Решение № 2-753/2024 2-9/2025 2-9/2025(2-753/2024;)~М-721/2024 М-721/2024 от 31 июля 2025 г. по делу № 2-753/2024

УИД 56RS0001-01-2024-001016-91

№ 2-9/2025


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

пос. Адамовка

Адамовского района 30 июля 2025 года

Адамовский районный суд Оренбургской области в составе:

председательствующего судьи Злобиной М.В.,

при секретаре судебного заседания Зайцевой И.И.

с участием:

представителя истца ФИО1 – адвоката Мирзаев Ю.И., представителя ответчика ФИО2 – адвоката Ефанов С.Г.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 и Страховому акционерному обществу «ВСК» о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно – транспортного происшествия,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Адамовский районный суд Оренбургской области с иском к ФИО2 и САО «ВСК» о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно – транспортного происшествия.

В обоснование требований указано, что 9 мая 2023 года на <адрес> в районе <адрес>, водитель ФИО2 (страхователь СПАО «Ингосстрах»), управляя автомобилем <данные изъяты> государственный регистрационный знак <данные изъяты>, при совершении манёвра поворота налево допустила столкновение с автомобилем «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты> (страхователь САО «ВСК»), который, двигаясь по <адрес> в попутном с ней направлении, совершал обгон её автомобиля «<данные изъяты>», в результате чего автомобиль «<данные изъяты>» съехал в кювет и опрокинулся, получив механические повреждения.

Постановлением ИДПС ОГИБДД ОМВД России по Адамовскому району от 8 сентября 2023 года производство по делу об административном правонарушении прекращено за истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

ФИО1, собственник автомобиля <данные изъяты>» обратился в САО «ВСК» за получением возмещения материального ущерба по Полису ОСАГО, в порядке прямого обращения.

3 октября 2023 года автомобиль «<данные изъяты>» был осмотрен экспертом-техником САО «ВСК», произведена выплата страхового возмещения в размере 141513,75 рублей, то есть № % от стоимости восстановительного ремонта с учетом износа, установленной расчетной частью экспертного заключения ООО «АВС-Экспертиза», выполненного по заказу страховщика в 283000 рублей, так как не установлено лицо, виновное в дорожно-транспортном происшествии от 9 мая 2023 года.

При этом сумма затрат на восстановительный ремонт автомобиля <данные изъяты>, согласно экспертному заключению «НОЭ «Аспект» ФИО3, выполненного по Положению «О единой методике определения размеров расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства» составляет 426900 рублей, без учета износа – 306600 рублей.

Полагает, что дорожно-транспортное происшествие произошло в результате нарушения ответчиком ФИО2 Правил дорожного движения, предусмотренных пунктами 1.3,1.5,8.1,8.2,8.4,9.10 и 11.3, так как при выполнении маневра поворота ФИО2 не включила указатель левого поворота, не убедилась в безопасности маневра и в том, что следующее за ней транспортное средство истца начало обгон, допустила столкновение автомобилей, в связи с чем истец полагает, что ее вина в совершении ДТП является полной и составляет № %.

Экспертным заключением НОЭ «Аспект» ИП ФИО3 было установлено, что рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты>» составляет 1000900 рублей, а с учетом износа 497300 рублей.

Истец просит суд :

-взыскать с ФИО2 в его пользу материальный ущерб в размере 700300 рублей, установив № % ее вины в дорожно-транспортном происшествии от 9 мая 2023 года.

-взыскать с САО «ВСК» в его пользу доплату страхового возмещения в размере 165086,25 рублей.

-пропорционально удовлетворенным требованиям взыскать с ФИО2 и САО «ВСК» сумму 10000 рублей за услуги эксперта «НОЭ «Аспект» ИП ФИО3

Входе рассмотрения гражданского дела истцом были уточнены исковые требования, и окончательно ФИО1 просил суд взыскать в его пользу :

-с ФИО2 материальный ущерб в размере 269073,98 рублей, установив ее вину в дорожно-транспортном происшествии от 9 мая 2023 года в объеме №%, исходя из расчета разницы между среднерыночной стоимостью автомобиля «<данные изъяты>» (669076,98)и лимитом ответственности страховщика (400000).

- с САО «ВСК» доплату страхового возмещения в размере 258486,25 рублей (исходя из разницы между лимитом ответственности(400000) и выплаченным страховым возмещением (141513,75).

-пропорционально удовлетворенным исковым требованиям с ФИО2 и САО «ВСК» - сумму 10000 рублей за услуги эксперта «НОЭ «Аспект» ИП ФИО3

В судебное заседание истец ФИО1 и ответчик ФИО2 не явились, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения гражданского дела.

Представитель истца ФИО1 – Мирзаев Ю.И. в судебном заседании поддержал уточненные исковые требования в полном объеме, суду пояснил, что исковые требования уточнены после получения результатов судебных экспертиз. Считает, что наличие в действиях ответчика ФИО2 № % вины в произошедшем 9 мая 2023 года дорожно-транспортном происшествии установлена, в действиях ФИО1 вина отсутствует, так как он не имел возможности предотвратить ДТП путем экстренного торможения при выезде ответчика на встречную полосу, при локализации удара в заднюю часть автомобиля. Сигнал поворота у ФИО2 включен не был, что подтверждено в судебном заседании также очевидцем ФИО7 При этом никаких ограничений скоростного режима данный участок дороги не содержит, так как из схемы дорожных знаков и дорожной разметки следует, что знак ограничения скорости расположен до перекрестка и после перекрестка, но до места столкновения автомобилей. Так же из фотоиллюстраций места происшествия видно, что дорожная разметка отсутствует в месте столкновения автомобилей и до него, также виден знак ограничения скорости, расположенный далее по ходу движения от места столкновения, что также подтверждает факт того, что на участке дороги, где был совершен обгон, ограничения скоростного режима отсутствовали. Относительно исковых требований к САО «ВСК» считает, что в данном случае, в связи с выводом эксперта ООО «НТЦСЭиИ» о наличии конструктивной гибели автомобиля истца со страховой компании подлежит взысканию страховая выплата в размере лимита, предусмотренного Законом об ОСАГО, то есть 400000 рублей за минусом уже выплаченной страховой суммы. Считает несостоятельными доводы ответчика САО «ВСК» о несоблюдении истцом досудебного порядка урегулирования спора и отсутствии обращения к Финансовому уполномоченному, так как обращение в суд при не установлении вины участников дорожно-транспортного происшествия предусмотрено в силу прямого указания закона, а именно абзаца 4 пункта 22 статьи 12 Закона об ОСАГО и пунктом 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», так как в такой ситуации, когда документы о дорожно-транспортном происшествии не позволяют прийти к выводу о виновности участников, то суд обязан установить степень вины лиц, признанных ответственными за причиненный вред, и взыскать страховое возмещение с учетом установленной судом степени вины лиц, гражданская ответственность которых застрахована. В связи с этим досудебный порядок обращения в суд не требовался. Со страховой компанией никаких соглашений о денежной форме страховой выплаты истцом не заключалось, в связи с чем, страховая выплата должна была исчисляться из стоимости восстановительного ремонта без учета износа комплектующих деталей. В данном случае определенная независимым экспертом и судебными экспертизами стоимость восстановительного ремонта автомобиля без учета износа, исчисленная по Единой методике № 755-П превышает лимит ответственности страховой компании, в связи с чем считает необходимым в оставшейся части взыскать недоплаченное страховой компанией страховое возмещение. С ответчика ФИО2 подлежит взысканию оставшаяся сумма ущерба, рассчитанная из рыночной стоимости автомобиля на момент рассмотрения дела за минусом годных остатков и минусом страхового возмещения. Просит удовлетворить уточненные исковые требования в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО2 адвокат Ефанов С.Г. просил в удовлетворении иска отказать, указывая на то, что вина в совершенном дорожно-транспортном происшествии полностью лежит на истце ФИО1, скорость движения автомобиля которого в момент дорожно-транспортного происшествия не соответствовала Правилам дорожного движения, в связи с наличием на данном участке дороги ограничений скоростного режима до 40 км/ч. В то время как у ФИО2 не имелось реальной возможности для предотвращения дорожно-транспортного происшествия при обстоятельствах, установленных в судебном заседании. Как установлено в ходе судебного разбирательства участок дороги, на котором произошло дорожно-транспортное происшествие, имеет горизонтальную дорожную разметку 1.1, которая хотя и имеет повреждения верхнего слоя, однако сохраняет изображение сплошной линии и была доступна для обозрения участников дорожного движения. Наличие разметки подтверждается фотосъемкой с места ДТП и объяснениями ответчика ФИО2, которая соблюдала ограничения данной разметки в соответствии с Правилами дорожного движения при совершении маневра - поворота налево. Кроме того, о наличии разметки «сплошная линия» свидетельствует горизонтальная дорожная разметка 1.11 прерывистая линия, зафиксированная на фото с места происшествия - участок выезда с АЗС с левой стороны от сплошной линии по направлению движения «<данные изъяты>». В дорожно-транспортной ситуации, в которой обгон запрещен, водитель <данные изъяты>» не мог совершать обгон и выезжать на полосу встречного движения, а у водителя <данные изъяты>» не было обязанности убеждаться, что он является обгоняемым. Как установлено судебной экспертизой, скорость автомобиля «<данные изъяты>» составляла более 76 км/ч, что значительно выше допустимой скорости на данном участке дороги. Далее экспертом делается вывод, что в условиях данного происшествия при движении с разрешенной на данном участке скоростью движения 40 км\ч водитель автомобиля «<данные изъяты>» не мог не иметь технической возможности предотвратить столкновение с автомобилем <данные изъяты>, двигающимся в опасной зоне 4 м со скоростью 15 км\ч. Действия водителя <данные изъяты> никак не влияли на аварийную ситуацию, в то время как нарушение водителем «<данные изъяты>» скоростного режима находится в прямой причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием. Просит в иске отказать.

Представитель ответчика САО «ВСК» в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом. В суд представлены письменные возражения по иску, согласно которым истец к САО «ВСК» в досудебном порядке не обращался с претензией, а также не обращался в досудебном порядке к Финансовому уполномоченному, в нарушение ст. 25 Федерального закона «Об уполномоченном по правам потребителя финансовых услуг». В свою очередь САО «ВСК» в полном объеме исполнило обязательства в соответствии с Федеральным законом РФ от 25 апреля 2002 года № 40 «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств (далее Закон об ОСАГО). По рассмотрению заявления истца о выплате страхового возмещения, в связи с не установлением виновника дорожно-транспортного происшествия страховой компанией была проведена независимая техническая экспертиза транспортного средства «<данные изъяты>», принадлежащего истцу. В соответствии с п. 22 ст. 12 Закона об ОСАГО в связи с не установлением степени вины участников дорожно-транспортного происшествия, истцу выплачено №% от установленной экспертным заключением стоимости восстановительного ремонта, расчет которого проведен в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Положением Центрального Банка Российской Федерации от 4 марта 2021 года № 775-П (далее Единая методика № 755-П), требование истца о взыскании страхового возмещения по рыночной стоимости, без применения Единой методики № 755-П, является необоснованным. Разница между страховым возмещением, определённым по Единой Методике № 755-П и по рыночной стоимости подлежит взысканию с виновника дорожно-транспортного происшествия. Форма страхового возмещения в виде выплаты страхового возмещения была определена соглашением сторон от 29 сентября 2023 года. Об организации независимой экспертизы истцом САО «ВСК» уведомлены не были. Кроме того, истцом не представлены документы, подтверждающие факт оплаты им предоставленных услуг по оценке. В удовлетворении исковых требований просят отказать в полном объеме; оставить иск без рассмотрения по основаниям, изложенным в отзыве; размер судебных расходов снизить до разумных пределов; распределить их пропорционально удовлетворенным требованиям; применить ст. 333 ГК РФ к требованиям о неустойках и штрафах.

Заинтересованные лица : СПАО «Ингосстрах», ФИО7 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2).

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Таким образом, для наступления ответственности за причинение вреда необходимо установление противоправности поведения причинителя вреда, факта наступления вреда, причинной связи между противоправным поведением и наступившим вредом, вины причинителя вреда. Отсутствие вины доказывает причинитель вреда.

В связи с этим факт наличия или отсутствия вины сторон в указанном дорожно-транспортном происшествии является обстоятельством, имеющим юридическое значение для правильного разрешения настоящего дела.

Вина в дорожно-транспортном происшествии обусловлена нарушением его участниками Правил дорожного движения Российской Федерации.

В силу пункта 1.3 Правил дорожного движения, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. № 1090 (далее - Правила дорожного движения, Правила), участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

Пунктом 1.5 Правил дорожного движения определено, что участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Согласно пункта 11.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения.

Водителю запрещается выполнять обгон в случаях, если: транспортное средство, движущееся впереди, производит обгон или объезд препятствия; транспортное средство, движущееся впереди по той же полосе, подало сигнал поворота налево; следующее за ним транспортное средство начало обгон; по завершении обгона он не сможет, не создавая опасности для движения и помех обгоняемому транспортному средству, вернуться на ранее занимаемую полосу (пункт 11.2 Правил дорожного движения Российской Федерации).

Как установлено пунктом 11.3 Правил, Водителю обгоняемого транспортного средства запрещается препятствовать обгону посредством повышения скорости движения или иными действиями.

Согласно пункту 8.1. Правил дорожного движения перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

В соответствии с пунктом 8.2. Правил, подача сигнала указателями поворота или рукой должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра и прекращаться немедленно после его завершения (подача сигнала рукой может быть закончена непосредственно перед выполнением маневра). При этом сигнал не должен вводить в заблуждение других участников движения. Подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности.

Пунктом 8.5. Правил установлено, что перед поворотом направо, налево или разворотом водитель обязан заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, кроме случаев, когда совершается поворот при въезде на перекресток, где организовано круговое движение.

В соответствии с пунктом 11.3. Правил дорожного движения Российской Федерации водителю обгоняемого транспортного средства запрещается препятствовать обгону посредством повышения скорости движения или иными действиями.

Из совокупности указанных положений Правил дорожного движения Российской Федерации следует, что обязанности водителей обгоняемого транспортного средства и совершающего обгон корреспондируют другу другу: водитель, совершающий обгон, должен убедиться, что в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения; что транспортное средство, движущееся впереди по той же полосе, не подало сигнал поворота налево, в противном случае воздержаться от обгона; что совершение маневра обгона разрешено в данном месте. В свою очередь водитель обгоняемого транспортного средства должен заранее включить поворотник; занять крайнее левое положение на дороге; убедиться в безопасности своего маневра, в том числе, что его не обгоняет движущееся сзади транспортное средство, в противном случае воздержаться от поворота.

Таким образом, поскольку преимущество в совершении маневра (поворота либо обгона) зависит от того, кто из водителей начал свой маневр раньше, в контексте указанного выше юридически значимым является установление того, кто из водителей начал свой маневр ранее (обгон либо поворот), а который исходя из этого, должен был воздержаться от своего маневра.

Между тем, нарушение тех или иных требований Правил дорожного движения должна быть причинно – следственная связь, которая в рассматриваемой дорожной обстановке может быть при непредоставлении преимущества в движении водителю, который раньше начал свой маневр (обгона либо поворота).

Кроме того, в соответствии с абзацем 2 пункта 8.2. Правил дорожного движения подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности.

Согласно пункту 8.1. Правил при выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Таким образом, по смыслу указанных положений, не смотря на установленный абзацем 3 пункта 11.3 Правил дорожного движения запрет на обгон транспортного средства, включившего сигнал поворота, само по себе включение поворотника не дает преимущество в совершении маневра транспортному средству, совершающему поворот. При совершении маневра поворота водитель указанного транспортного средства в силу пунктов 1.5, 8.1 Правил дорожного движения перед его началом должен убедиться в безопасности своего маневра, что, в свою очередь, приводит к необходимости установления, кто из водителей в данной дорожной обстановке первым начал свой маневр.

Судом установлено, что 9 мая 2023 года на <адрес> в районе <адрес>-б <адрес><адрес>, в светлое время суток, при сухой и ясной погоде, водитель ФИО2 (страхователь СПАО «Ингосстрах»), управляя автомобилем <данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, двигаясь по <адрес> в направлении выезда из <адрес>, совершала манёвр поворота налево, для проезда к автозаправочной станции.

В это же время водитель ФИО1, управляя автомобилем «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, который, двигаясь по <адрес> в попутном с ФИО2 направлении, начал совершать маневр обгона её автомобиля «<данные изъяты>».

В результате произошло столкновение автомобилей, от удара автомобиль «<данные изъяты>» съехал в кювет и опрокинулся, получив механические повреждения.

Постановлением ИДПС ОГИБДД ОМВД России по Адамовскому району Оренбургской области от 8 сентября 2023 года, производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.14 КоАП РФ прекращено за истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

Постановлением ИДПС ОГИБДД ОМВД России по Адамовскому району Оренбургской области от 8 сентября 2023 года, производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ прекращено за истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

Виновник дорожно-транспортного происшествия административным органом установлен не был.

Для проверки доводов сторон 6 декабря 2024 года была назначена судебная автотехническая экспертиза, производство которой было поручено ФГБУ «Оренбургская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации».

Из представленного заключения №,№ от 17 марта 2025 года ФГБУ «Оренбургская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации», следует:

1. В условиях данного происшествия величина скорости движения автомобиля «<данные изъяты>» № перед началом заноса составляла более 76 км/ч, что является минимально возможным значением, так как отсутствует научно-обоснованная и достаточно апробированная методика по учету затрат кинетической энергии, израсходованной на деформацию деталей.

2. Установить скорость автомобиля «<данные изъяты>» № расчетным путем не представляется возможным в связи с отсутствием данных о следах торможения автомобиля.

3. В условиях данного происшествия при движении с разрешенной на данном участке скоростью движения 40 км/ч водитель автомобиля «<данные изъяты>» не мог не иметь технической возможности предотвратить столкновение с автомобилем «<данные изъяты>», двигающемся в опасной зоне 4м со скоростью 15 км/ч.

4. В процессе обгона автомобилем «<данные изъяты>» автомобиля «<данные изъяты>» происходит попутное косое с элементами скользящего столкновение передней левой боковой частью автомобиля «<данные изъяты>» с правой задней панелью двери автомобиля «<данные изъяты>». При этом продольные оси транспортного средства располагаются под углом примерно 100. Место столкновения располагалось перед началом следа юза, протяженностью 46 м. Далее автомобиль «<данные изъяты>» останавливается в своем конечном положении, зафиксированном на схеме, автомобиль «<данные изъяты>» перемещается по траектории следов юза на правую обочину по ходу своего движения и далее опрокидывается в кювет через левый бок. Отобразить схематично расположение транспортного средства на проезжей части в момент столкновения и траектории движения автомобиля «<данные изъяты>» не представляется возможным по причине отсутствия размерной привязки следов автомобиля «<данные изъяты>» к проезжей части.

5. В сложившейся ситуации при отсутствии дорожного знака 3.20 «обгон запрещен» водитель автомобиля «<данные изъяты>» должен руководствоваться пунктами 10.1,10.2,11.1,11.2 Правил дорожного движения.

В сложившейся ситуации водитель автомобиля «<данные изъяты>» должен руководствоваться абз.1 п.8.1, п. 8.2, абз.1 п. 8.5, п. 11.3 Правил дорожного движения.

6. Для разрешения вопроса о причинной связи между выявленными нарушениями и произошедшим дорожно-транспортным происшествием эксперту необходимо располагать объективной информацией о дорожно-транспортном происшествии, непосредственно предшествующей столкновению. Поскольку данная информация эксперту не задана и установить экспертным путем первичность выполнения маневра поворота или обгона не представилось возможным, экспертом данный вопрос не разрешен.

7. Исходя из исследования обстоятельств и механизма дорожно-транспортного происшествия от 9 мая 2023 года, а также локализации повреждений в верхней, правой и левой боковой частях автомобиля установлено, что на автомобиле «<данные изъяты>» № были образованы механические повреждения следующих деталей: бампер передний; блок фара передняя правая; крыло переднее левое; стекло ветрового окна; дверь передняя левая; дверь передняя правая; дверь задняя правая, дверь задняя левая; стекло опускное двери передней левой; ручка наружная передней правой двери; зеркало заднего вида левое(разрушением корпуса зеркала, крышки зеркала, стекла зеркала); боковины кузова правая(деформация стойки ветрового окна правой, деформация элемента рамы крыши правого); боковина кузова правая, задняя часть (крыло заднее правое); боковина кузова левая (деформация стойки ветрового окна левой, деформация элемента крыши левого); крыша, облицовка крыши; крыло переднее правое; капот; диск колеса задний правый; диск колеса задний левый.

8. Стоимость восстановительного ремонта транспортного средства автомобиля «<данные изъяты>» № на день ДТП – 9 мая 2023 года, рассчитанная в соответствии с единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, исходя из товарного рынка Уральского экономического региона (Оренбургский экономический регион, Оренбургская область)(приложение № 4 Единой методики), определена равной 409193(четыреста девять тысяч сто девяносто три) рубля.

Стоимость восстановительного ремонта транспортного средства автомобиля «<данные изъяты>» № на день ДТП – 9 мая 2023 года, рассчитанная в соответствии с единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, исходя из товарного рынка Уральского экономического региона (Оренбургский экономический регион, Оренбургская область)(приложение № 4 Единой методики), с учетом износа транспортного средства определена равной 292064 рубля.

9. Стоимость восстановительного ремонта транспортного средства автомобиля «<данные изъяты>» № на день ДТП – 9 мая 2023 года, исходя из стоимости норма-часа СТОА в Оренбургской области(в том числе у официального дилера), определена равной 783915 рублей.

Стоимость восстановительного ремонта транспортного средства автомобиля «<данные изъяты>» № на день ДТП – 9 мая 2023 года, исходя из стоимости норма-часа СТОА в Оренбургской области (в том числе у официального дилера), с учетом износа транспортного средства определена равной 489651 рубль.

В связи с недостаточной ясностью заключения эксперта определением суда от 22 апреля 2025 года по ходатайству истца была назначена дополнительная экспертиза, производство которой было поручено иному эксперту – в ООО «Научно-Технический Центр Судебных Экспертиз и Исследований».

Заключением дополнительной судебной экспертизы №-№ от 4 июля 2025 года, составленном ООО «Научно-Технический Центр Судебных Экспертиз и Исследований» установлено:

1.Стоимость восстановительного ремонта транспортного средства «<данные изъяты>» № на день проведения экспертизы, исходя из средне-взвешенной стоимости норма-часа ремонтных работ в Оренбургской области, в том числе у официального дилера(по Методике определения расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства « ФГЮУ РФЦСЭ Минюста РФ, 2018) составляет 1000868,60 рублей, с учетом износа – 497291,17 рублей.

2. Водитель автомобиля «<данные изъяты>» №, двигаясь со скоростью 50-60 км/ч не имел технической возможности предотвратить дорожно-транспортное происшествие путем применения экстренного торможения, при скорости автомобиля «<данные изъяты>» № - 15 км/ч, а путь в опасной зоне -4 метра.

3. На день проведения экспертизы рыночная стоимость автомобиля «<данные изъяты>» № без учета повреждений, полученных в результате дорожно-транспортного происшествия составляет 752248 рублей; на день дорожно-транспортного происшествия – 9 мая 2023 года – 606537 рублей.

По запросу суда экспертом ООО «Научно-Технический Центр Судебных Экспертиз и Исследований» ФИО4 даны письменные пояснения относительно представленного в суд заключения, согласно которым:

1. Стоимость годных остатков автомобиля «<данные изъяты>» №, исчисленных в соответствии с Единой методикой № 755-П составляет 83171,02 рубля.

2. Водитель автомобиля «<данные изъяты>» №, двигаясь со скоростью 40 км/ч не имел технической возможности предотвратить дорожно-транспортное происшествие путем применения экстренного торможения, при скорости автомобиля <данные изъяты>, №, которая составила 15 км/ч, а путь в опасной зоне составлял 4 м.

Заключения судебных экспертиз: №,№ от 17 марта 2025 года выполненных ФГБУ «Оренбургская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации» и №-№ от 4 июля 2025 года, выполненной ООО «Научно-Технический Центр Судебных Экспертиз и Исследований» суд признает допустимым и достоверным доказательством по делу.

Выводы эксперта ФИО5 суд не принимает в части ответа на вопрос № 3, поскольку он является немотивированным и неполным.

Третье лицо ФИО7, присутствующий в судебном заседании 6 декабря 2024 года суду пояснил, что он в настоящее время является владельцем автомобиля «<данные изъяты>», а также являлся очевидцем дорожно-транспортного происшествия от 9 мая 2023 года, поскольку на своем автомобиле двигался за автомобилем ФИО1 Скорость автомобиля «<данные изъяты>» была около 50-60 км/с, автомобиля «<данные изъяты>»- около 20 км/ч. Он наблюдал, как ФИО1 подал сигнал левого подворотника, сместился влево и начал маневр обгона впереди идущего автомобиля «<данные изъяты> Когда автомобили поравнялись, водитель <данные изъяты> неожиданно стал поворачивать влево, не включая сигнал поворота, въехал в заднюю дверь автомобиля «<данные изъяты>». От полученного удара автомобиль ФИО1 выехал вновь на полосу направления движения и слетел с автодороги в правый кювет, перевернулся и встал на крышу. Прибывшие на место сотрудники ГИБДД опрашивать его не стали, только записали телефон и опросили его только спустя три месяца.

Разрешая требования истца в части определения степени вины в дорожно-транспортном происшествии, суд, оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, учитывая заключения судебных автотехнических экспертиз, установив, что ФИО2 при повороте налево не убедилась в безопасности совершаемого маневра путем просмотра зеркала заднего вида, не уступила дорогу транспортному средству под управлением ФИО1, совершающего обгон ее транспортного средства, а водитель ФИО1, без соблюдения требований об ограничении скоростного режима, начал маневр обгона, при явном снижении скорости и смещения к центру автодороги впереди идущего транспортного средства, под управлением ФИО2, приходит к выводу о наличии №% вины каждого из водителей участников в дорожно транспортном происшествии от 9 мая 2023 года.

При этом суд принимает во внимание, что оба водителя утверждают о заблаговременной подаче ими светового сигнала о совершаемом маневре.

К пояснениям третьего лица ФИО7 об отсутствии сигнала поворота у водителя ФИО2 перед столкновением, суд относится критически, так как третье лицо находится в приятельских отношениях с истцом, приобрел после происшествия пострадавший автомобиль, то есть, заинтересован в результате рассмотрения дела, и его пояснения суд не может полагать объективными.

Суд, принимая решение о равной степени вины в действиях водителей- участников дорожно-транспортного происшествия 9 мая 2023 года, исходит также из следующего.

Судом была исследована схема дорожно-транспортного происшествия, подписанная сторонами, составленная надлежащим должностным лицом ( т.1 л.д. 196), а также сведения о дорожной разметке в районе <адрес><адрес>, предоставленном ГУ «Главным управлением дорожного хозяйства Оренбургской области» (т. 2 л.д. 14-16), фотоиллюстрация автодороги в месте столкновения транспортных средств, представленная для проведения экспертизы УМВД России по Оренбургской области (т. 2 л.д. 83).

Анализ указанных документов показал, что дорожной разметки, запрещающей выезд на полосу встречного движения в месте столкновения автомобилей, не имелось, она физически отсутствовала на асфальтовом покрытии. Так же в месте столкновения автомобилей отсутствовали знаки, запрещающие обгон. При этом имеются знаки, устанавливающие ограничение скоростного режима на вышеуказанном участке дороги до 40 км/ч. Таким образом, юридически значимым обстоятельством при установлении вины участников дорожно-транспортного происшествия является соблюдение участниками Правил дорожного движения при совершении каждым из них маневра, требующего выезда на полосу встречного движения.

Согласно выводам, содержащемся в экспертном заключении № от 17 марта 2025 года, выполненному ФГБУ «Оренбургская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации», в условиях дорожно транспортного происшествия 9 мая 2023 года, величина скорости автомобиля «<данные изъяты>» № перед началом заноса составляла более 76км/ч (ответ на вопрос № 1).

Согласно выводам дополнительной экспертизы, содержащимся в заключении эксперта №-№ от 4 июля 2025 года, составленном ООО «Научно-Техникческий Центр Судебных Экспертиз и Исследований», водитель автомобиля «<данные изъяты>» № №, двигаясь со скоростью 50-60 км/ч не имел технической возможности предотвратить дорожно-транспортное происшествие путем применения экстренного торможения, при скорости автомобиля <данные изъяты> № – 15 км/ч, а путь в опасной зоне – 4 м. (т. 2 л.д. 162-183).

Также в письменном пояснении относительно данного вопроса экспертом указано на то, что при установленных обстоятельствах технической возможности у водителя автомобиля «<данные изъяты>» № №, предотвратить дорожно-транспортное происшествие путем применения экстренного торможения не имелось и при заданной скорости 40 км\ч.

При этом суд признает несостоятельными доводы представителя истца о том, что на участке дороги, где произошло столкновение не имелось ограничений скоростного режима, поскольку это прямо опровергается схемой дорожной разметки и знаков, представленных ГУ «Оренбургремдорстрой».

Вопреки доводам представителя истца, в соответствии с Правилами дорожного движения, действие знаков не прерывается в местах выезда с прилегающих к дороге территорий и в местах пересечения (примыкания) с полевыми, лесными и другими второстепенными дорогами, перед которыми не установлены соответствующие знаки.

Из представленной схемы дорожной разметки и расположения дорожных знаков следует, что при выезде со второстепенной дороги (<адрес> не установлен знак перекрестка, в связи с чем действие ограничения скоростного режима в 40 км/ ч присутствовало на месте столкновения автомобилей.

Суд приходит к выводу, что как водитель ФИО2 при совершении маневра поворота налево, в нарушение требований п. 8.1, 8.2, 8.5, 11.3 Правил дорожного движения, так и водитель ФИО1 при совершении маневра обгона, в нарушение п. 10.1,10.2,11.1,11.2 Правил дорожного движения, не убедились в безопасности совершаемых ими маневров для остальных участников дорожного движения, в связи с чем их обоюдные действия состоят в причинно-следственной связи с результатом произошедшего 9 мая 2023 года дорожно-транспортного происшествия.

Из исследованных материалов дела установлено, что действия каждого из водителей свидетельствуют об обоюдной вине водителей. Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о необходимости определения вины водителей в дорожно-транспортном происшествии в равной степени по № %.

Рассматривая исковые требования ФИО1 к САО «ВСК» о доплате страхового возмещения, суд приходит к следующему.

Согласно абз. 4 п. 22 ст. 12 Закона об ОСАГО, в случае, если степень вины участников дорожно-транспортного происшествия судом не установлена, застраховавшие их гражданскую ответственность страховщики несут установленную настоящим Федеральным законом обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате такого дорожно-транспортного происшествия, в равных долях.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», если из документов, составленных сотрудниками полиции, следует, что за причиненный вред ответственны несколько участников дорожно-транспортного происшествия, то в силу прямого указания закона их страховщики производят страховое возмещение в равных долях (абзац четвертый пункта 22 статьи 12 Закона об ОСАГО).

При несогласии с таким возмещением потерпевший вправе предъявить требование о взыскании страхового возмещения в недостающей части. При рассмотрении спора суд обязан установить степень вины лиц, признанных ответственными за причиненный вред, и взыскать страховое возмещение с учетом установленной судом степени вины лиц, гражданская ответственность которых застрахована. Обращение с самостоятельным заявлением об установлении степени вины законодательством не предусмотрено.

Страховщик освобождается от обязанности уплаты неустойки, суммы финансовой санкции, штрафа и компенсации морального вреда, если обязательство по страховому возмещению в равных долях было им исполнено надлежащим образом.

Как установлено судом, гражданская ответственность водителя «<данные изъяты>» № № ФИО1 была застрахована в период с 7 марта 2023 года по 6 марта 2024 года в САО «ВСК», что подтверждается страховым полисом ОСАГО № (т.1 л.д. 14).

Согласно представленным САО «ВСК» документам выплатного дела, ФИО1 после произошедшего 9 мая 2023 года дорожно- транспортного происшествия обратился в страховую компанию САО «ВСК» 29 сентября 2023 года с заявлением о прямом возмещении убытков по договору ОСАГО, предоставив документы, в том числе постановление ИДПС ОГИБДД ОМВД России по Адамовскому району от 8 сентября 2023 года, которым производство по делу об административном правонарушении прекращено за истечением срока давности привлечения к административной ответственности (т. 1л.д. 113).

Страховой компанией было выдано направление на проведение осмотра автомобиля 29 сентября 2023 года, поврежденный автомобиль «<данные изъяты>» № № регион был осмотрен в присутствии потерпевшего ФИО1, установлены повреждения, что подтверждается актом № от 3 октября 2023 года (т.1 л.д. 118).

Из заключения эксперта № от 11 октября 2023 года, составленного ООО «АВС-Экспертиза» по заказу САО «ВСК», следует, что стоимость восстановительного ремонта автомобиля «<данные изъяты>» № №, определенного по Единой методике № 755-П без учета износа составляет 387747 рублей, стоимость восстановительного ремонта с учетом износа составляет 283027 рублей. Также проведена проверка рыночной стоимости в Оренбургской области автомобиля «<данные изъяты>», 2011 года выпуска по состоянию на май 2023 года, по размещению объявлений в сети интернет, при этом минимальная сумма составила 410000 рублей, максимальная 729000 рублей (т. 1 л.д. 119-129).

Согласно заключению судебной автотехнической экспертизы №,№ от 17 марта 2025 года, выполненной ФГБУ «Оренбургская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации», в результате ДТП, имевшем место 9 мая 2023 года автомобилю «<данные изъяты>», № № причинены механические повреждения (ответ на вопрос №, т.2 л.д. 66-124), которые соответствуют акту осмотра № от ДД.ММ.ГГГГ, осуществлённому САО «ВСК» (т.1 л.д. 118).

Стоимость восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты>, № № на день ДТП – 9 мая 2023 года, определенная в соответствии с Единой методикой № 755-П с учетом износа, исходя из товарного рынка Уральского экономического региона составляет 292064 рубля, без учета износа – 409193 рубля (ответ на вопрос №, т. 2 л.д. 66-124).

Поскольку на момент обращения потерпевшего ФИО1 к ответчику САО «ВСК» с заявлением о прямом возмещении убытков степень вины участников дорожно-транспортного происшествия не была определена, следовательно, страховое возмещение должно было быть выплачено страховой организацией в денежной форме в размере №% от стоимости восстановительного ремонта автомобиля с учетом износа заменяемых деталей, определенной с учетом Положения Банка России от 04 марта 2021 года № 755-П «О единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства».

Довод представителя истца о том, что страховое возмещение должно было быть выплачено исходя из лимита ответственности страховой организации в связи с наличием конструктивной гибели автомобиля, является несостоятельным, так как страховое возмещение, в соответствии с Законом об ОСАГО рассчитывается с применением Единой методики № 755-П.

При определении САО «ВСК» размера страховой выплаты стоимость восстановительного ремонта автомобиля без учета износа (387747 рублей) не превышала рыночной стоимости автомобиля потерпевшего на день дорожно-транспортного происшествия – 9 мая 2023 года (606537 рублей).

Из материалов выплатного дела следует, что САО «ВСК» на счет истца ФИО1 13 октября 2023 года платежным поручением № была произведена страховая выплата за СК Ингосстрах в размере 141513,75 рублей (т.1 л.д. 135).

В соответствии с пунктом 3.5 Единой методики № 755-П, расхождение в результатах расчетов размера расходов на восстановительный ремонт в отношении транспортного средства, выполненных различными специалистами, следует признавать находящимся в пределах статистической достоверности за счет использования различных технологических решений и погрешностей расчета, если оно не превышает 10 процентов при совпадающем перечне поврежденных деталей (за исключением крепежных элементов, деталей разового монтажа).

Учитывая, что разница между стоимостью восстановительного ремонта с учетом износа автомобиля потерпевшего ФИО1, определенного страховой компанией (283027 рублей) и стоимостью восстановительного ремонта с учетом износа, установленного заключением судебной автотехнической экспертизы (292064 рубля) составляет № %, то требования истца ФИО1 к САО «ВСК» удовлетворению не подлежат.

Разрешая исковые требования ФИО1 к ФИО2, суд, учитывая равную степень вины каждого участника дорожно-транспортного происшествия, приходит к выводу о частичном удовлетворении требований истца ФИО1

Как следует из заключения судебной дополнительной автотехнической экспертизы, составленного ООО «Научно-Технический Центр Судебных Экспертиз и Исследований»: стоимость восстановительного ремонта транспортного средства «<данные изъяты>» № № на день проведения экспертизы, составляет 1000868,60 рублей, что значительно превышает рыночную стоимость автомобиля «<данные изъяты>» № № без учета повреждений, полученных в результате дорожно-транспортного происшествия, на день проведения экспертизы - 752248 рублей; на день дорожно-транспортного происшествия – 9 мая 2023 года – 606537 рублей; Стоимость годных остатков автомобиля «<данные изъяты>» № № составляет 83171,02 рубля.

Следовательно, ущерб, причиненный гибелью автомобиля <данные изъяты> № № составляет 669076,98 рублей (752248-83171,02).

Учитывая, что степень вины участников дорожно-транспортного происшествия судом установлена равной, ФИО1 подлежит возмещению ущерб в размер 334538,49 рублей (669076,98 х50%).

Судом установлено, что САО «ВСК» выплачено в счет возмещения ущерба ФИО1 141513,75 рублей, следовательно с водителя ФИО2 подлежит взысканию ущерб в пользу ФИО1 в размере 193024,74 рубля (334538,49 - 141513,75).

Согласно ст.94Гражданского процессуального кодекса РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, суммы, подлежащиевыплатеэкспертам, специалистам; расходы наоплатууслуг представителей; другие признанные судом необходимыми расходы.

В обоснование несения расходов по оплате услуг по проведению досудебной экспертизы истцом ФИО1 представлен договор оказания услуг с индивидуальным предпринимателем ФИО3 № от 29 сентября 2023 года о проведении независимой технической экспертизу (т.2 л.д.6) и кассовый чек об оплате по указанному договору услуги по составлению автотехнической экспертизы – 10000 рублей (т.2 л.д.5).

Разрешая требования истца о взыскании судебных расходов, руководствуясь приведенными выше нормами процессуального права, суд пришел к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика ФИО2 в размере № % понесенных истцом в связи с рассмотрением дела, расходов.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Как следует из материалов дела истцом ФИО1 государственная пошлина при подаче иска в суд не оплачивалась.

В соответствии с положениями ст. 103 ГПК РФ, п. 1, 3 ч. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика ФИО2 подлежит взысканию государственная пошлина в размере пропорционально удовлетворенным требованиям, то есть в размере 7915, 74 рубля.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 сумму ущерба в размере 193024,74 рублей, расходы на проведение досудебной экспертизы в размере 5000 рублей, а всего в общей сумме 198 024 (сто девяносто восемь тысяч двадцать четыре) рубля 74 копейки.

Отказать ФИО1 в удовлетворении остальной части иска к ФИО2, а также в удовлетворении иска к САО «ВСК» отказать.

Взыскать с ФИО2 в доход государства государственную пошлину в размере 7915 (семь тысяч девятьсот пятнадцать) рублей 74 копейки.

Апелляционная жалоба, представление на решение может быть подана в Оренбургский областной суд через Адамовский районный суд Оренбургской области в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Председательствующий М.В.Злобина.

Решение изготовлено судом в окончательной форме 1 августа 2025 года.