Решение № 2-771/2018 2-771/2018~М-444/2018 М-444/2018 от 11 сентября 2018 г. по делу № 2-771/2018

Дело № 2-771/2018 года


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Гурьевск 12 сентября 2018 года

Гурьевский районный суд Калининградской области в составе:

председательствующего судьи Коноваловой О.Ч.,

при секретарях Мухортиковой Е.С. и Гулидовой О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Государственному автономному учреждению здравоохранения Калининградской области «Гурьевская центральная районная больница» о признании незаконным и отмене приказа работодателя о наложении дисциплинарного взыскания и взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением, уточненным в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ), к ответчику Государственному автономному учреждению здравоохранения Калининградской области «Гурьевская центральная районная больница» (далее по тексту – ГАУЗ КО «Гурьевская ЦРБ»), в котором просит признать незаконным и отменить приказ № 116 от 20.03.2018 года; отменить дисциплинарное взыскание, наложенное приказом № 116 от 20.03.2018 года в виде объявления выговора; и взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 50 000.00 рублей.

В обоснование заявленных уточненных исковых требований истец ФИО1 ссылается на то, что приказом № 116 от 20.03.2018 года к ней незаконно применено дисциплинарное взыскание в виде выговора за неисполнение (ненадлежащее исполнение) трудовых обязанностей, возложенных трудовым договором № 54 от 19.06.1989 года, должностной инструкцией от 01.01.2014 года, выразившихся в занятии на рабочем месте 02.03.2018 года посторонними делами, связанными с занесением в программу АРМ «Диспетчера подстанции скорой медицинской помощи» информации по пациентам из карт вызовов скорой медицинской помощи сторонней организации, поскольку 02.03.2018 года она (истец) в течение всего рабочего дня занималась оформлением пациентов в стационар ГАУЗ КО «Гурьевская ЦРБ», о чем свидетельствуют записи в журналах регистрации и приема больных.

Истец ФИО1 считает, что составленный 05.03.2018 года акт № 2 проведения контроля режима рабочего времени терапевтического отделения 02.03.2018 года по устному распоряжению главного врача, не соответствует действительности. Так, в акте указано, что 02.03.2018 года в приемном отделении медицинской сестрой ФИО1 на рабочем месте в 14 часов 30 минут производились несвойственные работы её должностной инструкции по занесению в программу вызовов скорой медицинской помощи карт вызовов скорой медицинской помощи. Однако, в течение всего рабочего дня 02.03.2018 года комиссия в составе начальника хозяйственного отдела ФИО20, специалиста отдела кадров ФИО16, старшей медицинской сестры ФИО21, которыми подписан акт, приемное отделение, а именно, её (истца) рабочее место, не посещала.

Также истец ФИО1 ссылается на то, что забивание карт скорой медицинской помощи осуществлялось с 2013 года по март 2018 года по согласованию главного врача ФИО2 с главным врачом ГАУЗ КО «Гурьевская ЦРБ» ФИО3 Забивание карт производилось в соответствии с приказом № 321 от 06.08.2013 года «О постановке на опытную эксплуатацию информационной системы скорой медицинской помощи» по устному распоряжению главного врача ГАУЗ КО «Гурьевская ЦРБ» ФИО3 до марта 2018 года.

Истец ФИО1 указывая в иске на то, что указанными незаконными действиями ей причинен моральный вред, выразившийся в нахождении в стрессовом состоянии и депрессии, который она оценивает в размере 50 000.00 рублей, и ссылаясь на положения, предусмотренные ст.ст. 237, 391 Трудового кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ТК РФ), просит разрешить данный спор в судебном порядке.

В судебном заседании истец ФИО1 и её представитель по устному ходатайству ФИО4 исковые требования поддержали в полном объеме, пояснив как изложено в иске, просили исковые требования удовлетворить, дополнив, что такие незаконные действия работодателя обусловлены осуществлению истцом деятельности в качестве председателя профсоюзного комитета.

Кроме того, истец ФИО1 настаивала на том, что занесением в соответствующую программу карт в ГАУЗ КО «Гурьевская ЦРБ» медсестры приемного покоя занимались с 2011 года до марта 2018 года. 02.03.2018 года у неё на столе действительно находились карты ООО «Быстрая помощь», которые были ей переданы накануне. К приобщенной в судебном заседании карте вызова скорой медицинской помощи от 03.03.2018 года она не имеет никакого отношения, так как 03.03.2018 года она не работала, поскольку у неё был выходной, что следует из табеля учёта использования рабочего времени за период с 01.03.2018 года по 15.03.2018 года.

Представитель ответчика ГАУЗ КО «Гурьевская ЦРБ» ФИО5, действующий на основании доверенности от 25.01.2018 года, в судебном заседании с исковыми требованиями ФИО1 не согласился, поддержал письменные возражения и дополнения к возражениям, имеющиеся в материалах дела, суть которых сводится к тому, что в соответствии с п. 3.3 правил внутреннего распорядка работникам запрещено, в том числе, заниматься посторонними делами или своим личным бизнесом в рабочее время в помещении организации. Однако, в акте № 1 от 05.03.2018 года выявлены следующие нарушения: на рабочем месте ФИО8 и ФИО1 в приемном отделении ГАУЗ КО «Гурьевская ЦРБ» установлена и используется программа АРМ «Диспетчер подстанции скорой медицинской помощи», которая не идентифицируется в пользовании учреждения и права на использование не приобретались и не передавались, а следовательно программа установлена незаконно в нарушение Федерального закона «О персональных данных». Работа в программе АРМ «Диспетчера подстанции скорой медицинской помощи» не регламентирована работодателем и производилась ФИО8 и ФИО1 в личных целях и, по мнению лиц, подписавших акт, является подработкой на организации, оказывающей скорую медицинскую помощь в рабочее время, на рабочем месте в ГАУЗ КО «Гурьевская ЦРБ». В скриншотах, сделанных с рабочего места истца, в адресной строке видно наименование - ambulans, что указывает на ООО «Амбуланс», учреждение, оказывающее скорую медицинскую помощь. Кроме того, в объяснении ФИО1 признала выполнение ею на рабочем месте работы, связанной с забиванием карт скорой медицинской помощи сторонней организации ООО «Амбуланс». В результате, своими действиями ФИО1 не только на рабочем месте занималась посторонними делами, нарушая при этом дисциплину труда и требования правил внутреннего трудового распорядка, но и требования законодательства, т.к. ФИО1 имела доступ к персональным данным граждан, без законных на то оснований. Также на рабочем месте ФИО1 были обнаружены карты вызовов скорой медицинской помощи сторонних организаций, которые по ее объяснению забивались на рабочем месте, со сведениями, содержащими врачебную <данные изъяты> пациентов, разглашение которой запрещено в силу ст. 13 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации». Кроме того, в ГАУЗ КО «Гурьевская ЦРБ» в составе структуры отсутствует скорая медицинская помощь, которая оказывается сторонними организациями в рамках программы ОМС и тарифного соглашения.

Представитель ответчика ГАУЗ КО «Гурьевская ЦРБ», не соглашаясь с доводами истца ФИО1 о том, что 02.03.2018 года истец в течение дня занималась оформлением пациентов, указал на то, что согласно журналу учета приема больных и отказов в госпитализации имеется всего три записи, а ссылка истца на то, что в 14 часов 30 минут 02.03.2018 года она занималась оформлением больной ФИО9, опровергается записью в медицинской карте стационарного больного, в которой отмечено, что ФИО9 поступила в стационар 02.03.2018 года в 11 часов 10 минут.

Выслушав пояснения истца ФИО1 и её представителя по устному ходатайству ФИО4, позицию представителя ответчика ГАУЗ КО «Гурьевская ЦРБ» ФИО5, показания свидетелей ФИО18, ФИО19, ФИО16, ФИО21, ФИО20, ФИО10, ФИО11, ФИО12 и ФИО24, исследовав собранные по делу доказательства и дав им оценку в соответствии с требованиями, установленными ст. 67 ГПК РФ, обозрев материалы гражданского дела № 2-780/2018 года, журнал учёта приема больных и отказов от госпитализации № 5, круглосуточный журнал учёта приема больных и отказов в госпитализации № 6, журнал № 5 регистрации амбулаторных больных № 5 и медицинскую карту стационарного больного № 136/136, суд находит исковые требования ФИО1 обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В силу ст. 21 ТК РФ работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину.

В соответствии с ч. 1 ст. 192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям.

При этом, в силу действующего законодательства, на ответчике лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что совершенное работником нарушение, явившееся поводом к вынесению выговора, в действительности имело место; работодателем были соблюдены предусмотренные частями третьей и четвертой статьи 193 ТК РФ сроки для применения дисциплинарного взыскания, учтена тяжесть совершенного проступка.

Дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.

По смыслу закона работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

В ходе судебного заседания было установлено, что истец ФИО1 осуществляет трудовую деятельность в ГАУЗ КО «Гурьевская ЦРБ» на основании трудового договора № 54 от ДД.ММ.ГГ и дополнительного соглашения № от ДД.ММ.ГГ к трудовому договору № от ДД.ММ.ГГ, в должности медицинской сестры приемного отделения терапевтического отделения.

В должностной инструкции медицинской сестры приемного отделения ГАУЗ КО «Гурьевская ЦРБ» в обязанности медицинской сестры приемного отделения входит, в том числе: оформление медицинской документации (истории болезни, журналы приема больных и др.).

Также судом установлено, что истец ФИО1 является председателем первичной профсоюзной организации ГАУЗ КО «Гурьевская ЦРБ», что подтверждено протоколом № 4 отчетно-выборного профсоюзного собрания (конференции) первичной профсоюзной организации ГБУЗ КО «Гурьевская ЦРБ» от 29.09.2014 года, находящийся на л.д. № 60-63 в гражданском деле № 2-780/2018 года, материалы которого были обозрены судом.

В соответствии с приказом № 321 и.о. министра здравоохранения Калининградской области ФИО6 от 06.08.2013 года государственным медицинским организациям Калининградской области, имеющим в своей структуре отделения и станции скорой медицинской помощи, а также ГАУЗ КО «Гурьевская центральная районная больница» надлежало с 15.08.2013 года начать опытную эксплуатацию информационной системы скорой медицинской помощи (ИССМП) (п. 1) и перейти на работу с использованием автоматизированной системы управления «Скорая помощь» (АСУ «Скорая помощь») (п. 4), при этом осуществлять контроль полноты и качества оформления карт вызова фельдшерами отделений и станций скорой медицинской помощи и внесение данных по результатам обслуженных вызовов в АСУ «Скорая помощь».

Приказом № 377 и.о. министра здравоохранения Калининградской области ФИО6 от 30.08.2013 года определен временный порядок работы скорой медицинской помощи с 05.09.2013 года по 30.09.2013 года, в связи с чем, главному врачу ФИО3 надлежало определить порядок доступа ответственных должностных лиц или старших бригад скорой медицинской помощи к автоматизированному рабочему месту, установленному в диспетчерской службе скорой медицинской помощи ГАУЗ Гурьевская ЦРБ, для заполнения карт вызова, в срок до 04.09.2013 года.

В соответствии с уставом ГАУЗ КО «Гурьевская ЦРБ», утвержденным министром здравоохранения Калининградской области ФИО7 17.12.2015 года и согласованным с руководителем Агентства по имуществу Калининградской области ФИО13 16.02.2016 года, целями создания учреждения являются удовлетворение общественной потребности в бесплатном медицинском обслуживании населения, участие в реализации программ здравоохранения, направленных на улучшение показателей здоровья населения и решения медико-социальных проблем при оказании медицинской помощи населению в следующих условиях: вне медицинской организации (по месту вызова бригады скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи, в транспортном средстве при медицинской эвакуации); а также амбулаторно, в дневном стационаре и стационарно (п. 15). Учреждение вправе осуществлять, также оказание скорой, в том числе скорой специализированной медицинской помощи (п. 16).

Как следует из акта № 1 от 05.03.2018 года, подписанного инженером электроником ФИО19, специалистом отдела кадров ФИО16 и начальником хозяйства ФИО20, в приемном отделении ДД.ММ.ГГ на рабочем месте ФИО8 и ФИО1 выявлены следующие нарушения: на рабочем месте в приемном отделении ГАУЗ «Гурьевская ЦРБ» установлена и используется программа АРМ «Диспетчера подстанции скорой медицинской помощи», непосредственно связанной с обработкой персональных данных. Данная программа не идентифицируется в пользовании учреждения (права на использование не приобретались и не передавались), в связи с чем, данная программа на рабочем месте установлена незаконно, в нарушение Федерального закона «О персональных данных», а также нормативными и методическими документами Роскомнадзора. В соответствии с должностной инструкцией и трудовыми договорами указанная работа в программе АРМ «Диспетчера подстанции скорой медицинской помощи» не регламентирована работодателем, производится ФИО8 и ФИО1 в личных целях и, по мнению лиц, подписавших акт, является подработкой на организации, оказывающей скорую медицинскую помощь в рабочее время, на рабочем месте в ГАУЗ КО «Гурьевская ЦРБ».

К данному акту приложен скриншот рабочего места от 22.02.2018 года на 3-х листах.

В этот же день 05.03.2018 года начальником хозяйственного отдела ФИО20, специалистом отдела кадров ФИО16 и старшей медицинской сестрой ФИО21 был подписан акт № 2 проведения контроля режима рабочего времени терапевтического отделения, согласно которому по устному распоряжению главного врача, в целях рационального использования рабочего времени, исполнения должностных обязанностей сотрудниками терапевтического отделения 02.03.2018 года проведена комиссионная проверка, которой установлено, что 02.03.2018 года в приемном отделении медицинской сестрой ФИО1 на рабочем месте в 14:30 часов производились несвойственные работы её должностной инструкции по занесению в программу вызовов скорой медицинской помощи карт вызовов скорой медицинской помощи.

07.03.2018 года работнику ФИО1 был вручен акт № 2 и требование о предоставлении письменного объяснения по факту выполнения ею 02.03.2018 года несвойственных работ, связанных с занесением на рабочем месте в программу карт вызовов скорой медицинской помощи, а также по факту появления на рабочем компьютере программы вызовов скорой медицинской помощи, появления на рабочем месте карт вызовов скорой медицинской помощи и выполнения несвойственной должностному функционалу работы, связанной с занесением карт вызовов скорой медицинской помощи в указанную программу.

12.03.2018 года работник ФИО1 представила главному врачу ФИО3 пояснительную записку, в которой указала на то, что 02.03.2018 года в приемный покой заходила одна ФИО16, в это время и в течение всего рабочего дня, она (ФИО1) занималась оформлением пациентов в стационар, о чем свидетельствуют записи в журналах регистрации и приема больных. Занесением в программу карт вызовов скорой помощи в этот день не занималась. Забивание карт скорой помощи осуществлялось с 2013 года по март 2018 года, по согласованию главного врача Быстрой помощи ФИО2 и главного врача ГАУЗ КО «Гурьевская ЦРБ» ФИО3

Истец ФИО1 такие доводы поддержала и в ходе судебного разбирательства, утверждая, что какая-либо комиссия 02.03.2018 года в приемное отделение не приходила.

На основании приказа № 116 «О наложении на работника дисциплинарного замечания в виде замечания» от 20.03.2018 года главным врачом ГАУЗ КО «Гурьевская ЦРБ» ФИО3 медицинской сестре приемного отделения ФИО1 объявлен выговор, в связи с неисполнением (ненадлежащим исполнением) трудовых обязанностей, возложенных на нее трудовым договором № от ДД.ММ.ГГ, должностной инструкцией от 01.01.2014 года, выразившимся в занятии 02.03.2018 года на рабочем месте посторонними делами, связанными с внесением в программу АРМ «Диспетчера подстанции скорой медицинской помощи» информации по пациентам из карт вызовов скорой медицинской помощи сторонней организации.

При вынесении указанного выше приказа № 116 главный врач ГАУЗ КО «Гурьевская ЦРБ» ФИО3 руководствовался ст.ст. 192, 193 ТК РФ, п.п. 3.3, 7.2., 7.3., 7.4. Правил внутреннего трудового распорядка.

Основанием для издания оспариваемого приказа явились: акт проведения контроля рабочего времени терапевтического отделения № 1 от 05.03.2018 года, пояснительная записка (объяснительная) ФИО1 от 12.03.2018 года и акт № 1 от 05.03.2018 года.

Согласно пункту 3.3. Правил внутреннего трудового распорядка, утвержденных главным врачом ГАУЗ КО «Гурьевская ЦРБ» ФИО3 13.03.2018 года, работникам запрещено, в том числе, заниматься посторонними делами или своим личным бизнесом в рабочее время в помещении организации.

В судебном заседании свидетель ФИО18, работающая врачом-рентгенологом в ГАУЗ КО «Гурьевская ЦРБ», показала, что 02.03.2018 года никакой комиссии она не видела, а до 14.00 часов она видела как из приемного покоя, где работает ФИО1, выходила одна ФИО16

Свидетель ФИО19, являющийся инженером-электроником в ГАУЗ КО «Гурьевская ЦРБ», в судебном заседании пояснил, что 22.02.2018 года он обнаружил в приемном покое на компьютере программу, которая не используется в учреждении, о чём доложил главному врачу и снял скриншоты с компьютера. Затем, для фиксации им установленного были приглашены ФИО16 и ФИО20, о чём был им составлен акт, который был подписан 05.03.2018 года.

Свидетели ФИО16, ФИО21 и ФИО20, являющиеся работниками ГАУЗ КО «Гурьевская ЦРБ», пояснили, что 02.03.2018 года около 14 часов 30 минут на рабочем столе ФИО1 они обнаружили карты вызовов скорой медицинской помощи, а также видели, что ФИО1 сидела за компьютером в программе, которую быстро свернула.

Свидетели ФИО22 и ФИО23, которые являются членами Калининградской областной организации работников здравоохранения Российской Федерации, в судебном заседании подтвердили позицию истца ФИО1, о которой им известно со слов самого истца, сославшись на проводимые проверки ГАУЗ КО «Гурьевская ЦРБ» в связи с обращением работников больницы по вопросам выплаты заработной платы. При этом, данные свидетели также ссылались на наличие предвзятого отношения со стороны работодателя к работнику ФИО1, выявленного по результатам переговоров с ФИО3 и ФИО24, охарактеризовав ФИО1 как человека открытого, ответственного и не склонного к конфликтам.

Свидетель ФИО24 в судебном заседании напротив пояснила, что работники профсоюза изначально при проведении проверки были агрессивно настроены, а разговоры по поводу ущемления прав работника ФИО1 никогда с нею не велись и в отношении ФИО1 она не высказывалась.

Свидетель ФИО10, являющаяся врачом терапевтом дневного стационара ГАУЗ КО «Гурьевская ЦРБ», отрицала возможность работы ФИО1 с пациентом ФИО9 в 14:30 часов 02.03.2018 года, ссылаясь на то, что данная пациентка с оформленными документами поступила на дневной стационар в 11:10, что исключало какую-либо возможность работы медработника по её оформлению после 14:00 часов.

Показания свидетелей ФИО24 и ФИО10 правового значения по делу не имеют, поскольку не подтверждают факт наличия 02.03.2018 года в действиях истца дисциплинарного проступка.

Как следует из сообщений генерального директора ООО «АМБУЛАНС» ФИО2 и генерального директора ООО «Быстрая помощь» ФИО14 от 03.05.2018 года и от 27.04.2018 года, отношений с ФИО1 и ГАУЗ КО «Гурьевская ЦРБ» никогда не имелось. За период с 2013 года по 2018 год ФИО1 никаких вознаграждений не получала.

Таким образом, мнения лиц, составивших акт № 1 от 05 марта 2018 года, о том, что ФИО1 занимается подработкой на рабочем месте, опровергаются указанными выше сообщениями, что в свою очередь свидетельствует о необъективном отношении к данному работнику, а соответственно к показаниям свидетелей ФИО19, ФИО16 и ФИО20 суд относится критически, наравне как и к показаниям свидетеля ФИО21, также полагавшей, что истец осуществляла подработку в организациях оказывающих скорую медицинскую помощь.

При этом, следует отметить, что из акта № 1, подписанного указанными выше работниками ГАУЗ КО «Гурьевская ЦРБ» 05 марта 2018 года, не следует, что 02.03.2018 года ФИО1 совершен дисциплинарный проступок.

Вопреки доводам представителя ответчика ГАУЗ КО «Гурьевская ЦРБ», в пояснительной записке ФИО1 напротив отрицала факт занесения 02.03.2018 года в программу карт вызовов скорой медицинской помощи и наличие какой-либо комиссии у неё на рабочем месте в данный день.

Следует также обратить внимание на то, что положенный в обоснование приказа № 116 от 20.03.2018 года акт проведения контроля рабочего времени терапевтического отделения № 1 от 05.03.2018 года вовсе отсутствует, а в акте под № 2 от 05.03.2018 года, подписанном ФИО20, ФИО16 и ФИО21, не отражено в какую конкретно программу с указанием её наименования и какие конкретно карты вызовов скорой медицинской помощи заносились ФИО1, при том, что работодатель, выявляя в действиях работника нарушение трудовой дисциплины, не был лишен возможности отстранить ФИО1 от работы на компьютере и при помощи работавшего в тот день инженера электроника ФИО15 снять скриншот с рабочего места работника.

Допрошенные в ходе судебного разбирательства свидетели ФИО20, ФИО16 и ФИО21 также не смогли конкретизировать какая непосредственно карта в какую именно программу заносилась ФИО1 02.03.2018 года.

В ответе главного врача ГССМП ФИО17 от 26.06.2018 года указано на то, что ФИО1 в списках сотрудников, обучающихся с 18.12.2017 года для работы в модернизированной системе АСУ «Скорая помощь» не значится.

Однако, в распоряжение ГАУЗ КО «Гурьевская ЦРБ» поступило сообщение из ГССМП № 102 от 23.01.2018 года о предоставлении информации о готовности медицинских учреждений к началу работы в модернизированной системе АСУ «Скорая помощь», которая с пометкой «срочно» для исполнения была списана работнику ГАУЗ КО «Гурьевская ЦРБ» ФИО25, что не отрицалось в ходе судебного разбирательства представителем ответчика.

Таким образом, доводы истца ФИО1 о том, что занесением в программу вызовов скорой медицинской помощи карт вызовов скорой медицинской помощи по указанию главного врача медсестры приемного покоя занимались до марта 2018 года, допустимыми и достоверными доказательствами не опровергнуты.

Надлежит отметить, что само по себе нахождение на рабочем столе карт вызовов скорой медицинской помощи, что не отрицалось в ходе судебного разбирательства истцом ФИО1, безусловно не свидетельствует о том, что работник производил несвойственные работы её должностной инструкции.

Представленные стороной ответчика в обоснование возражений на иск ФИО1 письменные доказательства в совокупности с показаниями свидетелей, также бесспорно не свидетельствуют о том, что ФИО1 02 марта 2018 года производила действия по занесению в программу вызовов скорой медицинской помощи карт вызовов скорой медицинской помощи, при том, что такие доказательства в материалах дела отсутствуют, а показания свидетелей, подписавших акт, который не отражен в обжалуемом приказе, судом поставлены под сомнение.

При этом, обращает на себя внимание то, что согласно материалам дела (в т.ч. обращение истца в государственную инспекцию труда в Калининградской области, обращение работников к работодателю ГАУЗ КО «Гурьевская ЦРБ» по вопросу невыплаты стимулирующих средств за декабрь и денежных средств по итогу 2017 года) и пояснениям истца ФИО1 просматривается предвзятое отношение со стороны руководства к данному работнику, обусловленное её профсоюзной деятельностью.

Более того, обжалуемый ФИО1 приказ № 116 от 20 марта 2018 года поименован как «О возложении на работника дисциплинарного взыскания в виде замечания», однако работнику объявлен выговор, и такие противоречия работодателем не устранены, соответствующие изменения в приказ не внесены.

Вместе с тем, приказ «О возложении на работника дисциплинарного взыскания в виде замечания» № 109 в отношении работника ФИО1 был издан работодателем ранее, а именно 15.03.2018 года, при этом материалы дела не содержат сведений о том, что ФИО1 за длительный период времени (более 35 лет) в данном медицинском учреждения привлекалась к дисциплинарной ответственности.

В действительности порядок, сроки применения в работнику дисциплинарного взыскания в виде выговора были надлежащим образом соблюдены работодателем.

Вместе с тем, при указанных выше обстоятельствах в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что возложенная на ответчика обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что совершенное работником нарушение, явившееся поводом к вынесению выговора, в действительности имело место, не исполнена, а соответственно факты нарушения пункта 3.3 Правил внутреннего распорядка и должностной инструкции не являются подтвержденными допустимыми и достоверными доказательствами, как этого требует ст. 56 ГПК РФ.

При этом, ссылки истца ФИО1 о том, что она занималась оформлением пациентов в стационар 02.03.2018 года подтверждаются сведениями, отраженными в журналах учёта приемов больных и отказов от госпитализации, а показания свидетеля ФИО10 не опровергают доводов истца о том, что она не занималась в данный день на рабочем месте посторонними делами.

Совокупность установленных по делу обстоятельств не позволяет суду прийти к выводу о том, что 02.03.2018 года истец ФИО1 совершила виновные действия, которые в свою очередь могли явиться основанием для привлечения её к дисциплинарной ответственности в виде выговора, а соответственно приказ работодателя № 116 от 20 марта 2018 года законным признать нельзя, а соответственно дисциплинарное взыскание, наложенное на ФИО1 в виде выговора, подлежит отмене.

Согласно требованиям, установленным ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Указанные выше нарушения трудового законодательства Российской Федерации, выраженные в необоснованном привлечении работника к дисциплинарной ответственности, по мнению суда, являются существенными, причинили истцу ФИО1 нравственные страдания.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения работника за перенесенные страдания.

Оценивая обоснованность заявленного истцом ФИО1 размера денежной компенсации морального вреда, учитывая степень вины работодателя, степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями работника, иные обстоятельства, заслуживающие внимание, применяя положения ст. 237 ТК РФ, а также требования разумности и справедливости, суд считает, что в пользу истца ФИО1 с ответчика ГАУЗ КО «Гурьевская ЦРБ» в счёт компенсации морального вреда подлежат взысканию денежные средства в сумме 4 000.00 рублей.

В силу требований, установленных ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Поскольку, в силу закона истец ФИО1 освобождена от уплаты государственной пошлины при подаче иска, следовательно, с ответчика ГАУЗ КО «Гурьевская ЦРБ» подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета, которая в соответствии со ст. 339.19 Налогового кодекса Российской Федерации составляет 300.00 рублей.

На основании изложенного выше и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к Государственному автономному учреждению здравоохранения Калининградской области «Гурьевская центральная районная больница» о признании незаконным и отмене приказа работодателя о наложении дисциплинарного взыскания и взыскании компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Признать незаконным и отменить приказ главного врача ГАУЗ Калининградской области «Гурьевская ЦРБ» № 109 от 15.03.2018 года о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде выговора.

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения Калининградской области «Гурьевская центральная районная больница» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 4 000.00 (четыре тысячи) рублей.

В удовлетворении остальной части заявленных ФИО1 требований – отказать.

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения Калининградской области «Гурьевская центральная районная больница» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300.00 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Калининградского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Гурьевский районный суд Калининградской области в течение месяца со дня изготовления председательствующим мотивированного решения.

Мотивированное решение суда изготовлено председательствующим по делу 17 сентября 2018 года.

Председательствующий: О.Ч. Коновалова