Решение № 2-1869/2017 2-1869/2017~М-1507/2017 М-1507/2017 от 30 августа 2017 г. по делу № 2-1869/2017

Дело № 2-1869/2017г. <данные изъяты>


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

31 августа 2017 года г.Пермь

Пермский районный суд Пермского края в составе:

председательствующего судьи Гладких Н.В.

при секретаре Кучукбаевой Е.В.,

с участием истца ФИО1,

представителей истца Сыпачева Д.А., действующего на основании ордера,

представителя ответчика ФИО2, действующего на основании доверегнности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ответчику ФИО3, о признании недействительным соглашения об отступном, прекращении права собственности,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась к ответчику ФИО3 с исковым заявлением о признании недействительной сделки – соглашения об отступном, совершённого между Е. и ФИО3 по отчуждению квартиры (кадастровый №), расположенной по адресу: <адрес>; о прекращении права собственности ФИО3 на указанную квартиру.

В обоснование предъявленных требований истец ФИО1 указала, что она состояла в браке с Е., умершим ДД.ММ.ГГГГ. После смерти супруга в ноябре 2016 года ей стало известно о том, что в 2012 году за счёт совместных средств супругов была приобретена квартира, расположенная по адресу: <адрес>. 24 апреля 2012 года право собственности на данное жилое помещение было зарегистрировано за ФИО4. На основании соглашения об отступном от ДД.ММ.ГГГГ указанная квартира была передана в собственность ФИО3, которая проживает в этом жилом помещении. Е. не сообщал ей о приобретении квартиры за счёт общих денежных средств, она не давала нотариально удостоверенного согласия на отчуждение квартиры. В результате совершения указанной сделки нарушены её права. При таком положении соглашение об отступном является сделкой, совершённой в нарушение закона, то есть недействительной на основании положений статьи 35 Семейного кодекса российской Федерации, статей 167 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании истец ФИО1 и её представитель адвокат Сыпачев Д.А. просили об удовлетворении предъявленных требований на основании доводов, изложенных в иске, пояснили, что квартира является совместно нажитым имуществом супругов Е-вых. ФИО4 не получал согласия супруги на отчуждение спорной квартиры.

Ответчик ФИО3 не явилась в судебное заседание, извещена о времени и месте судебного разбирательства, направила представителя в судебное заседание.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2 не согласился с иском, просил о применении к предъявленным требованиям срока исковой давности, пояснил, что ФИО3, передавая денежную сумму в размере <данные изъяты> рублей ФИО4 по договору займа, фактически тратила данную сумму на строительство спорной квартиры.

Третье лицо Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Пермскому краю не направило представителя в судебное заседание, извещено о времени и месте судебного разбирательства, что подтверждается распиской о получении судебной повестки в разносной книге.

Суд, выслушав объяснения истца и его представителя, представителя ответчика, свидетелей, изучив гражданское дело, установил следующие обстоятельства.

<данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ Е. умер, что следует из свидетельства о смерти (л.д.10, 61).

В силу пункта 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли – продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Из выписки из Единого государственного реестра недвижимости, договора участия в долевом строительстве многоквартирного дома от 28 мая 2010 года, выписки из реестра нотариальных действий, справки о выплате денежных средств, акта сдачи – приёмки квартиры от 10 ноября 2010 года, следует, что Е. являлся участником долевого строительства жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, и имел право получения в собственность квартиры № в указанном жилом доме после завершения его строительства и сдачи в эксплуатацию.

01 июня 2010 года супруга ФИО1 дала нотариально удостоверенное согласие на приобретение указанного недвижимого имущества.

После завершения строительства и сдачи в эксплуатацию жилого дома 10 ноября 2010 года указанное жилое помещение передано во владение и пользование Е..

На основании указанных документов 24 апреля 2012 года право собственности Е. на квартиру (кадастровый №), расположенную по адресу: <адрес>, зарегистрировано в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним (л.д.8, 38, 53-58, 139).

Согласно договору займа от 23 июня 2010 года ФИО3 (Займодавец) передала Е. (Заёмщику) денежную сумму в размере <данные изъяты> рублей на срок до 01 июня 2012 года на условии безвозмездного пользования денежной суммой (л.д.33).

Из соглашения об отступном от 21 июня 2012 года, заключенного между ФИО3 (Заимодавцем) и Е. (Заёмщиком), следует, что стороны решили прекратить обязательство, возникшее из договора займа от 23 июня 2010 года, и в качестве отступного Заёмщик передаёт в собственность Займодавцу квартиру, расположенную по адресу: <адрес> (л.д.34).

27 июня 2012 года право собственности ФИО3 на указанную квартиру зарегистрировано под номером № в Едином государственном реестре недвижимости на основании данного соглашения, что подтверждается выпиской из соответствующего реестра (л.д.8).

Предъявляя исковые требования, истец ФИО1 считает, что у неё возникло право совместной собственности на квартиру (кадастровый №) как на совместно нажитое имущество.

Согласно статье 256 Гражданского кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

В соответствии со статьёй 33 Семейного кодекса Российской Федерации законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности. Законный режим имущества супругов действует, если брачным договором не установлено иное.

На основании статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов) относится любое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства. Право на общее имущество супругов принадлежит также супругу, который в период брака осуществлял ведение домашнего хозяйства, уход за детьми или по другим уважительным причинам не имел самостоятельного заработка.

Учитывая время заключения договора участия в долевом строительстве многоквартирного дома, передачи построенной квартиры во владение и пользование участника долевого строительства и регистрации права собственности на созданный объект недвижимости, указанное имущество было приобретено в период брака между Е. и ФИО1.

В суд не представлены доказательства того, что указанная квартира была создана исключительно за счёт личных средств (имущества, находящегося в личной собственности) Е., либо личных средств ФИО3

Суд находит, что нотариально удостоверенное согласие, данное ФИО5, фактически свидетельствовало о том, что ФИО5 дала согласие на распоряжение общими средствами супругов с целью приобретения определенного имущества на основании договора участия в долевом строительстве многоквартирного дома, и не означало перехода квартиры в личную собственность Е., поскольку иное толкование не соответствует положениям закона о законном режиме имущества супругов, не может быть считаться соглашением супругов, определяющим имущественные права и обязанности супругов в браке.

Возражая на иск, ответчик утверждает, что денежная сумма в размере <данные изъяты> рублей, переданная Е. на основании договора займа, была потрачена на уплату денежной суммы, подлежащей передаче за получение в собственность квартиры по договору долевого участия в строительстве многоквартирного дома.

На основании части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В судебном заседании допрошены свидетели ФИО14 и ФИО15

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 31 июля 1981 года № 4 «О судебной практике по разрешению споров, связанных с правом собственности на жилой дом» сам по себе факт содействия застройщику со стороны членов его семьи или родственников в строительстве дома не может являться основанием для удовлетворения их претензий к застройщику о признании права собственности на часть дома такой иск может быть удовлетворен судом лишь в тех случаях, когда между этими лицами и застройщиком имелась договоренность о создании общей собственности на жилой дом и именно в этих целях они вкладывали свой труд и средства в строительство жилого дома.

<данные изъяты>

Данные обстоятельства не оспаривались истцом ФИО1, подтверждены показаниями свидетелей.

Учитывая изложенное, суд считает, что имущественные отношения лиц, состоящих в фактических брачных отношениях, регулируются нормами гражданского законодательства об общей долевой собственности, то есть статьями 244 – 252 Гражданского кодекса Российской Федерации, нормы семейного права не подлежат применению для регулирования таких отношений.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 244 Гражданского кодекса Российской Федерации имущество, находящееся в собственности двух или нескольких лиц, принадлежит им на праве общей собственности. Имущество может находиться в общей собственности с определением доли каждого из собственников в праве собственности (долевая собственность) или без определения таких долей (совместная собственность).

Согласно статье 245 Гражданского кодекса Российской Федерации, если доли участников долевой собственности не могут быть определены на основании закона и не установлены соглашением всех ее участников, доли считаются равными. Соглашением всех участников долевой собственности может быть установлен порядок определения и изменения их долей в зависимости от вклада каждого из них в образование и приращение общего имущества. Участник долевой собственности, осуществивший за свой счет с соблюдением установленного порядка использования общего имущества неотделимые улучшения этого имущества, имеет право на соответствующее увеличение своей доли в праве на общее имущество.

Следовательно, у лиц, состоящих в фактических брачных отношениях, долевая собственность на имущество может возникнуть при внесении ими соответствующей доли денежных средств и наличии между ними соглашения о создании долевой собственности, наличии между ними договоренности о совместном приобретении недвижимого имущества и вложении ими своих средств в его приобретение.

Суд полагает, что возражения ответчика о вложении им денежных средств в строительство спорной квартиры не может быть признано юридически значимым, так как содержание договора займа не подтверждает целевое назначение переданной денежной суммы и не свидетельствует о приобретении Заёмщиком прав на определённый объект недвижимости, по общему правилу денежная сумма, полученная по такому договору, может быть использована Заёмщиком по своему усмотрению. По правовой природе договор займа не может подтверждать соглашение о создании его сторонами общей собственности на объект недвижимости и вложение в этих целях средства в строительство недвижимого имущества.

Ответчик ФИО3 не представила иные доказательства в подтверждение наличия договорённости между нею и Е. о совместном участии в строительстве (создании) спорной квартиры, возникновении общей собственности на неё, вложении личных средств в строительство (создание) такого объекта.

Документы, представленные ответчиком, не подтверждают указанные обстоятельства.

Оценивая полученные доказательства, учитывая, что к имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов) относится любое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства, суд находит, что в момент государственной регистрации права квартира (кадастровый №) фактически являлась общим имуществом супругов Е-вых.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что у ФИО1 возникло право совместной собственности на указанный объект недвижимости.

На момент совершения сделки – соглашения об отступном ФИО1 и ФИО4 состояли в зарегистрированном браке, следовательно, к спорным правоотношениям подлежат применению положения Семейного кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2 заявил ходатайство о применении срока исковой давности к предъявленному требованию, указав, что истец пропустил срок для обращения в суд за защитой нарушенного права, так как истец знал о совершённой сделке с 2014 года.

Истец ФИО1 и её представитель адвокат Сыпачев Д.А. не согласились с таким ходатайством, пояснив, что о соглашении об отступном стало известно в апреле 2017 года.

В соответствии со статьёй 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске. Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца – физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

В силу пункта 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 07 мая 2013 года № 100-ФЗ) общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьёй 200 настоящего Кодекса.

Согласно статье 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, в редакции, действовавшей до 01 сентября 2013 года, общий срок исковой давности устанавливается в три года.

В соответствии с пунктом 1 статьи 197 Гражданского кодекса Российской Федерации для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

На основании пунктов 1 и 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 07 мая 2013 года № 100-ФЗ), если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей до 01 сентября 2013 года, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются настоящим Кодексом и иными законами.

В силу пункта 9 статьи 3 Федерального закона от 07 мая 2013 года № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» установленные положениями Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года.

Суд считает, что специальный срок исковой давности установлен пунктом 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации и составляет один год со дня, когда супруг узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

Из разъяснений содержащихся в пункте 57 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» следует, что течение срока исковой давности по искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о соответствующей записи в ЕГРП. При этом сама по себе запись в ЕГРП о праве или обременении недвижимого имущества не означает, что со дня ее внесения в ЕГРП лицо знало или должно было знать о нарушении права.

ФИО1 знала о приобретении Е. в собственность квартиры на основании договора о долевом участии в строительстве много квартирного дома, что подтверждается нотариально удостоверенным согласием на приобретение этого имущества и объяснениями истца в судебном заседании.

Из показаний истца и свидетелей следует, что Е. не сообщал супруге ФИО1 о совершенной сделке по передаче в собственность ФИО3 квартиры (кадастровый №).

Ответчик ФИО3 не представила доказательства, подтверждающие уведомление ФИО1 о совершённой сделке.

Согласно материалам наследственного дела, представленным нотариусом Пермского городского нотариального округа Пермского края ФИО17, 13 февраля 2017 года ФИО1 обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства, открывшегося после смерти Е.; квартира (кадастровый №) не значилась находящейся в собственности наследодателя Е. (л.д.60-96).

Из справки о лицах, получивших сведения об объекте недвижимого имущества, следует, что за период с 01 января 2012 года по 06 июня 2017 года сведения об объекте недвижимости, расположенном по адресу: <адрес>, были получены ФИО1 один раз – 07 апреля 2017 года.

Оценивая полученные доказательства, суд находит, что 07 апреля 2017 года истец ФИО1 узнала о том, что указанная квартира принадлежит на праве собственности ФИО3

При таком положении суд приходит к выводу о том, что в указанную дату истец ФИО1 узнала или должна была узнать о нарушении своих прав в результате отчуждения имущества, находившегося в совместной собственности. Доказательства иного не представлены в суд.

Таким образом, суд находит, что годичный срок исковой давности не пропущен, поэтому отсутствуют правовые основания для удовлетворения соответствующего ходатайства.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, в редакции, действовавшей в момент совершения сделки (возникновения правоотношений), сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

На основании пунктов 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, в редакции, действовавшей в момент совершения сделки (возникновения правоотношений), недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах – если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии со статьёй 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, в редакции, действовавшей в момент совершения сделки (возникновения правоотношений), сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Из статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что участники совместной собственности, если иное не предусмотрено соглашением между ними, сообща владеют и пользуются общим имуществом (пункт 1); распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом (пункт 2); каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом (пункт 3); правила настоящей статьи применяются постольку, поскольку для отдельных видов совместной собственности настоящим Кодексом или другими законами не установлено иное (пункт 4).

Иные правила установлены в пункте 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации (в ред. Федерального закона от 29 декабря 2015 года № 391-ФЗ): для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга. Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

До 01 января 2016 года пункт 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации действовал в следующей редакции: для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью и сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга. Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

Таким образом, для совершения сделки по распоряжению общим имуществом супругов необходимо нотариально удостоверенное согласие второго супруга.

Суд находит, что ФИО1 не давала нотариально удостоверенного согласия на совершение сделки – соглашения об отступном между Е. и ФИО3, поскольку доказательства иного не представлены, из документов, являвшихся основанием для регистрации права собственности ФИО3 на квартиру (кадастровый №), представленных Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Пермскому краю, не следует, что такое согласие было дано ФИО1

Суд находит, что при признании сделки недействительной на основании пункта 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации закон не возлагает на супруга, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение сделки не было получено, обязанность доказывать факт того, что другая сторона в сделке по распоряжению недвижимостью или в сделке, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, знала или должна была знать об отсутствии такого согласия.

Принимая во внимание, что до апреля 2017 года ФИО1 не знала о состоявшейся сделке (соглашении об отступном), не давала нотариально удостоверенного согласия на совершение отчуждения квартиры в собственность ФИО3, суд находит, что соглашение об отступном от 21 июня 2012 года, заключенное между Е. и ФИО3, не соответствует требованиям закона (положениям пункта 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации).

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что имеются правовые основания для признания данной сделки недействительной.

На основании пункта 1 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом.

В соответствии с пунктом 52 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путём предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним. В случаях, когда запись в ЕГРП нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами) оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими.

Учитывая изложенное, суд находит, что право собственности ФИО3 на квартиру (кадастровый №) подлежит прекращению, поскольку соглашение об отступном как основание для государственной регистрации права собственности ответчика ФИО6 на указанное имущество признано недействительным.

В силу требований статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации возвращение имущества его собственнику невозможно в связи с его смертью, следовательно, указанная квартира должна войти в наследственную массу.

В силу части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

При подаче иска истец ФИО1 уплатила государственную пошлину в размере 300 рублей, что подтверждается платёжным документом – чеком-ордером (л.д.5).

Исковые требования удовлетворены, поэтому с ответчика ФИО3 в пользу истца ФИО1 подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

Руководствуясь статьями 194 – 198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд,

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Признать недействительным соглашение об отступном, заключенное 21 июня 2012 года между Е. и ФИО3 по отчуждению квартиры, расположенной по адресу: <адрес>.

Настоящее решение является основанием для прекращения права собственности ФИО3 на указанную квартиру и аннулирования записи № о праве собственности ФИО3 на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, произведенной в Едином государственном реестре недвижимости 27 июня 2012года.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 расходы по оплате госпошлины в размере 300 (триста) рублей.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в течение месяца со дня постановления решения в окончательной форме, в Пермский краевой суд через Пермский районный суд Пермского края.

Решение в окончательной форме изготовлено 04 сентября 2017года.

Судья Пермского районного суда (подпись)

<данные изъяты>

Судья Гладких Н.В.