Решение № 2-515/2017 2-515/2017~М-438/2017 М-438/2017 от 23 ноября 2017 г. по делу № 2-515/2017

Дело № 2 - 515/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Лесозаводск 24.11.2017 года

Лесозаводский районный суд Приморского края в составе председательствующего судьи Вечерской Г.Н.

с участием помощника Лесозаводского межрайонного прокурора Лобода Н.А.

истца ФИО1

представителя истца ФИО2

представителя ответчика ФИО3

при секретаре Сабановой М.П.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело иску ФИО1 к КГБУЗ «Лесозаводская ЦГБ» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и морального вреда

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском ссылаясь на то, что 24.10.2011 г. он был принят на работу водителем участковой автомашины объединенного гаража КГБУЗ «Лесозаводская ЦГБ». С января 2017 г. работал водителем в гараже отдела материально-технического обеспечения (ОМТО) КГБУЗ «Лесозаводская ЦГБ». Его непосредственным начальником являлся контролер гаража В, а в его отсутствии И, а также начальник отдела материально технического обеспечения (ОМТО) ФИО4 Приказом № 751л от 05.07.2017 г. он уволен по пп. «а» ч.6 ст. 81 ТК РФ за прогул совершенный 26.06.2017 г.

С данным приказом не согласен. С 2013 г. он находится на учете в ГКБУЗ «Лесозаводская ЦГБ» с диагнозом туберкулез почки. В связи с ухудшением самочувствия он 06.06.2017 г., а затем 14.06.2017 г. обращался в поликлинику г. Лесозаводска, но ему 14.06.2017 г. в медицинской помощи было отказано. В связи с чем он обратился в прокуратуру и в суд. Поскольку он продолжал нуждаться в медицинской помощи, 16.06.2017 г. позвонил своему лечащему врачу краевого противотуберкулезного диспансера г. Владивостока Г, который дал рекомендации по лечению. Поскольку ему лучше не стало, он 22.06.2017 г. вновь позвонил Г, который посоветовал 26.06.2017 г. прибыть в г. Владивосток и сделать УЗИ. 25.06.2017 г. в 2-00 ночи он выехал в г. Владивосток, но при подъезде к г. Спасск-Дальний его автомобиль сломался (поломка крестовины на рулевом вале). Дождавшись утра, обратился в ближайшую СТО, где его автомобилю был сделан небольшой ремонт. Продолжать движение во Владивосток он не решился и принял решение вернуться обратно в г. Лесозаводск. Поскольку у него не было оправдательного документа (при прибытии в лечебное учреждение г. Владивостока ему бы выдали больничный лист) он до начала рабочего дня 26.06.2017 г. дозвонился до водителя С, спросил, кто отпускает на линию машины. Узнав, что это И., он (истец) позвонил ему (И) и предупредил об отсутствии его (ФИО1) на работе, от него же узнал, что запчасти на его рабочую машину в ЦГБ так и не поступили. В г. Лесозаводск прибыл, когда рабочий день уже закончился. 27.06.2017 г. находясь на работе, он объяснил контролеру В возникшую ситуацию. 28.06.2017 г. ему был предъявлен акт его отсутствия на рабочем месте, с которым он не согласился, в этот же день по просьбе руководства написал объяснительную. Полагает, что он отсутствовал на работе 26.06.2017 г. по уважительной причине. Не его вина, что он не доехал до медицинского учреждения и не взял оправдательного документа. Ни В, ни Н он в день отсутствия на работе не звонил, поскольку был отпущен контролером И. Заявления о сохранении заработной платы на 26.06.2017 г. не писал. До 05.07. 2017 г. он выполнял свои обязанности, однако к концу рабочего дня его ознакомили с приказом об увольнении, вынесенным 03.07.2017 г. Полагает, что ответчик нарушил порядок увольнения, не уведомив его в день вынесения приказа. Просит учесть, что закрепленная за ним машина была сломана и на момент 26.06.2017 г. запчасти на ТС еще не поступили, в связи с чем, считает, что большой необходимости его присутствия на работе не было. Ранее приказом от 29.05.2017 г. к нему также незаконно было применено дисциплинарное взыскание в виде замечания за отсутствие на рабочем месте 24.05.2017 г. с 08.45м. до 14 ч. Данный приказ им был обжалован в комиссию по трудовым спорам. Поскольку КТС в ЦГБ отсутствует, он не стал обжаловать данный приказ в суде. Считает, что к нему предвзято относятся, т.к. между ним и главным врачом КГБУЗ «Лесозаводская ЦГБ» С сложились неприязненные отношения из-за передачи фотосьемков медицинских отходов, находившихся на свалке по ул. Степная в общественную палату г. Лесозаводска, а также обжалования действий главного врача ЦГБ в связи с отказом оказания медицинской помощи в поликлинике г. Лесозаводска. В связи с незаконным увольнением он испытывает нравственные страдания, поскольку переживает, сильно нервничает, испытывает чувство несправедливости и оценивает моральный вред в размере 20 000 руб. Просит восстановить его на работе в КГБУЗ «Лесозаводская ЦГБ» в должности водителя автомобиля гараж отдела материально-технического обеспечения. Взыскать в его пользу заработную плату за время вынужденного прогула с 06.07.2017 г. по 24.11.2017 г. в размере 67 145 руб. и моральный вред в сумме 20 000 руб.

Представитель истца ФИО2 на удовлетворении заявленных ФИО1 требований настаивает, по основаниям, изложенным выше. Кроме того, просит учесть, что ФИО1 предупредил своего непосредственного начальника И об отсутствии 26.06.2017 г. на рабочем месте. В в этот день не работал. По месту работы ФИО1 характеризуется положительно.

Представитель КГБУЗ «Лесозаводская ЦГБ» ФИО3 заявленные истцом требования не признала в полном объеме и показала, что 26 июня 2017 года истец отсутствовал на работе в течение всего рабочего дня. Факт его отсутствия был зафиксирован актом об отсутствии работника на рабочем месте. 26.06.2017 г. от контролера В на имя главного врача поступила докладная об отсутствии водителя ФИО1 на работе. 28 июня 2017 года, ФИО1 было предложено написать объяснение по поводу отсутствия его на рабочем месте. В этот же день истец указал, что он «не смог по непредвиденным обстоятельствам вернуться в понедельник 26.06.2017 г. на работу из г. Владивостока, как планировал, из-за поломки машины. Не смог написать заявление на отгул, так как был далеко от города. Звонил коллегам по работе водителям и контролеру И 27.06.2017 г. объяснил причину своего отсутствия еще одному контролеру В.». В судебном заседании он (ФИО1) утверждал, что планировал 26.06.2017 г. прибыть в г. Владивосток для прохождения очередного обследования и при необходимости курса лечения в туберкулезном диспансере, где он состоит на учете по заболеванию -туберкулез почки. Работодатель полагает, что указанная истцом причина отсутствия на работе является неуважительной. ФИО1 не обращался к руководству с заявлением о предоставлении ему отпуска без сохранения заработной платы. И до 05.09.2017 г. работал водителем. На этот момент (26.06.2017 г.) на 0.5 ставки еще и исполнял обязанности диспетчера, на время ушедшей в отпуск Г, и не имел право решать вопросы по предоставлению работникам таких отпусков. Контролером технического состояния транспортных средств отдела ОМТО гараж до 29.08.2017 г. являлся В, который, уволившись по собственному желанию, выехал на постоянное место жительства в г. Москва. Непосредственным начальником водителей является начальник ОМТО Н к которому ФИО1 по поводу отсутствия на работе 26.06 2017 г. также не обращался. 27.06.2017 г. истец оправдательных документов работодателю не представил. Просит учесть, что ФИО1 ранее нарушал трудовую дисциплину - отсутствовал на рабочем месте 24.05.2017 года более четырех часов. По этому поводу была проведена служебная проверка. Приказом от 29.05.2017 года № 302-к, работник был привлечен к дисциплинарному взысканию в виде замечания. Считает, что работодателем, при применении истцу дисциплинарного взыскания в виде замечания за прогул 24.05.2017 г. и увольнения за прогул 26.06.2017 г. соблюдены требования ст. 193 ТК РФ.

03.07.2017 года, был издан приказ № 751 л о расторжении трудового договора с работником на основании пп. «а" п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ. С данным приказом работник ознакомлен 05.07.2017 года, под роспись. В день увольнения работнику была выдана его трудовая книжка. В соответствии с ч. 1 ст. 140 ТК РФ с истцом произведен полный расчет. Увольнение произведено в соответствии с порядком, предусмотренным ст. 84.1 ТК РФ с учетом тяжести совершенного проступка.

Допрошенный в качестве свидетеля Н показал, что он с 01.11.2016 г. работает начальником отдела материально –технического обеспечения КГБУЗ «Лесозаводская ЦГБ». В его подчинении находятся водители гаража отдела материально-технического обеспечения. Контролером гаража до 29.08.2017 г. являлся В И занял должность контролера с 05.09.2017 г. До этого времени работал водителем. 26.06.2017 г. В поставил его (свидетеля) в известность об отсутствии водителя ФИО1 на работе. Им (В) на имя главного врача была подана докладная, начальником отдела кадров в присутствии иных лиц был составлен акт об отсутствии работника на рабочем месте. 28.06.2017 г. от ФИО1 поступила объяснительная, где указана неуважительная причина отсутствия его на работе. Приказом от 03.07. 2017 г. истец был уволен за прогул. Ранее ФИО1 подвергался дисциплинарному взысканию за аналогичное нарушение трудового законодательства. Может охарактеризовать его как не дисциплинированного работника, кроме того, при проверке его путевых листов с марта 2017г. было установлено значительное увеличение пробега на автомашине, на которой он работал. Неприязненных отношений между главным врачом ЦГБ и истцом нет.

Свидетель С в зале суда пояснил, что он с 2010 г. работает водителем в гараже «Лесозаводская ЦГБ». 26.06.2017 г. утром до начала рабочего дня он на сотовый телефон позвонил ФИО1, чтобы тот подвез его на работу, но ФИО1 не ответил. Тогда он дозвонился до И., который на тот период времени тоже являлся водителем. Следуя с ним на автомашине до места работы, ему (свидетелю) позвонил истец и сообщил, что находится во Владивостоке. Больше ФИО1 ему ничего не говорил и его ни о чем не спрашивал, в том числе кто работает контролером. О своем разговоре с истцом он тут же сообщил И Приехав на работу, он (С) подписал у И, (который в тот период времени исполнял обязанности диспетчера) путевой лист и выехал по заданию. Видел ли он в этот день контролера В, не помнит. Его (свидетеля) непосредственным начальником является Н В случае необходимости отпроситься, работники ЦГБ на имя главного врача пишут соответствующее заявление. По поводу увольнения истца пояснить ничего не может. О неприязненных отношениях между С и ФИО1 не слышал.

Из показаний свидетеля И следует, что он в гараже «Лесозаводская ЦГБ» работает с 2012 г. сначала работал слесарем, затем водителем, с 26.06.2017 г. по 14.07.2017г. на 0, 5 ставки исполнял обязанности еще и диспетчера, которая на этот период ушла в отпуск. Во время отсутствия или занятости В иногда он (И) выпускал машины на линию, т.к. имеет к этому доступ. За это ему к заработной плате не доплачивали. С 05.09. 2017 г. постоянно занимает должность контролера. 26.06.2017 г. утром он подвозил С до работы. По пути к ЦГБ С кто-то позвонил. После окончания разговора С сказал, что ему звонил ФИО1 и сообщил, что его на работе не будет, т.к. тот находится во Владивостоке. Через некоторое время истец позвонил и ему (И) и сообщил о том, что находится во Владивостоке. Он (свидетель) ответил ему, что уже все знает от С Истец у него не отпрашивался, да и отпускать с работы он не имел права, т.к. на тот период времени работал водителем. 26.06.2017 г. его (И) выпускал на линию В, который в этот день интересовался у него (свидетеля) не видел ли он ФИО1 14.11.2017 г. он (И) сказал, что не помнит, звонил ли истец 26.06.2017 г. на его сотовый телефон, и что он замещал В т.к. перепутал дни.

Допрошенный в качестве свидетеля М показал, что он с 2010 г. работает водителем в гараже «Лесозаводская ЦГБ». До сентября 2017 г. контролером у них работал В., который выпускал машины на линию. 26.06.2017 г. В был на работе. В этот день вместе с ним и другими лицами он (свидетель) подписывал акт об отсутствии водителя ФИО1 на работе. Почему истца не было на рабочем месте, пояснить не может.

Исследовав материалы дела, опросив стороны, свидетелей суд приходит к следующему.

Заключая трудовой договор, работник обязуется добросовестно выполнять свои трудовые обязанности, соблюдать трудовую дисциплину и правила внутреннего трудового распорядка организации (статья 21 ТК РФ).

В силу статьи 192 ТК РФ под дисциплинарным проступком понимается неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей. К дисциплинарным взысканиям, которые могут быть применены работодателем к работнику за совершение дисциплинарного проступка, относится, в том числе, увольнение по пункту 6 части 1 статьи 81 ТК Российской Федерации.

В соответствии с пп. "а" п. 6 ст. 81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей: прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Согласно содержащимся в пункте 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснениям, при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 6 части 1 статьи 81 Кодекса, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в этом пункте. При этом следует иметь в виду, что перечень грубых нарушений трудовых обязанностей, дающий основание для расторжения трудового договора с работником по пункту 6 части 1 статьи 81 Кодекса, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.

Если трудовой договор с работником расторгнут по подпункту "а" пункта 6 части 1 статьи 81 ТК Российской Федерации за прогул, необходимо учитывать, что увольнение по этому основанию, в частности, может быть произведено за невыход на работу без уважительных причин, то есть отсутствие на работе в течение всего рабочего дня (смены) независимо от продолжительности рабочего дня (смены) (подпункт "а" пункта 39 приведенного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

Исходя из положений названных разъяснений Пленума Верховного Суда Российской, увольнение по подпункту "а" пункта 6 части 1 статьи 81 ТК Российской Федерации является мерой дисциплинарного взыскания, вследствие чего, помимо общих требований о законности увольнения, юридическое значение также имеет порядок привлечения работника к дисциплинарной ответственности, предусмотренный статьями 192, 193 ТК Российской Федерации.

До применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение (ст.192 ТК РФ).

По смыслу статьи 394 ТК Российской Федерации увольнение признается законным при наличии законного основания увольнения и с соблюдением установленного трудовым законодательством порядка увольнения.

Статьей 56 ГПК Российской Федерации установлено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В соответствии с трудовым договором № 113 от 24.10.2011 г. ФИО1 принят на работу в МУЗ «Лесозаводская ЦГБ водителем участковой машины объединенного гаража.

Дополнительным соглашением № 13 от 05.05.2012 г. к трудовому договору № 113 от 24.11.2011 г. установлено, что работодателем ФИО1 является КГБУЗ «Лесозаводская ЦГБ».

Приказом № 41-л от 09.01.2017 г. истец переведен в гараж отдела материально-технического обеспечения(ОМТО) КГБУЗ « Лесозаводская ЦГБ».

Из докладной контролера АМТС ФИО5 от 26.06.2017 г. следует, что истец в 08.ч. не появился на рабочее место. О своем отсутствии его (ФИО5) не проинформировал.

Актом № 2 от 26.06.2017 г. зафиксировано отсутствие ФИО1 на работе с 08ч. до 17.00ч.

Уведомлением № 327 от 28.06.2017 г. ФИО1 предложено представить письменное объяснение по факту отсутствия на рабочем месте 26.06.2017 г.

В соответствии с объяснением ФИО1 от 28.06.2016 г. истец указал, что 26.06.2017 г. отсутствовал на работе, из-за поломки машины, т.к. планировал к утру быть в г. Владивостоке. Заявление на отгул не писал, поскольку был далеко от города. Он звонил водителям С и Я, а также контролеру И. В понедельник все объяснил и контролеру В.

Согласно докладной записке от 03.07.2017 г., начальник ОМТО Н доложил главному врачу КГБУЗ «Лесозаводская ЦГБ» Е об отсутствии водителя ФИО1 26.06.2017 г. на работе без уважительных причин. Просил привлечь истца к дисциплинарной ответственности.

Приказом № 751л от 03.07.2017 г. ФИО1 уволен с 05.07.2017 г. за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей – прогул, по пп. «а» п.6 ч.1 ст. 81 ТК РФ, т.е. за отсутствие на рабочем месте 26.06.2017 г.. Данное распоряжение истец получил 05.07.2017 г., указав, что с приказом не согласен.

Одним из юридически значимых обстоятельств по данному спору является отсутствие работника на рабочем месте без уважительных причин.

Судом установлено, что основанием к увольнению ФИО1 послужили: акт от 26 июня 2017 года, подписанный начальником отдела кадров Л., начальником ОМТБ. Н, контролером АМТС В и водителем автомобиля М, согласно которому истец в этот день отсутствовал в течение всего рабочего дня по неизвестной причине, докладная В о невыходе на работу истца 26.06.2017 г., объяснительная ФИО1, текст которой приведен выше, докладная записка Н о неуважительных причинах невыхода 26.06.2017г. ФИО1 на работу.

В соответствии с должностной инструкцией водителя автомобиля гаража ОМТО водитель автомобиля относится к категории рабочих и непосредственно подчиняется начальнику ОМТО, и, в вопросах технической эксплуатации, подчиняется контролеру технического состояния автотранспортных средств (АМТС).

Из должностной инструкции контролера АМТС следует, что данная должность относится к категории рабочих, контролер непосредственно подчиняется начальнику ОМТО.

Судом установлено, что начальником ОМТО КГБУЗ «Лесозаводская ЦГБ» с 01.11.2016 г. является Н

Приказом № 213-л от 01.03.2017 г В принят на работу водителем автомобиля гараж ОМТО, приказом № 431-лот 27.04.2017 г. переведен на должность контролера. Уволен с 01.09.2017 г. по собственному желанию (приказ № 984-л от 29.08.2017 г.).

Приказом № 94-л от 02.03.2015 г. И с должности слесаря по ремонту автомобилей переведен водителем автомобиля 2 класса. С 26.06.2017 г. до 14.07.2017 г. на 0.5 ставки совмещал работу диспетчера гаража на период отпуска Г с доплатой 50 % должностного оклада (Приказ № 719 от 29.06.2017 г.). Приказом № 1010-л от 05.09.2017 г. с должности водителя автомобиля постоянно переведен на должность контролера АМТС.

В соответствии с табелью учета использования рабочего времени за июнь 2017 г. водитель И и контролер В 26.06.2017 г. находились на рабочем месте.

Истец, не оспаривая факт отсутствия его на работе 26.06.2017 г. ссылался на плохое самочувствие с 14.06.2017г. по 26.06.2017 г., отказа оказания ему медицинской помощи в поликлинике г. Лесозаводска, на рекомендации данные 22.06.2017 г. лечащим врачом краевого противотуберкулезного диспансера г. Владивостока Г о прибытии 26.06.2017 г. в г. Владивосток для производства УЗИ, поломку машины 26.06.2017 г. по дороге в г. Владивосток, предупреждения 26.06.2017 г. утром водителей и контролера И о невыходе на работу в этот день.

Вместе с тем, решением Лесозаводского районного суда от 18.07.2017 г. определением судебной коллегии по гражданским делам Приморского края от 25.10.22017 г. оставленным вышеуказанное решение без изменения, заявленное ФИО1 к КГБУЗ « Лесозаводская ЦГЮ» требование о компенсации морального вреда, не удовлетворено, поскольку судебные инстанции пришли к выводу об отсутствии в действиях лечебного учреждения виновных действий, которые можно было расценивать как некачественное оказание медицинских услуг. Истец не был ограничен в получении медицинской помощи, не явился к врачу терапевту по собственному усмотрению, медицинских показаний к открытию листа нетрудоспособности истец не имел.

В соответствии с требованиями статьи 193 ТК Российской Федерации работодателем были затребованы у истца объяснения по факту его отсутствия на рабочем месте.

Из пояснений ФИО1 следует, что о своих планах приезда к лечащему врачу в г. Владивосток 26.06.2017 г. он, с его же слов, был извещен врачом 22.06.2017 г., т.е., имел возможность в течение нескольких дней написать на имя начальника ОМТО соответствующее заявление, однако этого не сделал. Кроме того, из искового заявления ФИО1 к КГБУЗ «Лесозаводская ЦГБ» о взыскании морального вреда за отказ в предоставлении медицинской помощи (л.д.38) ФИО1 указывал, что он позвонил во Владивосток врачу Г который сказал, что он на больничном и назначил обследование на середину июля, т.е. истец при описании вышеуказанных обстоятельств ссылался на иную дату необходимого приезда в г. Владивосток на обследование. Утром 26.06.2017 г. истец сообщил С и И о своем нахождении во Владивостоке, а не о поломке машины около г. Спасск-Дальний. Свидетель С указал, что истец не интересовался у него, кто выполняет обязанности контролера.

Свидетель И показал, что истец у него не отпрашивался, а только поставил в известность о том, что его на работе не будет, контролером до 05.09. 2017 г. он не работал, иногда помогал В, т.к. к имеет доступ к выпуску машин, в этой части дал иные пояснения, поскольку перепутал дни.

В силу приведенных выше должностных обязанностей указанные свидетели (водители гаража ОМТО) не вправе решать вопросы, связанные с отсутствием работника на рабочем месте. Об отсутствии на работе в спорный день истец своего непосредственного начальника Н не уведомил, не сообщил об этом и контролеру В Документов, освобождающих от выполнения служебных обязанностей, истцом не представлено.

О том, что 26.06.2017 г. контролером АМТС работал В, а не водитель И свидетельствуют приведенные судом вышеуказанные доказательства: показания свидетелей Н., И., М докладная В от 26.06.2017 г., акт отсутствия истца на рабочем месте от 26.06.2017г., докладная записка Н от 03.07 2017 г., табель рабочего времени за июнь 2017 г., приказы о приеме, переводе и увольнении с работы вышеуказанных лиц). Оснований сомневаться в показаниях вышеуказанных лиц, а также в достоверности представленных документов у суда не имеется, поскольку показания свидетелей не противоречат друг другу, согласуются с исследованными в зале суда материалами дела.

В силу ч.5 ст. 192 ТК РФ при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

В соответствии с приказом № 302 –к от 29.05.2017 г. к ФИО1 ранее применялось дисциплинарное взыскание в виде замечания за отсутствие его на рабочем месте 24.05.2017 г. более 4 ч. подряд без уважительных причин. Основанием к вынесению данного приказа послужили акт № 1 от 24.05.2017 г., объяснительная ФИО1 от 25.05.2017 г., докладная записка Н от 26.05.2017 г. Данное дисциплинарное взыскание ФИО1 в установленном законом порядке не обжаловалось. При проверке законности вышеуказанного приказа установлено, что ответчиком порядок привлечения истца к дисциплинарной ответственности не нарушался.

Исходя из изложенного, суд приходит к выводу о том, что поскольку отсутствие ФИО1 на рабочем месте с руководством согласовано не было, доказательств уважительности причин его неявки на работу 26.06.2017 г. им не представлено, что в силу пп. "а" п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ является грубым нарушением трудовых обязанностей, влекущим увольнение, кроме того, требования статей 192, 193 ТК РФ ответчиком соблюдены, следовательно, ФИО1 правомерно уволен по указанным выше причинам. Правовых оснований для удовлетворения заявленных истцом требований не имеется.

Ссылка ФИО1 о предвзятом к нему отношении со стороны главного врача КГБУЗ «Лесозаводская ЦГБ» С голословна, поскольку каких-либо доказательств этому суду не представлено.

Доводы истца и его представителя о нарушении порядка привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности, выразившееся в не предоставлении истцу приказа № 751л для его ознакомления в день его вынесения, не могут быть приняты во внимание, поскольку в силу ч.6 ст. 193 ТК РФ приказ работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение 3 дней со дня его издания. Приказ № 751л был издан 03.07.2017 г., истец был ознакомлен с ним 05.07.2017 г., о чем свидетельствует его подпись, т.е. в течение установленного законом срока.

Руководствуясь ст.ст. 12, 197 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В иске ФИО1 к КГБУЗ «Лесозаводская ЦГБ» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и морального вреда, отказать.

Решение суда может быть обжаловано в течение месяца в Приморский краевой суд со дня изготовления мотивированного решения суда через Лесозаводский районный суд.

Мотивированное решение в окончательной форме составлено 29.11.2017 г.

Судья Г.Н. Вечерская