорска от ДД.ММ.ГГГГ и поставлен на кадастровый учет ДД.ММ.ГГГГ, то есть после заключения договора купли-продажи недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем, не мог являться предметом указанного договора.

ФИО4 на праве собственности принадлежал жилой дом общей площадью 242,0 кв.м. с кадастровым номером <данные изъяты> находящийся по адресу: <адрес>, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ, запись регистрации: №.

В настоящее время, ФИО5 на праве собственности, на основании договора купли-продажи недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного с ФИО4, принадлежит на праве собственности жилой дом с кадастровым номером <данные изъяты> общей площадью 242,0 кв.м., этажность - 4, расположенный по адресу: <адрес>, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ, запись регистрации 26-26/028-26/028/305/2016-1355/2.

В соответствии со ст. 1 ФЗ от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», государственная регистрация прав на недвижимое имущество - юридический акт признания и подтверждения возникновения, изменения, перехода, прекращения права определенного лица на недвижимое имущество или ограничения такого права и обременения недвижимого имущества (далее - государственная регистрация прав).

Государственная регистрация права в Едином государственном реестре недвижимости является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное в Едином государственном реестре недвижимости право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.

Как следует из справки кадастрового инженера ФИО9 от ДД.ММ.ГГГГ, на земельном участке с кадастровым номером 26:33:330106:0061, общей площадью 734,0 кв.м., расположен жилой дом с кадастровым номером <данные изъяты>, общей площадью 242,0 кв.м., иные объекты индивидуального жилищного строительства на указанном земельном участке отсутствуют.

Вступившим в законную силу решением Пятигорского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ по исковому заявлению ФИО5 к ФИО3, исковые требования ФИО5 удовлетворены, прекращено ограничение (обременение) права аренды на земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты>, общей площадью 734,0 кв.м., расположенный по адресу: <адрес>, установленное договором аренды от ДД.ММ.ГГГГ №Д, заключенным между муниципальным образованием городом-курортом Пятигорском и ФИО3, в связи с переходом права собственности на жилой дом с кадастровым номером <данные изъяты>, общей площадью 242,0 кв.м., этажность - 4, находящийся на земельном участке к ФИО10

Перечень способов защиты гражданских прав законодательно закреплен в ст. 12 Гражданского кодекса РФ. При этом избранный способ защиты прав должен соответствовать характеру и последствиям нарушения, а также должен быть направлен на восстановление нарушенных или оспариваемых прав истца.

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что истец, оспаривая безвозмездную сделку, стороной которой он не являлся, избрал ненадлежащий способ защиты своих прав, соответствующий характеру и последствиям нарушения, и направленный на восстановление нарушенных прав истца, поскольку признание оспариваемой сделки недействительной, не приведет к восстановлению снесенного жилого дома с кадастровым номером <данные изъяты>, площадью 21,4 кв.м., либо возмещению истцу убытков, причиненных таким сносом.

Правовая природа, условия и последствия договора дарения очевидны и понятны любому его участнику. В данном случае общая воля сторон и воля каждой стороны сделки, а также конечная цель их правоотношений полно и правильно выражены в письменно оформленном ими документе - договоре дарения, соответствующем положениям ст. 572 ГК РФ.

Суд учитывает, что условия договора дарения, как следует из его содержания, изложены четко, ясно и понятно, возможности иного его толкования, не допускают, каких-либо возражений по вопросу заключения данного договора лицами, его подписавшими, выражено не было, указанный договор зарегистрирован в установленном законом порядке в органах государственной регистрации прав на недвижимое имущество.

Таким образом, оснований для применения положений ст. 168 ГК РФ, на которых истец ФИО1 основывает свои требования, не доказаны и судом не установлены.

Оспариваемая сделка, отвечает общим и специальным требованиям ст. 572, 574 ГК РФ о форме и содержании договора дарения при отсутствии обстоятельств, препятствующих дарению или делающих его невозможным в силу закона - норм главы 32 ГК РФ. Сделка исполнена, дар передан и принят, права на него оформлены одаряемой в органе государственной регистрации недвижимости.

В ходе судебного заседания, как стороной ответчиков, так и стороной третьего лица, были заявлены ходатайства о применении последствий пропуска сроков исковой давности, о чем были представлены суду соответствующие письменные заявления.

Ходатайства о применении последствий пропуска срока исковой давности мотивировано тем, что истец является стороной договора купли-продажи жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ, находящегося по тому же адресу, государственная регистрация перехода права по которому, осуществлена ДД.ММ.ГГГГ. Как следует из регистрационного дела Росреестра домовладения, по адресу: <адрес>, правоустанавливающие документы были получены истцом после государственной регистрации после ДД.ММ.ГГГГ, что указывает на осведомленность истца о начале течения срока исковой давности со дня, когда истец должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как следует из регистрационного дела Росреестра жилого дома с кадастровым номером <данные изъяты>, площадью - 21,4 кв.м., расположенного по адресу: <адрес>, переход права по договору купли-продажи жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ прошел государственную регистрацию ДД.ММ.ГГГГ.

Как следует из кадастровой выписки от ДД.ММ.ГГГГ кадастровый номер на жилой дом общей площадью 242,0 кв.м., внесён в ГКН ДД.ММ.ГГГГ, то есть до предъявления истицей договора купли-продажи жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ на государственную регистрацию.

Изложенное указывает на осведомленность истца о начале течения срока исковой давности со дня, когда истец должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Суд соглашается с указанными доводами стороны ответчиков и третьего лица и считает, что начало течения срока исковой давности по заявленным исковым требованиям следует исчислять с указанной даты.

Из материалов дела следует, что с исковым заявлением истец обратился в суд ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается входящим № М 622/2020, то есть за пределами сроков исковой давности.

Согласно ст. 199 ГК РФ, требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

На момент обращения ФИО1 в суд срок для защиты права истца по иску о признании договора дарения недействительным, истек.

В соответствии с п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Из ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166 ГК РФ) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае, не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В соответствии со ст. 195 ГПК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений разд. 1 ч. 1 ГК РФ», для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения (п. 1 ст. 181 ГК РФ).

Указанное согласуется и не противоречит правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, высказанной в Определении № 456-О-О от 08.04.2010.

В силу ст. 205 ГК РФ в исключительных случаях суд может признать уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца.Поскольку представителем ответчиков было заявлено о пропуске истцом ФИО1 срока исковой давности, доказательств, указывающих на уважительность причин пропуска ни истцом, ни его представителем суду не представлено, что является самостоятельным основанием для отказа в иске, ходатайства о восстановлении срока исковой давности стороной истца не представлено, то при таких обстоятельствах имеются предусмотренные законом основания для отказа в иске истцу ФИО1 также по причине пропуска срока исковой давности.

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ, оценивая собранные по делу и исследованные в судебном заседании доказательства в их совокупности, исходя из установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что заявленные исковые требования, в указанной части являются необоснованными и удовлетворению не подлежат.

Кроме того, истцом заявлены требования о взыскании с каждого из ответчиков компенсации морального вреда в сумме - <данные изъяты>.

На основании ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (нравственные и физические страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие не материальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации морального вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда, суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные, заслуживающие внимания обстоятельства.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (ст. 1101 ГК РФ).

Таким образом, компенсация морального вреда в данном случае должна предусматривать вину ответчика.

Истец, по существу не обосновал заявленные им требования в этой части, не указал на обстоятельства причинения им ответчиками нравственных и физических страданий.

Под моральным вредом понимаются нравственные и физические страдания, причиненные действием (бездействием), посягающим на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, достоинство личности, деловая репутация и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право пользования своим именем и т.п. - п. 2 Постановления Пленума ВС РФ от 20.12.1994 № 10 с изменениями и дополнениями, «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

Бесспорных доказательств тому, что именно по вине ответчиков у истца ухудшилось состояние здоровья, истцом, в условиях состязательности процесса, не представлено.

Заключение имущественного договора, отвечающего воле сторон и требованиям закона, нельзя расценивать как посягательство на принадлежащие истцу нематериальные блага и виновное нарушение ответчиком личных нематериальных прав истца (ст. 150, 151 ГК РФ). Из материалов дела, судом не усматриваются противоправные действия ответчиков, способных причинить моральный вред истцу, ввиду чего не имеется оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании с ответчиков денежной компенсации морального вреда в пользу истца.

В виду отказа судом в удовлетворении основного требования, не подлежит удовлетворению производные требования от основного, а именно требования ФИО1 к ответчикам о компенсации морального вреда.

В соответствии с требованиями ст. 12, 56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Оценивая относимость, допустимость и достоверность доказательств, суд приходит к выводу о том, что, в условиях состязательности гражданского процесса, истцом не доказаны те обстоятельства, на которые он ссылался как на обоснование своих требований, а ответчиками, доводы истца опровергнуты, поэтому требования истца о признании договора дарения жилого дома недействительным, применении последствий недействительности сделки и взыскании компенсации морального вреда, удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь ст. 194-199, 320 ГПК РФ, суд,

Р Е Ш И Л:

ФИО1 в удовлетворении исковых требований к ФИО3 и ФИО4 о признании договора дарения жилого дома недействительным, применении последствий недействительности сделки и взыскании компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд через Пятигорский городской суд, в течение месяца путем подачи апелляционной жалобы с момента изготовления решения в окончательной форме.

Судья Ф. Н. Бегиашвили