Решение № 2-2447/2024 2-2447/2024~М-2166/2024 М-2166/2024 от 3 декабря 2024 г. по делу № 2-2447/2024

УИД 38RS0030-01-2024-003227-34


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

4 декабря 2024 г. г. Усть-Илимск Иркутской области

Усть-Илимский городской суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Деревцовой А.А., при секретаре судебного заседания Тарасенко Н.А.,

с участием истца ФИО1, представителя ответчика МО МВД России «Усть-Илимский» ФИО2, представителя третьего лица Прокуратуры Иркутской области ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2447/2024 по исковому заявлению ФИО1 к Межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации «Усть-Илимский», Министерству внутренних дел Российской Федерации, Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

В обоснование иска указано, что старшим следователем СО ГОМ СУ при УВД по <адрес> возбуждено уголовное дело № по факту тайного хищения имущества, принадлежащего гр. *** ДД.ММ.ГГГГ истец задержан по подозрению в совершении преступления, предусмотренного № УК РФ. ДД.ММ.ГГГГ в отношении истца избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, в связи с чем был помещен в <адрес>. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он содержался под стражей в следственном изоляторе <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ по результатам расследования уголовного дела № старшим следователем СО ГОМ СУ при УВД по <адрес> принято решение о приостановлении предварительного следствия на основании п. 1 ч. 1 ст. 208 УПК РФ, в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению к уголовной ответственности. Истец освобожден из под стражи. Таким образом, истец был незаконно подвергнут уголовному преследованию за преступление, которое он не совершал. В результате незаконных действий сотрудников МО МВД России «Усть-Илимский» истец перенес сильные нравственные и физические страдания. Находясь под стражей он испытывал чувство страха, тоски, собственной неполноценности и беспомощности, которое отразилось на его психоэмоциональном состоянии и здоровье в целом. Просит взыскать с ответчиков компенсацию морального вреда за незаконное привлечение к уголовной ответственности в размере 1 000 000 руб. солидарно; обязать ответчиков принести официальное изменение.

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные требования поддержал, просил взыскать компенсацию морального вреда в связи с тем, что был лишен свободы с апреля 2010 по сентябрь 2010 г. за преступление, которое не совершал. В связи с нахождением под стражей он поссорился со всеми родственниками, так как они ему не доверяли и считали, что именно он совершил преступление.

Представитель ответчика МО МВД России «Усть-Илимский» ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований, поддержала письменные возражения в которых ссылается на то, что стороной истца не представлено доказательств наличия и степени понесенных моральных (нравственных) страданий, обоснованности заявленной суммы компенсации морального вреда, ее соразмерности понесенным страданиям. Заявленная сумма необоснованно завышена.

Представитель третьего лица <адрес> ФИО3 в судебном заседании не возражала против удовлетворения заявленных требований, при этом ссылалась на чрезмерность заявленной суммы. Поддержала письменные возражения.

Представитель МВД Российской Федерации в судебное заседание не явился, извещен о времени и месте судебного заседания надлежащим образом. Представил письменные возражения, в которых ссылается на то, что прекращение уголовного дела по основаниям, предусмотренным п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ не предоставляет права на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием. Доказательств прекращения уголовного дела по иным основаниям, предусмотренным ст. 24 УПК РФ, предоставляющим право на реабилитацию, в материалы гражданского дела не представлено. Также не представлены доказательства незаконности помещения истца под стражу в период расследования уголовного дел, незаконности действий или вины сотрудников МО МВД России «Усть-Илимский». Истцом не представлено документального подтверждения наступления у него каких-либо нравственных или физических страданий, причиненных действиями (бездействием), посягающим на какие-либо принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, или того, что нравственные или физические страдания негативным образом отразились на истце. Учитывая обстоятельства дела, тот факт, что за компенсацией морального вреда истец обратился спустя 11 лет, ссылаясь на моральные страдания и не указывая при этом на наступившие последствия, а также неоднократное привлечение ФИО1 за период с № г. по настоящее время к уголовной ответственности, просит в удовлетворении требований отказать.

Представитель Министерства финансов Российской Федерации в судебное заседание также не явился, извещен о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, представил письменные возражения, в которых указывает на то, что прекращение уголовного дела по основаниям, предусмотренным п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ не представляет право на возмещение вреда, связанного уголовным преследованием. Доказательств незаконности помещения истца под стражу в период расследования уголовного дела, незаконности действий или вины сотрудников МО МВД России «Усть-Илимское» не представлены и не подтверждены материалами дела. На основании изложенного просит в удовлетворении требований отказать.

Представитель третьего лица ГУ МВД России по <адрес> в судебное заседание не явился, извещен о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Суд, заслушав объяснения сторон, исследовав и оценив в совокупности в соответствии со статьей 67 ГПК РФ представленные доказательства, находит заявленные требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8, статьи 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной жизни и право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве.

Согласно статьи 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно пункту 1 статьи 150 Гражданского кодекса РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, неприкосновенность частной жизни, право свободного передвижения, являются личными неимущественными правами гражданина.

Как указано в статье 1070 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Таким образом, Гражданский кодекс РФ предусматривает возможность возмещения вреда гражданину в результате незаконного привлечения его к уголовной ответственности и незаконного применения меры пресечения в виде содержания под стражей или подписки о невыезде.

Согласно статье 1071 Гражданского кодекса РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В данном случае в соответствии с Бюджетным кодексом РФ по делу в качестве представителя публично-правового образования – Российской Федерации - выступает Министерство финансов РФ в лице территориального Управления Федерального казначейства в <адрес>, поскольку на него возложена обязанность по управлению казной Российской Федерации.

Судом установлено и следует из материалов дела, что в производстве следственного отдела МО МВД России «Усть-Илимский» находилось уголовное дело №, возбужденное ДД.ММ.ГГГГ по признакам преступления, предусмотренного № УК РФ. ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело приостановлено по основанию, предусмотренного п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. ДД.ММ.ГГГГ данное уголовное дело прекращено по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с истечением срока давности. Уголовное дело уничтожено. Данные обстоятельства подтверждаются представленной справкой МО МВД России «Усть-Илимский» от ДД.ММ.ГГГГ № б/н.

Согласно постановления Усть-Илимского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1, подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного № УК РФ, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Из справки о результатах проверки в ОСК от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ арестован по постановлению Усть-Илимского городского суда Иркутской области по №. ДД.ММ.ГГГГ дело приостановлено по ст. 2 ч. 8.

Сведения о принятом итоговом постановлении в рамках указанного уголовного дела в материалах дела отсутствуют, как и отсутствуют сведения о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности.

Согласно разъяснениям, приведенным в п. 39 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» судам следует учитывать, что нормами статей 1069 и 1070, абзацев третьего и пятого статьи 1100 ГК РФ, рассматриваемыми в системном единстве со статьей 133 УПК РФ, определяющей основания возникновения права на возмещение государством вреда, причиненного гражданину в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования, возможность взыскания компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, не обусловлена наличием именно оправдательного приговора, вынесенного в отношении гражданина, или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям либо решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого. Поэтому не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла, и др.).

Поскольку итоговое обвинительное судебное постановление по уголовному делу в отношении истца не принято и, как следствие, не разрешен вопрос о привлечении истца к уголовной ответственности, суд приходит к выводу о незаконности применения к истцу в качестве меры пресечения заключения под стражу в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем, с учетом положений статей 1070, 1071 ГК РФ, в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда.

Учитывая, что незаконное содержание истца под стражей умаляет широкий круг его прав и гарантий, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, в частности, достоинство личности (ст. 21) право на свободу и личную неприкосновенность (ст. 22), право на неприкосновенность частной жизни, защиту своей чести и доброго имени (ст. 23), вопреки доводам ответчиков, истец в любом случае испытывал нравственные страдания, в связи с чем, факт причинения ему морального вреда предполагается.

Принимая во внимание конкретные обстоятельства настоящего дела, личность истца, который неоднократно привлекался к уголовной ответственности, как до ДД.ММ.ГГГГ, так и после указанной даты, характер и степень перенесенных истцом страданий в связи с содержанием под стражей (поскольку для любого человека, наличие в отношении него уголовного дела, является психотравмирующей ситуацией, что повлекло внутренние душевные переживания, определенный стресс, страхи, волнения, душевный дискомфорт. Факт привлечения истца к уголовной ответственности нарушил его личные неимущественные права, принадлежащие ему от рождения: достоинство личности, право не быть привлеченным к уголовной ответственности за преступления, которые он не совершал, честное и доброе имя, деловую репутацию), период содержания под стражей (5 месяцев 16 дней), а также то обстоятельство, что истец обратился в суд за защитой своих прав спустя 14 лет, учитывая требования разумности и справедливости, суд считает подлежащей взысканию в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб. В удовлетворении требований о взыскании компенсации морального вреда в большем размере следует отказать.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.05.2019 № 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации» субъектом, обязанным возместить вред по правилам статьи 1070 ГК РФ, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает Минфин России, поскольку эта обязанность ГК РФ, БК РФ или иными законами не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина (статья 1071 ГК РФ).

При таких обстоятельствах компенсация морального вреда подлежит взысканию с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации, в связи с чем в удовлетворении требований к Межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации «Усть-Илимский», Министерству внутренних дел Российской Федерации следует отказать.

Разрешая требования истца о возложении на ответчиков обязанности принести официальные извинения, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Как разъяснено в п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», возмещение морального вреда, согласно статье 136 УПК РФ, помимо компенсации морального вреда в денежном выражении, предусматривает принесение прокурором реабилитированному официального извинения от имени государства за причиненный ему вред; помещение в средствах массовой информации сообщения о реабилитации, если сведения о применении мер уголовного преследования в отношении реабилитированного были распространены в средствах массовой информации; направление письменных сообщений о принятых решениях, оправдывающих гражданина, по месту его работы, учебы или по месту жительства.

Согласно ч. 1 ст. 136 УПК РФ прокурор от имени государства приносит официальное извинение реабилитированному за причиненный ему вред.

Обязанность прокурора принести официальное извинение реабилитированному, исходя из положений ст. ст. 133, 134, 136 УПК РФ в их взаимосвязи, возникает с момента признания за лицом права на реабилитацию.

Положением пункта 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» судам разъяснено, что требования реабилитированного о возмещении вреда (за исключением компенсации морального вреда в денежном выражении), восстановлении трудовых, пенсионных, жилищных и иных прав разрешаются судом в уголовно-процессуальном порядке.

С учетом изложенного, а также принимая во внимание разъяснения, содержащиеся в пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», принесение официального извинения реабилитированному за причиненный ему вред незаконным уголовным преследованием, по своей сути, является восстановлением права реабилитированного на защиту чести и доброго имени, в связи с чем данные требования, в силу ст. 138 УПК РФ, подлежат рассмотрению в порядке исполнения приговора по правилам реабилитации, предусмотренным главой 18 УПК РФ, а не в гражданском судопроизводстве.

Кроме того, доказательства того, что истец является реабилитированным, в материалах дела отсутствуют. Также суд учитывает, сроки хранения надзорных производств, что истец имел возможность обратиться в суд, в том числе в порядке ст. 125 УПК РФ об обжаловании бездействия прокурора, ранее, однако своим правом не воспользовался.

При таких обстоятельствах требования истца о возложении на ответчиков обязанности принести официальные извинения не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 (паспорт серии №) компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб.

В удовлетворении искового заявления ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда в размере 990 000? руб., возложении обязанности принести официальные извинения, отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Иркутский областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме через Усть-Илимский городской суд.

Председательствующий судья А.А. Деревцова

Решение в окончательной форме изготовлено 24.12.2024