Определение № 33-330/2026 33-6986/2025 от 9 апреля 2026 г.

Мотивированное
определение изготовлено 10.04.2026 г.

Судья Захарикова Е.Е. Дело № 33-330/2026 (33-6986/2025)

УИД 76RS0005-01-2024-001210-58

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Ярославского областного суда в составе:

председательствующего судьи Семиколенных Т.В.

судей Пискуновой В.А., Архипова О.А.

при секретаре Щевелевой К.П.

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Ярославле

02 февраля 2026 года

гражданское дело по апелляционному представлению Ярославского межрайонного природоохранного прокурора Калугина А.О., апелляционной жалобе ФИО1 на решение Некрасовского районного суда Ярославской области от 11 сентября 2025 года, которым с учетом определения от 13 октября 2025 года об исправлении описки, постановлено:

Исковые требования Ярославского межрайонного природоохранного прокурора Волжской межрегиональной природоохранной прокуратуры (ИНН <***>) в интересах Российской Федерации и неопределенного круга лиц к ФИО1 (паспорт <данные изъяты>) удовлетворить частично.

Возложить на ФИО1 (паспорт <данные изъяты>) обязанность в течение четырех месяцев со дня вступления решения суда в законную силу обеспечить доступ к береговой полосе реки Солоница путем демонтажа за свой счет части ограждения (забора), огораживающий земельный участок с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес> согласно каталогу координат, являющегося приложением к справке заместителя главного государственного инспектора Ярославской области по использованию и охране земель – заместителя начальника отдела государственного земельного надзора Управления Росреестра по Ярославской области ФИО2 от 08.07.2025 (схематический чертеж) по координатам

Х
Y

3
№

№
4

№
№

5
№

№
6

№
№

В остальной части в удовлетворении заявленных исковых требований отказать.

Заслушав доклад судьи Пискуновой В.А., судебная коллегия

установила:

Ярославская межрайонная природоохранная прокуратура обратилась в суд с иском в защиту неопределенного круга лиц и Российской Федерации к ФИО1, в котором с учетом уточнения исковых требований просила признать недействительным и исключить из Единого государственного реестра недвижимости сведения о местоположении границ земельного участка с кадастровым номером № в части местоположения границ земельного участка, занятого 20-метровой береговой полосой реки <данные изъяты> площадью 1227 кв.м, в соответствии с каталогом координат, указанным в просительной части иска, а также признать отсутствующим право собственности ФИО1 на земельный участок в данной части. Возложить на ФИО1 обязанность в течении 2-х месяцев со дня вступления решения суда в законную силу обеспечить доступ к береговой полосе реки <данные изъяты> путем демонтажа за свой счет части ограждения (забора), огораживающего земельный участок с кадастровым номером №, от точки 3 до точки 6 согласно каталогу координат, являющегося приложением к справке заместителя главного государственного инспектора Ярославской области по использованию и охране земель – заместителя начальника отдела государственного земельного надзора Управления Росреестра по Ярославской области ФИО2 от 08.07.2025 г.

В обоснование требований указано, что ФИО1 является собственником земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>. Согласно заключению специалиста Управления Росреестра по Ярославской области указанный выше земельный участок частично сформирован за счет земельного участка, расположенного в пределах береговой полосы реки <данные изъяты>, площадь пересечения 1227 кв.м.

Сведения о береговой линии (границе водного объекта) реки <данные изъяты> на территории Ярославской области внесены в ЕГРН (реестровый №) и отображаются в общем доступе, в том числе, на публичной кадастровой карте.

Нахождение береговой полосы в частной собственности нарушает права и законные интересы Российской Федерации, неопределенного круга лиц, так как нарушает установленный федеральным законодательством порядок формирования и предоставления земельных участков, принцип общедоступности водных объектов общего пользования.

Нарушение прав Российской Федерации выражается в том, что в соответствии со ст.5 Федерального закона «Об охране окружающей среды» к полномочиям Российской Федерации относится обеспечение проведения мероприятий в области экологического развития Российской Федерации, разработка и издание федеральных законов и иных нормативных правовых актов в области охраны окружающей среды и контроль за их применением, установление требований в области охраны окружающей среды, разработка и утверждение нормативов, государственных стандартов и иных нормативных документов в области окружающей среды. Согласно части 1 статьи 8 Водного кодекса Российской Федерации водные объекты находятся в собственности Российской Федерации (федеральной собственности).

Интересы Российской Федерации нарушены незаконным распоряжением имуществом, находящимся в федеральной собственности, противоправным поведением вопреки установленным федеральным законодателем правилам.

Незаконными действиями ФИО1 были нарушены права лиц, постоянно или временно пребывающих на территории <адрес> (неопределенного круга лиц), на право пользования водным объектом и его береговой полосой, гарантированное государством, поскольку земельный участок, который в силу закона должен быть общедоступным, фактически передан в собственность конкретному лицу. Незаконными действиями ФИО1 были нарушены права третьих лиц на право пользования водным объектом и береговой полосой, поскольку земельный участок огорожен забором в границах береговой полосы <адрес>.

Судом постановлено вышеуказанное решение, с которым не согласились истец и ответчик, подав на решение апелляционное представление и апелляционную жалобу.

В апелляционном представлении прокурор просит решение суда изменить, удовлетворив исковые требования Ярославского межрайонного природоохранного прокурора в полном объеме. Доводы представления сводятся к несоответствию выводов суда обстоятельствам по делу и положениям закона, неправильное применение закона.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда отменить в части удовлетворения требований прокурора об обязанности обеспечить доступ к водному объекту путем демонтажа части ограждения (забора), принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований в этой части. Доводы жалобы сводятся к несоответствию выводов суда в обжалуемой части решения обстоятельствам по делу и положениям закона.

Проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционного представления и апелляционной жалобы, изучив материалы дела, выслушав прокуроров Слепневу С.Ф., ФИО3, поддержавших апелляционное представление, возражавших против жалобы, представителя ФИО1 по ордеру адвоката Панкратову Ю.Е., представителя ФИО4 по доверенности ФИО5, поддержавших жалобу ответчика, возражавших протии апелляционного представления, судебная коллегия полагает следующее.

Согласно п.6 ст.8.1 ГК РФ зарегистрированное право может быть оспорено только в судебном порядке. Лицо, указанное в государственном реестре в качестве правообладателя, признается таковым, пока в установленном законом порядке в реестр не внесена запись об ином.

Согласно разъяснений в п.52 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №10, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ №22 от 29.04.2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав, оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием длоя внесения записи в ЕГРН. В частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРП.

В случаях, когда запись в ЕГРП нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество, ипотека или иное обременение прекратилось), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими.

Статьей 6 Водного кодекса РФ, введенного в действие с 01.01.2007 г., предусмотрено, что поверхностные водные объекты, находящиеся в государственной или муниципальной собственности, являются водными объектами общего пользования, то есть общедоступными водными объектами, если иное не предусмотрено настоящим кодексом (п.1).

Каждый гражданин вправе иметь доступ к водным объектам общего пользования и бесплатно использовать их для личных и бытовых нужд, если иное не предусмотрено настоящим кодексом, другими федеральными законами (п.2).

Полоса земли вдоль береговой линии (границы водного объекта) водного объекта общего пользования (береговая полоса) предназначается для общего пользования. Ширина береговой полосы водных объектов общего пользования составляет двадцать метров, за исключением береговой полосы каналов, а также рек и ручьев, протяженность которых от истока до устья не более чем десять километров. Ширина береговой полосы каналов, а также рек и ручьев, протяженность которых от истока до устья не более чем десять километров, составляет пять метров (п.6).

Каждый гражданин вправе пользоваться (без использования механических транспортных средств) береговой полосой водных объектов общего пользования для передвижения и пребывания около них, в том числе для осуществления любительского рыболовства и причаливания плавучих средств (п.8).

Судом по делу установлено, что ФИО1 является собственником земельного участка с кадастровым номером №, категория земель – для индивидуального жилищного строительства, расположенного по адресу: <адрес>; право собственности зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ, установлено ограничение прав на объект недвижимости, предусмотренные ст.56 Земельного кодекса РФ, срок действия с ДД.ММ.ГГГГ, основание – приказ Департамента охраны окружающей среды и природопользования Япрославской области от 19.01.2021 г. №01-04/19, которым установлено местоположение береговой линии (границы водного объекта) реки <данные изъяты> на территории <адрес> в соответствии с каталогом координат характерных точек согласно приложению 1.

Также установлены границы водоохраной зоны и прибрежной защитной полосы реки <данные изъяты> на территории <адрес> в соответствии с каталогом координат характерных точек согласно приложению 2.

Земельный участок с кадастровым номером № был унаследован ФИО1 после смерти супруга ФИО19 который приобрел данный участок по договору купли-продажи от 13.10.2013 г. у ФИО5 ФИО5 земельный участок принадлежал на праве собственности на основании договора купли-продажи от 07.02.2008 г., решения о разделе земельного участка от 18.05.2010 г., решения о перераспределении земельного участка от 18.05.2010 г.

Данный земельный участок образован в результате раздела земельного участка с кадастровым номером № от 03.06.2010 г., что следует из кадастрового паспорта земельного участка от 18.02.2015 г.

При этом, земельный участок с кадастровым номером № (ранее присвоенный кадастровый №) принадлежал ФИО4 на основании договора дарения от 15.06.2006 г., дарителем фигурировала ФИО6

Земельный участок № был образован из земель членов-пайщиков, которым на основании постановления Главы Администрации Некрасовского района от 04.07.1994 г. №212 были выданы свидетельства о праве собственности на земельные доли, в том числе ФИО6, сведений о границах земельных участков, предоставленных в счет земельных долей, постановление не содержит. Сведения о предполагаемом местоположении таких земельных участков впервые отражены в протоколе собрания участников долевой собственности от 14.02.2005 г. Право собственности ФИО6 было зарегистрировано в установленном законом порядке, что подтверждается свидетельством о праве собственности на 20.12.2004 г.

Границы земельного участка № установлены 19.03.2006 г. в соответствии с топографическим планом, выполненным ООО «Лекси». Его конфигурация до настоящего времени осталась неизменной, что подтверждено выпиской из ЕГРН от 02.11.2016 г.

В данных границах был отмежован и земельный участок ответчика ФИО1

На момент предоставления земельного участка в частную собственность ФИО6 действовал Водный кодекс РСФСР от 30.06.1972 г.

В силу ст.ст.3, 4 Водного кодекса РСФСР реки, озера, водохранилища, другие поверхностные водоемы и водные источники, воды каналов, прудов и др. составляют Единый государственный водный фонд. В соответствии с Конституцией СССР и Конституцией РСФСР воды являются государственной собственностью - общим достоянием всего советского народа. Воды состоят в исключительной собственности государства и предоставляются только в пользование. Действия, в прямой или скрытой форме нарушающие право государственной собственности на воды, запрещаются.

Единый государственный водный фонд включает реки, озера, водохранилища, другие поверхностные водоемы и водные источники, а также воды каналов и прудов, подземные воды и ледники, внутренние моря и другие внутренние морские воды СССР, территориальные воды (территориальное море) СССР.

В соответствии со ст.17 Водного кодекса РСФСР к прибрежным полосам (зонам) водоемов относятся первый и второй пояса зоны санитарной охраны источников водоснабжения, береговые полосы внутренних водных путей, полосы отвода магистральных и межхозяйственных каналов, а также другие полосы (зоны), предусмотренные законодательством.

Анализируя положения ст.ст.3, 4, 17 Водного кодекса РСФСР, усматривается, что прибрежные полосы, береговые полосы, земли водного фонда не были включены в Единый государственный водный фонд, следовательно, на момент предоставления спорного земельного участка в собственность правопредшественника ответчика – ФИО6, отсутствовал запрет на передачу земель, занятых береговой полосой, в частную собственность.

При этом, на момент формирования и предоставления в частную собственность земельного участка отсутствовала норма, предусматривающая минимальную ширину береговой полосы водных объектов общего пользования в 20 м. Данная норма впервые была закреплена в Водном кодексе РФ (ч.6 ст.6), вступившем в силу 01.01.2007 г., и подлежала применению к отношениям, возникшим после введения его в действие (ст.2 Федерального закона от 03.06.2006 г. №73-ФЗ «О введении в действие Водного кодекса РФ). При этом, на момент предоставления земельного участка в собственность ФИО6 прибрежные полосы водных объектов установлены не были.

Применимым законодательством к настоящим правоотношениям сторон по делу являются правовые нормы, действовавшие на момент предоставления в собственность первоначального земельного участка, из которого впоследствии был образован и передан в собственность ответчика спорный земельный участок с кадастровым номером 76:09:093401:4961.

Поскольку Водный кодекс РФ в редакции, на которую ссылается истец, введен в действие с 01.01.2007 г., первоначальный земельный участок был предоставлен в собственность до вступления в силу действующего Земельного кодекса РФ (до 30.10.2001 г.), на момент предоставления ФИО6 земельного участка не существовало запрета на предоставление в собственность береговой полосы, суд обоснованно пришел к выводам, что не имеется оснований полагать, что земельный участок был предоставлен ФИО6 с нарушением норм права.

Ответчик ФИО1 приобрела спорный земельный участок в порядке наследования, ее право собственности, как и предыдущих собственников, на данный объект надлежащим образом зарегистрировано в ЕГРН, признаков недобросовестности в действиях ответчика не установлено, она является добросовестным приобретателем спорного имущества. Довод апелляционного представления о явной недобросовестности ответчика при приобретении данных объектов недвижимости является несостоятельным, доказательств недобросовестного поведения ответчика апеллянтом не приведено.

Соглашается судебная коллегия и с выводом суда первой инстанции о пропуске срока исковой давности по заявленным исковым требованиям.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации №10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №22 от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что течение срока исковой давности по искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о соответствующей записи в ЕГРП. При этом сама по себе запись в ЕГРП о праве или обременении недвижимого имущества не означает, что со дня ее внесения в ЕГРП лицо знало или должно было знать о нарушении права.

Согласно п. 1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 этого кодекса.

Пунктом 2 ст. 199 ГК РФ предусмотрено, что истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу п. 1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что в силу п. 1 ст. 200 ГК РФ срок исковой давности по требованиям публично-правовых образований в лице уполномоченных органов исчисляется со дня, когда публично-правовое образование в лице таких органов узнало или должно было узнать о нарушении его прав, в частности, о передаче имущества другому лицу, совершении действий, свидетельствующих об использовании другим лицом спорного имущества, например, земельного участка, и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п. 4).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, целью установления сроков исковой давности и сроков давности привлечения к ответственности является как обеспечение эффективности реализации публичных функций, так и сохранение необходимой стабильности соответствующих правовых отношений; в основе установления сроков исковой давности и сроков давности привлечения к ответственности лежит положение о том, что никто не может быть поставлен под угрозу возможного обременения на неопределенный или слишком длительный срок; наличие сроков, в течение которых для лица во взаимоотношениях с государством могут наступать неблагоприятные последствия, представляет собой необходимое условие применения этих последствий (постановления от 20.07.1999 № 12-П, от 27.04.2001№ 7-П, от 24.06.2009 № 11-П, от 20.07.2011№ 20-П, определение от 03.11.2006 № 445-О).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации интересы защиты права собственности и стабильности гражданского оборота предопределяют не только установление судебного контроля за обоснованностью имущественных притязаний одних лиц к другим, но и введение в правовое регулирование норм, которые позволяют одной из сторон блокировать судебное разрешение имущественного спора по существу, если другая сторона обратилась за защитой своих прав спустя значительное время после того, как ей стало известно о том, что ее права оказались нарушенными. В гражданском законодательстве - это предназначение норм об исковой давности, под которой Гражданский кодекс Российской Федерации понимает срок для защиты права по иску лица, чье право нарушено (ст. 195). Согласно данному кодексу общий срок исковой давности составляет три года (ст. 196); нормы об исковой давности распространяются на всех участников гражданских правоотношений, включая Российскую Федерацию, субъекты Российской Федерации и муниципальные образования, к которым применяются нормы, определяющие участие юридических лиц в отношениях, регулируемых гражданским законодательством, если иное не вытекает из закона или особенностей данных субъектов (п. 2 ст. 124).

Институт исковой давности имеет целью упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, способствовать соблюдению договоров, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов, применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 15.02.2016 № 3-П, от 20.07.2011№ 20-П).

Из постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 28 января 2025 г. N 3-П «По делу о проверке конституционности статей 12, 209 и 304 Гражданского кодекса Российской Федерации и части 5 статьи 1 Федерального закона «О государственной регистрации недвижимости» в связи с жалобами граждан ФИО7, Н.З. Гулордавы и других» следует, что спор о принадлежности имущества - даже если он облечен в форму спора о признании права на земельный участок отсутствующим - не может быть произвольно и необоснованно изъят из-под действия института исковой давности.

При этом, первое по времени из указанных обстоятельств - появление на земельном участке видимых признаков его освоения правообладателем, либо отображение в кадастре недвижимости конкретных сведений о расположении участка, либо правовой спор, из содержания которого уполномоченному органу (организации) должно было стать очевидным, что в ЕГРН внесено право гражданина на земельный участок, либо отмена органом публичной власти правового акта, которым земельный участок был предоставлен, - должно рассматриваться в качестве дня, с которого начинается течение срока исковой давности, если судом из обстоятельств конкретного дела не будет установлено, что истец узнал или должен был узнать о нарушении своего права раньше.

Вопреки доводам истца, руководствуясь изложенным выше, судебная коллегия находит, что на спорные правоотношения распространяется срок исковой давности.

Таким образом, вопреки доводам истца, указавшего на то, что срок исковой давности следует исчислять с момента производства прокурорской проверки, руководствуясь вышеизложенными требованиями закона, а также с учетом выраженных в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 28 января 2025 г. N 3-П «По делу о проверке конституционности статей 12, 209 и 304 Гражданского кодекса Российской Федерации и части 5 статьи 1 Федерального закона «О государственной регистрации недвижимости» в связи с жалобами граждан ФИО7, Н.З. Гулордавы и других» правовых позиций, судебная коллегия полагает, что срок исковой давности надлежит исчислять с того момента, когда не прокурор, а соответствующее публично- правовое образование, в интересах которого обращается прокурор, в лице уполномоченных органов этого публично-правового образования узнало или должно было узнать о нарушении права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Право собственности на земельный участок с кадастровым номером №, из которого впоследствии был образован спорный земельный участок, зарегистрировано в 2006 г., сведения об образованном спорном земельном участке № с указанием кадастрового номера отражены в ЕГРН 20.08.2020 г., береговая линия водного объекта установлена в соответствии с вышеуказанным приказом 19.01.2021 г., сведения об этом отражены в ЕГРН 26.05.2021 г. и 07.09.2021 г.

Учитывая, что прокурор обратился с исковым заявлением к ФИО1 19.12.2024 г., сведения о местонахождении спорного земельного участка частично в береговой линии водного объекта с вышеуказанных дат являлись общедоступными, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о пропуске трехлетнего срока исковой давности для заявленных прокурором требований, что в силу п.2 ст.199 ГК РФ являлось самостоятельным основанием для отказа в иске.

Таким образом, судом было обоснованно отказано в удовлетворении требований прокурора о признании недействительным и исключении из ЕГРН сведений о местоположении границ земельного участка с кадастровым номером 76:09:093401:4961 в части местоположения участка, занятого 20-метровой береговой полосой р.<данные изъяты> площадью 1227 кв.м в соответствии с каталогом координат, указанным в просительной части иска, а также признания отсутствующим права собственности ФИО1 на земельный участок в данной части. Ввиду указанного апелляционное представление прокурора удовлетворению не подлежит.

Однако, судом первой инстанции были обоснованно удовлетворены исковые требования в части возложения на ФИО1 Р,С. обязанности по демонтажу ограждения (забора) с целью обеспечения доступа иных лиц к береговой полосе <адрес>.

В данной части иска суд установил, что спорный земельный участок, принадлежащий ФИО1 огорожен забором, который находится в границах береговой полосы. Данные обстоятельства ответчиком не оспаривались.

В силу п.12 ст.1 Градостроительного кодекса РФ территории общего пользования – территории, которыми беспрепятственно пользуется неограниченный круг лиц (в том числе площади, улицы, проезды, набережные, береговые полосы водных объектов общего пользования, скверы, бульвары).

Возведением забора в пределах береговой полосы неопределенному кругу лиц созданы препятствия в пользовании территорией, отнесенной к береговой полосе, которые должны быть устранены.

При этом, не имеет правового значения, что забор лишь частично расположен в береговой полосе и от него до границы водного объекта имеется достаточная территория для прохождения по ней, доступ к водному объекту не прекращен. В данном случае не должно создаваться препятствий для свободного пользования всей береговой линией, а не только ее частью.

Довод жалобы о том, что на момент возведения элементов благоустройства земельного участка в виде ограждающей конструкции каких-либо препятствий не имелось, поскольку сведения об установлении береговой линии внесены позже возведения забора, судебная коллегия также не принимает ввиду того, что данное обстоятельство не может ограничить права граждан на беспрепятственный доступ к водному объекту общего пользования.

Аналогичная позиция высказана в Постановлении Верховного Суда РФ от 26.01.2021 г. №4-АД21-1.

Таким образом, судом по настоящему делу верно установлены юридически значимые обстоятельства, правильно применены и истолкованы положения закона, регулирующие возникшие правоотношения сторон. Представленным доказательствам по делу дана надлежащая оценка согласно требованиям ст.67 ГПК РФ. Оснований для иной оценки доказательств не имеется.

Нарушений норм процессуального права, влекущих в силу ч.4 ст.330 ГПК РФ безусловную отмену решения, судом не допущено.

Соответственно, апелляционное представление и апелляционная жалоба не содержат правовых оснований для отмены обжалуемого решения и удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь ст.328 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Некрасовского районного суда Ярославской области от 11 сентября 2025 года, с учетом определения суда от 13 октября 2025 года об исправлении описки, оставить без изменения, апелляционное представление Ярославского межрайонного природоохранного прокурора, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи