Апелляционное определение № 33-4130/2025 от 14 декабря 2025 г.

Докладчик Уряднов С.Н. Апелляционное дело № 33-4130/2025

Судья Кулагина З.Г. Гражданское дело № 2-764/2025

УИД 21RS0025-01-2021-001995-07


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

15 декабря 2025 года г. Чебоксары

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Чувашской Республики в составе председательствующего судьи Уряднова С.Н.,

судей Димитриевой Л.В., Вассиярова А.В.,

при секретаре судебного заседания Филипповой И.Н.

рассмотрела в открытом судебном заседании в помещении Верховного Суда Чувашской Республики гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения, поступившее по апелляционной жалобе представителя ФИО2 ФИО3 на решение Московского районного суда г.Чебоксары Чувашской Республики от 22 сентября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Уряднова С.Н., судебная коллегия

установила:

2 апреля 2021 года ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения, обосновав исковые требования тем, что в соответствии с актом передачи нереализованного имущества от 31 июля 2018 года он является законным владельцем квартиры № в дома № по <адрес>. Обязанность по освобождению жилого помещения у ФИО2 возникла после обращения взыскания на заложенную квартиру и перехода права собственности на квартиру к нему. С момента перехода в его собственность вышеуказанной квартиры, он несколько раз отправлял заявления и требования в адрес ответчика о добровольном освобождении вышеуказанной квартиры, но ФИО2 оставила данные обращения без ответа. 10 октября 2018 года он обратился в суд с иском к ответчику о прекращении права пользования жилым помещением и выселении её из данной квартиры. Решением Московского районного суда г. Чебоксары от 10 февраля 2021 года его требования были удовлетворены. ФИО2, незаконно проживая в его квартире, не осуществляла обязательные платежи в фонд капитального ремонта, а также не оплачивала жилищно-коммунальные услуги.

Вступившим 8 сентября 2020 года в законную силу решением Калининского районного суда г. Чебоксары по гражданскому делу № 2-1076/2020 с него как собственника квартиры в пользу управляющей компании ООО «У+» взыскана задолженность по оплате коммунальных платежей за период 9 октября 2018 года по 31 марта 2019 года в размере 12 420, 99 руб., пени - 500 руб., расходы на уплату государственной пошлины в размере 594, 28 руб., а всего 13 515, 27 руб.

Указанное решение он исполнил только 23 марта 2021 года.

Согласно представленной управляющей компании ООО «У+» выписке (справке) из лицевого счета сумма задолженности по коммунальным платежам на 30 марта 2021 года составляла 83 742, 83 руб.

Считает, что в результате использования для проживания жилого помещения, принадлежащего ему на праве собственности, без правовых оснований и без уплаты соответствующих сумм, на стороне ФИО2 образовалось неосновательное обогащение, размер которого он определяет в сумме 383 360 руб. за период с 1 августа 2018 года по 1 апреля 2021 года исходя из минимальных рыночных ставок арендной платы за аналогичные жилые помещения в Северо-западном районе г. Чебоксары.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, ФИО1 просил взыскать с ФИО2 как неосновательное обогащение: плату, которую он мог получить при сдаче в аренду жилья за период с 1 августа 2018 года по 1 апреля 2021 года в размере 376 960 руб.; уплаченную им задолженность по коммунальным платежам за период с 9 октября 2018 года по 31 марта 2019 года в размере 13515,27 руб.; сумму задолженности по оплате коммунальных услуг по состоянию на 30 марта 2021 года в размере 83742, 83 руб., а также судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 25 000 руб., на уплату государственной пошлины в размере 8192 руб.

В судебное заседание истец ФИО1, ответчик ФИО2, третье лицо ФИО4 не явились, будучи извещенными о месте и времени рассмотрения дела, стороны обеспечили участие в суде своих представителей.

Представитель истца ФИО5 исковые требования поддержал.

Представитель ответчика ФИО3 исковые требования не признала.

Московский районный суд г. Чебоксары Чувашской Республики, рассмотрев предъявленные исковые требования, 22 сентября 2025 года принял решение, которым постановил:

«Взыскать с ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженки ..., документированной паспортом ..., зарегистрированной по адресу: <адрес> в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженца ..., документированного паспортом ..., зарегистрированного по адресу: <адрес> сумму неосновательного обогащения в размере 349866 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 15 000 руб. и судебные расходы в виде госпошлины в размере 6698,66 руб.

В остальной части в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 отказать».

На указанное решение представителем ответчика ФИО2 – ФИО3 подана апелляционная жалоба.

В обоснование апелляционной жалобы ФИО3 указала на то, что суд при принятии решения не дал оценки тому обстоятельству, каким-образом ранее даты выдачи исполнительного листа 19 сентября 2017 года было возбуждено исполнительное производство №, в рамках которого судебным приставом-исполнителем, якобы были приняты меры по реализации, принадлежавшей ФИО2 квартиры на торгах, отсутствие заявок по которому явилось основанием для передачи квартиры ФИО1 Суд оставил без оценки и то обстоятельство, что истец ФИО1 по договору № от 4 сентября 2020 года уступал права требования ФИО4, а потому он является ненадлежащим истцом по заявленным требованиям. Суд произвольно, без проведения судебной экспертизы определил рыночную стоимость арендной платы квартиры, также не учел, что бремя содержания квартиры принадлежит собственнику. Суд предлагал истцу уточнить первоначальные исковые требования, а затем разрешил иск без всяких уточнений. Суд также не учел факт возбуждения уголовного дела по факту совершения в отношении ФИО2 самоуправства ФИО1 и иными лицами, взломавшими двери квартиры и причинившими материальный ущерб ответчику. Так как ФИО2 не является собственником спорной квартиры с момента оформления её в собственность ФИО1 на ответчика нельзя было возлагать расходы на содержание этого имущества. Производя расчет неосновательного обогащения с 8 октября 2018 года, суд не дал правовой оценки и тому обстоятельству, что ФИО1 стал собственником квартиры ФИО2 с 9 сентября 2018 года, но при этом только 8 декабря 2021 года было прекращено право пользования ответчика этой квартирой.

Суд оставил без разрешения ряд ходатайств, в том числе и о приостановлении производства по данному делу, что не вправе разрешить суд апелляционной инстанции без перехода к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции.

Представитель ответчика ФИО2 ФИО3 просила отменить обжалованное решение и принять по делу новое решение.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции ФИО3 свою апелляционную жалобу поддержала.

Иные участвующие в деле лица в судебное заседание не явились, будучи извещенными о времени и месте рассмотрения дела своевременно и надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщили.

Заслушав пояснения представителя ответчика, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции с учетом требований, предусмотренных статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом, вступившим в законную силу решением Московского районного суда г. Чебоксары от 12 января 2017 года с ФИО3, ФИО6 в солидарном порядке в пользу ФИО1 взыскана задолженность по договорам денежного займа № от 19 сентября 2013 года, № от 11 сентября 2014 года, № от 18 декабря 2014 года, а также обращено взыскание на недвижимое имущество, в числе прочего и на жилую квартиру, общей площадью ... кв. м., расположенную по адресу (местонахождение) объекта: <адрес>, кадастровый (или условный) номер №, принадлежащую ФИО2 с установлением начальной продажной стоимости в размере 3 577 586, 40 руб., способ продажи - публичные торги.

В рамках исполнительного производства №, возбужденного 19 сентября 2017 года во исполнение вышеуказанного решения суда, судебным приставом-исполнителем были предприняты меры по реализации квартиры ФИО2 на торгах. Однако, объявленные торги были признаны несостоявшимися, в связи с отсутствием заявок.

Постановлением судебного пристава-исполнителя от 31 июля 2018 года по акту о передаче нереализованного имущества ФИО1 была передана нереализованная в принудительном порядке квартира № в доме № по <адрес> (л.д. 24-26 т. 1).

9 октября 2018 года в Едином государственном реестре недвижимости зарегистрирован переход от ФИО2 к ФИО1 права собственности на квартиру № в доме № по <адрес> (л.д. 220-234 т.1).

10 октября 2018 года ФИО1 обращался в Московский районный г.Чебоксары Чувашской Республики с иском к ФИО2 о признании последней прекратившей право пользования указанным жилым помещением и выселении.

Вступившим в законную силу 8 декабря 2021 года решением Московского районного суда г. Чебоксары Чувашской Республики от 10 февраля 2021 года прекращено право пользования ФИО2 жилым помещением в квартире № в доме № по <адрес>, и она выселена из указанной квартиры (л.л.74-82 т.1).

Согласно выписке из лицевого счёта № от 30 марта 2021 года в квартире по адресу: <адрес> зарегистрированным никто не значился. (л.д. 27 т. 1 ).

В свою очередь ФИО2 обращалась в суд с иском к ФИО1 о признании права собственности ФИО1 на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, отсутствующим.

Решением Московского районного суда г.Чебоксары Чувашской Республики от 6 августа 2020 года в удовлетворении этого иска ФИО2 было отказано (л.д. 170-172 т.2).

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Чувашской Республики от 28 февраля 2022 года решение Московского районного суда г.Чебоксары Чувашской Республики от 6 августа 2020 года отменено в связи с существенным нарушением судом первой инстанции норм гражданского процессуального законодательства с принятием по делу нового решения, которым ФИО2 в удовлетворении исковых требований о признании права собственности ФИО1 на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, отсутствующим отказано (л.д. 172-176 т.2).

Согласно адресной справке ответчик ФИО2 значится зарегистрированной по месту жительства по адресу: <адрес> с 21 апреля 2004 года (л.д. 190 т.1).

Заочным решением Калининского районного суда г. Чебоксары Чувашской Республики по гражданскому делу № 2-1076/2020 от 17 июня 2020 года с ФИО1 в пользу управляющей организации ООО «У+» взыскана задолженность по оплате жилья и коммунальных услуг за период 9 октября 2018 года по 31 марта 2019 года в размере 12 420, 99 руб., пени - 500 руб., расходы на уплату государственной пошлины в размере 594, 28 руб., а всего 13515, 27 руб. (л.д. 127-128 т. 2).

Согласно представленным ООО «У+» финансовым историям лицевого счёта по квартире № в доме № по <адрес>, начислена плата за период с 1 апреля 2019 года по 30 марта 2021 года в размере 55862, 28 руб., не считая пени (л.д. 178-182, 190-192 т.2).

В обоснование требования о взыскании с ответчика в качестве неосновательного обогащения сбереженной арендной платы, ФИО1 суду представлены скриншоты стоимости арендной платы за аналогичные жилые помещения в Северо-западном районе г. Чебоксары, недалеко от набережной реки Волга и с видом на реку Волга, за период с 1 августа 2018 года по 1 апреля 2021 года (л.д. 30 - 40 т.1) и справка ООО «Региональный центр профессиональной оценки и экспертизы», из которой следует, что размер рыночной платы в месяц (с учётом коммунальных платежей) за аренду квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, площадью ... кв.м. по состоянию на 1 августа 2018 года составляет 16000 руб. (л.д. 85-102 т. 2).

Разрешая исковые требования ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения и удовлетворяя их в части, суд первой инстанции, оценив представленные в дело доказательства, руководствуясь положениями статей 8, 15, 210, 237, 292, 1102, 1105, 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 30, 35, 39, 153, 158, 237 Жилищного кодекса Российской Федерации, правовой позицией приведенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2018 года № 5-КГ18-65, исходил из того, что ответчик ФИО2 незаконно пользовалась принадлежащей истцу на праве собственности квартирой № в доме № по <адрес> до 1 апреля 2021 года, не оплачивая арендные платежи, при том, что ФИО1 не заключал с ней никакого соглашения о предоставлении жилья и сам был лишен возможности пользоваться жилым помещением.

С учетом того, что право собственности за ФИО1 на квартиру зарегистрировано в ЕГРН с 9 октября 2018 года, суд посчитал, что с ФИО2 в пользу истца подлежит взысканию как неосновательное обогащение сбереженные ответчиком денежные средства за период с 9 октября 2018 года по 1 апреля 2021 года (29 месяцев 21 дней) в размере 349866 руб., исходя из рыночной стоимости арендной платы 11780 руб. в месяц, отказав в удовлетворении иска о взыскании с ответчика неполученного дохода в остальной части.

Суд не нашел правовых оснований для удовлетворения иска ФИО1 и в части взыскания с ответчика 13515, 27 руб., взысканных с него самого решением Калининского районного суда г. Чебоксары от 17 июня 2020 года, а также выставленной ему управляющей компанией задолженности по коммунальным платежам по состоянию на 30 марта 2021 года в размере 83742, 83 руб., указав, что расходы на содержание жилья законом возложены на собственника квартиры, а потому они не могут быть признаны убытками истца, подлежащими возмещению ответчиком. Суд в решении указал, что лишь стоимость полученных ФИО2, но не оплаченных ею коммунальных услуг, могла являться неосновательным обогащением ответчика. Между тем истцом не представлено суду доказательств пользования ответчиком коммунальными услугами в квартире № в доме № по <адрес> в заявленный период, так как она не была зарегистрирована в этом жилом помещении.

Руководствуясь положениями статей 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом правила о пропорциональном возмещении судебных расходов, суд взыскал с ФИО2 в пользу ФИО1 в возмещение расходов на оплату услуг представителя 15000 руб. из предъявленных к возмещению 25000 руб., и на уплату государственной пошлины 6698, 66 руб. из предъявленных к возмещению 8192 руб.

С учетом установленных судом юридически значимых обстоятельств, относящихся к предмету доказывания по делу, а также положений материального и процессуального права, регламентирующих спорные правоотношения и порядок гражданского судопроизводства в судах общей юрисдикции, правовых оснований для отмены или изменения принятого по делу решения по доводам апелляционной жалобы представителя ответчика, судебная коллегия не находит.

В соответствии с частью 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Согласно пункту 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного кодекса.

Из приведенных правовых норм следует, что по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.

Судом установлено, что за истцом ФИО1 в Едином государственном реестре недвижимости зарегистрировано право собственности на квартиру № в доме № по <адрес> с 9 октября 2018 года.

Ответчик ФИО2 пыталась в судебном порядке оспорить это право истца на указанную квартиру, однако вступившим в законную силу апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Чувашской Республики от 28 февраля 2022 года в удовлетворении иска ФИО2 о признании права собственности ФИО1 на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, отсутствующим отказано.

Этим апелляционным определением, имеющим преюдициальное значение по настоящему делу в силу части 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, установлено, что квартира № в доме № по <адрес> передана взыскателю ФИО1 судебным приставом-исполнителем Московского РОСП г. Чебоксары Управления Федеральной службы судебных приставов России по Чувашской Республике в рамках исполнительного производства № от 19 сентября 2017 года по требованию об обращении взыскания на заложенное ФИО2 имущество с согласия взыскателя ввиду того, что квартира не была реализована в принудительном порядке.

Поскольку по настоящему гражданскому делу ФИО1 заявлен иск о взыскании с ФИО2 как неосновательного обогащения сбереженных ею платежей, имевших место после 9 октября 2018 года, указанные в апелляционной жалобе представителя ответчика ФИО2 - ФИО3 доводы о том, что суд не выяснил, каким-образом ранее даты выдачи исполнительного листа 19 сентября 2017 года было возбуждено исполнительное производство №, в рамках которого судебным приставом-исполнителем были приняты меры по реализации, принадлежавшей ФИО2 квартиры на торгах, суд не дал оценки возбужденному уголовному делу по факту совершения самоуправства в отношении ФИО2, какого-либо правового значения по настоящему делу не имеют.

Приведенные в апелляционной жалобе ФИО2 вышеуказанные доводы фактически направлены на оспаривание обстоятельств, установленных вступившими в законную силу судебными постановлениями, а также процедуры принудительного исполнения решения Московского районного суда г.Чебоксары Чувашской Республики от 12 января 2017 года по гражданскому делу № 2-26/2017.

Между тем механизмом защиты прав и законных интересов граждан и организаций от возможной судебной ошибки является право обжалования решения суда в вышестоящую инстанцию. Нарушенные права также могут быть восстановлены с использованием механизма пересмотра судебного акта в порядке статьи 392 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по вновь открывшимся или новым обстоятельствам.

При принудительном исполнении решения суда защита прав и законных интересов возможно путем обжалования постановлений и действий судебного пристава-исполнителя в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 2 октября 2007 года N 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» и Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации.

Не может повлечь отмены принятого по делу решения и довод апелляционной жалобы представителя ответчика о том, что суд оставил без оценки то обстоятельство, что истец ФИО1 по договору № от 4 сентября 2020 года уступал права требования задолженности, обеспеченной залогом квартиры ответчика, ФИО4

Действительно по смыслу абзаца 2 пункта 1 статьи 353 Гражданского кодекса Российской Федерации залог является обременением имущества, обладает свойством следования и сопровождает вещь, являющуюся предметом договора залога, в том числе при перемене собственника.

Однако из материалов дела следует, что договор № об уступке права требования задолженности между цедентом ФИО1 и цессионарием ФИО4 был заключен 4 сентября 2020 года, тогда как судебным приставом-исполнителем в счет исполнения обязательств ФИО3 квартира была передана ФИО1 31 июля 2018 года, право собственности на неё было зарегистрировано в ЕГРН 9 октября 2018 года.

В силу пункта 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, требование первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода требования. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Первоначальный кредитор не может уступить новому кредитору больше прав, чем имеет сам.

Тем самым заключение истцом договора уступки права требования с ФИО4, не могло лишить ФИО1 права собственности на квартиру № в дома № по <адрес> и соответственно права требования неосновательного обогащения, как ошибочно полагает в своей апелляционной жалобе представитель ответчика.

На основании части 2 статьи 30 Жилищного кодекса Российской Федерации собственник жилого помещения вправе предоставить во владение и (или) в пользование принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение гражданину на основании договора найма, договора безвозмездного пользования или на ином законном основании, а также юридическому лицу на основании договора аренды или на ином законном основании с учетом требований, установленных гражданским законодательством, данным кодексом.

Из материалов дела следует, что ФИО1 после регистрации за ним права собственности на квартиру № в доме № по <адрес> не предоставлял её ответчику ФИО2 во владение по какому-либо основанию, при этом ответчик отказывалась передавать жилое помещение истцу. Данное обстоятельство повлекло обращение ФИО1 в суд с иском к ФИО2 о признании её прекратившей права пользования жилым помещением и выселении из указанной квартиры

Решением Московского районного суда г. Чебоксары от 10 февраля 2021 года, вступившим в законную силу 8 декабря 2021 года, это требование удовлетворено.

Согласно пункту 2 статьи 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, неосновательно временно пользовавшееся чужим имуществом без намерения его приобрести либо чужими услугами, должно возместить потерпевшему то, что оно сберегло вследствие такого пользования, по цене, существовавшей во время, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило.

Из содержания указанных норм в их взаимосвязи следует, что использование ФИО2 жилого помещения, принадлежащего на праве собственности ФИО1 без правовых оснований и без уплаты соответствующих сумм является неосновательным обогащением ФИО2, размер которого подлежал определению по цене, имевшей место в момент окончания пользования этим имуществом.

Истцом в подтверждение размера неосновательного обогащения представлены скриншоты стоимости арендной платы за аналогичные жилые помещения в Северо-западном районе г. Чебоксары, недалеко от набережной реки Волга и с видом на реку Волга, за период с 1 августа 2018 года по 1 апреля 2021 года, а также справка ООО «Региональный центр профессиональной оценки и экспертизы» о размере рыночной платы в месяц (с учётом коммунальных платежей) за аренду квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, площадью ... кв.м. по состоянию на 1 августа 2018 года.

В соответствии с частью 2 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно пункту 5 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

С учетом этих норм права суд обоснованно определил размер неосновательного обогащения ФИО2 вследствие неправомерного пользования жилым помещением на основании тех доказательств, которые были представлены стороной истца в материалы дела. При этом сторона ответчика, не соглашаясь с установленным судом размером арендной платы за квартиру в 11000 руб. в месяц, не представляла суду первой инстанции доказательств иного размера такой платы, в том числе не заявляла ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы на предмет установления такой платы.

Исходя из этого довод апелляционной жалобы ФИО3 о том, что суд произвольно, без проведения судебной экспертизы определил рыночную стоимость арендной платы квартиры, не может повлечь отмены или изменения принятого по делу решения.

Несостоятельным является и довод апелляционной жалобы представителя ответчика о том, что суд первой инстанции не дал правовой оценки тому обстоятельству, что ФИО1 стал собственником квартиры ФИО2 с 9 сентября 2018 года, но при этом только 8 декабря 2021 года было прекращено право пользования ответчика этой квартирой.

Суд взыскал с ответчика в пользу истца неосновательное обогащение за пользование жилым помещением за заявленный им период с 9 октября 2018 года по 1 апреля 2021 года, когда ФИО2 пользовалась его квартирой без правовых оснований и без уплаты соответствующих сумм за пользование. То обстоятельство, что решение Московского районного суда г. Чебоксары Чувашской Республики от 10 февраля 2021 года, которым ФИО2 выселена из квартиры истца, вступило в законную силу 8 декабря 2021 года, не свидетельствует о том, что до указанного времени ответчик пользовалась квартирой истца на законном основании. Незаконность пользование ФИО2 жилым помещением ФИО1, как раз подтверждена этим решением суда.

По смыслу статей 3, 4, 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации только истцу принадлежит право определять ответчика, предмет и основание иска.

В соответствии с частью 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Суд обжалованным решением разрешил те требования, которые были заявлены в иске. То обстоятельство, что суд мог предложить истцу уточнить исковые требования, но при этом истец поддерживать первоначально предъявленные исковые требования, не свидетельствует о незаконности принятого по делу решения.

Не может повлечь отмены или изменения принятого по делу решения и довод апелляционной жалобы представителя ответчика о том, что на ФИО2 нельзя было возлагать расходы на содержание квартиры, так как обжалованным решением суд и так отказал в удовлетворении иска ФИО1 о взыскании с ФИО2 платы за содержание жилья и коммунальные услуги в полном объеме.

Относительно довода апелляционной жалобы ФИО3 о том, что суд оставил без разрешения ряд ходатайств, в том числе и о приостановлении производства по данному делу и это ходатайство суд апелляционной инстанции не вправе разрешить без перехода к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции, судебная коллегия отмечает, что согласно части 3 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не всякое нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием для изменения или отмены решения суда первой инстанции, а только то нарушение, которое привело или могло привести к принятию неправильного решения.

Между тем таких нарушений норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судом первой инстанции не допущено.

В целом доводы апелляционной жалобы представителя ответчика направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, не опровергают их и не свидетельствуют о наличии нарушений норм материального и процессуального права, повлиявших на исход дела, а потому не могут повлечь отмены или изменения принятого по делу решения.

Учитывая изложенное, руководствуясь статьями 199, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

оставить решение Московского районного суда г.Чебоксары Чувашской Республики от 22 сентября 2025 года без изменения, апелляционную жалобу представителя ФИО2 ФИО3 без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения в кассационном порядке в Шестой кассационный суд общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы через Московский районный суд г.Чебоксары Чувашской Республики.

Председательствующий С.Н. Уряднов

Судьи: Л.В. Димитриева

А.В. Вассияров

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 19 декабря 2025 года.