Апелляционное определение № 33-3-2408/2026 от 22 апреля 2026 г.

судья Демин А.Н.

дело № 33-3-2408/2026

дело № 2-2206/2025

УИД 26RS0030-01-2025-003059-78


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Ставрополь

23 апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Ставропольского краевого суда в составе:

председательствующего

ФИО4,

судей

Дробиной М.Л., ФИО5,

с участием секретаря

ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе представителя ответчика ФИО2 - ФИО12 на решение Предгорного районного суда Ставропольского края от 13.11.2025, с учетом определения об исправлении описки от 12.12.2025, по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании сделки договора дарения недействительной, применении последствий недействительности сделки,

заслушав доклад судьи Дробиной М.Л.,

установила:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО2, в котором просила суд признать договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ жилого дома и земельного участка по адресу: <адрес>, <адрес>, заключенный между ФИО1 и ФИО15 А.Г., недействительным; применить последствия недействительности сделки, аннулировать записьо государственной регистрации перехода права собственности на жилой дом общей площадью 51,5 кв.м. кадастровый №, земельный участок общей площадью 1136 кв.м. кадастровый №, по адресу: <адрес>, за ФИО15 А.Г.; признать свидетельство о праве на наследство по закону на 1/2 доли земельного участка общей площадью 1136 кв.м. кадастровый №, по адресу: <адрес>, выданное ФИО2, нотариусом Предгорного районного нотариального округа Ставропольского края, ФИО11, недействительным; прекратить право собственности ФИО2 на 1/2 доли земельного участка общей площадью 1136 кв.м. кадастровый №, по адресу: <адрес>; восстановить в едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним за ФИО1 право собственности на жилой дом общей площадью 51,5 кв.м. кадастровый №, на земельный участок общей площадью 1136 кв.м. кадастровый №, по адресу: <адрес>, <адрес>.

В обоснование исковых требований указано, что в начале ДД.ММ.ГГГГ года, ее сын – ФИО15 А.Г. предложил ей - ФИО1 переписать дом на него, за что он со своей сожительницей ФИО2 обязуются её досматривать. На что истец, доверившись сыну, согласилась. Подписывала листы бумаги дома, находясь в кровати, плохо себя чувствовала и после приема лекарств, которые она принимает на постоянной основе, текст ей никто не зачитывал, а сама она с трудом выводила свою подпись.

ДД.ММ.ГГГГ сын истца погиб. После гибели сына, ДД.ММ.ГГГГ, истец выдала на брата ФИО8 генеральную доверенность, который занимался оформлением документов.

ФИО2, приехав в дом истца, стала говорить о том, что она получила все выплаты, которые ей полагались как вдове погибшего военнослужащего, а теперь будет продавать свою долю.

Брат истца ФИО8 подтвердил, что вдова теперь наследница доли дома и земельного участка, как и она по 1/2 доли каждая. Он об этом узнал, когда обратился к нотариусу о вступлении в наследство после смерти ее сына в ее интересах и показал ей свидетельство на 1/2 доли земельного участка, которое он получил ДД.ММ.ГГГГ и копию договора дарения, которую взял у нотариуса.

Истец не собиралась дарить своему сыну жилой дом и земельный участок, полагала, что ей дали подписать договор, по которому за ней будет уход, а взамен она передает дом. Истец считает, что её сын вместе с сожительницей, которая стала наследницей после регистрации брака и его гибели, при подписании договора дарения воспользовались ее престарелым возрастом и болезненным состоянием, а также не способностью самостоятельно прочитать текст подписываемого документа.

Обжалуемым решением Предгорного районного суда Ставропольского края от 13.11.2025, с учетом определения об исправлении описки от 12.12.2025 исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании сделки договора дарения недействительной, применении последствий недействительности сделки, удовлетворены.

В апелляционной жалобе представитель ответчика ФИО2 - ФИО12 просит решение Предгорного районного суда Ставропольского края от 13.11.2025, с учетом определения об исправлении описки от 12.12.2025 отменить, считает его незаконным и необоснованным, просит принять по делу новое решение, которым в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме. Указывает, что суд не назначал судебно-медицинскую экспертизу и не привлекал специалистов для оценки состояния здоровья истицы на момент подписания договора. Таким образом, вывод суда о «болезненном состоянии» истицы сделан без специальных познаний. Кроме того, заявитель жалобы указывает, что в материалах дела нет ни одного письменного доказательства или документа, подтверждающего намерение сторон заключить именно договор ренты. Договор был заключен в ДД.ММ.ГГГГ года, сын погиб в ДД.ММ.ГГГГ года. В течение этого времени истица не оспаривала договор, что подтверждает её изначальное согласие с условиями дарения.

Возражений на апелляционную жалобу не поступало.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель истца по доверенности ФИО9 просила решение Предгорного районного суда Ставропольского края от 13.11.2025, с учетом определения об исправлении описки от 12.12.2025, оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Представитель ответчика по ордеру – адвокат ФИО12 в заседании суда апелляционной инстанции доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержала в полном объеме, просила решение Предгорного районного суда Ставропольского края от 13.11.2025, с учетом определения об исправлении описки от 12.12.2025, отменить, принять по делу новое решение, которым в удовлетворении исковых требований отказать.

Истец ФИО1, ответчик ФИО2, представитель третьего лица нотариуса ФИО10 - ФИО13, представитель третьего лица Управления Росреестра по Ставропольскому краю в судебное заседание не явились, будучи извещенными о дате, месте и времени рассмотрения дела судом апелляционной инстанции своевременно и надлежащим образом, что подтверждается имеющейся в материалах дела информацией отслеживания почтовых отправлений; доказательств, подтверждающих уважительность причин неявки, суду не предоставили.

Таким образом, принимая во внимание, что указанные выше участники судебного разбирательства были надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения жалобы в апелляционном порядке, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть апелляционную жалобу в порядке, предусмотренном статьями 167, 327 ГПК РФ, в отсутствие не явившихся лиц, по имеющимся в деле материалам.

Исследовав материалы гражданского дела, выслушав явившихся лиц, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе, проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, ФИО1 на основании договора купли-продажи недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ принадлежали жилой дом с кадастровым номером № и земельный участок с кадастровым номером №, расположенные по адресу: <адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 (даритель) и ФИО15 А.Г. (одаряемый) заключен договор дарения объектов недвижимости, согласно которой «Даритель» дарит, а «Одаряемый» принимает в дар объекты недвижимости: жилой дом с кадастровым номером №, площадью 51.5, этажность 1, назначение: жилое. Земельный участок с кадастровым номером №, площадью: 1136 кв.м., категория: земли населенных пунктов, вид разрешенного использования: для ведения личного подсобного хозяйства и ИЖС.

Согласно справке серии № ФИО1 является инвалидом первой группы, инвалидность установлена с детства, бессрочно.

Из свидетельства о смерти серии № следует, что ФИО15 А.Г. умер ДД.ММ.ГГГГ, о чем составлена запись акта о смерти № и выдано свидетельство отделом записи актов гражданского состояния управление записи актов гражданского состояния Ставропольского края по Предгорному району ДД.ММ.ГГГГ.

Нотариусом Предгорного районного нотариального округа ФИО11 заведено наследственное дело после смерти ФИО3 №.

В рамках наследственного дела за принятием наследства обратились ответчик ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ) и истец ФИО1 через доверенное лицо ФИО8 ( ДД.ММ.ГГГГ). Нотариусом выданы свидетельства:

- о праве на наследство по закону от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 на 1/2 долю в праве на земельный участок, площадью 1136 кв.м. с кадастровым номером №, по адресу: <адрес>;

- о праве на наследство по закону от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 на 1/2 долю в праве на земельный участок, площадью 1136 кв.м. с кадастровым номером №, по адресу: <адрес>

Согласно выписке из ЕГРН следует, что земельный участок с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, площадью 1136 кв.м. принадлежит на праве общей долевой собственности 1/2 ФИО2

Согласно выписке из ЕГРН на жилой дом с кадастровым номером № расположенный по адресу: <адрес>, площадью 51.5 кв.м. принадлежит на праве собственности ФИО3 на основании договора дарения недвижимости, выдан ДД.ММ.ГГГГ.

Разрешая настоящий спор, суд первой инстанции, руководствуясь положением ст.ст. 166, 167, 178, 209, 218, 421, 572 Гражданского кодекса Российской Федерации, установил, что совершение ФИО1 подписания договора дарения домовладения было осуществлено под влиянием заблуждения относительно природы сделки. Заблуждение имело существенное значение, поскольку истец, не желая того, произвел отчуждение единственного для него жилья, в связи с чем пришел к выводу об удовлетворении исковых требований. Истец находилась в преклонном возрасте - на момент заключения указанного договора дарения ей был 71 год. Она является инвалидом первой группы (ДЦП), не транспортабельна. В силу своего возраста и состояния здоровья, заключая договор дарения полагала что заключает договор ренты пожизненного содержания с иждивением. При иных обстоятельствах она бы не согласилась на заключение договора дарения.

Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на нормах материального права и представленных в дело доказательствах, которым судом первой инстанции дана оценка в соответствии с требованиями статьи 67 ГПК РФ.

Статьей 166 ГК РФ установлено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания. (ничтожная сделка)

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. (п. 2 ст. 166 ГК РФ)

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо (п. 2 ст. 166 ГК РФ).

В соответствии с п. п. 1, 2 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Как следует из п. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

В соответствии со ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу части 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В соответствии с п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные п. 2 ст. 170 настоящего Кодекса.

Сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (п. 1 ст. 178 ГК РФ).

Пунктом 2 ст. 178 ГК РФ определен перечень обстоятельств, позволяющих считать заблуждение существенным. К таковым относятся: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

В силу подп. 3 п. 2 ст. 178 ГК РФ при наличии условий, предусмотренных п. 1 названной статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если сторона заблуждается в отношении природы сделки.

Таким образом, при решении вопроса о существенности заблуждения по поводу обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 178 ГК РФ, необходимо исходить из существенности данного обстоятельства для конкретного лица с учетом особенностей его положения, состояния здоровья, характера деятельности, значения оспариваемой сделки.

Юридически значимым обстоятельством, подлежащим доказыванию по данному спору, является выяснение вопроса о понимании истцом сущности сделки на момент ее заключения, в связи с чем суду необходимо выяснить, сформировалась ли выраженная в сделке воля истца вследствие заблуждения, на которое он ссылается, и является ли оно существенным применительно к п. 1 ст. 178 ГК РФ, в том числе оценке подлежат такие обстоятельства, как возраст истца и состояние здоровья.

Установив, что в действительности ФИО1 не имела намерения дарить свое единственное жилье, а согласно достигнутой между ней и ФИО15 А.Г. договоренности, сын и его супруга должны были обеспечить ее содержание в обмен на право собственности на дом после ее смерти, что подтверждается показаниями допрошенных судом свидетелей, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что совершение ФИО1 сделки дарения совершено под влиянием заблуждения относительно природы сделки, имевшего существенное значение, поскольку истец, не желая того, будучи в преклонном возрасте и болезненном состоянии, произвела отчуждение своего единственного жилья.

Судебная коллегия не принимает доводы апелляционной жалобы о неназначении судом первой инстанции судебной медицинской экспертизы по делу, что, по мнению стороны ответчика, привело к вынесению незаконного и необоснованного решения, в связи с тем, что суд первой инстанции в своем решении не ссылается на недееспособность лица, а делает вывод о ее заблуждении относительно существа подписываемого договору ввиду доверия к близкому родственнику – сыну, на чью помощь и поддержку она рассчитывала. Так, исходя из анализа обстоятельств, имевших место и до заключения спорного договора, и после этого, воля ФИО1 была направлена на отчуждение своего домовладения лицу, которое бы осуществляло за ней уход, поскольку в силу преклонного возраста и состояния здоровья она не в состоянии обслуживать себя. Кроме того, в обоснование иска истцом не заявлялось о том, что она не понимала значения своих действий.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что ответчиком не представлено доказательств свидетельствующих о том, что волеизъявление ФИО1, выраженное в договоре дарения земельного участка и жилого дома, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО15 А.Г., соответствовало ее действительным намерениям и интересам. Как верно установил суд первой инстанции, из показаний свидетелей следует, что ФИО1 надеялась на осуществление уход за ней сыном и его супругой, в результате истец подарила ответчику домовладение, однако спустя непродолжительный период времени после заключения спорного договора ФИО15 А.Г., что ответчиком не опровергнуто, перестал ухаживать за истцом, и выехал из спорного домовладения, перестав оказывать какую то помощь матери, как и его супруга. Ответчик и в настоящее время в спорном домовладении не проживает, бремя его содержания продолжает нести истец ФИО1.

Применительно к вышеприведенным нормам материального права и с учетом разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что истец не имела намерения на отчуждение принадлежащего ей единственного жилья по договору дарения.

Доводы жалобы о том, что суд первой инстанции неправильно применил нормы материального права, являются несостоятельными, поскольку суд первой инстанции правильно определил обстоятельства, имеющие значение для разрешения дела, представленным сторонами доказательствам дал надлежащую правовую оценку, спор разрешил в соответствии с требованиями материального права.

С учетом вышеизложенного, доводы апелляционной жалобы свидетельствуют не о нарушениях судом первой инстанции норм материального и процессуального права, повлиявших на исход дела, а о несогласии ответчика с установленными по делу фактическими обстоятельствами, направлены на переоценку установленных по делу обстоятельств.

Таким образом, обжалуемое решение подлежит оставлению без изменения, а апелляционная жалоба, которая не содержит предусмотренных ст. 330 ПК РФ оснований для отмены решения, - оставлению без удовлетворения.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 327 - 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Предгорного районного суда Ставропольского края от 13.11.2025, с учетом определения об исправлении описки от 12.12.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ответчика ФИО2 - ФИО12 без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия, но может быть обжаловано в кассационном порядке в течение трех месяцев в Пятый кассационной суд общей юрисдикции (г. Пятигорск) в порядке, предусмотренном главой 41 ГПК РФ.

Апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 07.05.2026.

Председательствующий:

Судьи: