Апелляционное постановление № 22-639/2024 от 10 июня 2024 г. по делу № 1-196/2024

Судья Букреева С.И.. Материал № 22-627\2024.


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Липецк 11.06.2024.

Суд апелляционной инстанции Липецкого областного суда в составе председательствующего судьи Зарецкого С.В.;

при помощнике судьи Пилипенко Е.В.,

с участием:

государственного обвинителя Шилина А.В.;

обвиняемого ФИО4 и его защитника адвоката ФИО15;

обвиняемой ФИО1 и ее защитника адвоката ФИО16;

обвиняемого ФИО6 и его защитника адвоката ФИО17;

обвиняемого ФИО2 и его защитника адвоката ФИО10;

защитника обвиняемого ФИО5 адвоката ФИО11

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело

по апелляционному представлению старшего помощника прокурора <адрес> ФИО18

на постановление Октябрьского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ,

которым уголовное дело в отношении:

ФИО4, обвиняемого в совершении в совершении 7 преступлений, предусмотренных ч.3 ст. 290 УК РФ, 10 преступлений, предусмотренных п. «а» ч.5 ст. 290 УК РФ, 1 преступления, предусмотренного п. «в» ч.5 ст. 290 УК РФ, 46 преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 291.2 УК РФ;

ФИО1, обвиняемой в совершении 10 преступлений, предусмотренных п. «а» ч.5 ст. 290 УК РФ, 30 преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 291.2 УК РФ;

ФИО6, обвиняемого в совершении 10 преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 291 УК РФ, 30 преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 291.2 УК РФ;

ФИО2, обвиняемого в совершении 5 преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 291.2 УК РФ;

ФИО5, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 291 УК РФ,

возвращено прокурору <адрес> для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении обвиняемым ФИО4, ФИО1, ФИО6, ФИО5, а также мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке обвиняемому ФИО2 - оставлены без изменения.

Доложив доводы апелляционного представления и возражений, заслушав: государственного обвинителя, поддержавшего доводы апелляционного представления; обвиняемых и их защитников, возражавших против его удовлетворения, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л

ДД.ММ.ГГГГ настоящее уголовное дело поступило в Октябрьский районный суд <адрес> для его рассмотрения по существу.

ДД.ММ.ГГГГ в ходе предварительного слушания судом вынесено постановление, резолютивная часть которого приведена выше.

В апелляционном представлении старший помощник прокурора <адрес> ФИО18 полагает, что постановление не соответствует требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ.

Приводя положения ст. 237 УПК РФ, п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2009 №28 «О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству», полагает, что обвинительное заключение составлено в соответствии с требованиями п. 3 ч.1 ст.220 УПК РФ, содержит существо обвинения, место и время совершения преступления, способ, мотив, цель и последствия, наступившие в результате его совершения. Существенных нарушений закона, препятствующих принятию судом решения на основе данного обвинительного заключения, при его составлении органом предварительного следствия допущено не было.

Считает ошибочным вывод суда о необходимости прекращения уголовного дела в связи с истечением срока давности уголовного преследования по ч.2.2 ст.27 УПК РФ.

Приводя пояснения Верховного Суда РФ со ссылкой на правовые позиции Конституционного Суда РФ, ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ, отмечает, что согласно материалам уголовного дела ФИО4, ФИО19, ФИО6 и ФИО2 вину по предъявленному обвинению, в том числе по преступлениям, предусмотренным ч.1 ст.291.2 УК РФ и ч.1 ст.291 УК РФ, не признали, настаивали на своей невиновности, согласие указанных обвиняемых на прекращение в отношении них уголовного преследования по преступлениям небольшой тяжести не получено.

Считает, что не разъяснение обвиняемым права на прекращение уголовного преследования ввиду истечения сроков давности привлечения к уголовной ответственности на стадии предварительного следствия не влияет на законность предъявления обвинения и последующего направления уголовного дела в суд, поскольку нормы уголовно-процессуального закона не препятствовали обвиняемым, обеспеченными профессиональными защитниками, обратиться с ходатайством о прекращении уголовного преследования по указанному основанию. В реализации данного права они ограничены не были, что следует из материалов уголовного дела, при этом отмечает, что в удовлетворении соответствующих ходатайств обвиняемых ФИО6 и ФИО1 B.C. следствием было отказано.

Полагает, что продолжение предварительного расследования не создало неясности в правовом положении обвиняемых, поскольку материалы дела содержат доказательства, достаточные для решения вопроса об их виновности в совершении инкриминируемых преступлений.

Отмечает, что вопрос о применении сроков давности и прекращении уголовного дела либо о признании лица виновным и назначении наказания должен решаться судом путем постановления приговора, а возвращение дела прокурору противоречит требованиям ст. 6.1 УПК РФ о разумном сроке уголовного судопроизводства.

Просит постановление отменить и направить уголовное дело на новое рассмотрение в тот же суд, в ином составе.

В возражениях на апелляционное представление защитники - адвокаты ФИО17 и ФИО15 считают апелляционное представление необоснованным и просят отказать в его удовлетворении.

Проверив представленный материал, изучив доводы апелляционного представления, возражений, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Согласно п.1 ч.1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований настоящего Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

В соответствии с п.4 Постановления Конституционного Суда РФ от 08.12.2003 № 18-П «По делу о проверке конституционности положений статей 125, 219, 227, 229, 236, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами граждан» из статей 215, 220, 221, 225 и 226 УПК Российской Федерации, в соответствии с которыми обвинительное заключение или обвинительный акт как итоговые документы следствия или дознания, выносимые по их окончании, составляются, когда следственные действия по уголовному делу произведены, а собранные доказательства достаточны для составления указанных документов, вытекает, что если на досудебных стадиях производства по уголовному делу имели место нарушения норм уголовно-процессуального закона, то ни обвинительное заключение, ни обвинительный акт не могут считаться составленными в соответствии с требованиями данного Кодекса.

По смыслу пункта 1 части первой статьи 237 во взаимосвязи с пунктами 2 - 5 части первой той же статьи, а также со статьями 215, 220, 221, 225 и 226 УПК Российской Федерации, возвращение дела прокурору в случае нарушения требований данного Кодекса при составлении обвинительного заключения или обвинительного акта может иметь место по ходатайству стороны или инициативе самого суда, если это необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, при подтверждении сделанного в судебном заседании заявления обвиняемого или потерпевшего, а также их представителей о допущенных на досудебных стадиях нарушениях, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства. При этом основанием для возвращения дела прокурору во всяком случае являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, совершенные дознавателем, следователем или прокурором, в силу которых исключается возможность постановления судом приговора или иного решения. Подобные нарушения в досудебном производстве требований Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, которые не могут быть устранены в судебном заседании и исключают принятие по делу судебного решения, отвечающего требованиям справедливости, всегда свидетельствуют в том числе о несоответствии обвинительного заключения или обвинительного акта требованиям данного Кодекса.

С учетом изложенного, вопреки доводам апелляционного представления, само по себе указание в обвинительном заключении существа обвинения, места и времени совершения преступления, способа, мотива, цели и последствий, наступивших в результате его совершения, не препятствует суду возвратить уголовное дело прокурору в соответствии с ч. 1 ст. 237 УПК РФ, если в ходе предварительного расследования допущены существенные процессуальные нарушения, которые, как повлекшие лишение или стеснение гарантируемых законом прав участников уголовного судопроизводства, исключают возможность постановления законного и обоснованного приговора.

Такие нарушения были допущены на стадии предварительного расследования, о чем правильно указано в обжалуемом постановлении.

Из материалов дела следует, что преступления, предусмотренные ч.1 ст. 291.2, ч.1 ст. 291 УК РФ, относящиеся в силу ч.2 ст. 15 УК РФ к категории преступлений небольшой тяжести, обвинение в совершении которых предъявлено ФИО4, ФИО1, ФИО6 и ФИО2, совершены в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с п. «а» ч.1 ст. 78 УК РФ срок давности привлечения к уголовной ответственности по данным преступлениям, составляющий 2 года после их совершения, истек 21.12.2023.

Согласно п.3 ч.1 ст. 24, п.2 ч.1, ч.2 ст. 27 УПК РФ уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело (как и уголовное преследование в отношении подозреваемого или обвиняемого) подлежит прекращению вследствие истечения сроков давности уголовного преследования. Прекращение уголовного преследования по основаниям, указанным в п. 3 ч. 1 ст. 24 настоящего Кодекса, не допускается, если подозреваемый или обвиняемый против этого возражает. В таком случае производство по уголовному делу продолжается в обычном порядке.

В соответствии с п. 15 ч.4 ст. 47 УПК РФ обвиняемый вправе возражать против прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным частью второй статьи 27 настоящего Кодекса.

Из приведенных положений закона в их совокупности следует, что прекращение уголовного преследования вследствие истечения срока давности привлечения к уголовной ответственности в отношении обвиняемого (при отсутствии возражений последнего) является обязанностью, а не правом органа предварительного расследования, который также обязан выяснить у обвиняемого наличие или отсутствие возражений против прекращения уголовного дела по этому основанию.

Однако в нарушение указанных норм УПК РФ ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 было предъявлено обвинение в совершении 46 преступлений, ФИО6 - в совершении 40 преступлений, ФИО2 - в совершении 5 преступлений, а ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 было предъявлено обвинение в совершении 30 преступлений небольшой тяжести, по которым истек срок давности привлечения к уголовной ответственности.

Вопреки доводам апелляционного представления непризнание обвиняемыми вины в совершении преступлений, в т.ч. и небольшой тяжести, само по себе не свидетельствует о наличии у них возражений против прекращения в отношении них уголовного преследования по основанию, предусмотренному п.2 ч.1, ст. 27 УПК РФ, и не освобождает следователя от обязанности выяснить позицию обвиняемых по данному вопросу, несмотря на участие в деле профессиональных защитников. При этом каких-либо иных данных, свидетельствующих о таких возражениях, из материалов дела не усматривается. Более того, сведений о том, что обвиняемым ФИО4, ФИО1, ФИО6 и ФИО2 во исполнение требований п.15 ч.4 ст. 47 УПК РФ разъяснялись положения п.3 ч.1 ст. 24, п.2 ч.1, ч.2 ст. 27 УПК РФ, в деле также нет, о чем правильно указано в обжалуемом постановлении.

Кроме того, как следует из материалов уголовного дела, рассмотрев ходатайства обвиняемых ФИО12 и ФИО6 о прекращении уголовного дела, в т.ч. и по основанию, предусмотренному ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ, следователь вынес постановления об отказе в их удовлетворении, мотивируя тем, что согласие обвиняемых на прекращение в отношении них уголовного преследования по п.3 ч.1 ст. 24 УПК РФ не получено (т.40, л.д. 246-247, т. 41, л.д. 243-247).

При этом в соответствии с ч. 2.2. ст. 27 УПК РФ, если производство по уголовному делу продолжено в обычном порядке в связи с наличием возражений подозреваемого или обвиняемого против прекращения уголовного преследования по основанию, указанному в пункте 3 части первой статьи 24 настоящего Кодекса, и уголовное дело не передано в суд или не прекращено по иному основанию в порядке, установленном настоящим Кодексом, уголовное преследование подлежит прекращению по основанию, предусмотренному пунктом 1 части первой настоящей статьи, по истечении двух месяцев производства предварительного расследования с момента истечения сроков давности уголовного преследования в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления небольшой тяжести.

Как правильно установил суд первой инстанции, на даты предъявления обвинения (22.02.2024 – ФИО4, ФИО6, ФИО2, 26.02.2024 – ФИО1), составления обвинительного заключения (28.02.2024) и направления уголовного дела в суд (22.03.2024) двухмесячный срок производства предварительного расследования, предусмотренный ч.2.2 ст. 27 УПК РФ, исчисленный со дня истечения сроков давности привлечения к уголовной ответственности, также истек, однако при установлении следователем отказа обвиняемых от прекращения в отношении них уголовного преследования по основанию, указанному в п. 3 ч.1 ст. 24 УПК РФ, уголовное преследование в нарушение приведенных норм закона в соответствии с ч. 2.2. ст. 27 УПК РФ прекращено не было, что также нарушило процессуальные права обвиняемых, в т.ч. на прекращение уголовного преследования по основанию, предусмотренному п.1.ч.1 ст. 27 УПК РФ (непричастность обвиняемого к совершению преступления).

Указанное право вопреки доводам апелляционного представления не может быть восстановлено судом при рассмотрении по существу уголовного дела, поскольку из системного толкования п.3 ст. 24, п.2 ч.1 ст. 27, ч.ч.5, 8 ст. 302 УПК РФ в их взаимосвязи следует, что прекращение дела по данному основанию при установленных по настоящему уголовному делу обстоятельствах (истечение срока давности уголовного преследования, а также истечение сроков, установленных в ч.2.2. ст. 27 УПК РФ, в период предварительного расследования) относится к компетенции органа предварительного расследования, а не суда.

Этот вывод подтверждается также п.2 постановления Конституционного Суда РФ от 18.07.2022 № 33-П «По делу о проверке конституционности части второй статьи 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и пункта «в» части первой статьи 78 Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина В.А. ФИО3», согласно которому органы публичной власти и должностные лица, осуществляющие уголовное судопроизводство, констатировав наличие предусмотренных законом оснований отказа от уголовного преследования, обязаны действовать так, чтобы обеспечить соблюдение прав подвергнутых ему лиц в формах, предопределенных применимым в конкретном деле основанием прекращения уголовного преследования, в том числе должны соблюдать установленные законом условия такого прекращения. Иное противоречило бы обязанности соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы, провозглашенной ее статьей 15 (часть 2), принципам законности, равенства, справедливости, уважения достоинства личности.

Вопреки доводам апелляционного представления прекращение уголовного дела по основанию, предусмотренному ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ, не является производным от положений ч.2.1 ст. 27 УПК РФ, согласно которой не допускается повторное прекращение уголовного преследования по основаниям, указанным в пункте 3 части первой статьи 24, статьях 25, 25.1, 28, 28.1 и 28.2 настоящего Кодекса, а также пункте 3 части первой настоящей статьи, после отмены постановления о прекращении уголовного преследования по данным основаниям, если подозреваемый или обвиняемый против этого возражает, а является самостоятельным основанием прекращения, что следует из содержания данной нормы закона, а также подтверждается Определением Конституционного Суда РФ от 27.06.2023 № 1774-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ФИО7 на нарушение ее конституционных прав частью первой статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», согласно которому в соответствии с ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ, если производство по уголовному делу продолжено в обычном порядке в связи с наличием возражений подозреваемого или обвиняемого против прекращения уголовного преследования по основанию, указанному в п.3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, и уголовное дело не передано в суд или не прекращено по иному основанию в порядке, установленном данным Кодексом, уголовное преследование подлежит прекращению по основанию, предусмотренному пунктом 1 части первой данной статьи, по истечении двух месяцев производства предварительного расследования с момента истечения сроков давности уголовного преследования в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления небольшой тяжести, трех месяцев - в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления средней тяжести, двенадцати месяцев - в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления.

С учетом изложенного, в соответствии с положениями ст. 237 УПК РФ суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что в ходе предварительного расследования по делу допущены существенные нарушения требований УПК РФ, неустранимые в судебном заседании, исключающие возможность постановления приговора или вынесения иного решения, в связи с чем принял решение о возврате уголовного дела в отношении ФИО4, ФИО1, ФИО6, ФИО2 и ФИО5 прокурору <адрес> для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Вопреки доводам апелляционного представления о нарушении требований ст. 6.1 УПК РФ о разумном сроке уголовного судопроизводства по настоящему уголовному делу может свидетельствовать не обжалуемое судебное решение, а указанные в нем нарушения требований УПК РФ, допущенные органом предварительного следствия.

Постановление суда первой инстанции является законным, обоснованным и мотивированным, соответствует требованиям ст. 7 УПК РФ, оснований для его отмены, нет, в т.ч. по доводам апелляционного представления, которое удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л

Постановление Октябрьского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ о возвращении прокурору <адрес> уголовного дела в отношении ФИО4, ФИО1, ФИО6, ФИО2 и ФИО5 для устранения препятствий его рассмотрения судом оставить без изменения, а апелляционное представление старшего помощника прокурора <адрес> ФИО18 - без удовлетворения.

Настоящее апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с требованиями главы 47.1 УПК РФ путем подачи жалобы (представления) в Первый кассационный суд общей юрисдикции непосредственно.

Председательствующий судья С.В. Зарецкий.