Решение № 2-254/2020 2-254/2020~М-241/2020 М-241/2020 от 4 ноября 2020 г. по делу № 2-254/2020

гражданское дело № 2-254/2020


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Абаза 05 ноября 2020 года

Абазинский районный суд Республики Хакасия в составе

председательствующего судьи Богдановой О.А.,

при секретаре Мойкиной А.А.,

с участием представителя истца – адвоката Сандыкова К.В.,

представителя ответчика по доверенности ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к Акционерному обществу «Восточно-Сибирского промышленного железнодорожного транспорта» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

истец ФИО3 обратился в суд с иском, указав, что с его сыном ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 30.09.1998 произошла железнодорожная травма, в результате которой он стал инвалидом <данные изъяты> бессрочно, в связи с ампутацией ноги <данные изъяты>. В акте служебного расследования несчастного случая причиной указано: нахождение пострадавшего в зоне повышенной опасности. Решением Абазинского районного суда РХ от 20.11.2018 удовлетворены исковые требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда. На момент причинения вреда его сын ФИО1 являлся малолетним, он являлся его законным представителем, испытывал нравственные страдания, поскольку в связи с причинением вреда здоровью ребенку его психическое и физиологическое благополучие подверглось негативному воздействию. С того момента и до настоящего времени он переживает за судьбу сына, поскольку он с детства не мог вести нормальный образ жизни, чувствовал свою неполноценность, был лишен возможности заниматься спортом, получить ту специальность, которую хотел, не мог устроиться на хорошую работу. На почве переживаний ухудшается его моральное состояние, а также у него обострилось тяжелое заболевание. На основании ст.ст. 151, 1064, 1100, 1079, 1101 ГК РФ просит взыскать с Акционерного общества «Восточно-Сибирского промышленного железнодорожного транспорта» компенсацию морального вреда в сумме 1000000 рублей.

В отзыве на исковое заявление представитель ответчика ФИО2 выразил несогласие с исковыми требованиями, указав, что работниками АО «В-Сибпромтранс» правила безопасности не нарушались. Родители ФИО1, достоверно зная о малолетнем возрасте своего сына, оставили его без присмотра вблизи железнодорожных путей, что и явилось единственной причиной травмирования ребенка. Такое поведение родителей свидетельствует о нарушении ими обязанностей, предусмотренных п. 1 ст. 62, п. 1 ст. 65 СК РФ. Просит в удовлетворении исковых требований отказать.

Истец ФИО3 в судебное заседание не явился, уведомлен судом надлежащим образом, просил рассмотреть дело в его отсутствие с участием представителя – адвоката Сандыкова К.В.

В судебном заседании представитель истца – адвокат Сандыков К.В. заявленные требования поддержал по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика ФИО2 исковые требования не признал, просил оставить их без удовлетворения, приведя доводы, изложенные в отзыве на исковое заявление.

Суд рассмотрел дело в отсутствие истца, что не противоречит положениям ст. 167 ГПК РФ.

Заслушав представителей истца, ответчика, исследовав материалы дела, оценив доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено, что 26.09.1998 с ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, произошла рельсовая железнодорожная травма.

В результате несчастного случая ФИО1 поступил в хирургическое отделение Абазинской городской больницы с диагнозом: поездная травма, травматическая ампутация <данные изъяты>, находился на стационарном лечении в Абазинской городской больнице с 26.98.1998 по 05.10.1998 с диагнозом: 26.09.1998 – операция: ампутация <данные изъяты>.

По заключению МСЭ от 25.06.2010 года ФИО1 является инвалидом с детства <данные изъяты> бессрочно, с умеренной степенью выраженности стойких нарушений функции нижней конечности.

Решением Абазинского районного суда от 20.11.2018, вступившим в законную силу 27.12.2018, удовлетворен иск ФИО1 к АО «Восточно-Сибирского промышленного железнодорожного транспорта» о взыскании компенсации морального вреда в связи с данной травмой.

В силу ч. 2 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Вышеуказанным судебным постановлением установлен факт того, что АО «В-Сибпромтранс» является причинителем вреда здоровью ФИО1 в результате рельсовой железнодорожной травмы, поскольку осуществляло эксплуатацию железнодорожного транспорта, являясь владельцем источника повышенной опасности, которым он был травмирован, данные обстоятельства не подлежат доказыванию вновь, поэтому требования истца о возложении ответственности в порядке ст. 1079 ГК РФ на ответчика являются правомерными.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

К числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите, относятся, прежде всего, право на жизнь (часть 1 статьи 20 Конституции Российской Федерации) как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод, и право на охрану здоровья (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

Из изложенного следует, что государство должно защищать право граждан на жизнь и здоровье, обеспечивать его реализацию, уделяя надлежащее внимание вопросам предупреждения произвольного лишения жизни и здоровья, а также обязано принимать все разумные меры по борьбе с обстоятельствами, которые могут создать прямую угрозу жизни и здоровью граждан.

В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причинённые действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причинённым увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесённым в результате нравственных страданий, и др.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причинённых нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абзац третий пункта 4 названного постановления Пленума).

Исходя из приведённых нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению моральный вред - это нравственные или физические страдания, причинённые действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен.

В статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причинённых нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Из содержания искового заявления следует, что требование о компенсации морального вреда заявлено истцом в связи с тем, что лично ему в связи с травмированием, произошедшим с сыном ФИО1 в несовершеннолетнем возрасте, также были причинены нравственные и физические страдания по причине утраты здоровья близким им человеком (ребёнком), требующим постоянного ухода, и, как следствие, нарушения психологического благополучия членов семьи, а также самого ребенка, который после полученных травм является инвалидом, с детства претерпевает неудобства из-за невозможности вести полноценный образ жизни. Истец, как отец, переживает за судьбу сына, вследствие чего подорвано и его здоровье.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 г. № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», под общепризнанными принципами международного права следует понимать основополагающие императивные нормы международного права, принимаемые и признаваемые международным сообществом государств в целом, отклонение от которых недопустимо (пункт 1 этого постановления).

Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод признаёт юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации (статья 1 Федерального закона от 30 марта 1998 г. № 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней»), поэтому применение судами вышеназванной Конвенции должно осуществляться с учётом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции о защите прав человека и основных свобод (пункт 10 названного постановления).

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьёй 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех её членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьёй 63 Семейного кодекса Российской Федерации родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей.

Из нормативных положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, толкования положений Конвенции в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положений статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда здоровья их близкому родственнику, другому лицу, являющемуся членом семьи по иным основаниям.

Таким образом, судом установлен факт травмирования ФИО1 в несовершеннолетнем возрасте, причинение вреда его здоровью явилось причиной нравственных и физических страданий его отца, обусловленных заботой о сыне, его восстановлении после полученных в результате транспортного происшествия на железной дороге травм, об обеспечении лечения и о его адаптации к жизни с учётом состояния физического и психического здоровья после происшествия.

Таким образом, установленные обстоятельства дела явно свидетельствуют о нарушении неимущественного права на родственные и семейные связи в обычном формате их существования, в связи с чем имеются правовые основания для удовлетворения требования о компенсации морального вреда, причинённого истцу травмированием сына в несовершеннолетнем возрасте.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064-1101) Гражданского кодекса Российской Федерации и статьёй 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинён вред (часть 2 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В абзаце втором пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесённых им страданий (абзац второй пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2001 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечёт физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причинённого ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинён источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учётом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинён вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Суд, определяя размер компенсации морального вреда с учетом требований разумности и справедливости, принимает во внимание степень вины ответчика, степень физических и нравственных страданий ФИО3, обстоятельства, повлекшие такие страдания, несовершеннолетний возраст сына, получившего травму, вследствие которой наступили необратимые последствия и утрата в дальнейшем трудоспособности, а также период восстановления здоровья ребенка, в течение которого семья осуществляла за ним необходимый уход и заботу, претерпевая определенные лишения.

Все изложенные обстоятельства позволяют суду расценивать размер компенсации морального вреда, подлежащим снижению, поскольку заявленная истцом в качестве компенсации морального вреда сумма не является разумной и справедливой.

Издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. Государственная пошлина зачисляется в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации (ч. 1 ст. 103 ГК РФ).

На основании изложенного, учитывая, что истец при подаче иска освобожден от уплаты государственной пошлины, суд считает, что в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 333.19 НК РФ с Акционерного общества «Восточно-Сибирского промышленного железнодорожного транспорта» следует взыскать в доход соответствующего бюджета госпошлину в сумме 300 рублей.

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковое заявление ФИО3 к Акционерному обществу «Восточно-Сибирского промышленного железнодорожного транспорта» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества «Восточно-Сибирского промышленного железнодорожного транспорта» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей.

Взыскать с Акционерного общества «Восточно-Сибирского промышленного железнодорожного транспорта» государственную пошлину в доход местного бюджета в сумме 300 (триста) рублей.

В остальной части заявленных требований ФИО3 к Акционерному обществу «Восточно-Сибирского промышленного железнодорожного транспорта» отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Хакасия в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы, представления через Абазинский районный суд.

Судья подпись О.А. Богданова

Мотивированное решение изготовлено 12 ноября 2020 года.