Решение № 2-13/2020 2-13/2020(2-206/2019;)~М-185/2019 2-206/2019 М-185/2019 от 7 февраля 2020 г. по делу № 2-13/2020

Дело № 2 – 13/2020г.

УИД 45RS0001-01-2019-000251-59


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с. Альменево 7 февраля 2020 года

Альменевский районный суд Курганской области в составе:

председательствующего судьи Хабирова Р.Н.,

при секретаре Галимове С.К.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов РФ о взыскании компенсации морального вреда за незаконное привлечение к уголовной ответственности,

У С Т А Н О В И Л:

В суд обратился ФИО1 с иском к Министерству финансов РФ о возмещении морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности. В обоснование иска указал, что в связи с возбуждением 17.06.2019 года уголовного дела по ч. 3 ст. 260 УК РФ, он, как подозреваемый по данному уголовному делу, 18.09.2019 года в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ был задержан и водворен в изолятор временного содержания, где находился 48 часов. Затем в отношении него была избрана мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке. Он был допрошен в качестве подозреваемого, уголовное дело расследовалось 3 месяца, и 17.09.2019 года было вынесено постановление о прекращении в отношении него уголовного дела в связи с непричастностью к совершению преступления на основании п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ. Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, если вред причинен гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде. В силу положений ч. 2 ст. 133 УПК РФ он имеет право на реабилитацию. В результате незаконного привлечения к уголовной ответственности и незаконного содержания под стражей ему причинен моральный вред в виде нравственных страданий, поскольку он не имел возможности вести нормальный образ жизни, испытывал постоянное чувство страха и обиды необоснованными обвинениями в преступлении, которого не совершал. С учетом того, что он является генеральным директором ОАО «Шумихинский лесхоз», факт привлечения его к уголовной ответственности стал достоянием общественности села. 21.06.2019 года на официальном сайте МВД по Курганской области размещен материал с видеозаписью под заголовком «В Курганской области сотрудники полиции задержали подозреваемого в незаконной рубке леса», из которого следует о причастности ОАО «Шумихинский лесхоз» к незаконной рубке, а задержанное лицо отнесено к так называемым «черным лесорубам». Ссылаясь на изложенное, ст.ст. 1070, 1100 ГК РФ, 133 УПК РФ, истец просил суд взыскать в его пользу с Министерства финансов Российской Федерации компенсацию причиненного ему морального вреда в сумме 200000 руб.

Представители ответчика - Министерства финансов РФ, третьего лица – УМВД по Курганской области, а также третьи лица – следователи ФИО2, ФИО3 в суд не явились, просили рассмотреть дело без их участия. Дело в соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ), рассмотрено судом в отсутствие неявившихся лиц.

Истец ФИО1 в суде полностью поддержал исковые требования и со ссылкой на изложенные к иске обстоятельства пояснил, что он был незаконно подвергнут уголовной ответственности, 18 июня 2019 года был задержан на 2 суток как подозреваемый по уголовному делу о преступлении, которого не совершал. Был допрошен в качестве подозреваемого, 3 месяца был под следствием, в отношении него была избрана мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке. При обязательстве о явке он имел возможность выезжать за пределы района и области, однако его график работы и личные поездки зависели от вызовов к следователю. Все вышеизложенное причиняло ему сильные нравственные страдания, он переживал из-за необоснованного привлечения его к уголовной ответственности, незаконного лишения свободы; в школе его детям говорили, что их отец вор. Факт его задержания как руководителя организации и привлечение к уголовной ответственности стало достоянием общественности села, отчего ему было стыдно. Кроме того, в интернете на сайте была опубликована статья с указанием о совершении им как черным лесорубом преступления. Просил удовлетворить иск и взыскать с Министерства финансов РФ в его пользу компенсацию морального вреда за незаконное уголовное преследование в размере 200000 руб.

Представитель ответчика в отзыве на иск указал, что надлежащим ответчиком Министерство финансов РФ не является. Требования о взыскании компенсации морального вреда в размере 200000 руб. являются явно завышенными и не соответствуют принципу разумности и справедливости. Истцом не представлено документальных доказательств обстоятельств возникновения или обострения физических или нравственных страданий. В связи с отсутствием относимых, допустимых и достоверных доказательств, устанавливающих наличие обстоятельств, обосновывающих требование о компенсации морального вреда и свидетельствующих о причинении значительных физических и нравственных страданий, представитель ответчика просил в иске отказать.

Представитель третьего лица – УМВД по Курганской области, выражая полное несогласие с иском в отзыве указал, что требования о взыскании компенсации морального вреда в размере 200000 руб. являются завышенными и не справедливыми. Ссылаясь на ст.ст. 1070, 1100 ГК РФ, а также п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», указал о необходимости учета степени и характера физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иных заслуживающих внимания обстоятельств, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей и другие обстоятельства. В связи с отсутствием относимых, допустимых и достоверных доказательств, устанавливающих наличие обстоятельств, обосновывающих требование о компенсации морального вреда и свидетельствующих о причинении значительных физических и нравственных страданий, представитель УМВД по Курганской области просил в иске отказать.

Третьи лица ФИО2, ФИО3 в заявлениях указали о несогласии с иском ФИО1

Представитель прокуратуры – прокурор Кравцов А.В. в заключении указал, что иск ФИО1 находит подлежащим частичному удовлетворению. Истцом не представлено достаточных доказательств причинения ему физических и нравственных страданий в связи с незаконным привлечением его к уголовной ответственности. Мера пресечения ФИО1 не избиралась, в связи с чем он не был ограничен в своих правах в полном объеме. В статье на сайте, на которую ссылается ФИО1 в иске, не содержится сведений о том, что преступление совершено конкретно ФИО1. Считает, что компенсация морального вреда ФИО1 должна составить 5000 руб.

Выслушав истца, прокурора, оценив доводы ответчика, третьих лиц, изучив письменные материалы дела, суд считает, что исковые требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению.

Указанные истцом обстоятельства о незаконном привлечении его к уголовной ответственности и содержании под стражей нашли свое подтверждение в судебном заседании.

Так, из постановления о возбуждении уголовного дела от 17.06.2019 года следует, что по факту незаконной рубки лесных насаждений возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 260 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее УК РФ).

Из протокола задержания подозреваемого следует, что 18.06.2019 года в 23 ч. 45 мин. ФИО1 в качестве подозреваемого по данному уголовному делу был задержан в порядке ст. 91 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее УПК РФ) и помещен в изолятор временного содержания МО МВД России «Шумихинский»; из данного протокола следует, что с задержанием ФИО1 был не согласен. Согласно материалам уголовного дела сообщение о его задержании направлено его супруге.

Из протоколов допроса подозреваемого, дополнительного допроса подозреваемого, очных ставок, следует, что в ходе предварительного расследования ФИО1 неоднократно был допрошен в качестве подозреваемого по уголовному делу об умышленном тяжком преступлении, с его участием проводились следственные действия.

Из постановления о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) от 17.09.2019 года следует, что уголовное дело (уголовное преследование) в отношении подозреваемого ФИО1 прекращено в связи с непричастностью к совершению преступления на основании п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ с признанием права на реабилитацию.

В соответствии со ст. 2 Конституции РФ, человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства. Согласно ст. 53 Конституции РФ, каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно указанным в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 2 марта 2010 года № 5-П правовым позициям Европейского Суда по правам человека, пункт 2 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, закрепляющий принцип презумпции невиновности, распространяется на судопроизводство по возмещению ущерба, если получение компенсации обусловливается именно незаконностью привлечения к уголовной ответственности или заключения под стражу; в силу общего правила, после вступившего в силу оправдания даже подозрения, затрагивающие невиновность лица, являются неприемлемыми.

Согласно ч. 1 ст. 133УПК РФ, право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

На основании ч. 2 ст.136УПК РФ иски о компенсации за причиненный моральныйвредв денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Согласно п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», с учетом положений части 2 статьи 133 и части 2 статьи 135 УПК РФ право на реабилитацию имеют как лица, уголовное преследование которых признано незаконным или необоснованным судом первой инстанции по основаниям, предусмотренным в части 2 статьи 133 УПК РФ, так и лица, в отношении которых уголовное преследование прекращено по указанным основаниям на досудебных стадиях уголовного судопроизводства либо уголовное дело прекращено и (или) приговор отменен по таким основаниям в апелляционном, кассационном, надзорном порядке, по вновь открывшимся или новым обстоятельствам. На досудебных стадиях к таким лицам относятся подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которых прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 4 - 6 части 1 статьи 27 УПК РФ (например, непричастность подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления).

Компенсация морального вреда согласно действующему гражданскому законодательству (ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) является одним из способов защиты субъективных гражданских прав и законных интересов, посредством которой осуществляется добровольное или принудительное восстановление нарушенных (оспариваемых) личных неимущественных благ и прав.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ), если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд также должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, если вред причинен гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде.

Установлено, что 17.06.2019 года органом предварительного следствия было возбуждено уголовное дело по ч. 3 ст. 260 УК РФ по факту незаконной рубки лесных насаждений. По данному уголовному ФИО1 в качестве подозреваемого был задержан в порядке ст. 91 УПК РФ и содержался под стражей двое суток. Следователем ФИО1 в июне 2019 была избрана мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке.

Исследованные в судебном заседании протоколы допроса подозреваемого ФИО1, протоколы очных ставок указывают, что со статусом подозреваемого в совершении умышленного тяжкого преступления истец находился 3 месяца, и затем уголовное преследование в отношении него было прекращено в связи с непричастностью к преступлению, то есть по реабилитирующему основанию.

Прекращение уголовного преследования 17.09.2019 года по реабилитирующему основанию с указанием о права на реабилитацию является основанием для возникновения права на возмещение вреда. Незаконное уголовное преследование, в ходе которого истец содержался под стражей, применение к нему меры процессуального принуждения, являются основанием полагать, что истцу был причинен моральный вред, который подлежит компенсации.

Факт причинения морального вреда в результате незаконного привлечения ФИО1 к уголовной ответственности в силу ст. 61 ГПК РФ и ст. 1100 ГК РФ не подлежит доказыванию. Вред, причиненный гражданину указанными действиями правоохранительных органов, является основанием для компенсации морального вреда, в силу прямого указания закона. Незаконное привлечение гражданина к уголовной ответственности умаляет широкий круг его прав и гарантий, предусмотренных Конституцией РФ, в частности, достоинство личности (статья 21) право на свободу и личную неприкосновенность (статья 22), право на неприкосновенность частной жизни, защиту своей чести и доброго имени (статья 23); лица, имеющие право на реабилитацию, во всех случаях испытывают нравственные страдания, в связи с чем, факт причинения им морального вреда предполагается.

Согласно ст. 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При разрешении исковых требований и определении размера денежной компенсации морального вреда ФИО1 суд учитывает характер причиненных ему физических и нравственных страданий с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальные особенности истца, который женат, имеет на иждивении несовершеннолетних детей, суд учитывает, что со статусом подозреваемого по уголовному делу истец находился 3 месяца, подозревался в совершении умышленного тяжкого преступления, был в ночное время задержан и водворен в ИВС, в ночное время был допрошен в качестве подозреваемого, с ним, как с подозреваемым, неоднократно проводились следственные действия, дважды он допрашивался в качестве подозреваемого в совершении умышленного тяжкого преступления. В течение 3-х месяцев в отношении ФИО1 применялась мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке.

Вышеизложенные обстоятельства, с учетом особенностей личности истца дают суду основания считать убедительными доводы истца о том, что он, будучи невиновным, испытывал чувство обиды, стыда перед иными лицами, переживал из-за незаконного привлечения его к уголовной ответственности, из-за самого факта лишения его свободы, содержания под стражей и подозрения в умышленном тяжком преступлении.

У суда нет оснований не доверять объяснениям ФИО1 о его переживаниях, основанных на факте незаконного привлечения его к уголовной ответственности, задержании и лишении свободы, факте применения меры процессуального принуждения в виде обязательства о явке. Несмотря на то, что данная мера не предполагает абсолютного ограничения человека его права на свободу передвижения, тем не менее очевидно, что эта мера сама по себе уже ущемляет права человека, ограничивая право на свободу обязательностью явки к другому лицу не по своей воле и возможными негативными последствиями при несообщении о перемене места жительства. Является очевидным, что ФИО1, незаконно содержащийся под стражей двое суток, претерпел моральный вред лишением его свободы и права на общение с супругой и детьми. Нет оснований считать надуманными доводы истца и о том, что факт его задержания как руководителя организации, оказывающей услуги населению, и привлечение к уголовной ответственности стало достоянием общественности села, что способствовало нравственным переживаниям истца.

Вместе с тем, доводы о причинении истцу морального вреда размещением на официальном сайте УМВД по Курганской области материала с видеозаписью под заголовком «В Курганской области сотрудники полиции задержали подозреваемого в незаконной рубке леса» истцом в ходе судебного разбирательства не подтверждены; доказательств о наличии сведений о совершении преступления ФИО1 либо о его задержании в указанном материале нет.

При определении размера компенсации причиненного истцу морального вреда суд помимо вышеуказанных обстоятельств учитывает также и то, что срок содержания истца под стражей был непродолжительный (2 суток), учитывает срок предварительного расследования, в котором истец был в качестве подозреваемого (3 месяца), отсутствие факта предъявления обвинения в совершении преступления и отсутствие факта избрания меры пресечения.

Таким образом, учитывая все вышеизложенное, суд находит определенный истцом размер компенсации морального вреда в 200000 руб. завышенным и определяет компенсацию морального вреда, подлежащую взысканию, в размере 10000 руб.

Сумму компенсации морального вреда в размере 10000 руб. суд находит разумной и справедливой, этот размер судом определен с учетом положений ст.ст. 151, 1101 ГК РФ.

Вопреки доводам ответчика и третьего лица (УМВД по Курганской области) суд указывает, что размер компенсации должен носить реальный, а не символический характер.

В соответствии со ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, возмещается за счет казны Российской Федерации в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Согласно ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с ГК РФ или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 ГК РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

С учетом изложенного, вред ФИО1 подлежит возмещению с Министерства финансов РФ за счёт казны Российской Федерации, поскольку в силу ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от её имени выступает Министерство финансов Российской Федерации.

В связи с вышеизложенным, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Министерству финансов РФ о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 10000 (десять тысяч) руб.

В остальной части оставить исковые требования ФИО1 без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Курганском областном суде в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 12.02.2020 года.

Судья Хабиров Р.Н.