Решение № 2-1583/2019 2-1583/2019~М-1049/2019 М-1049/2019 от 17 июня 2019 г. по делу № 2-1583/2019

УИД: 54RS0002-01-2019-001526-30

Дело № 2-1583/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

«18» июня 2019 года г. Новосибирск

Железнодорожный районный суд г. Новосибирска

в составе:

председательствующего судьи Козловой Е. А.

при секретаре Волченском А. А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 ича к ОАО «РЖД» о взыскании морального вреда, причинённого увечьем на производстве,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился к ОАО «РЖД» с исковым заявлением, в котором просит взыскать в свою пользу с ответчика 600 000 рублей в качестве компенсации морального вреда, причинённого в результате несчастного случая на производстве.

В обоснование исковых требований указано, что ФИО1 работал в должности слесаря по ремонту путевых машин и механизмов у ответчика. **** он занимался монтажом двигателя на испытательный стенд для испытания его после капитального ремонта. В 13-20 в присутствии приёмщика ФИО2 он запустил дизель. В процессе осмотра и проверки двигателя истец обнаружил подтекание масла и приступил к устранению протечки. При затяжке штуцера двигателя гаечный ключ сорвался и правая рука истца по инерции откинулась и попала в лопасти вентилятора охлаждения двигателя, вследствие чего ему было причинено увечье. Данный случай был расследован, и на основании заключения инспектора составлен акт формы Н-1 ** от ****. В данном акте были установлены причины несчастного случая, среди которых: несоблюдение истцом требований безопасности труда при проведении работ, а именно, истец не заглушил двигатель, конструктивные недостатки оборудования, выразившиеся в отсутствии ограждения вращающихся частей дизеля; отсутствие контроля со стороны бригадира и мастера участка за соблюдением безопасности труда. Согласно медицинскому заключению моему здоровью были причинены повреждения: травматическая ампутация большого пальца правой кисти. В результате чего комиссия МСЭ определила потерю трудоспособности в размере 30 % бессрочно. В достаточно трудоспособном возрасте истец получил увечье и утратил трудоспособность на 30 %, он испытал сильнейшие боли, длительное время после операции чувствовал боль. Потеряв палец, истец стал чувствовать себя неполноценным, так как не может привыкнуть, что ограничен, не может выполнять некоторую работу. Это все доставляет массу негативных эмоций, переживаний и стрессов. Несмотря на то, что установлена вина истца в размере 20 %, фактически никаких нарушений он не совершил, находился не в состоянии алкогольного опьянения, выполнял работу как положено, тот факт, что нет ограждения вентилятора охлаждения двигателя, зависит не от истца, и он не несет ответственность за его отсутствие, он работает с тем оборудование, которое ему предоставлено, и не имеет возможности и права изменить конструкцию испытательного стенда. Из всех представленных в суд документов следует, что в результате полученного увечья, истец перенес операцию, длительное время находился на лечении. В связи с этим состояние его здоровья требует постоянного лечения, затрат на приобретение медикаментов и прохождение процедур. Однако в настоящем иске истец считает необходимым требовать с ответчика не возмещение материальных затрат, а компенсацию морального вреда. Истец полагает, что его неимущественному благу (здоровью) в результате неправомерных действий работодателя (установлено, что должностные лица организации-работодатели допустили нарушение государственных требований по охране труда) причинен вред.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, обеспечил явку представителя по доверенности ФИО3 исковые требования поддержал в полном объёме.

Представитель ответчика в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом. В судебном заседании **** представил отзыв на исковое заявление, в котором указал, что исковые требования необоснованно завышены. В соответствии с актом формы Н-1 от **** о несчастном случае на производстве основной причиной травмирования ФИО1, слесаря по ремонту путевых машин и механизмов путевых машин на станции Рубцовск — структурного подразделения дирекции по эксплуатации и ремонту путевых машин Западно-Сибирской дирекции инфраструктуры — филиала ОАО «РЖД», явилось нарушение пострадавшим требований охраны труда. В нарушение п. 3.5, 3.6, 3.10 Инструкции по охране труда работников, выполняющих работы по испытанию двигателей типа Д-6, Д-6ТК, Д-12 от **** № ИОТ 83.ПМРЭПМ — 149-08 истец выполнял ремонтные работы на работающем двигателе, предварительно не отключив его. В соответствии с п. 8 акта формы Н-1 от **** согласно протоколу заседания профсоюзного комитета путевых мастерских по ремонту и эксплуатации путевых машин на станции Рубцовск от **** ** установлен факт грубой неосторожности слесаря ФИО1, что способствовало причинению вреда его здоровью, в связи с чем установлена степень вины ФИО1 в несчастном случае в размере 20 %. В обоснование морального вреда истец ссылается на потерю профессиональной трудоспособности в размере 30 %. Однако при этом необходимо учитывать, что у истца в результате несчастного случая был травмирован только большой палец правой кисти, что не помешало истцу продолжать трудовую деятельность по профессии. В 2017 году истец прошел повышение квалификации и был переведен наладчиком железнодорожно-строительных машин и механизмов 7-го, а затем 8-го разряда. **** истец был уволен с предприятия по собственному желанию в связи с выходом на пенсию. Указанные факты свидетельствуют, что полученная истцом травма существенно (фактически) не повлияла на профессиональную трудоспособность работника и возможность продолжать трудовую деятельность по профессии вплоть до выхода на пенсию. Истец обратился с иском о взыскании морального вреда спустя шесть лет после несчастного случая, что в значительной степени сгладило негативные воспоминания и ощущения от факта травмирования. Доказательств ухудшения состояния здоровья в связи с травмированием и дополнительных нравственных переживаний истец не представил. Заявленный истцом размер компенсации морального вреда не сопоставим с объёмом травмирования в виде травматической ампутации пальца руки и правоприменительной практикой при смертельном травмировании от воздействия источника повышенной опасности.

Помощник Новосибирского транспортного прокурора Хабарова О. В. в своем заключении указала, что требования истца подлежат удовлетворению, факт травмирования имел место быть, вопрос о размере компенсации морального вреда оставила на разрешение суда.

Выслушав пояснения представителя истца, исследовав письменные доказательства, заслушав заключение прокурора, суд приходит к следующему.

Согласно положениям Конституции Российской Федерации, человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства (ст. 2); каждый имеет право на жизнь (п.1 ст. 20); право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (п. 1 ст. 41).

В силу ст. 150 ГК РФ, жизнь и здоровье гражданина относятся к нематериальным благам и защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случае и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Исходя из разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от **** ** «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В силу ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить, в том числе безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов, соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте.

Согласно ст. 122 ТК РФ работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как следует из разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от **** ** «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

В соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Исходя из материалов дела истец ФИО1 занимал должность слесаря по ремонту путевых машин и механизмов путевых машин на станции Рубцовск — структурного подразделения дирекции по эксплуатации и ремонту путевых машин Западно-Сибирской дирекции инфраструктуры — филиала ОАО «РЖД»,

Согласно акту ** о несчастном случае на производстве от **** (л.д. 6-12) **** на планерном совещании бригадиром (освобожденным) участка по ремонту дизелей ФИО4 было выдано сменное задание ФИО1 на реостатное испытание дизельного двигателя марки 1Д12В300 после капитального ремонта с записью в журнале сменных заданий. Получив задание, ФИО1 приступил к монтажу дизеля на испытательный стенд по обкатке дизелей и выполнял данную работу до обеденного перерыва. В период с 12-00 до 13-00 ФИО1 находился на обеденном перерыве в здании ПРММ на ***. В 13-15 ФИО1 сообщил бригадиру ФИО4, что дизель к реостатному испытанию готов. В 13-20 ФИО1 в присутствии приемщика ФИО2 запустил дизель, приёмщик зафиксировал параметры работы дизеля по приборам, осмотрев дизель, замечаний не обнаружил. В 14-15 ФИО1, осмотрев дизель при рабочих параметрах 1100 об./мин. обнаружил подтекание масла по штуцеру отвода масла от картера к головке правого блока цилиндров. Чтобы не тратить время на остановку дизеля, ФИО1 принял решение устранить течь масла на запущенном двигателе. При затяжке штуцера двигателя гаечный ключ сорвался, правая рука ФИО1 по инерции откинулась по направлению вращения вентилятора системы охлаждения двигателя и попала в лопасти работающего вентилятора, вследствие чего ФИО1 получил травматическую ампутацию большого пальца правой кисти. После оказания первой медицинской помощи пострадавший был доставлен в Краевое государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Городская больница ** ***».

Расследованием установлено, что согласно схеме места происшествия ФИО1 во время проведения реостатного испытания дизеля находился с правой стороны испытательного стенда в зоне вращения вентилятора охлаждения радиатора при запущенном дизеле, производил работу по устранению неисправности (течь масла) во время испытания дизеля, не принял мер к немедленной остановке дизеля при обнаружении течи масла на дизеле в нарушение требований п.п. 3.5, 3.6, 3.10 Инструкции по охране труда для работников, выполняющих работы по испытанию двигателей типа Д-6, Д-6ТК, Д-12 № ИОТ 83. ПМРЭПМ — 149 — 08, утвержденной ****.

Согласно протоколу осмотра места несчастного случая, произошедшего **** с ФИО1, ограждение вентилятора охлаждения радиатора конструктивно отсутствует в нарушение п. 2.1.5 ГОСТ **** — 91 «Оборудование производственное. Общие требования безопасности».

В соответствии с п. 3 Правил внутреннего трудового распорядка ПРММ на ***, утвержденных приказом ** от ****, работник обязан соблюдать требования по охране труда и технике безопасности.

В нарушение п. 3 Правил внутреннего трудового распорядка ПРММ на ***, утвержденных приказом ** от **** ФИО5 не соблюдал требования охраны труда при производстве работ по испытанию дизеля.

В нарушение ст. 212 ТК РФ, п. 8.2 должностной инструкции для бригадира (освобождённого) участка по ремонту дизелей от **** бригадир (освобожденный) участка по ремонту дизелей ФИО4 после выдачи ФИО1 сменного задания на проведение реостатных испытаний дизеля не осуществлял проверку соблюдения работником правил и норм по охране труда при производстве работ по испытанию дизелей.

В нарушение ст. 212 ТК РФ и п.3.18 должностной инструкции для мастера участка по ремонту дизелей от **** мастер участка по ремонту дизелей ФИО6 в ходе проведения реостатных испытаний дизеля Д-12 ФИО1 не осуществлял контроль за соблюдением работником требований безопасности труда при производстве работ по испытанию дизелей.

Согласно протоколу заседания ** от **** комитета профсоюзов ФИО7 установлен факт грубой неосторожности ФИО1, содействовавшей возникновению вреда, причиненного его здоровью, установлена степень вины ФИО1 в размере 20 %.

В соответствии с медицинским заключением о характере полученных повреждений здоровья, полученных в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести формы **/у от ****, выданным Краевым государственным бюджетным учреждением здравоохранения «Городская больница ** ***» ФИО1 установлен диагноз: «Травматическая ампутация 1-го пальца и 1-й пястной кости правой кисти». Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве указанное повреждение относится к категории легкой степени тяжести.

В соответствии с выпиской из медицинской карты ФИО1 с **** по **** находился с указанным диагнозом на стационарном лечении (л.д. 15-16). **** ему составлена программа реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания (л.д. 17-18).

Исходя из справки серии МСЭ-2013 **, выданной ФКУ «ГБ МСЭ по ***» Минтруда России Бюро **, ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 30 % с **** бессрочно (л.д. 13-14).

В соответствии с п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации ** «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Таким образом, поскольку ФИО1 при наличии вины работодателя причинен вред здоровью, факт причинения ему морального вреда предполагается. Суду необходимо установить лишь размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ОАО «РЖД» в пользу ФИО1

Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Согласно п. 2 ст. 1083 ГК РФ при грубой неосторожности самого потерпевшего, содействовавшей возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

В соответствии с п. 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации ** «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего.

Поскольку согласно акту ** о несчастном случае на производстве от **** вина потерпевшего ФИО1 в несчастном случае на производстве составляет 20 %, данные обстоятельства должны учитываться при определении размера компенсации морального вреда.

Ввиду неявки ФИО1 в судебное заседание у суда отсутствует возможность учесть при вынесении решения индивидуальные особенности его личности, которые могли повлиять на степень испытанных им нравственных страданий в результате несчастного случая на производстве.

В материалах дела отсутствуют данные о фактах обращения истца в медицинские организации в целях оказания ему медицинской помощи после выписки из стационара в связи с несчастным случаем на производстве или обращения за психологической помощи в связи со случившимся.

Кроме того, исходя из трудовой книжки истца (л.д. 19-30), он продолжал трудовую деятельность в структурном подразделении ОАО «РЖД» до ****, до выхода на пенсию.

Изложенные обстоятельства учитываются судом при определении размера компенсации морального вреда.

Руководствуясь вышеуказанными нормами закона, с учетом фактических обстоятельств причинения вреда, наличия грубой неосторожности потерпевшего ФИО1, наличия вины работодателя ОАО «РЖД», исходя из требований разумности и справедливости, суд приходит к выводу, что в пользу ФИО1 с ОАО «РЖД» подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 60 000 рублей.

Согласно ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

В соответствии с п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от **** ** «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении, в том числе иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

Таким образом, с ОАО «РЖД» подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, с учетом правил ст. 333.19 НК РФ, в доход бюджета *** в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с ОАО «РЖД» в пользу ФИО1 ича компенсацию морального вреда в размере 60 000 рублей.

Взыскать с ОАО «РЖД» в доход бюджета *** государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд через Железнодорожный районный суд *** в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Е. А. Козлова

Решение в окончательной форме принято ****