Решение № 2-2310/2024 2-51/2025 2-51/2025(2-2310/2024;)~М-1539/2024 М-1539/2024 от 27 января 2025 г. по делу № 2-2310/2024

Дело № 2-51/2025

УИД: 51RS0001-01-2024-002143-36

Мотивированное
решение изготовлено 28 января 2025 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 января 2025 года город Мурманск

Октябрьский районный суд города Мурманска в составе

председательствующего судьи Волковой Ю.А.,

при секретаре Черномор С.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «ГСК «Югория» о взыскании страхового возмещения по договору ОСАГО,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «ГСК «Югория» о взыскании страхового возмещения по договору ОСАГО.

В обоснование иска указано, что ФИО1 является собственником транспортного средства «BMW Х6» государственный регистрационный знак №, что подтверждается паспортом транспортного средства №.

ДД.ММ.ГГГГ в 09 часов 43 минуты <адрес>. произошло дорожно-транспортное происшествие с участием двух транспортных средств: автомобиля марки «Volkswagen Tiguan», государственный регистрационный знак №, принадлежащего ФИО2, под управлением ФИО3 и автомобиля марки «BMW Х6», государственный регистрационный знак №, принадлежащего ФИО1, под управлением ФИО4

В соответствии с административным материалом виновным в дорожно-транспортном происшествии была признана ФИО4, однако ФИО4 с вменяемым правонарушением не согласна, направлено заявление о привлечении водителя ФИО3 к административной ответственности.

Гражданская ответственность водителя ФИО3 на момент дорожно-транспортного происшествия была застрахована в АО «ГСК «Югория» по полису ОСАГО №.

Гражданская ответственность ФИО4 на момент дорожно-транспортного происшествия не была застрахована.

ДД.ММ.ГГГГ истец обратился в АО «ГСК «Югория» с заявлением о наступлении страхового случая, представив все необходимые документы, транспортное средство было осмотрено представителем страховой компании. Страховщик в выплате страхового возмещения отказал.

ДД.ММ.ГГГГ истец обратился в АО «ГСК «Югория» с претензией о выплате суммы страхового возмещения. Ответ от страховой компании не был получен.

Истец обратился в АНО «СОДФУ».

Решением финансового уполномоченного от ДД.ММ.ГГГГ было отказано в удовлетворении требований ФИО1

Согласно экспертному заключению ООО «Европейский центр оценки» № от ДД.ММ.ГГГГ стоимость восстановительного ремонта транспортного средства истца составляет 2 491 200 рублей.

Ссылаясь на нормы действующего законодательства, просит суд взыскать с АО «ГСК «Югория» страховое возмещение в размере 400 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей, штраф, расходы по оплате услуг представителя в размере 45 000 рублей, расходы по направлению телеграммы в размере 384 рубля 68 копеек, почтовые расходы в размере 252 рубля 07 копеек.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, извещался судом надлежащим образом о рассмотрении дела, направил в суд представителя.

Представитель истца ФИО1-ФИО5 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, просила их удовлетворить, полагала что имеет место обоюдная вина ФИО4 и ФИО3, в том числе с учетом имеющихся записей с видеорегистратора. Вина ФИО3 заключалась в том, что он заблаговременно не подал сигнал правого поворота, чем создал аварийную ситуацию.

Представитель ответчика АО «ГСК «Югория» в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещался надлежащим образом, ранее представил в суд возражения, в которых указал, что с исковыми требованиями не согласен, поскольку согласно материалам дела об административном правонарушении виновной в дорожно-транспортном происшествии признана ФИО4, документов, подтверждающих вину ФИО3 не представлено. Просил отказать в удовлетворении требований.

Третье лицо ФИО3 и его представитель ФИО6 в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований, поскольку ФИО3 виновным в дорожно-транспортном происшествии не является, при совершении маневра в виде поворота на право, ФИО3 был включен указатель правого поворота.

Третье лицо ФИО4 в судебное заседание не явилась, извещалась судом надлежащим образом о рассмотрении дела, ранее в судебном заседании пояснила о том, что соблюдала дистанцию перед впереди движущимся транспортным средством «Volkswagen Tiguan», г.р.з. №, однако водитель транспортного средства «Volkswagen Tiguan», г.р.з. № при совершении маневра в виде поворота на право применил экстренное торможение, поскольку уже почти проехал необходимый поворот и не подал сигнал правого поворота, в связи с чем и произошло столкновение транспортных средств. ФИО4, управляя а/м БМВ Х6 г.р.з. № предпринимала все возможные меры, чтобы уйти от столкновения с автомобилем «Volkswagen Tiguan», г.р.з. №.

Представитель третьего лица АНО «СОДФУ» в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте, рассмотрения дела извещен надлежащим образом, направил в суд письменные объяснения.

При указанных обстоятельствах, суд, руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав участников процесса, допросив эксперта, свидетеля, исследовав материалы дела, материалы дела об административном правонарушении (КУСП 13040, 13041, 13866), суд приходит к следующему.

В силу статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы) (пункт 1).

По договору имущественного страхования может быть, в частности, застрахован риск ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, а в случаях, предусмотренных законом, также ответственности по договорам - риск гражданской ответственности (статьи 931 и 932) (пункт 2).

В соответствии с пунктом 4 статьи 931 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

В соответствии со статьей 1 Федерального закона от 25 апреля 2002 года №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» договор обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств – договор страхования, по которому страховщик обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить потерпевшим причиненный вследствие этого события вред их жизни, здоровью или имуществу (осуществить страховую выплату) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Согласно пункту 1 статьи 6 Федерального закона «Об обязательном страховании ответственности владельцев транспортных средств» объектом обязательного страхования являются имущественные интересы, связанные с риском гражданской ответственности владельца транспортного средства по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства на территории Российской Федерации.

Обязанность страховщика выплатить страховое возмещение возникает с наступлением страхового случая - события, предусмотренного договором страхования или законом (п.2 с.9 Закона РФ от 27 ноября 1992 года №4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации»).

Основания освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения предусмотрены статьями 961, 963, 964 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По смыслу указанных норм на истце лежит обязанность доказать факт наличия страхового случая и размер причиненного ущерба, тогда как ответчик - страховщик при несогласии с необходимостью выплаты обязан доказать наличие обстоятельств, освобождающих от выплаты страхового возмещения.

В соответствии со ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч.3 ст.123 Конституции Российской Федерации и ст.12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 09 часов 43 минуты на <адрес>. произошло дорожно-транспортное происшествие с участием двух транспортных средств: автомобиля марки «Volkswagen Tiguan», государственный регистрационный знак № принадлежащего ФИО2, под управлением ФИО3 и автомобиля марки «BMW Х6», государственный регистрационный знак №, принадлежащего ФИО1, под управлением ФИО4

Из письменного объяснения водителя ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что она управляла автомобилем БМВ г.р.з. № двигалась со стороны <адрес> в сторону <адрес> со скоростью примерно 60 км/ч. Впереди нее двигался автомобиль Фольксваген Тигуан г.р.з. № В какой-то момент он применил экстренное торможение и без указателя поворота начал поворачивать направо на съезд. Она так же применила экстренное торможение. Расстояние между автомобилями было около 10 м. Она уходя от столкновения, вывернула руль вправо, но столкновения избежать не удалось.

Из письменного объяснения водителя ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что примерно в 09.43 он управлял автомобилем Фольксваген Тигуан г.р.з. №, двигался со стороны г<адрес> в сторону <адрес> со скоростью примерно 60 км/ч. Подъезжая к автоподъезду к аэропорту на <адрес> начал снижать скорость, так как ему необходимо было повернуть направо. Во время совершения поворота почувствовал удар в заднюю часть автомобиля. От удара автомобиль развернуло на 180 градусов. Выйдя из автомобиля, увидел справа стоящий автомобиль БМВ г.р.з. №.

В отношении ФИО4 вынесено постановление по делу об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что ФИО4 признана виновной в совершении правонарушения предусмотренного ч.1 ст.12.15 КоАП РФ, а именно ФИО4 управляя а/м БМВ Х6 г.р.з. № ДД.ММ.ГГГГ в 09 часов 43 минуты на а/п <адрес> нарушила правила расположения транспортного средства на проезжей части (дистанцию до впереди движущегося т/с).

Определением начальника ОГИБДД ОМВД России по Кольскому району Мурманской области № от ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении ФИО3 отказано.

Гражданская ответственность истца на момент дорожно-транспортного происшествия не была застрахована.

Гражданская ответственность ФИО3 на момент дорожно-транспортного происшествия была застрахована в АО «ГСК «Югория» по полису ОСАГО ХХХ №.

ДД.ММ.ГГГГ в адрес АО «ГСК «Югория» поступило заявление истца о наступлении страхового случая.

Письмом от ДД.ММ.ГГГГ страховая компания уведомила истца об отсутствии оснований для выплаты страхового возмещения, поскольку согласно материалам дела об административном правонарушении виновным в дорожно-транспортном происшествии является водитель, управлявший транспортным средством истца.

ДД.ММ.ГГГГ в адрес АО «ГСК «Югория» поступила претензия с требованием об организации ремонта транспортного средства, а в случае невозможности проведения восстановительного ремонта – выплате страхового возмещения без учета износа.

Письмом от ДД.ММ.ГГГГ АО «ГСК «Югория» уведомило заявителя о необходимости предоставить транспортное средство на осмотр.

Решением финансового уполномоченного № от ДД.ММ.ГГГГ отказано в удовлетворении требований ФИО1, поскольку ФИО4, управлявшая транспортным средством ФИО1, является лицом, в результате действий которого причинен вред транспортному средству.

Истец ФИО1 обращаясь в суд с настоящими исковыми требованиями указывает о том, что не согласен с вменяемым ФИО4, управлявшей т/с BMW Х6», государственный регистрационный знак № правонарушением – с виной в дорожно-транспортном происшествии от ДД.ММ.ГГГГ.

Абзацем вторым пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064 указанного кодекса).

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 той же статьи).

По смыслу приведенных выше норм права общими основаниями ответственности за причинение вреда являются наличие вреда, противоправность действий его причинителя, причинно-следственная связь между такими действиями и возникновением вреда, вина причинителя вреда.

Таким образом, ответственность за причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия вред возлагается только при наличии всех перечисленных выше условий. Следовательно, установление обстоятельств дорожно-транспортного происшествия имеет существенное значение для разрешения настоящего спора.

В соответствии с абзацем четвертым пункта 22 статьи 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО) в случае, если степень вины участников дорожно-транспортного происшествия судом не установлена, застраховавшие их гражданскую ответственность страховщики несут установленную настоящим федеральным законом обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате такого дорожно-транспортного происшествия, в равных долях.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 г. № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», если из документов, составленных сотрудниками полиции, невозможно установить вину застраховавшего ответственность лица в наступлении страхового случая или определить степень вины каждого из водителей - участников дорожно-транспортного происшествия, лицо, обратившееся за страховой выплатой, не лишается права на ее получение. В таком случае страховые организации производят страховые выплаты в равных долях от размера ущерба, понесенного каждым потерпевшим (абзац четвертый пункта 22 статьи 12 Закона об ОСАГО).

В случае несогласия с такой выплатой лицо, получившее страховое возмещение, вправе обратиться в суд с иском о взыскании страхового возмещения в недостающей части. При рассмотрении спора суд обязан установить степень вины лиц, признанных ответственными за причиненный вред, и взыскать со страховой организации страховую выплату с учетом установленной судом степени вины лиц, гражданская ответственность которых застрахована. Обращение с самостоятельным заявлением об установлении степени вины законодательством не предусмотрено.

Таким образом, существенным обстоятельством, имеющим значение для правильного разрешения настоящего дела, является установление степени вины лиц, признанных ответственными за причиненный вред.

Определением Октябрьского районного суда г. Мурманска от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу была назначена судебная экспертиза. Производство экспертизы было поручено ИП ФИО8

Согласно заключению эксперта ИП ФИО8 № от ДД.ММ.ГГГГ.: «Несоответствия действий водителя ФИО4 требованиям п.9.10 ПДД РФ, с технической точки зрения, не усматривается. Действия водителя ФИО4 не соответствовали требованиям п.8.1 (абзац 1) ПДД РФ.

Если водитель ФИО3 заблаговременно включил указатель правого поворота, то несоответствия его действий требованиям п.8.1 (абзац 1) и 8.2 ПДД РФ, с технической точки зрения, не усматривается. В противном случае, в его действиях усматривается несоответствие требованиям п.8.1 (абзац 1) и 8.2 ПДД РФ.

Так как при выполнении водителем ФИО4 действий в соответствии с требованиями п.8.1 (абзац 1) ПДД РФ столкновение автомобилей исключалось, то указанное несоответствие ее действий, с технической точки зрения, находится в причинной связи со столкновением автомобилей.

Если водитель ФИО3 заблаговременно не включил указатель поворота, то несоответствия его действий требованиям п.8.1 (абзац 1) и 8.2 ПДД РФ, с технической точки зрения, не находятся в причинной связи со столкновением автомобилей.

При применении водителем ФИО4 только лишь торможения без отворота рулевого колеса вправо она имела техническую возможность предотвратить столкновение автомобилей.

В данном конкретном случае для водителя ФИО3 никакой опасности для движения до того момента, как он почувствовал удар в заднюю часть автомобиля (до момента дорожно-транспортного происшествия), не возникало, и следовательно, предотвращение рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия не зависело от действий водителя ФИО3 и решать вопрос о технической возможности не имеет смысла.

В данных дорожных условиях водителю ФИО4 при движении за автомобилем «Фольксваген» следовало выбирать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения в случае его торможения. Она должна была руководствоваться требованиями п.9.10 ПДД РФ.

Водителю ФИО3 перед поворотом направо следовало заблаговременно включить указатель правого поворота, руководствуясь требованиями п.8.1 (абзац 1) и 8.2 ПДД РФ.

Рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля «БМВ», г.р.з.№ с учетом повреждений, полученных в результате дорожно-транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ на дату производства экспертизы составляет без учета износа-3 204 000 рублей, с учетом износа 2 306 600 рублей.».

Из исследовательской части экспертного заключения, составленного экспертом ФИО8 № от ДД.ММ.ГГГГ., следует, что: « табличное замедление при экстренном торможении для тс данной категории (Фольксваген) в условиях места происшествия составляет 3,9 м/с2. Поскольку расчетное среднее замедление автомобиля «Фольксваген» составляет 1,2 м/с2, то в рассматриваемой ситуации можно сделать вывод о том, что перед поворотом направо водитель автомобиля «Фольксваген» не применял экстренного торможения, снижение скорости происходило достаточно плавно. В связи с изложенным, объяснения водителя ФИО4 в той части, что перед поворотом направо автомобиль «Фольксваген» начал экстренно тормозить с технической точки зрения, не состоятельны.

Определить скорость движения автомобиля «БМВ» не представляется возможным в виду отсутствия тормозных следов на проезжей части.

С учетом известных вышеизложенных обстоятельств рассматриваемого происшествия, представленной видеозаписи и объяснений водителей механизм дорожно-транспортного происшествия представляется следующим: автомобиль «Фольксваген» перед поворотом направо двигался передним ходом по автоподъезду к аэропорту в ДД.ММ.ГГГГ со средней скоростью 67,2 км/ч плавно замедляясь. При выполнении поворота направо автомобиль «Фольксваген» выехал за пределы проезжей части автоподъезда. Установить по представленным материалам скорость движения автомобиля «БМВ» методами автотехнической экспертизы не представляется возможным. С учетом объяснения ФИО4 она вела автомобиль со скоростью около 60 км/ч. Обнаружив, что движущийся впереди нее автомобиль «Фольксваген» начал снижать скорость, она так же применила экстренное торможение и вывернула руль вправо. В момент первичного контакта автомобилей происходило блокирующее взаимодействие передней правой части автомобиля «БМВ» с задней частью автомобиля «Фольксваген» после которого автомобиль «БМВ» продвинулся вперед по ходу движения и остановился, а автомобиль «Фольксваген» был развернут в направлении вращения часовой стрелки на угол около 90 градусов и остановился справа от автомобиля «БМВ».

В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации перед поворотом направо автомобиль «Фольксваген» начал замедляться, не экстренно и для водителя ФИО4 никакой внезапности в изменении дорожной ситуации не происходило. Дистанция до движущегося впереди транспортного средства должна выбираться ей с учетом его остановки с использованием рабочей тормозной системы.

Расчет показал, что предельно допустимая дистанция между автомобилями «Фольксваген» и «БМВ» в условиях места происшествия из условия их движения одинаковыми скоростями составляет 5,6 м. Из объяснения ФИО4 следует, что в момент начала торможения автомобиля «Фольксваген» расстояние до него составляло около 10 м. Следовательно, водитель ФИО4 выдерживала дистанцию, которая была больше минимально безопасной и ее действия соответствовали требованиям п.9.10 ПДД РФ.

Снижение скорости и, если это необходимо, полная остановка транспортного средства являются наиболее эффективными мерами по предупреждению ДТП и снижению тяжести возможных последствий при столкновениях, наездах и т.п. Разумеется, если появившееся на дороге препятствие можно объехать, то водитель вправе это сделать, при условии, что безопасность движения будет обеспечена. Исходя из изложенного, поскольку водитель ФИО4 помимо экстренного торможения применила отворот рулевого колеса вправо, в результате чего выехала за пределы автоподъезда и допустила столкновение с автомобилем «Фольксваген», который также покинул проезжую часть автоподъезда, то действия водителя ФИО4 не соответствовали требованиям п.8.1 (абзац 1) ПДД РФ.

В соответствии с п.8.1 (абзац 1) Правил дорожного движения Российской Федерации, перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

В связи с изложенным, можно сделать вывод о том, что в данной дорожной ситуации предотвращение происшествия со стороны водителя ФИО4 зависело не от наличия или отсутствия у нее технической возможности, а целиком и полностью зависело от выполнения ею действий в соответствии с требованиями п.8.1 (абзац 1) ПДД РФ.». То есть, поскольку выбранная ею дистанция позволяла остановить автомобиль «БМВ» при помощи рабочей тормозной системы при торможении автомобиля «Фольксваген», то при применении только лишь торможения без отворота рулевого колеса вправо она имела техническую возможность предотвратить столкновение автомобилей.».

Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу о том, что при рассмотрении настоящего гражданского дела при установлении вины участников дорожно-транспортного происшествия ДД.ММ.ГГГГ следует исходить из экспертного заключения, составленного экспертом ФИО8 № от ДД.ММ.ГГГГ., поскольку экспертиза проведена экспертом имеющим стаж работы в соответствующей области, в соответствии с требованиями Федерального закона от 31 мая 2001 года №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» на основании определения суда о проведении экспертизы. Заключение эксперта подготовлено на основании представленных материалов и документов с нормативными и техническими требованиями, заключение содержит описание исследования, противоречий в выводах судом не установлено. Оснований не доверять выводам эксперта у суда не имеется. Кроме того, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения в соответствии со ст.307 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Доказательства, опровергающие заключение судебной экспертизы, свидетельствующие о его недостоверности, в ходе рассмотрения дела сторонами суду не представлены.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. При этом суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (части 1 - 4 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В судебном заседании обозревалась видеозапись с видеорегистратора автомобиля УАЗ Патриот, который следовал за транспортным средством «БМВ», г.р.з.№ и транспортным средством Фольксваген Тигуан г.р.з. №. Данная видеозапись содержалась в материале КУСП № по факту обращения гражданки ФИО4 Указанная видеозапись в ходе проведения судебной экспертизы не исследовалась, поскольку до назначения судебной экспертизы стороной истца как доказательства не заявлялось.

Представитель истца ФИО1 – ФИО5 заявляя о необходимости исследования данной видеозаписи, ссылалась на то обстоятельство, что на видеозаписи видно, что на транспортном средстве Фольксваген Тигуан г.р.з. № не был включен указатель правого поворота, что также может подтвердить водитель автомобиля УАЗ Патриот – ФИО13

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО7, пояснил о том, что он ДД.ММ.ГГГГ примерно в 09.43 двигался со <адрес> на транспортном средстве УАЗ Патриот, перед ним двигались три транспортных средства – Фольксваген Тигуан, БМВ Х6, и Микроавтобус. В какой-то момент увидел, что все впереди идущие т/с начали резко тормозить, т/с Фольксваген Тигуан начал резко смещаться вправо, автомобиль БМВ Х 6 от резкого торможения занесло в сторону а/м Фольксваген, произошло столкновение автомобилей БМВ Х6 и Фольксваген Тигуан. После увиденного он снизил скорость, чтобы не допустить столкновение с впереди идущим микроавтобусом, который также резко затормозил. Был ли включен указатель правого поворота на транспортном средстве Фольксваген Тигуан он не видел.

На вышеуказанной видеозаписи с видеорегистратора автомобиля УАЗ Патриот, которая была просмотрена в ходе судебного заседания, отражено уже конечное положение транспортных средств БМВ Х6 и Фольксваген Тигуан после столкновение. После столкновение указатель правого поворота на т/с Фольксваген Тигуан включен не был.

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО8 пояснил, что в случае если указатель поворота на транспортном средстве Фольксваген включен не был, то в этом случае будет несоответствие в действиях водителя ФИО3, но это не находится в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием. Автомобили двигались попутно, водитель Фольксваген совершал поворот, а водитель БМВ двигался по обочине. У водителей есть обязанность соблюдать дистанцию. Водитель автомобиля БМВ либо не соблюдал дистанцию, либо несвоевременно среагировал на торможение другого транспортного средства, или могли иметь место оба обстоятельства и не соблюдение дистанции и несвоевременная реакция. Указал о том, что с учетом плохого качества представленной видеозаписи, невозможно однозначно установить был ли включен указатель правого поворота на транспортном средстве Фольксваген. Также пояснил, что в случае назначения по делу дополнительной судебной экспертизы для исследования экспертом видеозаписи с видеорегистратора т/с УАЗ Патриот, результаты экспертизы в части установления причинно-следственной связи в ДТП не изменяться, поскольку с технической точки зрения включение или не включение водителем транспортного средства Фольксваген указателя правого поворота, не находится в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием.

Ходатайство представителя истца ФИО1 – ФИО5 о назначении по делу повторной судебной экспертизы судом отклонено, поскольку нарушений при производстве судебной экспертизы не установлено. Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО8, дал подробные ответы на все имеющиеся вопросы.

Так, материалы настоящего гражданского дела, материалы дела об административном правонарушении (КУСП №), не содержат надлежащих доказательств того, что водитель ФИО3 при выполнении маневра – поворот направо не включи указатель правого поворота. Кроме того, с технической точки зрения включение или не включение водителем транспортного средства Фольксваген указателя правого поворота, не находится в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием.

Учитывая указанные выше обстоятельства, механизм развития дорожно-транспортного происшествия, представленные доказательства, с учетом административного материала, суд усматривает вину ФИО4 в дорожно-транспортном происшествии.

На основании вышеизложенного, суд приходит в выводу о том, что АО «ГСК «Югория» правомерно отказало в выплате страхового возмещения, поскольку в соответствии с положениями Федерального закона от 25 апреля 2002 года №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» выплата по договору ОСАГО производится потерпевшему при причинении вреда жизни, здоровью или имуществу действиями виновного лица, гражданская ответственность которого застрахована по договору ОСАГО, и поскольку ФИО3 не признан в установленном законом порядке виновным в дорожно-транспортном происшествии от ДД.ММ.ГГГГ, требования истца о взыскании страхового возмещения, удовлетворению не подлежат.

Поскольку судом отказано в удовлетворении основного требования о взыскании страхового возмещения, производные требования о взыскании компенсации морального вреда, штрафа, судебных расходов удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «ГСК «Югория» о взыскании страхового возмещения по договору ОСАГО – оставить без удовлетворения.

Решение суда может быть обжаловано сторонами в Мурманский областной суд через Октябрьский районный суд города Мурманска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Ю.А. Волкова