Решение № 2-1250/2019 2-1250/2019~М-1035/2019 М-1035/2019 от 25 сентября 2019 г. по делу № 2-1250/2019

Дело № 2-1250/2019

91RS0008-01-2019-001451-79


Решение

Именем Российской Федерации

г. Джанкой 26 сентября 2019 года

Джанкойский районный суд Республики Крым в составе

председательствующего судьи Басовой Е. А.,

при секретаре Кузь Т.А.,

с участием истца ФИО3, представителя истца ФИО4, ответчика ФИО5, представителя 3-го лица МО МВД России «Джанкойский» ФИО6, ответчика по встречному иску ФИО7, представителя ответчика по встречному иску ФИО8 ФИО9,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО5, 3-и лица, не заявляющие самостоятельные требования, ФИО8, ФИО7, МО МВД России «Джанкойский», о возврате транспортного средства,

по встречному иску ФИО5 к ФИО3, ФИО7, ФИО8, 3-е лицо, не заявляющее самостоятельные требования, МО МВД России «Джанкойский», о признании договоров купли-продажи недействительными, о передаче транспортного средства в собственность,

установил:

18 июня 2019 года ФИО3 обратился в суд с иском, в котором указывает, что 11.03.2017 по письменному договору приобрел у ФИО7 автомобиль <данные изъяты>, регистрационный знак №, стоимостью 300 000 руб., зарегистрировал транспортное средство в органах ГИБДД, но 15.09.2017 этот автомобиль был у него изъят органами полиции в рамках уголовного дела в отношении ФИО8 В настоящее время уголовное преследование в отношении ФИО8 прекращено, транспортное средство, признанное вещественным доказательством, осталось на ответственном хранении у ответчика ФИО5, постановлением суда определено, что автомобиль подлежит возвращению собственнику, который должен быть определен в гражданском порядке. Истец, указывая на то, что он является добросовестным приобретателем, просит обязать ответчика ФИО5 возвратить ФИО12 ему.

1 августа 2019 года ответчик ФИО5 подал в суд встречное исковое заявление (л.д. 45-48), требования которого увеличил 05.08.2019 (л.д. 70-75), указывает, что 02.05.2013 его отец ФИО8 приобрел у ФИО1 спорный автомобиль ФИО12 за 90 000 гривен и своим волеизъявлением передал транспортное средство ему, ФИО5, для регистрации в органах ГАИ Украины на свое имя, что истец и сделал, поэтому считает автомобиль своим собственным. 09.09.2014 ответчик ФИО8 вопреки воле истца как собственника КАМАЗа, подделав подпись ФИО5 составил договор купли-продажи транспортного средства в свою пользу, затем, 11.01.2015 уже от своего имени по договору купли-продажи продал автомобиль своему внуку ФИО7, который, в свою очередь, 11.03.2017 продал ФИО12 ФИО3 Ссылаясь на то, что транспортное средство выбыло из владения истца не по его воле, просит суд признать недействительными договоры купли-продажи спорного автомобиля от 09.09.2014, от 11.01.2015, от 11.03.2017 и передать ему в собственность транспортное средство.

В судебном заседании истец и его представитель требования первоначального иска поддержали, встречный иск не признали, заявили о применении к требованиям ФИО5 исковой давности. ФИО3 также пояснил, что проживает в г. Симферополе, с семьей ФИО10 и ФИО11 ранее знаком не был, об уголовном деле в отношении сделок с КАМАЗом не знал, ни ФИО8 ни ФИО7 ему не признались в том, что в отношении машины имеется спор. Транспортное средство перед покупкой он осмотрел, в ГАИ проверил на наличие арестов и провел техническую экспертизу, после чего автомобиль был без проблем зарегистрирован в МРЭО. Считает себя добросовестным приобретателем.

Ответчик ФИО5 первоначальный иск не признал, встречные требования поддержал, пояснил, что ФИО12, действительно, приобретал его отец ФИО8, но не за свою пенсию, а за совместные деньги, добытые в результате семейного бизнеса. Считает, что, поскольку все члены семьи были обеспечены имуществом, отец в мае 2013 года решил ФИО12 оформить на него, т.е. в его собственность, поэтому считает неправомерными действия отца по подделке документов и продаже машины якобы от его имени. Просит вернуть ему в собственность транспортное средство. Исковую давность к своим требованиям просит не применять, поскольку срок обращения в суд не пропущен, т.к. вопрос о вещественном доказательстве в рамках уголовного дела 19.06.2018 рассмотрен не был. Вместе с тем, заявил, что он не располагает доказательствами того, что ФИО3 знал или должен был знать о том, что покупаемый им ФИО12 находится в споре.

Ответчик по встречному иску ФИО8 в судебное заседание не явился, просит рассмотреть дело в его отсутствие. Представитель ФИО8 иск не признал, пояснил, что спорное транспортное средство приобреталось лично ФИО8 за его средства, о чем свидетельствует расписка, и только оформление в органах ГАИ произведено на имя ФИО5 Считает, что, поскольку право собственности на автомобиль возникает с момента заключения договора, а не регистрации ТС в органах ГАИ, то собственником КАМАЗа являлся ФИО8, а не ФИО5, поэтому действия ответчика в сентябре 2014 года по распоряжению машиной самостоятельно были правомерными. Также подтверждает, что ФИО3, когда тот осматривал ФИО12, он лично не говорил о том, что возбуждено уголовное дело.

Ответчик по встречному иску ФИО7 в судебном заседании пояснил, что является внуком ФИО8, был несовершеннолетним, когда дед покупал ФИО12, поэтому подробности ему неизвестны, знает о том, что семья имеет строительную базу и занимается стройматериалами, поэтому, когда он получил водительское удостоверение, дед оформил на него ФИО12 и он работал на нем, но, когда его призвали в армию, решили автомобиль продать. Показывал автомобиль ФИО3 дед, он же только присутствовал при подписании договора купли-продажи и передаче КАМАЗа ФИО3 Утверждает, что в марте 2017 года он сам не знал, о том, что дед подделал подпись сына ФИО5 в договоре купли-продажи от 09.09.2014, поэтому не мог сказать ФИО3 о наличии спора в отношении машины.

Представитель 3-го лица МО МВД России «Джанкойский» в судебном заседании пояснила, что считает спорные договоры купли-продажи от 09.09.2014, 11.01.2015 и от 11.03.2017 недействительными, поскольку у ответчика ФИО8 отсутствовали основания для распоряжения спорным КАМАЗом, т.к. его собственником являлся ФИО5

Суд, выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы гражданского дела и уголовного дела № 1-154/2018, приходит к следующему.

По смыслу статьи 209 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ), собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом, собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом. Право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества, в соответствии часть 2 статьи 218 ГК РФ.

По общему правилу, закрепленному в пункте 1 статьи 223 ГК РФ, моментом возникновения права собственности у приобретателя вещи по договору является момент ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

В пункте 2 статьи 130 ГК РФ установлено, что вещи, не относящиеся к недвижимости, признаются движимым имуществом. Регистрация прав на движимые вещи не требуется, кроме случаев, указанных в законе.

В соответствии с пунктом 3 статьи 15 Федерального закона от 10.12.1995 № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» допуск транспортных средств, предназначенных для участия в дорожном движении на территории Российской Федерации, за исключением транспортных средств, участвующих в международном движении или ввозимых на территорию Российской Федерации на срок не более шести месяцев, осуществляется согласно законодательству Российской Федерации путем регистрации транспортных средств и выдачи соответствующих документов.

Приведенными выше законоположениями предусмотрена регистрация самих транспортных средств, обусловливающая допуск транспортных средств к участию в дорожном движении. При этом регистрация транспортных средств носит учетный характер и не служит основанием для возникновения на них права собственности.

Судом установлено и признано ФИО5 (в том числе и в тексте встречного искового заявления), что 02.05.2013 ФИО8 приобрел у ФИО1 за 90 000 гривен автомобиль ФИО12 госномер АК6123ВI, о чем составлена расписка, т.е. письменный договор (дело № 1-154/2018 том 1 л.д. 11).

Усматривается, что 03.05.2013, т.е. на следующий день после приобретения, грузовой самосвал-С <данные изъяты>, 1992 года выпуска, VIN № был зарегистрирован в МРЭО г. Джанкой за Руденко Виталием Петровичем (дело № 1-154/2018 том 3 л.д. 11). Причем, никакой распорядительный письменный документ о передаче права собственности ФИО8 ФИО5 не выдавал.

Аналогичные обстоятельства установлены и постановлением Джанкойского районного суда от 19 июня 2018 года по делу № 1-154/2018 об освобождении от уголовной ответственности ФИО8 за совершение преступления, предусмотренного ст. 330 ч.1 УК РФ (дело № 1-154/2018 том 3 л.д. 217-219).

Также установлено, что 9 сентября 2014 года от имени ФИО5 как продавца автомобиля ФИО12 путем подделки его подписи составлен договор купли-продажи транспортного средства ФИО8 (дело № 1-154/2018 том 1 л.д. 100(а)). То обстоятельство, что договор ФИО5 не подписывал, подтверждается заключением почерковедческой экспертизы (дело № 1-154/2018 том 1 л.д. 60-63).

10.09.2014 транспортное средство поставлено на учет в ГАИ на имя ФИО8, выданы ПТС и регистрационный знак № (дело № 1-154/2018 том 3 л.д. 11).

11.01.2015 между ФИО8 и ФИО7 заключен договор купли-продажи АМТС <данные изъяты> госномер № (дело № 1-154/2018 том 3 л.д. 15), 15.01.2015 самосвал поставлен на учет в ГАИ на имя ФИО7 (дело № 1-154/2018 том 3 л.д. 14).

По договору купли-продажи от 11 марта 2017 года ФИО7 продал, а ФИО3 купил транспортное средство <данные изъяты> госномер № за 300 000 рублей (дело № 1-154/2018 том 3 л.д. 24).

16.03.2017 ФИО3 провел техническую экспертизу транспортного средства (дело № 1-154/2018 том 3 л.д. 19), 24.03.2017 автомобиль зарегистрирован в ГАИ на имя ФИО3 (дело № 1-154/2018 том 3 л.д. 18), регламентная проверка ТС проведена 24.03.2017, личность продавца подтверждена, обременений не обнаружено (дело № 1-154/2018 том 3 л.д. 19).

Одновременно с этим, судом установлено, что 14.01.2015 ФИО5 подал заявление Джанкойскому межрайонному прокурору по факту оформления без его ведома КАМАЗа на другое имя (дело № 1-154/2018 том 1 л.д. 6). 30.10.2015 возбуждено уголовное дело по факту подделки официального документа, предоставляющего права, по ч. 1 ст. 327 УК РФ (дело № 1-154/2018 том 1 л.д. 1). 15.09.2017 транспортное средство в ходе следственного действия было изъято из владения ФИО3 и передано на сохранение ФИО5 (дело № 1-154/2018 том 1 л.д. 195). Далее уголовная квалификация деяний менялась, 13.02.2018 спорное транспортное средство было изъято у ФИО5, но в этот же день возвращено ему под сохранную расписку (дело № 1-154/2018 том 2 л.д. 215).

Постановлением Джанкойского районного суда от 19.06.2018 ФИО8 освобожден от уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст. 330 УК РФ, выразившееся в самовольных действиях с приобретенным ранее автомобилем ФИО12, а именно подделке подписи сына, на имя которого ТС было оформлено, и самостоятельной реализации автомобиля иному лицу.

Причем, в рамках уголовного дела суд не сделал вывод о собственнике спорного транспортного средства, которому необходимо вернуть вещественное доказательство – автомобиль, признав, что между ФИО8 и ФИО5 имеются правоотношения гражданско-правового характера (дело № 1-154/2018 том 3 л.д. 217-219).

На основании ст. 301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 36 совместного Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее - постановление Пленума № 10/22), в соответствии со ст. 301 ГК РФ лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика. Право собственности на движимое имущество доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца (абз. 2 п. 36).

Таким образом, при рассмотрении виндикационного иска (иск не владеющего собственника к владеющему не собственнику) суду необходимо установить наличие у истца права собственности или иного вещного права на истребуемое индивидуально-определенное имущество (подтверждение первичными и иными документами факта приобретения истцом имущества), фактическое нахождение спорного имущества у ответчика, незаконность владения ответчиком этим имуществом (обладание имуществом без надлежащего правового основания либо по порочному основанию). Обязанность доказывания истцом таких обстоятельств предусмотрена ч. 1 ст. 56 ГПК РФ.

Согласно статье 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Как указано в п. 45 постановления Пленума № 10/22, применяя ст. 304 ГК РФ, судам необходимо учитывать, что в силу ст. 304, 305 ГК РФ иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение.

В силу ст. 302 ГК РФ добросовестным приобретателем является лицо, которое не знало и не могло знать, что приобрело возмездно имущество у лица, не имеющего право на отчуждение.

Как разъяснено в абзаце 3 пункта 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22, ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительности сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем. Согласно абзацу 4 указанного пункта собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества. Приобретатель может быть признан добросовестным при отсутствии у него на момент совершения сделки (осуществления расчетов по ней) разумных оснований полагать, что вещью распоряжается лицо, не обладающее правом на ее отчуждение. Для этого (с учетом системного толкования п. 1 ст. 302 и п. 1 ст. 401 ГК РФ) приобретатель должен проявить ту степень заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, в том числе принять необходимые меры для проверки юридической чистоты сделки (включая выяснение правомочий продавца на отчуждение имущества).

Ответчиком ФИО8 при подготовке дела к разбирательству и его представителем в судебном заседании заявлено о том, что право собственности на самосвал он сыну не передавал, распорядился только зарегистрировать машину на имя ФИО5, т.к. тот должен был на ней работать у него и индивидуального предпринимателя ФИО2 (своей сестры).

Ответчик ФИО7 в судебном заседании подтвердил, что безоговорочным условием его деда ФИО8 в отношении приобретенного КАМАЗа было нахождение автомобиля «на базе», т.е. в его владении вне зависимости от того, на кого зарегистрирована машина в органах ГАИ.

Истец по встречному иску ФИО5 в судебном заседании признал, что при заключении сделки купли-продажи самосвала его отцом 02.05.2013 он не присутствовал, личные денежные средства для приобретения автомобиля отцу не передавал; также признал, что приобретенный отцом ФИО12 куплен на совместные денежные средства семьи, признает, что решение членов семьи передать машину ему в индивидуальную собственность не принималось, но, поскольку он не имеет имущественных претензий к иному имуществу семьи, просит передать ему в собственность самосвал. Считает себя собственником КАМАЗа только потому, что на следующий день после покупки машины, 03.05.2013, самосвал зарегистрирован на его имя в органах ГАИ.

Истец по первоначальному иску ФИО3 подтвердил, и это не опровергнуто никем из лиц, участвующих в деле, что он перед приобретением КАМАЗа максимально проявил осторожность и бдительность, проверив ТС на угон и соответствие технического состояния документам.

Оценив в совокупности пояснения сторон, которые в силу абз. 2 ч.1 ст. 55 ГПК РФ являются доказательствами по делу, письменные доказательства, суд приходит к выводу, что собственником спорного транспортного средства является истец ФИО3, и его права на пользование автомашиной подлежат судебной защите путем возложения на ФИО5, на ответственном хранении которого находится самосвал, обязанности вернуть его собственнику.

Такой вывод суд делает на основании тех обстоятельств, что право собственности на движимую вещь по договору купли-продажи возникает у покупателя, т.е. лица, заплатившего за товар, с момента передачи вещи.

Судом установлено, что 02.05.2013 именно ФИО10 Пет Иванович приобрел спорный автомобиль у ФИО1, заплатив стоимость товара, о чем тот составил расписку. Регистрация ТС 03.05.2015 в органах ГАИ лишь допустила автомобиль к дорожному движению и не может в бесспорном порядке подтверждать возникновение и наличие права собственности у лица, указанного в регистрационных документах.

Доводы ФИО5 о том, что он был участником семейного бизнеса, вкладывал свои средства в его развитие, получал дивиденды и прибыль, распоряжался этой прибылью по своему усмотрению не нашли своего подтверждения, поскольку истцом по встречному иску ФИО5 не доказаны.

Также отсутствуют допустимые доказательства тому, что ФИО5 передал денежные средства в размере 90 000 гривен (стоимость КАМАЗа) своему отцу ФИО8 и поручил ему приобрести на свое (ФИО5) имя самосвал.

Не представлены доказательства и тому, что спорный автомобиль приобретен в совместную собственность членов семьи ФИО10 и по решению субъектов права общей совместной собственности передан в индивидуальную собственность ФИО5

Действия ФИО8, купившего автомобиль, по оформлению документов в ГАИ на имя сына суд расценивает, как передачу правомочий по пользованию имуществом, т.е. передачу прав управления самосвалом для осуществления трудовой деятельности. Эти обстоятельства подтверждаются показаниями ФИО8 и ФИО13 о том, что ФИО12 приобретен для работы «на базе» вне зависимости от того, кто будет им управлять, а при условии оставления работы «на базе», самосвал безусловно остается в бизнесе.

Такие показания ФИО8 и ФИО7 не опровергнуты ФИО5, который, наоборот, признал, что работал на КАМАЗе «на базе», в личных целях машину не использовал, а, поссорившись с отцом и найдя вахтовую работу в г. Москве, уехал работать, оставив самосвал «на базе». Иными словами, ФИО5 своими действиями в 2013-2014 годах фактически подтвердил правомочия на ФИО12 своего отца, которому, оставив работу «на базе», оставил и машину, не истребуя ее из его владения ни в 2015 году, когда узнал о подделке своей подписи в договоре купли-продажи, ни позднее, вплоть до августа 2019 года, даты подачи встречного иска.

На основании изложенного, суд при рассмотрении данного дела приходит к выводу, что спорный автомобиль был приобретен ФИО8 по договору купли-продажи 02.05.2013, а, поскольку регистрация ТС в органах ГАИ на имя ФИО5 не повлекла за собой возникновение права собственности у ФИО5, поэтому ФИО8, как собственник движимого имущества, имел право на его отчуждение и на постановку ТС в органах ГАИ на свое имя, тем более после того, как ФИО5 отказался от использования самосвала в интересах «базы» и оставил ТС у отца.

Факт подделки подписи ФИО5 в договоре купли-продажи КАМАЗа от 09.09.2014, действительно подтвержден и заключением почерковедческой экспертизы (дело № 1-154/2018 том 1 л.д. 60-63), и постановлением суда об освобождении ФИО8 от уголовной ответственности. Но данное обстоятельство гражданско-правовых последствий, по мнению суда не имеет, поскольку правомочия ФИО5 как собственника КАМАЗа не нашли своего подтверждения, следовательно, его права поддельным договором купли-продажи и последующими договорами не нарушаются и судебной защите не подлежат.

Таким образом, принимая во внимание, что достаточных и допустимых доказательств, подтверждающих право собственности ФИО5 на ФИО12 с 03.05.2013, не представлено, оспариваемая им сделка купли-продажи от 09.09.2014, хотя и имеет существенный дефект, но не может повлечь последствия, предусмотренные ст. 301 ГК РФ, т.к. на момент составления этого договора ФИО5 не был собственником предмета договора, следовательно, не имел право его отчуждать, поэтому факт подделывания его подписи как продавца правового значения не имеет. Оснований для признания такой сделки недействительной, если это не влечет для лица, заявляющего такие требования, никаких последствий, суд не усматривает, поэтому оставляет иск ФИО5 без удовлетворения полностью.

При изложенных обстоятельствах, учитывая, что первоначальный собственник спорного ТС ФИО8 не оспаривает свое волеизъявление на отчуждение автомобиля ФИО13, а тот, в свою очередь, признает действительной сделку по отчуждению КАМАЗа ФИО3, последний является надлежащим собственником автомобиля и его права подлежат судебной защите, поэтому иск ФИО3 суд удовлетворяет.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

иск ФИО3 удовлетворить полностью.

Обязать ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ г.р., вернуть находящийся у него на ответственном хранении автомобиль <данные изъяты>, 1992 года выпуска, регистрационный знак № ФИО3.

Отказать ФИО5 в удовлетворении его иска к ФИО3, ФИО7, ФИО8 о признании договоров купли-продажи недействительными, о передаче транспортного средства в собственность.

Решение суда может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Крым через Джанкойский районный суд РК в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий Е.А. Басова

Решение принято в окончательной форме 03.10.2019.