Решение № 2-1106/2021 2-1106/2021~М-898/2021 М-898/2021 от 27 июня 2021 г. по делу № 2-1106/2021

УИД 19RS0002-01-2021-001631-40

Дело № 2-1106/2021


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 июня 2021 года г. Черногорск

Черногорский городской суд Республики Хакасия

в составе председательствующего судьи Коноплёвой Ю.Н.,

при секретаре Андриновой Е.С.,

с участием представителя истца ФИО1,

представителя ответчика общества с ограниченной ответственностью «СУЭК-Хакасия» ФИО2,

представителя ответчика акционерного общества «Угольная компания «Разрез Степной» ФИО3,

помощника прокурора г. Черногорска Могилина В.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к обществу с ограниченной ответственностью «СУЭК-Хакасия», акционерному обществу «Угольная компания «Разрез «Степной» о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, морального вреда за необоснованный отказ в выплате компенсации, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «СУЭК-Хакасия» (далее ООО «СУЭК-Хакасия»), акционерному обществу «Угольная компания «Разрез «Степной» (далее АО «УК «Разрез Степной») о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, морального вреда за необоснованный отказ в выплате компенсации, судебных расходов.

Исковые требования мотивированы тем, что в период с 27.07.1981 по 19.01.2021 истец работал на предприятиях угольной промышленности, в том числе у ответчиков в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, что привело к развитию профессионального заболевания: *** Заключением медико-социальной экспертизы ему установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 30%. Считает, что повреждение здоровья произошло по вине работодателей, в результате чего он испытывает физические и нравственные страдания. Истец обратился к ответчикам с заявлениями о возмещении причиненного морального вреда, однако требования истца не были удовлетворены. Истец просил взыскать компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием с ООО «СУЭК-Хакасия» в размере 180870 руб. 26 коп., с АО «УК «Разрез «Степной» в размере 181 595 руб. 19 коп., компенсацию морального вреда за необоснованный отказ в выплате единовременной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 15 000 руб. по 7 500 руб. с каждого ответчика, судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 15 000 руб., расходы по ксерокопированию – 1465 руб., почтовые расходы – 218 руб. 20 коп., по 8 341 руб. 60 коп. с каждого ответчика.

В судебном заседании представитель истца ФИО1, действующая на основании доверенности от 112.05.2021, исковые требования поддержала по доводам, изложенным в иске.

Представитель ответчика ООО «СУЭК-Хакасия» ФИО2, действующий на основании доверенности от 14.12.2020, просил в удовлетворении исковых требований отказать, по доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление, отметив, что истец работал в различных организациях с вредными производственными факторами, при этом долевая ответственность должна определяться исходя из степени вины каждого работодателя. Между тем, вина ООО «СУЭК-Хакасия» в причинении вреда здоровью истца не доказана. В период работы истца в данной организации, признаки профзаболевания у истца не проявлялись. Кроме того, ООО «СУЭК-Хакасия» не является правопреемником п/о «Красноярскуголь», Разрез «Черногорский», АООТ «Разрез Черногорский», ОАО «Разрез Черногорский», в связи с чем стаж работы у данных работодателей не должен включаться в долевую ответственность ООО «СУЭК-Хакасия». Полагал чрезмерными расходы на оплату услуг представителя.

Представитель ответчика АО «УК «Разрез Степной» ФИО3 исковые требования не признала, по доводам, изложенным в письменных возражениях, полагала размер компенсации морального вреда не отвечающим требованиям разумности и справедливости, период работы истца у ответчика составляет 47,3 % от всего стажа в условиях воздействия неблагоприятных производственных факторов, повлекших профессиональное заболевание, полагала чрезмерным размер расходов на оплату услуг представителя.

Помощник прокурора г. Черногорска Могилин В.А., полагал требования истца к ответчикам о компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, и компенсации морального вреда за необоснованный отказ в выплате единовременной компенсации подлежащими удовлетворению, оставив разрешение вопроса о размере компенсации на усмотрение суда, требование о возмещении судебных расходов на оплату услуг представителя полагала подлежащими удовлетворению с учетом критериев разумности и справедливости.

Истец ФИО4, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явился.

Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ), суд определил рассмотреть дело в отсутствие истца.

Выслушав пояснения сторон, заключение прокурора, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу части 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности.

Из содержания статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) следует, что работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда.

Обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возложена на работодателя (статья 212 ТК РФ).

Согласно статье 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Таким образом, работник может обратиться с требованием о компенсации морального вреда, причиненного вследствие утраты им профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, непосредственно к работодателю, который обязан возместить вред работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора или отраслевым соглашением, локальным нормативным актом работодателя.

Если соглашение сторон трудового договора о компенсации морального вреда, причиненного работнику утратой профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, отсутствует или стороны не достигли соглашения по размеру компенсации морального вреда, то работник имеет право обратиться в суд.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (статья 1099 ГК РФ).

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом (пункт 3 статьи 1064 ГК РФ).

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

В пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Из приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что по общему правилу необходимыми условиями для возложения на работодателя обязанности по компенсации морального вреда работнику являются: наступление вреда, противоправность деяния причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

Как следует из материалов дела, ФИО4 работал на предприятиях угольной промышленности, в том числе: п/о «Красноярскуголь», разрез «Черногорский» АООТ «Разрез «Черногорский», ОАО «Разрез «Черногорский», ООО «УК «Разрез «Степной», ЗАО «УК «Разрез «Степной», АО «УК «Разрез «Степной», в том числе в должности помощника машиниста экскаватора.

Из санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) от 27.03.2017 № 43 усматривается, что общий стаж работы истца составляет 33 года 4 месяца, стаж работы в должности помощника машиниста экскаватора – 22 года 4 месяца.

Медицинским заключением от 07.09.2020 *** установлено наличие у истца основного профессионального заболевания – ***, связанная с воздействием общей вибрации (*** ***

28.10.2020 составлен акт о случае профессионального заболевания, согласно которому причиной возникновения профессионального заболевания у истца послужило длительное воздействие общей вибрации превышающего предельно-допустимые значения.Заключением учреждения медико-социальной экспертизы *** истцу установлена утрата профессиональной трудоспособности 30% на срок с 16.12.2020 по 01.01.2023.

Приказом государственного учреждения – регионального отделения ФСС РФ по Республике Хакасия *** 26.03.2021 истцу назначена единовременная страховая выплата в сумме 52128 руб. 25 коп.

Из пункта 3.3 санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания от 27.03.2017 № *** следует, что стаж работы ФИО4 в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профессиональное заболевание, составляет 22 года 4 месяца.

Работа помощника машиниста экскаватора связана с воздействием неблагоприятных факторов: шум, общая и локальная вибрация, тяжесть труда (неудобная рабочая поза при проведении ремонтных работ и техническом обслуживании экскаватора).

При производстве работ на экскаваторе *** эквивалентный уровень звука на рабочем месте помощника машиниста экскаватора составляет до 90дБА, превышение до 10 дБА, время воздействия до 7 часов в смену; корректированный эквивалентный уровень общей вибрации превышение до 2 дБ, время воздействия до 7 часов в смену.

Из материалов дела следует, что истец работал помощником машиниста экскаватора, в разрез «Черногорский» АООТ «Разрез «Черногорский», ОАО «Разрез «Черногорский», АО «УК «Разрез «Степной».

Из положений части 2 статьи 1064, статей 1099, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что лицо, причинившее вред (в том числе моральный), освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Между тем, ответчиками в порядке части 1 статьи 56 ГПК РФ, согласно которой каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом, не представлено доказательств отсутствия своей вины в причинении вреда здоровью истца, и, как следствие, причинении ему морального вреда.

Таким образом, вопреки доводам представителей ответчиков, материалами дела подтверждается факт причинения истцу профессионального заболевания на предприятиях ответчиков.

Пунктом 1 статьи 21 Федерального закона от 20.06.1996 № 81-ФЗ «О государственном регулировании в области добычи и использования угля, об особенностях социальной защиты работников организаций угольной промышленности» предусмотрено, что социальная поддержка для работников и пенсионеров организаций по добыче (переработке) угля (горючих сланцев) устанавливается в соответствии с законодательством Российской Федерации, соглашениями, коллективными договорами за счет средств этих организаций.

Российским независимым профсоюзом работников угольной промышленности, Общероссийским отраслевым объединением работодателей угольной промышленности 18 января 2019 года утверждено Федеральное отраслевое соглашение по угольной промышленности на 2019 – 2021 годы (далее – Федеральное отраслевое соглашение), которое согласно пункту 1.1 является правовым актом, регулирующим социально-трудовые отношения и устанавливающим общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений в организациях угольной промышленности.

Факт присоединения ООО «СУЭК-Хакасия», АО «УК «Разрез «Степной» к данному соглашению сторонами не оспаривается.

В соответствии с пунктом 5.4 указанного Федерального отраслевого соглашения, в случае установления впервые работнику, уполномочившему профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, занятому в организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания работодатель в счет компенсации морального вреда работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом профсоюза.

В случае, когда ответственность за причинение вреда здоровью работника в виде профессионального заболевания возложена на несколько организаций, работодатель несет долевую ответственность, которая определяется пропорционально степени вины работодателей.

Таким образом, ответчики, присоединившись к Федеральному отраслевому соглашению, приняли на себя обязательства по возмещению вреда, причиненного здоровью работника, в том числе в долевом порядке.

Принимая во внимание, что работа помощника машиниста экскаватора связана с неблагоприятным воздействием производственных факторов, причиной профессионального заболевания истца послужило длительное воздействие производственного шума, вибрации, превышающих предельно-допустимые значения, а ответчики присоединились к вышеуказанному отраслевому соглашению, суд приходит к выводу о том, что имеются основания для компенсации морального вреда работодателями истца в долевом порядке.

ФИО4, получил профессиональное заболевание в периоды работы в должности помощника машиниста экскаватора следующих работодателей: разрез «Черногорский» АООТ «Разрез «Черногорский», ОАО «Разрез «Черногорский», в АО «УК «Разрез «Степной».

Предприятия разрез «Черногорский» АООТ «Разрез «Черногорский», ОАО «Разрез «Черногорский» ликвидированы.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ ООО «СУЭК-Хакасия» является правопреемником ООО «Черногорская угольная компания».

Согласно записям трудовой книжки ФИО4 истец работал в разрезе «Черногорский» помощником машиниста экскаватора (запись ***); разрез «Черногорский» преобразован в АООТ разрез «Черногорский» (запись ***); приказом *** от 06.12.1996 истец переведен помощником машиниста экскаватора на этом же участке (*** на основании постановления администрации г. Черногорска от 22.06.1998 *** АООТ «Разрез Черногорский» преобразовано в ОАО «Разрез Черногорский» (запись ***); в связи со сменой собственника трудовые отношения продолжаются с ООО «Черногорская угольная компания» (запись *** от 21.07.1999), правопреемником которого является ООО «СУЭК-Хакасия».

Таким образом, несмотря на реорганизацию, смену собственника указанных организаций, юридический адрес работодателя не менялся, рабочее место ФИО4 оставалось прежним.

В связи с изложенным обязанность компенсации морального вреда за периоды работы истца в разрез «Черногорский», АООТ «Разрез Черногорский», ООО «Черногорская угольная компания» подлежит возложению на ООО «СЭУК-Хакасия».

Представитель истца ФИО1 представила суду расчет, в котором просит взыскать в пользу ФИО4 с ООО «СУЭК-Хакасия» 180 870 руб. 26 коп. за период работы продолжительностью 14 лет 3 месяца (49,9 %); с АО «УК «Разрез Степной» - 181 595 руб. 19 коп. за период работы 14 лет 4 месяца (50,1 %).

Вместе с тем из акта о случае профессионального заболевания от 28.10.2020 следует, что стаж работы истца помощником машиниста экскаватора составляет 26 лет 3 месяца.

Из материалов дела следует, что профессиональное заболевание приобретено истцом по профессии помощник машиниста экскаватора. Поскольку в п/о Красноярскуголь» истец в указанной должности не работал, период работы у данного работодателя включению в расчет не подлежит.

Таким образом, на предприятиях ответчиков ФИО4 отработал 26 лет (312 месяцев), из них в ООО «СУЭК-Хакасия» - 14 лет (168 месяцев), в АО «УК «Разрез Степной» - 12 лет (144 месяца), то компенсация морального вреда подлежит взысканию с соответчиков в размере 53,8 % и 46,2 % соответственно.

Средний осовремененный заработок на момент установления утраты профессиональной трудоспособности при первичном освидетельствовании ФИО4 определен в размере 69 098 руб. 95 коп., 20 % среднемесячного заработка составляет 13 819 руб. 79 коп.,.

Учитывая сумму единовременной страховой выплаты, выплаченную ГУ – РО ФСС России по Республике Хакасия, суд полагает необходимым взыскать с ответчиков в пользу истца компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 362 465 руб. 45 коп., из расчета: 13 819, 79 руб. х 30 % - 52 128, 25

С учетом периодов работы истца на предприятиях ответчиков и долевой ответственностью работодателей, компенсация морального вреда подлежит взысканию с ответчика ООО «СУЭК-Хакасия» в размере 195 006 руб. 41 коп. (362 465,45 х 53,8 %), с ответчика с ответчика АО «УК «Разрез Степной» - 167 459 руб. 03 коп. (362 465,45 х 46,2 %).

Из материалов дела следует, что до обращения в суд с настоящим иском, истец направил ответчикам заявления о выплате денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием.

Доказательств выплаты данной компенсации истцу в добровольном порядке не представлено, в связи с чем суд приходит к выводу об обоснованности исковых требований истца о компенсации морального вреда, причиненного отказом в выплате компенсации морального вреда, и суд полагает необходимым взыскать с ответчиков в пользу истца компенсацию морального вреда в связи с неудовлетворением требований работника в размере 2 000 руб. с каждого.

В силу ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

С учётом сложности дела, длительности его рассмотрения и объема совершенных представителем истца процессуальных действий (подготовка искового заявления, участие в подготовке дела к судебному разбирательству, участие в одном судебном заседании) критерию разумности соответствует сумма расходов на оплату услуг представителя в размере 7 000 руб., подлежащая взысканию с ответчиков по 3 500 руб. с каждого.

Кроме того, взысканию с ответчиков в пользу истца подлежит сумма оплаты за услуги ксерокопирования документов, необходимых для направления лицам, участвующим в деле (ответчикам, прокурору и в суд), что подтверждено кассовыми чеками и квитанциями от 18.05.21, 07.04.2021 в сумме 1655 руб. по 732 руб. 50 коп.

С учетом положений части 3 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчиков в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 300 руб. с каждого.

Учитывая изложенное и руководствуясь статьями 193-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «СУЭК-Хакасия» в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 195 006 руб. 41 коп., компенсацию морального вреда – 2 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 3 500 руб. 00 коп., расходы на ксерокопирование в размере 732 руб. 50 коп., а всего взыскать 201 238 руб. 91 коп.

Взыскать с Акционерного общества «Угольная компания «Разрез Степной» в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 167 459 руб. 03 коп., компенсацию морального вреда – 2 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 3 500 руб. 00 коп., расходы на ксерокопирование в размере 732 руб. 50 коп., а всего взыскать 173 691 руб. 53 коп.

В остальной части в удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «СУЭК-Хакасия» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 руб. 00 коп.

Взыскать с Акционерного общества «Угольная компания «Разрез Степной» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 руб. 00 коп.

На решение может быть подана апелляционная жалоба, а прокурором принесено апелляционное представление в Верховный Суд Республики Хакасия через Черногорский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий Ю.Н. Коноплёва

Мотивированное решение изготовлено 05 июля 2021 года.