Апелляционное определение № 33А-1531/2026 от 23 апреля 2026 г.

Судья Шишкина С.С. Дело № 33а-1531/2026

УИД 70RS0003-01-2025-002726-50


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 24 апреля 2026 года

Судебная коллегия по административным делам Томского областного суда в составе

председательствующего Простомолотова О.В.,

судей Куцабовой А.А., Точилина Е.С.

при секретаре Маслюковой М.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске административное дело №2а-2062/2025 по административному исковому ФИО1 к Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний, Управлению Федеральной службы исполнения наказания по Томской области, федеральному казенному учреждению здравоохранения «Медико-санитарная часть №70» Федеральной службы исполнения наказаний, федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор №1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Томской области», начальнику федерального казенного учреждения «Следственный изолятор №1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Томской области» ФИО2 о признании незаконными действий (бездействия), взыскания компенсации за ненадлежащие условия содержания

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Октябрьского районного суда г.Томска от 23 июля 2025 года,

заслушав доклад председательствующего, объяснения административного истца ФИО1, поддержавшего доводы апелляционной жалобы,

установила:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением к Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний (далее – РФ в лице ФСИН России), Управлению Федеральной службы исполнения наказания по Томской области (далее – УФСИН России по Томской области), федеральному казенному учреждению здравоохранения «Медико-санитарная часть №70» Федеральной службы исполнения наказаний (далее – ФКУ МСЧ-70 ФСИН России), федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор №1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Томской области» (далее – ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области) о признании незаконными и нарушающими права административного истца условий содержания, взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания в размере 500000 рублей.

В обоснование требований указано, что административный истец 13.03.2025 Кировским районным судом г. Томска осужден по части 2 статьи 321 Уголовного кодекса Российской Федерации с заключением под стражу в зале суда до вступления приговора в законную силу. Вместе с тем в этот же день административный истец был помещен в ШИЗО №35 для осужденных. 14.03.2025 административный истец по постановлению от 04.03.2025 водворен в ШИЗО №35 за межкамерную связь, что не соответствует действительности. Учитывая, что административный истец до вступления в законную силу приговора Кировского районного суда г. Томска от 13.03.2025 находится под стражей, он не мог содержаться в ШИЗО №35 как осужденный. Указывает, что медицинский осмотр перед водворением в ШИЗО был проведен через 10 минут после водворения, в связи с чем административный ответчик незаконно содержался в ШИЗО без медицинского осмотра. Полагает, что медицинский осмотр перед водворением является незаконным, поскольку проведен без фактического осмотра и проведения медицинских манипуляций. Кроме того, ссылается на незаконность медицинского осмотра перед выездом в суд 13.03.2025.

Определением судьи Октябрьского районного суда г. Томска от 26.05.2025 к участию в деле в качестве административного истца привлечен начальник ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области ФИО2

Дело рассмотрено в отсутствие сторон, надлежащим образом извещенных о дате, времени и месте рассмотрения дела.

Обжалуемым решением в удовлетворении административного иска отказано.

В апелляционной жалобе административный истец ФИО1 просит решение суда отменить.

В обоснование доводов жалобы указывает следующее:

дело рассмотрено в отсутствие административного истца в период нахождения административного истца в поезде между городом Томском и городом Владимир;

ФИО1 является лицом, осуждённым к лишению свободы, в связи с чем к нему не применим ФЗ от 15.07.1995 № 103-ФЗ;

судом не установлено по какому постановлению ФИО1 содержался в ШИЗО;

судом нарушено право ФИО1 на защиту;

судом не проверена процедура наложения взыскания от 04.03.2025;

судом применен утративший законную силу приказ Минюста Российской Федерации от 17.10.2005 № 190;

медицинский осмотр Ш. противоречит его записям в амбулаторной карте от 14.03.2025;

в осмотрах ни от 13.03.2025 и 14.03.2025 не содержится состояния о /__/, /__/ не проводилась.

На основании части 1 статьи 307, части 6 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации судебная коллегия сочла возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя административного ответчика Федерального казенного учреждения «Следственный изолятор №1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Томской области», Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Томской области, Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний, начальника Федерального казенного учреждения «Следственный изолятор №1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Томской области» ФИО2, ФКУЗ МСЧ-70 ФСИН России, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, исследовав новые доказательства на основании статьи 63, части 1 статьи 306 Кодекса административного судопроизводства, проверив законность и обоснованность дополнительного решения суда первой инстанции по правилам части 1 статьи 308 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия пришла к следующим выводам.

Согласно статье 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

На основании части 9 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет: 1) нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление; 2) соблюдены ли сроки обращения в суд; 3) соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих: а) полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия); б) порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен; в) основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами; 4) соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.

Обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 1 и 2 части 9 статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в пунктах 3 и 4 части 9 и в части 10 статьи, - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).

Исходя из положений статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации основанием для удовлетворения административного иска является установление несоответствия оспоренных решения, действия (бездействия) нормативным правовым актам и факта нарушения прав, свобод и законных интересов административного истца.

В соответствии со статьей 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Как следует из пункта 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.2003 № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» в соответствии со статьей 3 Конвенции и требованиями, содержащимися в Постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству (абзац 4). Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности (абзац 5). При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания (абзац 6). Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению (абзац 7).

Принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное – как физическое, так и психическое – воздействие на человека. Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц (п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания»).

Данные меры осуществляются посредством принудительного помещения физических лиц, как правило, в предназначенные (отведенные) для этого учреждения, помещения органов государственной власти, их территориальных органов, структурных подразделений, иные места, исключающие возможность их самовольного оставления в результате распоряжения (действия) уполномоченных лиц (далее - места принудительного содержания), принудительного перемещения физических лиц в транспортных средствах.

Несмотря на различия оснований и порядка применения указанных выше мер, помещение в места принудительного содержания должны осуществляться без нарушения условий содержания лиц, подвергнутых таким мерам.

В силу частей 2 и 3 статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации обязанность доказывания соблюдения надлежащих условий содержания лишенных свободы лиц возлагается на административного ответчика - соответствующие орган или учреждение, должностное лицо, которым следует подтверждать факты, обосновывающие их возражения.

Обстоятельства, свидетельствующие о ненадлежащих условиях содержания, в случае их признания административным ответчиком или достигнутого сторонами соглашения по соответствующим обстоятельствам, могут быть приняты судом в качестве фактов, не требующих дальнейшего доказывания (статья 65 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации) (пункт13 Постановления).

Условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

Федеральный закон от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» регулирует порядок и определяет условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

В соответствии со статьей 4 указанного Федерального закона содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

В местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей (статья 15 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений»).

В соответствии со статьей 17 Закона подозреваемые, обвиняемые, содержащиеся под стражей, имеют право на получение компенсации в денежной форме за нарушение условий содержания под стражей, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации.

В части 1 статьи 74 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что следственные изоляторы выполняют функции исправительных учреждений в отношении осужденных, оставленных в следственном изоляторе или переведенных в следственный изолятор в порядке, установленном статьей 77.1 данного кодекса.

В соответствии с частью 3 статьи 77.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных частями 1 и 2 указанной статьи, осужденные содержатся в следственном изоляторе в порядке, установленном Федеральным законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», и на условиях отбывания ими наказания в исправительном учреждении, определенном приговором суда.

Из приведенных положений следует, что часть 1 статьи 74 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, действуя во взаимосвязи с его статьей 77.1 не предполагает для осужденных к лишению свободы, оставленных в следственном изоляторе либо переведенных в следственный изолятор для участия в следственных действиях или судебном разбирательстве, ухудшение условий отбывания наказания по сравнению с условиями, установленными в соответствии с уголовно-исполнительным законодательством в исправительной колонии соответствующего вида.

Изложенное согласуется с позицией Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в пункте 5 постановления от 28.12.2020 №50-П «По делу о проверке конституционности статьи 77.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, статей 17 и 18 Федерального закона от 15.07.1995 №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и пунктов 139 - 143 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы в связи с жалобой гражданина ФИО3.», согласно которой, правовое положение лиц, подозреваемых или обвиняемых в преступлении и заключенных под стражу, значительно отличается от правового положения осужденных к лишению свободы, оставленных в следственном изоляторе или переведенных туда для участия в следственных действиях или в судебном разбирательстве по решению следователя, дознавателя или суда, вынесение которого не требует наличия предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации условий и оснований, необходимых для избрания и продления меры пресечения в виде заключения под стражу.

Из материалов дела следует, что в отношении ФИО1 18.11.2022 вынесен приговор Октябрьского районного суда г. Томска, который вступил в законную силу 29.11.2022.

13.03.2025 в отношении ФИО1 вынесен приговор Кировского районного суда г. Томска, последний признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 321 Уголовного кодекса Российской Федерации, назначено наказание в виде 4 лет 6 месяцев лишения свободы; на основании части 5 статьи 69 Уголовного кодекса Российской Федерации по совокупности преступлений путем частичного сложения наказания, назначенного по данному приговору с наказанием, назначенным по приговору Октябрьского районного суда г. Томска от 18.11.2022, окончательно назначено наказание в виде 9 лет лишения свободы в исправительном учреждении строгого режима; до вступления приговора в законную силу в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, содержать в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области.

С учетом изложенного ФИО1 должен содержаться в следственном изоляторе на условиях отбывания им наказания в исправительном учреждении, определенном приговором суда, но в порядке, установленном Федеральным законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и на момент вынесения оспариваемого постановления о наложении дисциплинарного взыскания в виде помещения в ШИЗО 04.03.2025 в отношении него мера пресечения заключение под стражу избрана не была. Сам по себе факт последующего избрания меры пресечения в виде заключения под стражу до вступления в законную силу приговора Кировского районного суда г. Томска от 13.03.2025 года не свидетельствует о незаконности постановления от 04.03.2025.

Анализирую соблюдение порядка и условий наложения дисциплинарного взыскания судебная коллегия исходит из следующего.

Статьей 11 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации установлено, что осужденные обязаны соблюдать требования федеральных законов, определяющих порядок и условия отбывания наказаний, а также принятых в соответствии с ними нормативных правовых актов (часть 2); осужденные обязаны выполнять законные требования администрации учреждений и органов, исполняющих наказания (часть 3); неисполнение осужденными возложенных на них обязанностей, а также невыполнение законных требований администрации учреждений и органов, исполняющих наказания, влекут установленную законом ответственность (часть 6).

Согласно части 3 статьи 82 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации в исправительных учреждениях действуют Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений, утверждаемые федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, по согласованию с Генеральной прокуратурой Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 12.11 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 04.07.2022 №110 осужденным к лишению свободы запрещается вести переговоры, перестукиваться или переписываться с лицами, содержащимися в других камерах или иных помещениях исправительного учреждения, осуществлять передачу им или принимать от них вещи, предметы и продукты питания, выкрикивать, выбрасывать (выливать) что-либо из окон (форточек в камерных дверях), взбираться на подоконник, высовываться в окно, открывать форточку в камерной двери и высовываться в нее.

На основании части 1 статьи 115 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации за нарушение установленного порядка отбывания наказания к осужденным к лишению свободы могут применяться следующие меры взыскания: а) выговор; б) дисциплинарный штраф в размере от одной тысячи до двух тысяч рублей; в) водворение осужденных, содержащихся в исправительных колониях или тюрьмах, в штрафной изолятор на срок до 15 суток; г) перевод осужденных мужчин, являющихся злостными нарушителями установленного порядка отбывания наказания, содержащихся в исправительных колониях общего и строгого режимов, в помещения камерного типа, а в исправительных колониях особого режима и тюрьмах - в одиночные камеры на срок до шести месяцев; д) перевод осужденных мужчин, являющихся злостными нарушителями установленного порядка отбывания наказания, в единые помещения камерного типа на срок до одного года; е) перевод осужденных женщин, являющихся злостными нарушителями установленного порядка отбывания наказания, в помещения камерного типа на срок до трех месяцев.

При применении мер взыскания к осужденному к лишению свободы учитываются обстоятельства совершения нарушения, личность осужденного и его предыдущее поведение. Налагаемое взыскание должно соответствовать тяжести и характеру нарушения. До наложения взыскания у осужденного берется письменное объяснение. Осужденным, не имеющим возможности дать письменное объяснение, оказывается содействие администрацией исправительного учреждения. В случае отказа осужденного от дачи объяснения составляется соответствующий акт. Взыскание налагается не позднее 10 суток со дня обнаружения нарушения, а если в связи с нарушением проводилась проверка - со дня ее окончания, но не позднее трех месяцев со дня совершения нарушения. Взыскание исполняется немедленно, а в исключительных случаях – не позднее 30 дней со дня его наложения. Запрещается за одно нарушение налагать несколько взысканий (часть 1 статьи 117 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

Водворение в штрафные и дисциплинарные изоляторы производится с указанием срока содержания после проведения медицинского осмотра и выдачи медицинского заключения о возможности нахождения в них по состоянию здоровья. Порядок проведения медицинского осмотра и выдачи указанного медицинского заключения определяется федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, по согласованию с федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере здравоохранения (часть 4 статьи 117 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 4.4. Устава непосредственное управление Учреждением в соответствии с законодательством Российской Федерацией, ведомственными нормативными правовыми актами и настоящим Уставом осуществляет начальник Учреждения.

Согласно статье 119 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации правом применения перечисленных в статье 115 кодекса мер взыскания в полном объеме пользуются начальники исправительных учреждений или лица, их замещающие.

Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 28.12.2017 № 285 (в редакции от 05.12.2024) утвержден Порядок организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы (далее - Порядок), устанавливает правила организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу в следственных изоляторах (далее - СИЗО, лица, заключенные под стражу, соответственно), а также осужденным, отбывающим наказание в виде лишения свободы в исправительных учреждениях уголовно-исполнительной системы (далее - осужденные, учреждения УИС, УИС соответственно), в соответствии с пунктами 1, 2, 4 части 2 статьи 32, частью 1 статьи 37 и частью 1 статьи 80 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

В соответствии с пунктом 13 приведенного Порядка перед водворением подозреваемых, обвиняемых, осужденных в одиночную камеру или карцер, в штрафной изолятор, дисциплинарный изолятор, помещение камерного типа, единое помещение камерного типа, изолированные помещения строгих условий отбывания наказания, после вынесения решения о наказании производится медицинский осмотр с письменным заключением врача (фельдшера) о возможности содержания его в перечисленных помещениях.

Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 09.08.2011 № 282 утвержден Порядок проведения медицинского осмотра перед переводом осужденных в помещения камерного типа, единые помещения камерного типа, одиночные камеры, а также водворением в штрафные и дисциплинарные изоляторы и выдачи медицинского заключения о возможности нахождения в указанных помещениях по состоянию здоровья.

Перевод осужденных в помещения камерного типа, единые помещения камерного типа и одиночные камеры, а также водворение в штрафные и дисциплинарные изоляторы производится только после проведения медицинского осмотра осужденного и выдачи врачом, а при его отсутствии фельдшером медицинского заключения (пункт 2).

После завершения процедур, непосредственно связанных с медицинским осмотром и оформлением медицинской документации, медицинский работник, проводивший осмотр осужденного, на постановлении о применении к осужденному взыскания выносит медицинское заключение, оформляемое собственноручно, с указанием времени и даты проведенного медицинского осмотра (пункт 12).

Медицинское заключение выносится в одной из форм указанных в пункте 13 Порядка.

Из анализа приведенных норм следует, что постановление о водворении в штрафной изолятор исполняется после проведения медицинского осмотра осужденного и выдачи медицинского заключения о возможности нахождения в нем по состоянию здоровья. В случае вынесения медицинского заключения о невозможности нахождения в штрафном изоляторе, назначенное дисциплинарное взыскание подлежит исполнению после того, как отпадут медицинские противопоказания, препятствующие водворению в штрафной изолятор, в течение указанных выше сроков, установленных статьей 117 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации.

Пунктом 1.1 Устава ФКУЗ МСЧ-70 ФСИН России, утв. приказом ФСИН России от 21.12.2020 №932, установлено, что Федеральное казенное учреждение здравоохранения «Медико-санитарная часть № 70 Федеральной службы исполнения наказаний» является учреждением, входящим в уголовно-исполнительную систему Российской Федерации, осуществляющим медико-санитарное обеспечение сотрудников, пенсионеров УИС и членов их семей, осужденных, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, и иных граждан, прикрепленных на медицинское обслуживание в установленном порядке, федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор.

ФКУЗ МСЧ-70 ФСИН России осуществляет, в том числе: оказание первичной медико-санитарной помощи, в том числе доврачебной, врачебной и специализированной медицинской помощи, скорой, в том числе скорой специализированной, паллиативной медицинской помощи по видам медицинской деятельности в соответствии с лицензией, вне медицинской организации, амбулаторно, в том числе на дому при вызове медицинского работника, в дневном стационаре, стационарно, в экстренной, неотложной и плановой формах; медицинскую реабилитацию (п. 2.5.2).

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 26.02.2025 в период времени с 22 часов 33 минут до 22 часов 34 минуты сотрудниками ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области выявлено нарушение установленного порядка отбытия наказания ФИО1, который нарушил Правила внутреннего распорядка, а именно: вел переговоры с заключенной под стражей Г., отбывающей дисциплинарное взыскание в карцере №40, голосом через дверь в ШИЗО №35.

Указанные обстоятельства подтверждаются рапортом младшего инспектора дежурной службы Б., рапортом младшего инспектора дежурной службы А., рапортом инспектора ОВР С., объяснениями Г., выпиской из протокола заседания дисциплинарной комиссии от 04.03.2025.

ФИО1 по выявленному факту нарушения правил от дачи письменных объяснений отказался, что подтверждается собственноручными объяснениями от 04.03.2025.

04.03.2025 (то есть до вынесения приговора Кировского районного суда г.Томска от 13.03.2025 и избрания в отношении ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу) начальником ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области ФИО2 вынесено постановление о водворении осужденного в штрафной изолятор, согласно которому отбывающий дисциплинарное взыскание в ШИЗО №35 ФКУ СИЗО-1 ФИО1 допустил нарушение установленного порядка отбытия наказания, выразившееся в том, что 26.02.2025 во временной период с 22 часов 33 минут до 22 часов 34 минуты, вел переговоры с заключенной под стражей Г., /__/ года рождения, части 4 статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, отбывающей дисциплинарное взыскание в карцере №40, голосом через дверь в ШИЗО №35. Осужденный ФИО1 допустил нарушение пункта 12 Приложения №2 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Минюста России №110 от 04.07.2022. На основании статьи 115 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации за нарушение установленного порядка отбывания наказания осужденный ФИО1 14.03.2025 водворен в штрафной изолятор на 15 суток.

С постановлением о наложении дисциплинарного взыскания ФИО1 ознакомлен лично 04.03.2025.

14.03.2025 в 20 часов 06 минут на основании медицинского заключения дежурного врача Ш. (л.д. 21 оборот) о возможности содержаться в ШИЗО до 15 суток, ФИО1 был водворен, 29.03.2025 в 20 часов 06 минут освобожден.

Допрошенный судом апелляционной инстанции в качестве свидетеля Ш. показал, что он осматривал ФИО1, состояние на момент осмотра было удовлетворительное, противопоказаний к содержанию в карцере не было. Осмотр проведен до водворения в карцер.

Таким образом, требования законодательства о проведении медицинского осмотра и выдаче медицинского заключения о возможности нахождения административного истца в ШИЗО по состоянию здоровья сотрудниками исправительного учреждения соблюдены.

Поскольку по делу установлено отсутствие медицинских противопоказаний для перевода административного истца в ШИЗО, порядок проведения медицинского осмотра соблюден, выводы суда об отсутствии нарушений прав истца при помещении в ШИЗО и законности действий должностных лиц исправительного учреждения следует признать правильными.

Кроме того, административный истец связывает нарушение условий его содержания с незаконным осмотром дежурным врачом Ш. 13.03.2025 перед выездом в суд.

Порядок организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы, утвержден приказом Минюста России от 28.12.2017 №285.

В силу пункта 10 названного Порядка осмотр медицинским работником медицинской организации уголовно-исполнительной системы лиц, заключенных под стражу, а также осужденных, содержащихся в одиночных камерах, ШИЗО, ДИЗО, ПКТ, ЕПКТ, запираемых помещениях строгих условий отбывания наказания, и выполнение назначений врача (фельдшера) производятся: в рабочие дни ежедневно - во время покамерных обходов или в медицинской части (медицинском кабинете); в выходные дни и праздничные дни - в медицинской части (медицинском кабинете) при обращении указанных категорий лиц за медицинской помощью к любому сотруднику дежурной смены учреждения УИС или при наличии назначений врача (фельдшера).

Случаи и порядок проведения медицинских осмотров обвиняемых и подозреваемых определены в пунктах 13-17 Порядка организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы, утвержденным приказом Минюста России от 28.12.2017 №285.

При этом положениями указанного Порядка не установлена процедура осмотра и выдачи медицинских справок, подтверждающих возможность подозреваемого или обвиняемого участвовать в процессуальных действиях.

Из положений пункта 38 указанного Порядка, применение которого возможно по аналогии в случае направления обвиняемого или подозреваемого для участия в процессуальных действиях за пределами следственного изолятора, следует, что лица, заключенные под стражу, или осужденные, убывающие из СИЗО и учреждений УИС, в том числе следующие транзитом, осматриваются медицинским работником для определения возможности транспортировки. Результат осмотра с заключением о возможности транспортировки фиксируется в медицинской карте пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях, и справке, которая приобщается к личному делу. К транспортировке не допускаются лица в острой стадии заболевания, лица, страдающие заболеваниями, оказание которым необходимой медицинской помощи в период транспортировки невозможно, а также лица, перемещение которых невозможно по медицинским показаниям.

Обеспечение участия подозреваемых и обвиняемых в следственных действиях и судебных заседаниях урегулировано главой XXVI Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных приказом Минюста России от 04.07.2022 №110, которой не предусмотрено проведение обязательных медицинских осмотров для лиц, убывающих временно из следственного изолятора для участия в процессуальных действиях и судебных заседаниях.

Пункты 347 и 348 названных Правил устанавливают, что администрация СИЗО обеспечивает судьям, прокурорам, следователям, лицам, производящим дознание, адвокатам и иным лицам, участвующим в следственных или судебных действиях, а также прокурорам, осуществляющим надзор за расследованием уголовного дела, вышестоящим прокурорам и должностным лицам, контролирующим проведение дознания или расследования уголовного дела, беспрепятственное посещение СИЗО в рабочее время и доставку подозреваемых и обвиняемых по вызову уполномоченных на то лиц. Освобождение подозреваемых и обвиняемых от участия в следственных действиях и судебных заседаниях осуществляется на основаниях, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

Анализ приведенных нормативных предписаний указывает на то, что препятствием для участия в процессуальных действиях и судебных заседаниях по медицинским показаниям лиц, содержащихся в следственном изоляторе, является наличие острой стадии заболевания, а также нуждаемость по заключению медицинского работника в медицинской помощи в экстренной или неотложной форме. При этом соответствующее заключение выдается медицинским работником по результатам осмотра с учетом данных, приведенных в медицинской карте.

Согласно акту осмотра дежурным врачом Ш. от 13.03.2025, медицинской справки от 13.03.2025: административный истец «Осмотрен в медицинском кабинете сборного отделения. Предъявляет жалобы на /__/. Температура /__/, кожаные покровы без изменений, лимфатические узлы безболезненные, дыхание везикулярное, число дыханий: /__/ в минуту, хрипов нет. Ад – /__/ мм.рт.ст., пульс /__/ удара в минуту. Заключение: острых соматических заболеваний нет, до зала суда следовать может.

Проанализировав представленные в материалы дела документы, суд полагает необоснованным довод административного истца о незаконности осмотра, справки о состоянии здоровья и возможности участия в процессуальных действиях. ПриступаА.Ю.был осмотрен дежурным врачом, не установлено наличие у административного истца какого-либо заболевания в острой стадии; необходимость оказания медицинской помощь в экстренной или неотложной форме отсутствовала. Данных о том, что после проведенного медицинского осмотра и участия П.А.ЮБ. в судебных заседаниях и процессуальных действиях его состояние здоровья ухудшилось, материалы дела не содержат.

Таким образом, вопреки доводам административного истца, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии нарушений со стороны административных ответчиков.

Согласно части 2 статьи 64 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением суда по ранее рассмотренному им гражданскому или административному делу либо по делу, рассмотренному ранее арбитражным судом, не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении судом другого административного дела, в котором участвуют лица, в отношении которых установлены эти обстоятельства, или лица, относящиеся к категории лиц, в отношении которой установлены эти обстоятельства.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно подчеркивал, что признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение его стабильности и общеобязательности, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела; тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности (Постановление от 02.12.2011 №30-П; Определения от 19.07.2016 №1739-О, от 27.02.2020 №492-О, от 28.05.2020 №1133-О).

Исходя из процессуального закона с учетом выводов Конституционного Суда Российской Федерации недопустим пересмотр определенных вступившими в силу судебными актами правоотношений сторон и установленных в связи с этим фактов.

Апелляционным определением судебной коллегии по административным делам Томского областного суда от 20.03.2026 установлено, что 13.03.2025 ФИО1 был осмотрен дежурным врачом перед этапированием до зала суда; жалобы на /__/; острых соматических заболеваний нет; оформлена медицинская справка, заключение: на момент осмотра ФИО1 до зала суда следовать может. При этом доказательств объективного ухудшения состояния здоровья административного истца в указанную дату не представлено.

С учетом преюдициальных выводов, содержащихся в апелляционном определении Томского областного суда от 20.03.2026 по административному делу №33а-538/2026 (№ 2а-1957/2025) ФИО1 на момент 13.03.2025 мог участвовать в судебном заседании.

По существу доводы жалобы не содержат правовых аргументов, ставящих под сомнение законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, поскольку направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств, которые исследованы судом при рассмотрении дела, оценены по правилам, установленным в статье 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, правильность оценки доказательств сомнений не вызывает.

С учетом изложенного судебная коллегия приходит к выводу о том, что нарушений норм материального и процессуального права, которые привели или могли бы привести к неправильному рассмотрению дела, а также влекущих безусловную отмену решения суда в силу части 1 статьи 310 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судом не допущено.

В связи с изложенным, руководствуясь статьей 309 Кодекса административного судопроизводства, судебная коллегия

определила:

решение Октябрьского районного суда г.Томска от 23 июля 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения;

кассационная жалоба может быть подана в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного определения в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции через Октябрьский районный суд г. Томска.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 12 мая 2026 года.