Апелляционное определение № 33-527/2026 от 4 марта 2026 г.

Судья Тукманова Л.И. дело № 33-527/2026

дело № 2-1630/2025

УИД 12RS0001-01-2025-001939-87


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Йошкар-Ола 5 марта 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Марий Эл в составе:

председательствующего Протасовой Е.М.,

судей Ивановой Л.О. и Волковой Т.Д.,

при секретаре судебного заседания Ивановой С.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционному представлению Волжского межрайонного прокурора Республики Марий Эл в интересах Российской Федерации в лице уполномоченного органа Управления Федеральной службы судебных приставов по Республике Марий Эл на решение Волжского городского суда Республики Марий Эл от 4 декабря 2025 года, которым отказано в удовлетворении искового заявления Волжского межрайонного прокурора Республики Марий Эл в интересах Российской Федерации в лице уполномоченного органа Управления Федеральной службы судебных приставов по Республике Марий Эл к ФИО2, ФИО3 о взыскании в доход Российской Федерации в лице Управления Федеральной службы судебных приставов по Республике Марий Эл денежных средств, законность которых не подтверждена.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Республики Марий Эл Ивановой Л.О., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Волжский межрайонный прокурор Республики Марий Эл в интересах Российской Федерации в лице уполномоченного органа Управления Федеральной службы судебных приставов по Республике Марий Эл обратился в суд с исковым заявлением к ФИО2, ФИО3 о взыскании солидарно в доход государства денежных средств в размере 571700 рублей, законность получения которых не подтверждена.

В обоснование заявленных требований указано, что решением Собрания депутатов <...> сельского поселения <...> от 3 декабря 2021 года ФИО2 с 6 декабря 2021 года назначена исполняющим обязанности главы <...> сельской администрации <...>. ФИО2 представлены сведения о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера за отчетный период с 1 января 2024 года по 31 декабря 2024 года в отношении себя, супруга и несовершеннолетней дочери. Волжской межрайонной прокуратурой по результатам изучения указанных сведений установлено, что в течение 2024 года на счета исполняющего обязанности главы <...> сельской администрации ФИО2 и ее супруга ФИО3 в банках поступили денежные средства в сумме 4263140 рублей 66 копеек, превышающей их совокупный доход за отчетный период и предшествующие два года (3001880 рублей 76 копеек). По данным налогового органа по справкам формы 2-НДФЛ ФИО3 за период 2022-2023 годы получил доход на сумму 210145 рублей 55 копеек, в 2024 году дохода не имел. При этом в названный период на счета ФИО3 в ПАО «<...>» и ПАО «<...>» поступили денежные средства на общую сумму 2882859 рублей 73 копейки. В разделе 1 справки о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера за 2024 год, представленной исполняющим обязанности главы <...> сельской администрации на супруга, указанный доход и его источники не отражены. ФИО2 не подтверждена законность получения 571700 рублей, поступивших на банковский счет ее супруга ФИО3

Судом постановлено вышеуказанное решение.

В апелляционном представлении и дополнении к нему Волжский межрайонный прокурор Республики Марий Эл просит решение суда отменить, принять по делу новое решение, которым заявленные требования удовлетворить в полном объеме. В обоснование доводов представления указано, что судом не учтено, что по результатам проверки Управлением <...> по профилактике коррупционных и иных правонарушений установлено, что исполняющим обязанности главы <...> сельской администрации ФИО2 допущено нарушение требований антикоррупционного законодательства, выразившееся в предоставлении недостоверных сведений о доходах супруга. Волжской межрайонной прокуратурой установлено, что исполняющей обязанности главы <...> сельской администрации ФИО2 не подтверждена законность получения 571700 рублей, поступивших на банковский счет ее супруга ФИО3 Отсутствие доказательств, подтверждающих наличие сделок, во исполнение которых осуществлялись денежные переводы, свидетельствуют о неподтверждении законности происхождения денежных средств. Признавая, что между ФИО3 и ФИО1 сложились трудовые отношения суд вышел за пределы предмета спора, требования о признании отношений трудовыми ФИО3 к ФИО1 в судебном порядке не предъявлялись. Оснований для признания возникших между последними отношений, основанными на договоре подряда, не имеется, поскольку не представлены соответствующие договоры в письменной форме. Сведения о финансовом положении ФИО1 судом не исследовались.

В возражениях на апелляционное представление ФИО2 и ФИО3 приводят доводы в поддержку решения суда, просят апелляционное представление оставить без удовлетворения.

Заслушав объяснения помощника прокурора Республики Марий Эл ФИО4, поддержавшей доводы апелляционного представления, ответчиков ФИО2, ФИО3, возражавших против удовлетворения апелляционного представления, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления и возражений на него, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с положениями пп. 8 п. 2 ст. 235 Гражданского кодекса Российской Федерации имущество, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы, по решению суда подлежит обращению в доход Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением Собрания депутатов <...> сельского поселения <...> от 3 декабря 2021 года <№> ФИО2 с <дата> назначена исполняющим обязанности главы <...> сельской администрации <...>.

ФИО2 23 сентября 2022 года заключила брак с ФИО3

В рамках декларационной компании ФИО2 предоставила сведения о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера <...> за отчетный период с 1 января 2024 года по 31 декабря 2024 года в отношении себя, супруга ФИО3

В течение 2024 года на счета исполняющего обязанности главы <...> сельской администрации ФИО2 и ее супруга ФИО3 в банках поступили денежные средства в сумме 4263140 рублей 66 копеек, превышающей их совокупный доход за отчетный период и предшествующие два года (3001880 рублей 76 копеек).

Из справок формы 2-НДФЛ следует, что ФИО3 за период с 2022 года по 2023 год получил доход на сумму 210145 рублей 55 копеек, в 2024 году дохода не имел.

В разделе 1 «Сведения о доходах» Справки о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера за период с 1 января 2024 года по 31 декабря 2024 года, представленной исполняющим обязанности главы <...> сельской администрации на супруга ФИО3, указанный доход и его источники не отражены, величина дохода по всем пунктам указана как «0,00 руб.». В графе род занятий ФИО3 указано – безработный. Итог доход за отчетный период – 0,00 рублей.

В ходе проверки, проведенной Управлением <...> по профилактике коррупционных и иных правонарушений о достоверности и полноты сведений о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера за 2022-2024 годы, представленных ФИО2, исполняющей обязанности главы <...> сельской администрации <...>, выявлены нарушения в представленных ФИО2 сведениях о доходах ее супруга. Информация о коррупционной природе денежных средств, поступивших на счета супруга в 2024 году в качестве дохода за выполненные работы, а также от продажи земельного участка и сдачи металла в рамках проверки не поступала. Какие либо обращения в отношении ФИО2 о совершении ею коррупционных правонарушений за 2022-2024 годы также не поступали.

В соответствии с требованиями ст. 8.2 Федерального закона от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» направлены материалы проверки в отношении ФИО2 прокурору Республики Марий Эл.

Из материалов проверки следует, что ответчиками ФИО2 и ФИО3 не подтверждена законность получения денежных средств в размере 571700 рублей, поступивших в 2024 году на банковский счет ФИО3

Согласно справке Управления о результатах проверки, сведениям предоставленным банками, в которых имеются счета ФИО3, последний на банковский счет <№>, открытый в ПАО <...>, вносил наличными денежные средства через банкоматы на общую сумму 571700 рублей.

В своих объяснениях от 21 октября 2025 года ФИО3 указал, что с 2023 года он официально не был трудоустроен, работал на временных заработках, договоры строительного подряда не заключал. В период с февраля 2024 по декабрь 2024 года выполнял строительные работы преимущественно на территории <...> в составе бригады состоящей от 2 до 5 человек. Бригадиром являлся ФИО1, который предлагал работу, взаимодействовал с заказчиками, получал денежные средства, которые в последующем передавал в виде заработной платы. В феврале 2024 года ремонтировали кровлю бани в частном домовладении в районе <адрес>, за работу от ФИО1 получил наличными 30600 рублей и 21600 рублей. В марте 2024 года рубил сруб для дома в <адрес>, за работу от ФИО1 получил наличными 61500 рублей. В апреле 2024 года осуществлял внутреннюю отделку банного комплекса на территории <адрес>, за работу от ФИО1 получил наличными 48400 рублей. В период с мая по декабрь 2024 года работал на объекте в <адрес>, за работу от ФИО1 получил наличными 409600 рублей, денежные средства получил 9 платежами. Полученные денежные средства внес на карту ПАО <...> для оплаты кредита.

Из объяснений ФИО3 от 21 октября 2025 года следует, что от ФИО1 он получил за работу денежные средства на общую сумму 571700 рублей.

ФИО1 дал пояснения от 16 сентября 2025 года о том, что он производит работы по строительству бани, домов и ремонта домов, для чего нанимает рабочих, одним из которых являлся ФИО3, за работу которому платил наличными денежными средствами в следующих размерах: 6 февраля 2024 года 30600 рублей, 15 февраля 2024 года 21600 рублей, 4 марта 2024 года 41500 рублей, 24 марта 2024 года 20000 рублей, 3 апреля 2024 года 48400 рублей, 3 мая 2024 года 25500 рублей, 5 мая 2024 года 11700 рублей, 6 июня 2024 года 41800 рублей, 5 июля 2024 года 45400 рублей, 5 августа 2024 года 30200 рублей, 7 сентября 2024 года 57500 рублей, 5 октября 2024 года 63000 рублей, 5 ноября 2024 года 67500 рублей, 5 декабря 2024 года 67000 рублей.

Из пояснений ФИО1 от 16 сентября 2025 года следует, что он заплатил ФИО3 за работу денежные средства на общую сумму 571700 рублей.Разрешая заявленные истцом требования, руководствуясь положениями Федерального закона от 3 декабря 2012 года № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», гражданского и трудового законодательств, оценив представленные по делу доказательства, суд первой инстанции, установив, что ФИО3 осуществлял трудовую деятельность в 2024 году и получил доход (заработную плату) от ФИО1, обеспечивающего его работой, в размере 571700 рублей, соответственно, между ними возникли фактические трудовые отношения, пришел к выводу об отсутствии достаточных доказательств для привлечения ответчиков к гражданско-правовой ответственности на основании пп. 8 п. 2 ст. 235 Гражданского кодекса Российской Федерации в отношении денежных средств, источник поступления которых подтвержден установленными процессуальным законом средствами доказывания.

Судебная коллегия не может согласиться с вышеуказанным выводом суда первой инстанции в связи со следующим.

Согласно ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Исходя из положений ст. ст. 55, 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела. Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В силу пп. 8 п. 2 ст. 235 Гражданского кодекса Российской Федерации к случаям принудительного изъятия у собственника имущества относится обращение по решению суда в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 года № 26-П, указано, что предусмотренная ст. 17 Федерального закона от 3 декабря 2012 года № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» возможность обращения в доход Российской Федерации перечисленного в этой норме имущества, в отношении которого не представлены доказательства его приобретения на законные доходы, является, по существу, особой мерой государственного принуждения, применяемой в случае нарушения лицами, выполняющими публичные функции, антикоррупционного законодательства. Данная мера заключается в безвозмездном изъятии такого имущества у собственника по решению суда в связи с предполагаемым и не опровергнутым совершением государственным гражданским служащим неправомерного деяния коррупционной направленности, то есть, как следует из ч. 1 ст. 4 и ст. 17 названного Федерального закона, если стоимость приобретенного в отчетном периоде им и перечисленными в законе членами его семьи соответствующего имущества превышает их общий доход за три предшествующих года, а государственный гражданский служащий не может доказать законность происхождения средств, достаточных для его приобретения. Переход такого имущества в собственность Российской Федерации осуществляется в соответствии с пп. 8 п. 2 ст. 235 Гражданского кодекса Российской Федерации, закрепляющим в качестве основания прекращения права собственности принудительное изъятие у собственника имущества по решению суда и обращение его в доход государства при недоказанности законного происхождения доходов, направленных на его приобретение (п. 5). При этом государственный служащий вправе доказывать в ходе контрольных мероприятий и в суде всеми доступными способами законность происхождения средств, затраченных на приобретение того или иного имущества, независимо от того, когда эти средства были им получены, отражены ли они в соответствующей справке (декларации) или обнаружены государственными органами в ходе проведения контрольных мероприятий. В свою очередь, суд оценивает доказательства, представленные как государственным (муниципальным) служащим, так и его супругой (супругом) и с особенностями, установленными процессуальным законодательством,-несовершеннолетними детьми в подтверждение законного происхождения средств, позволивших приобрести соответствующее имущество, по своему внутреннему убеждению (абз. 5 п. 5.2).

В Обзоре судебной практики по делам по заявлениям прокуроров об обращении в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30 июня 2017 года, разъяснено, что бремя доказывания законного источника происхождения средств, позволивших приобрести такое имущество, возлагается на ответчиков. При этом суд вправе принимать любые допустимые Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации доказательства, представленные как лицом, в отношении которого осуществляется контроль за расходами, так и его супругой (супругом) и - с особенностями, установленными данным кодексом, - несовершеннолетними детьми в подтверждение законного происхождения средств, затраченных на приобретение спорного имущества, независимо от того, когда эти средства были получены, отражены ли они в соответствующей справке (декларации) или были обнаружены государственными органами в ходе проведения контрольных мероприятий.

Исходя из положений Федерального закона от 3 декабря 2012 года № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» безусловному учету подлежат доходы, полученные должностным лицом за три предшествующих сделкам года, а также доходы супруга за аналогичный период, тогда как доказательства законности получения дохода за иные периоды и из иных источников, возлагается на ответчика.

При этом, учитывая установленные Федеральным законом от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» принципы законности, публичности и открытости деятельности должностных лиц в сфере противодействия коррупции, допустимыми доказательствами являются такие доказательства, которые получены в соответствии с требованиями закона, позволят с очевидной ясностью определить источник и легитимность полученного дополнительного или накопленного дохода, а также установить четкую связь, что именно эти доходы стали составной частью тех расходов, в отношении которых осуществляется контроль.

В соответствии с п. 1 ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В частности, гражданские права и обязанности возникают в результате приобретения имущества по основаниям, допускаемым законом.

В нарушение приведенного выше правового регулирования и бремени доказывания надлежащих и бесспорных доказательств, подтверждающих наличие сделок между ответчиками и лицом, передавшим ФИО3 денежные средства в общем размере 571700 рублей, не представлено, в связи с чем вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных Волжским межрайонным прокурором Республики Марий Эл требований о взыскании в доход государства денежных средств, законность происхождения которых не подтверждена, является ошибочным.

Приведенные ответчиками как в возражениях на исковое заявление, так и в возражениях на апелляционное представление доводы о законности происхождения денежных средств, полученных ФИО3 в счет оплаты его труда ввиду наличия фактических трудовых отношений между ним и ФИО1, являются несостоятельными, поскольку в материалах дела отсутствуют какие-либо доказательств, подтверждающие наличие между последними трудовых отношений. При этом судебная коллегия учитывает, что общая сумма дохода ФИО1 в 2023 году составила 155214 рублей 48 копеек, в 2024 году – 395574 рубля 80 копеек, то есть не превысила денежную сумму, переданную им, согласно позиции стороны ответчика, ФИО3 в 2024 году.

Письменные пояснения ФИО1 от 16 сентября 2025 года (л.д. 343 т. 2) не могут быть приняты в качестве достаточного доказательства, свидетельствующего о легальном поступлении денежных средств на счет ответчика ФИО3, поскольку данные пояснения не подтверждают факта наличия между ними фактических трудовых отношений в 2024 году.

В материалы дела не представлено доказательств осуществления ФИО1 деятельности по строительству жилых и нежилых помещений, получения им дохода от осуществления указанной деятельности и необходимого для оплаты труда работников. Кроме того, установление между ФИО1 и ФИО3 факта трудовых отношений выходит за пределы предмета показывания по данному гражданскому делу.

Судебная коллегия при этом обращает внимание, что изначально ФИО2 при декларировании доходов и расходов ее супруга об осуществлении последним трудовой деятельности и получении им в связи с этим дохода по основному месту работы не указывалось (л.д. 28-35 т. 1).

В связи с изложенным решение суда подлежит отмене на основании п. 4 ч. 1 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с принятием по делу нового решения об удовлетворении заявленных Волжским межрайонным прокурором Республики Марий Эл в интересах Российской Федерации в лице уполномоченного органа Управления Федеральной службы судебных приставов по Республике Марий Эл требований в полном объеме.

Руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Волжского городского суда Республики Марий Эл от 4 декабря 2025 года отменить.

Принять по делу новое решение, которым взыскать солидарно с ФИО2, ФИО3 в доход Российской Федерации в лице Управления Федеральной службы судебных приставов по Республике Марий Эл денежные средства, законность которых не подтверждена, в размере 571700 рублей.

Взыскать солидарно с ФИО2, ФИО3 в доход бюджета городского округа «Город Волжск» государственную пошлину в размере 16434 рублей.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции.

Председательствующий Е.М. Протасова

Судьи Л.О. Иванова

Т.Д. Волкова

Мотивированное апелляционное определение составлено 20 марта 2026 года.