Решение № 2-1787/2016 2-24/2017 2-24/2017(2-1787/2016;)~М-1769/2016 М-1769/2016 от 30 января 2017 г. по делу № 2-1787/2016

Дело № 2-24/2017


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Вятские Поляны 31 января 2017 г.

Вятскополянский районный суд Кировской области, в составе:

председательствующего судьи Мининой В.А.,

при секретаре Староверовой К.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ГУ - Управление Пенсионного фонда РФ в Вятскополянском районе об обязании включить периоды работы в общий страховой стаж, в стаж, дающий право на назначение досрочной страховой пенсии, назначить досрочную страховую пенсию по старости,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к Государственному учреждению - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации (ГУ-УПФ РФ) в Вятскополянском районе Кировской области, в котором просил:

признать незаконным решение ГУ - УПФ РФ в Вятскополянском районе Кировской области об отказе в установлении пенсии от 11.10.2016г. №;

обязать ГУ - УПФ РФ в Вятскополянском районе Кировской области включить в общий трудовой, страховой стаж следующие периоды работы:

- в Управлении механизации треста «<данные изъяты>» республикиУзбекистан в качестве электрогазосварщика с 27.07.1981 г по 19.10.1981г.,

- в колхозе «<данные изъяты>» Орловской области в качестве скотника 01.11.1990г. по 01.03.1991г.,

- в кооперативе «<данные изъяты>» Узбекской республики в качестве формовщика с 15.03.1991г по 04.11.1991г.,

- в производственном кооперативе «<данные изъяты>» в качестве сварщика с 19.11.1991т по 02.01.1992г.,

- в МП «<данные изъяты>» в качестве сварщика с 02.01.1992г по 18.01.1993г.,

- в ПО «<данные изъяты>» в качестве электросварщика с 18.01.1993г по17.11.1996г, с 18.11.1996г. по 21.11.1996г., с 28.01.1997г. по 22.10.2001г. вкачестве газоэлектросварщика;

обязать ГУ - УПФ РФ в Вятскополянском районе Кировской областивключить в стаж работы, дающий право на назначение досрочной страховой пенсии по пп.2 части 1 статьи 30 Федерального закона № 400-ФЗ от 28.12.2013г., следующие периоды работы:

- период обучения в среднем профессионально-техническом училище № 178 г. Ташкента с 01.09.1978г по 13.07.1981г.,

- в Управлении механизации треста «<данные изъяты>» республикиУзбекистан в качестве электрогазосварщика с 27.07.1981г по 19.10.1981г.,

- период службы в Вооруженных Силах (Советской Армии) с 29.10.1981г по 08.12.1983г.,

- в <данные изъяты> № 8 в качествеэлектросварщика с 17.05.1984г по 09.03.1985г.,

- в производственном кооперативе «<данные изъяты>» в качестве сварщика с 19.11.1991г по 02.01.1992г.,

- в МП «<данные изъяты> в качестве сварщика с 02.01.1992г по 18.01.1993г.,

- в частном малом предприятии «<данные изъяты>» г. Ахангаран в качествеэлектросварщика с 09.12.1996г по 10.01.1997г.,

- в ПО «<данные изъяты>» в качестве электросварщика с 18.01.1993г по17.11.1996г, с 18.11.1996г. по 21.11.1996г., с 28.01.1997г. по 22.10.2001г. вкачестве газоэлектросварщика.

обязать Государственное учреждение - Управление Пенсионного фонда РФ в Вятскополянском районе Кировской области назначить ему досрочную страховую пенсию по старости в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 30, Федерального закона от 28.12.2013г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» с момента наступления 55 летнего возраста, т.е. с 16 августа 2016 г.

В обосновании своих требований указал, что 15 августа 2016г. он обратился в территориальный орган Пенсионного фонда в Вятскополянском районе с вопросом о назначении досрочной страховой пенсии по старости, так как он полагал, что имеет право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в связи с осуществлением трудовой деятельности в тяжелых условиях труда.

Однако решением государственного учреждения-Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в Вятскополянском районе Кировской области от 11.10.2016г. № ему было отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28.12.2013г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» по причине отсутствия требуемой продолжительности страхового стажа работы и стажа в тяжелых условиях труда.

По мнению ответчика, продолжительность его стажа в тяжелых условиях труда составляет 05 месяцев 24 дня, продолжительность страхового стажа составляет 17 лет 8 месяцев 7 дней, что не дает право на досрочное назначение страховой пенсии по старости по п.2 части 1 статьи 30 Федерального закона № 400-ФЗ от 28.12.2013.

С решением Управления ПФР в Вятскополянском районе он не согласен, считает, что оно нарушает его право на назначение досрочной страховой пенсии по старости. При этом считает, что надлежит исходить из сведений, содержащихся в трудовой книжке, поскольку согласно ст. 66 ТК РФ трудовая книжка установленного образца является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника.

Тот факт, что в его трудовой книжке определенные записи выполнены в нарушение Инструкции о порядке ведения трудовых книжек на предприятиях, в учреждениях и организациях, утвержденной постановлением Госкомтруда СССР от 20.06.1974г. № 162 является не его виной, а ошибкой инспекторов отдела кадров организаций, где он работал. Считает, что данный факт не может умалять его пенсионных прав.

Периоды его работы в качестве электрогазосварщика в спорные периоды подлежат зачету в стаж с тяжелыми условиями труда по Списку № 2 поскольку по действующему в спорный период законодательству подтверждение вида сварки не предусмотрено. Согласно Спискам, утвержденным Постановлением Совета Министров СССР от 22.08.1956г, № 1173 правом на досрочное пенсионное обеспечение пользуются все электросварщики вне зависимости от вида сварки. Считает, что наименование должности «сварщик» является производным (сокращенным) от должности электросварщик.

Согласно диплома он проходил обучение в среднем профессионально-техническом училище № 178 г. Ташкента в период с 01.09.1978г по 13.07.1981г, где ему присвоена квалификация по профессии «электрогазосварщик третьего разряда». После прохождения обучения он был зачислен электрогазосварщиком в Управлении механизации треста «<данные изъяты>» Республики Узбекистана, где проработал до призыва в Советскую Армию, т.е. до 19.10.1981г. Таким образом, период его обучения подлежит включению в специальный стаж.

В соответствии с п. 109 Положения о порядке назначения и выплаты государственных пенсий, утвержденного Постановлением Совета Министров СССР от 03.08.1972г. № 590, при назначении на льготных условий пенсий по старости рабочим и служащим, работавшим на работах с тяжелыми условиями труда по Спискам №1,№2, предусматривалось включение периода службы в Вооруженных Силах (Советской армии) в специальный стаж при условии работы в данной профессии, соответственно либо до службы, либо после окончания службы в Армии по призыву (п. «к»). Таким образом, период его службы в рядах Советской Армии с 29.10.1981 по 08.12.1983 подлежит включению в стаж с тяжелыми условиями труда по Списку № 2 от 22.08.1956г., поскольку до службы в Армии он работал в Управлении механизации треста «Ташметрострой» республики Узбекистан электрогазосварщиком, а после армии принят газоэлектросварщиком в Строительный поезд №5 треста «Союзспецэлеватормельстрой».

Поскольку он обращался в территориальный орган Пенсионного фонда с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости 16.08.2016, на момент обращения он достиг возраста 55 лет и его стаж составил: по п.2 части 1 статьи 30 Федерального закона № 400-ФЗ от 28.12.2013 более 12 лет 06 месяцев, а страховой стаж более 25 лет, считает, что досрочная страховая пенсия должна быть назначена ему с 16.08.2016.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Также пояснил, что для подтверждения факта работы в целях включения периодов в общий трудовой стаж представить дополнительные доказательства работы в указанные периоды в указанных организациях у него отсутствует, при этом ссылался на длительность времени, прошедшего с указанного периода работы (25 – 30 лет), а также то обстоятельство, что организации, в которых он работал в те годы, расположены очень далеко, часть из них - в Республике Узбекистан, где он проживал в то время, в связи с чем работники, которые работали с ним, и которые могли бы подтвердить факт его работы в указанных организациях, не могут быть вызваны для допроса в качестве свидетелей. Считает, что основным документом, подтверждающим его общий стаж, является трудовая книжка. То, что в ней допущены описки, либо имеются какие-либо недочеты, это вина работника, который от имени работодателя заполнял трудовую книжку. Он не может быть лишен стажа из-за этого, так как всю жизнь трудился. По специальному стажу он по некоторым периодам работы представил подтверждающую архивную справку. По остальным документы были утрачены работодателем, в связи с чем необходимые сведения о характере работы отсутствуют, однако это также не его вина.

Представитель ответчика ГУ-УПФ РФ в Вятскополянском районе ФИО2 на основании доверенности, исковые требования не признал, привел доводы, изложенные в решении об отказе в установлении пенсии. Пояснил, что 16.08.2016 года ответчик ФИО1 обратился в ГУ-УПФ РФ в Вятскополянском районе с письменным заявлением о назначении пенсии. ФИО1 было отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28.12.2013г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» по причине отсутствия требуемой продолжительности страхового стажа и стажа работы с вредными условиями труда. Спорные периоды работы истца ФИО1 считает не подлежащими включению в общий страховой стаж, а также в стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, в связи с непредставлением надлежащих доказательств. Просил в удовлетворении исковых требований отказать.

Суд, выслушав пояснения истца, изучив исковые требования и изложенные в исковом заявлении доводы, принимая во внимание возражения представителя ответчика, изучив представленные документы, материалы пенсионного дела и оценив все доказательства в совокупности, приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 2 ст. 2 Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" страховые пенсии устанавливаются и выплачиваются в соответствии с настоящим Федеральным законом. Изменение условий назначения страховых пенсий, норм установления страховых пенсий и порядка выплаты страховых пенсий осуществляется не иначе как путем внесения изменений в настоящий Федеральный закон.

Согласно ч. 1 ст. 8 Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" право на страховую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 60 лет, и женщины, достигшие возраста 55 лет.

Продолжительность страхового стажа, необходимого для назначения страховой пенсии по старости, в 2015 году составляет шесть лет (ч. 1 ст. 35 Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ "О страховых пенсиях").

Решением Государственного учреждения-Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в Вятскополянском районе Кировской области от 11.10.2016г. № в общий страховой стаж, необходимый для назначения пенсии по старости, не включены периоды осуществления ФИО1 трудовой деятельности, которые он просит включить в его общий страховой стаж, поскольку записи в трудовую книжку внесены с нарушением Инструкции о порядке ведения трудовых книжек от 20.06.1974г. №162; кроме того не подтвержден факт уплаты страховых взносов в Пенсионный фонд РФ в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 № 167-ФЗ:

- в Управлении механизации треста «<данные изъяты>» республики Узбекистан в качестве электрогазосварщика с 27.07.1981 по 19.10.1981,

- в колхозе «<данные изъяты>» в качестве скотника с 01.11.1990 по 01.03.1991,

- в кооперативе «<данные изъяты> в республике Узбекистан в качестве формовщика с 15.03.1991 по 04.11.1991;

- в производственном кооперативе «<данные изъяты>» в республике Узбекистан с 19.11.1991г. по 02.01.1992г в качестве сварщика;

- в МП «<данные изъяты>» в республике Узбекистан в качестве сварщика в период с 02.01.1992 по 18.01.1993.

По первому периоду работы истца в Управлении механизации треста «<данные изъяты>» республики Узбекистан в качестве электрогазосварщика с 27.07.1981 по 19.10.1981 в трудовой книжке действительно запись об увольнении в связи с призывом в ряды Советской Армии заверена печатью, которая не подлежит прочтению.

Вместе с тем, в ходе рассмотрения дела установлено, что с момента окончания трудовой деятельности в данной организации прошло более 35 лет, эта была первая запись истца в трудовой книжке, сам по себе период работы в организации носил непродолжительный характер. Факт трудовой деятельности истца именно в данной организации в должности электрогазосварщика подтверждается дополнительно данными титульного листа трудовой книжки, заполненного 30.07.1981 года. Так, из подлинника трудовой книжки, исследованной в суде, видно, что титульный лист, где отражены данные истца (фамилия, имя, отчество, год рождения), его образование и профессия (эл.газосварщик) выполнены одним лицом и одними чернилами, как и первая запись в трудовой книжке об обучении истца в ГСПТУ-178 и о приеме на работу в качестве электрогазосварщика 3 разряда в Управлении механизации треста «<данные изъяты>» на основании приказа от ДД.ММ.ГГ N 27-к. В трудовой книжке соблюдена хронологическая последовательность записей.

На титульном листе трудовой книжки фамилия ФИО1 написано с ошибкой – «Галимулин», то есть с одной «л». Однако ответчик принадлежность указанной трудовой книжки истцу в целом не оспаривает.

Каких-либо доказательств того, что указанные записи в трудовой книжке истца являются недостоверными, а также отсутствие трудовых отношений истца в спорный период с 27.07.1981 по 19.10.1981 стороной ответчика в обоснование представленных возражений не представлено.

Вместе с тем, в силу п. 35 Правил ведения и хранения трудовых книжек, изготовления бланков трудовой книжки и обеспечения ими работодателей, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 16.04.2003 N 225 при увольнении работника (прекращении трудового договора) все записи, внесенные в его трудовую книжку за время работы у данного работодателя, заверяются подписью работодателя или лица, ответственного за ведение трудовых книжек, печатью работодателя и подписью самого работника (за исключением случаев, указанных в п. 36 настоящих Правил).

Согласно п. 45 обозначенных Правил ответственность за организацию работы по ведению, хранению, учету и выдаче трудовых книжек и вкладышей в них возлагается на работодателя.

Аналогичные положения содержал п. п. 9, 10 Инструкции о порядке ведения трудовых книжек на предприятиях, в учреждениях и организациях, утвержденной Постановлением Госкомтруда СССР от 09.07.1958 N 620, действующей до 20.06.1974.

Из системного толкования приведенных норм следует, что обязанность по ведению трудовых книжек работников, в том числе по внесению сведений о работнике, выполняемой им работе, об увольнении работника, возлагается на работодателя.

При таких обстоятельствах факт того, что оттиск печати организации в трудовой книжке истца нечитаемый, не может служить основанием для лишения истца права на включение в общий трудовой стаж спорного периода работы.

Период работы истца в колхозе «<данные изъяты>» в качестве скотника с 01.11.1990 по 01.03.1991, не включен в общий страховой стаж истца, поскольку не указано основание приема, что является нарушением Инструкции о порядке ведения трудовых книжек от 20.06.1974г. №162.

Как видно из трудовой книжки, в ней в качестве основания приема внесена запись: «Пр. № от__», затем имеется запись основания увольнения: «Пр. № от 11.03.91»

Суду представлена архивная справка администрации Знаменского района Орловской области, согласно которой в архивном фонде колхоза «<данные изъяты>» Знаменского района Орловской области в книгах учета по оплате труда работников колхоза значится: ФИО3 (так в документе) 1990 год: ноябрь – отработано ч/дней 30, декабрь: отработано ч/дней 31; 1991 год: ФИО1 (так в документе) январь – отработано ч/дней 31, февраль отработано ч/дней 28, март отработано ч/дней 31, апрель отработано ч/дней - временная нетрудоспособность 7.

Истец заявил о невозможности представить дополнительные доказательства работы в указанный период, при этом ссылался на длительность времени, прошедшего с указанного периода работы (более 25 лет), а также дальности нахождения от места его жительства в настоящее время.

В то же время, сопоставляя сведения, содержащиеся в трудовой книжке и в указанной архивной справке, суд приходит к выводу о том, что по вине работодателя в трудовой книжке не указана дата вынесения приказа о приеме на работу, а в иных документах, содержащихся в архиве, работодателем допущена ошибка в написании инициалов – буквы отчества «Г» вместо правильно «Н» за 1990 год, при этом инициалы за 1991 год указаны верно.

В остальном указанные сведения сопоставимы и дополняют друг друга.

Период работы истца в кооперативе «<данные изъяты>» в республике Узбекистан в качестве формовщика с 15.03.1991 по 04.11.1991 не включен в общий страховой стаж истца, поскольку дата увольнения исправлена и не заверена соответствующим образом, что является нарушением Инструкции о порядке ведения трудовых книжек от 20.06.1974г. №162.

Как видно из трудовой книжки, дата увольнения из кооператива «<данные изъяты>» действительно содержит исправление: в записи «4.10.1991» цифра «10» исправлена сверху на «11».

По запросу ГУ-УПФ РФ Государственный архив г. Ташкента Республики Узбекистан дал ответ о том, что документы Кооператива по производству товаров народного потребления «Гранит» в архив не поступали.

В то же время, как видно из самой трудовой книжки, напротив указанной оспариваемой записи в качестве основания внесения записи об увольнении указано: «Приказ № от 4.11.91 г.».

Таким образом, суд признает установленным факт работы истца в данной организации именно по 04.11.1991.

Истец просит включить в его общий страховой стаж также следующие не включенные периоды работы истца:

- в производственном кооперативе «<данные изъяты>» в республике Узбекистан с 19.11.1991 по 02.01.1992 в качестве сварщика, поскольку запись об увольнении заверена печатью «<данные изъяты>», в которой отсутствует собственное имя «<данные изъяты>»;

- в МП «<данные изъяты>» в республике Узбекистан в качестве сварщика в период с 02.01.1992 по 18.01.1993, поскольку записи в трудовую книжку внесены с нарушением Инструкции о порядке ведения трудовых книжек от 20.06.1974г. №162 (запись об увольнении заверена печатью «Ахангаранский завод «<данные изъяты>» Республика Узбекистан), кроме того не подтвержден факт уплаты страховых взносов в Пенсионный фонд РФ в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 № 167-ФЗ.

- в ПО «<данные изъяты>» с 18.01.1993 по 17.11.1996 в качестве электросварщика, с 18.11.1996 по 21.11.1996 в качестве электрогазосварщика, с 28.01.1997 по 22.10.2001 в качестве газоэлектросварщика.

ГУ-УПФ РФ, отказывая во включение указанных периодов в общий страховой стаж данные периоды, ссылается также на то, архивная справка от 23.08.2013 №.Г-43 г.Ахангаран Республики Узбекистан содержит фамилию заявителя «Галимулин», данная справка не содержит сведений о периодах работы в производственном кооперативе «<данные изъяты>» и в МП «<данные изъяты>», сведения о переименовании кооператива «<данные изъяты>», <данные изъяты>», о передаче документов в ПО «<данные изъяты>» отсутствуют.

Разрешая исковые требования о включении в общий страховой стаж истца указанные периоды работы, суд учитывает следующее.

Истец заявил о невозможности представить дополнительные доказательства работы в указанные периоды в указанных организациях, при этом ссылался на длительность времени, прошедшего с указанного периода работы (около 25 лет), а также тем обстоятельством, что указанные организации, в которых он работал в те годы, находились в Республике Узбекистан, где он проживал в то время, в связи с чем работники, которые работали с ним, и которые могли бы подтвердить факт его работы в указанных организациях, не могут быть вызваны для допроса в качестве свидетелей.

Из подлинника трудовой книжки, исследованной в судебном заседании, видно, что печать, заверяющая запись об увольнении переводом из кооператива «<данные изъяты>» 02.01.1992 в центре содержит запись «<данные изъяты>», окончание данного слова не видно вследствие наложения на него записи от руки.

В материалах дела имеется справка Хозрасчетного архива личного состава при администрации от 23.08.2013 №.Г-43 г.Ахангаран Республики Узбекистан, согласно которой в составе архивного фонда ПО «<данные изъяты>» в личных карточках на уволенных Ахангаранского производственного кооператива «<данные изъяты>» в личной карточке формы Т-2 на ФИО1,ДД.ММ.ГГ года рождения, значится: принят- 19.11.1991 по труд.соглашению сварщиком 4 раз. Приказ № от 19.11.1991; перевод – 26.12.1991 МП «Цементник» по ст. 36 п.5 Приказ № от 24.12.1991; перевод – в связи с реорганизацией предприятия переведен в ПО «<данные изъяты>» по ст. 36 п. 5 Приказ № от 12.01.1993. Документы МП «<данные изъяты>» в архив на хранение не поступали. Ведомости и лицевые счета начисления заработной платы рабочим и служащим кооператива «<данные изъяты>» в архив на хранение не поступали.

Уточняющая справка ОАО «<данные изъяты>» Республики Узбекистан от 05.11.2013 № содержит сведения о работе ФИО1, ДД.ММ.ГГ г.р., в ПО «<данные изъяты>» с 18.01.1993 по 17.11.1996, с 18.11.1996 по 21.11.1996, с 28.01.1997 по 22.10.2001 в качестве газоэлектросварщика, электрогазосварщика.

То обстоятельство, что архивные справки содержит информацию о трудовой деятельности ФИО1, ДД.ММ.ГГ года рождения, при этом фамилия указана с одной «л», не может повлечь отказа во включении указанных периодов в общий страховой стаж истца, поскольку за исключением данной буквы, остальные данные о личности полностью совпадают с данными о личности истца. При этом на титульном листе трудовой книжки фамилия ФИО1 написано также с ошибкой – «Галимулин», то есть с одной «л». Однако ответчик принадлежность указанной трудовой книжки истцу в целом не оспаривает.

Суд учитывает, что в соответствии с пунктом 45 Правил, ответственность за организацию работы по ведению, хранению, учету и выдаче трудовых книжек и вкладышей в них возлагается на работодателя. За нарушение установленного настоящими Правилами порядка ведения, учета, хранения и выдачи трудовых книжек должностные лица несут ответственность, установленную законодательством Российской Федерации. Истец ФИО1 является добросовестным участником гражданских правоотношений, и его права не должны ущемляться и ставиться в зависимость от невыполнения, либо ненадлежащего выполнения работодателем своих обязанностей, возложенных законом.

Поэтому приходит к выводу о том, что отсутствие сведений о переименовании организации, в которой истец осуществлял свою трудовую деятельность, не влечет ущемление пенсионных прав гражданина.

Оценивая доводы о невключении в общий страховой стаж истца периодов работы по той причине, что не подтвержден факт уплаты страховых взносов в Пенсионный фонд РФ, суд учитывает позицию Конституционного Суда Российской Федерации, изложенную в Постановлении от 10 июля 2007 г. N 9-П.

Кроме того, исключение из страхового стажа периодов работы, за которые страхователем не уплачены страховые взносы, равно как и снижение в указанных случаях у застрахованных лиц, работавших по трудовому договору и выполнивших требуемые от них законом условия, размера страховой части трудовой пенсии, фактически означает установление таких различий в условиях приобретения пенсионных прав - в зависимости от того, исполнил страхователь (работодатель) надлежащим образом свою обязанность по перечислению страховых пенсионных платежей в Пенсионный фонд Российской Федерации или нет, которые не могут быть признаны соответствующими конституционно значимым целям и, следовательно, несовместимы с требованиями статей 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации. Это следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, согласно которой законодатель, осуществляя регулирование условий и порядка предоставления конкретных видов пенсионного обеспечения, а также определяя организационно-правовой механизм его реализации, связан в том числе необходимостью соблюдения конституционных принципов справедливости и равенства и требований к ограничениям прав и свобод граждан, в силу которых различия в условиях приобретения права на пенсию допустимы, если они объективно обоснованны и оправданы конституционно значимыми целями, а используемые для достижения этих целей правовые средства соразмерны им (Постановления от 3 июня 2004 года N 11-П, от 23 декабря 2004 года N 19-П и др.).

Таким образом, пункт 1 статьи 10 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" и абзац третий пункта 7 Правил учета страховых взносов, включаемых в расчетный пенсионный капитал, не соответствуют Конституции Российской Федерации, ее статьям 19 (части 1 и 2), 39 (части 1 и 2), 45 (часть 1) и 55 (часть 3), в той мере, в какой содержащиеся в них нормативные положения во взаимосвязи с иными законодательными предписаниями, регламентирующими условия назначения и размеры трудовых пенсий, - при отсутствии в действующем регулировании достаточных гарантий беспрепятственной реализации пенсионных прав застрахованных лиц, работавших по трудовому договору и выполнивших предусмотренные законом условия для приобретения права на трудовую пенсию, на случай неуплаты или неполной уплаты страхователем (работодателем) страховых взносов за определенные периоды трудовой деятельности этих лиц - позволяют не включать такие периоды в их страховой стаж, учитываемый при определении права на трудовую пенсию, и снижать при назначении (перерасчете) трудовой пенсии размер ее страховой части.

Следовательно, суд исходит из того обстоятельства, что неуплата работодателем страховых взносов на обязательное пенсионное страхование не может служить основанием для отказа в учете в состав заработной платы для определения расчетного размера страховой пенсии сумм заработной платы, по которым отсутствуют сведения о начислении и уплате страховых взносах в пенсионный фонд, поскольку это нарушает права и законные интересы истца и не основано на законе.

Учитывая все выше изложенное, исходя из того, что действия работодателя по заполнению трудовых книжек и неуплата страховых взносов на обязательное пенсионное страхование не должны ущемлять законно возникшие права граждан на пенсию, суд приходит к выводу о возможности удовлетворения исковых требований ФИО1 о включении в его общий страховой стаж периодов работы:

- в Управлении механизации треста «<данные изъяты>» республики Узбекистан в качестве электрогазосварщика с 27.07.1981 по 19.10.1981;

- в колхозе «<данные изъяты>» в качестве скотника с 01.11.1990 по 01.03.1991;

- в кооперативе «<данные изъяты>» в республике Узбекистан в качестве формовщика с 15.03.1991 по 04.11.1991;

- в производственном кооперативе «<данные изъяты>» в республике Узбекистан с 19.11.1991 по 02.01.1992 в качестве сварщика;

- в МП «<данные изъяты>» в республике Узбекистан в качестве сварщика в период с 02.01.1992 по 18.01.1993;

- в ПО «<данные изъяты>» с 18.01.1993 по 17.11.1996 в качестве электросварщика, с 18.11.1996 по 21.11.1996 в качестве газоэлектросварщика, с 28.01.1997 по 22.10.2001 в качестве газоэлектросварщика.

Истцом ФИО1 заявлены также требования о включении периодов работы в его стаж, дающий право на назначение досрочной страховой пенсии по пп.2 части 1 статьи 30 Федерального закона № 400-ФЗ от 28.12.2013.

Согласно п. 2 ч. 1 ст. 30 указанного Федерального закона страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона мужчинам по достижении возраста 55 лет и женщинам по достижении возраста 50 лет, если они проработали на работах с тяжелыми условиями труда соответственно не менее 12 лет 6 месяцев и 10 лет и имеют страховой стаж соответственно не менее 25 лет и 20 лет. В случае если указанные лица проработали на перечисленных работах не менее половины установленного срока и имеют требуемую продолжительность страхового стажа, страховая пенсия им назначается с уменьшением возраста, предусмотренного статьей 8 настоящего Федерального закона, на один год за каждые 2 года и 6 месяцев такой работы мужчинам и за каждые 2 года такой работы женщинам.

Списки соответствующих работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых назначается трудовая пенсия по старости в соответствии с п. 1, правила исчисления периодов работы (деятельности) и назначения указанной пенсии при необходимости утверждаются Правительством Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 3 статьи 35 Федерального закона от 28.12.2013г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» согласно переходных положений с 1 января 2016 года страховая пенсия по старости назначается при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента не ниже 9 с последующим ежегодным увеличением на 2,4 до достижения величины индивидуального пенсионного коэффициента 30.

Частью 4 статьи 30 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ определено, что периоды работы (деятельности), имевшие место до дня вступления в силу названного Федерального закона, могут исчисляться с применением правил исчисления, предусмотренных законодательством, действовавшим при назначении пенсии в период выполнения данной работы (деятельности).

ГУ-УПФ РФ отказано во включении в специальный стаж истца период работы в Управлении механизации треста «<данные изъяты>» республики Узбекистан в качестве электрогазосварщика с 27.07.1981г по 19.10.1981г. (итого 2 месяца 23 дня), поскольку отсутствуют сведения о виде выполняемой сварки.

В течение данного периода работы истца до 01.01.1992 года действовал и применялся Список N 2, утвержденный Постановлением Совмина СССР от 22.08.1956 года N 1173.

Согласно разделу XXXII (общие профессии) Списка N 2 от 22.08.1956 года право на досрочную пенсию по возрасту давала работа в качестве газосварщика, электросварщика и их подручных.

Каких-либо дополнительных требований, уточняющих характер работы, способ выполнения сварочных работ, а также продолжительность рабочего дня законодательством не установлено.

Таким образом, относительно периода выполнявшихся до 01 января 1992 года работ по должности электро- или газосварщика Список N 2 от 1956 года не содержал требования о необходимости подтверждения занятости на ручной сварке.

Суд признал установленным, что в этот период с 27.07.1981г по 19.10.1981г. (2 месяца 23 дня) истец работал электрогазосварщиком, то есть выполнял функции по профессиям, предусмотренным Списком N 2 1956 года (электросварщика), которые подлежат включению в специальный стаж без уточнения вида сварки и без уточнения полной занятости в течение рабочего дня, без проверки характера работы.

Истцом также заявлены требования о включении в его специальный стаж работы с тяжелыми условиями труда период его работы в Ахангаранском заводе железобетонных изделий № 8 в качестве электросварщика с 17.05.1984 по 09.03.1985.

Решением ГУ-УПФ РФ указанный период не включен в его специальный стаж, поскольку отсутствуют сведения о виде выполняемой сварки.

Как видно из трудовой книжки истца, он работал в <данные изъяты> в качестве электросварщика с 17.05.1984 по 09.03.1985.

В материалы дела представлена архивная справка Ахангаранского района Ташкентской области Республики Узбекистан, в которой указаны следующие периоды работы истца на указанном предприятии: с 17.05.1984 по 31.05.1984 в качестве электросварщика (итого 15 дней), с 01.06.1984 по 09.03.1985 в качестве электросварщика (итого 9 месяцев 9 дней).

Учитывая, что Списком N 2, утвержденным Постановлением Совета Министров СССР от 22 августа 1956 года N 1173, была предусмотрена профессия "электросварщики". Из наименования раздела "Общие профессии", а также наименования должности следует, что должность электросварщика является льготной для начисления досрочной трудовой пенсии по старости, при этом не имеет значения, где именно лицо работало, а также вид сварки.

Таким образом, суд приходит к выводу, что данный период 17.05.1984 по 31.05.1984 в качестве электросварщика (итого 15 дней), с 01.06.1984 по 09.03.1985 в качестве электросварщика (итого 9 месяцев 9 дней) также подлежит включению в подсчет специального стажа истца как работу, предусмотренную Списком N 2, дающую право на пенсию на льготных условиях.

Истец также просит включить в его специальный стаж периоды работы, которые не были включены в его специальный стаж, поскольку отсутствуют сведения о виде выполняемой сварки:

- в производственном кооперативе «<данные изъяты>» в качестве сварщика с 19.11.1991 по 02.01.1992;

- в МП «<данные изъяты>» в качестве сварщика с 02.01.1992 по 18.01.1993;

- в частном малом предприятии «<данные изъяты>» г. Ахангаран в качествеэлектросварщика с 09.12.1996 по 10.01.1997;

- в ПО «<данные изъяты>» в качестве электросварщика с 18.01.1993 по17.11.1996, с 18.11.1996 по 21.11.1996, с 28.01.1997 по 22.10.2001 вкачестве газоэлектросварщика.

Учитывая изложенные выше положения нормативно-правовых актов, применяя Список N 2, утвержденный Постановлением Совета Министров СССР от 22 августа 1956 года N 1173, период работы истца в производственном кооперативе «<данные изъяты>» в качестве сварщика с 19.11.1991 по 31.12.1991 (1 месяц 12 дней) также подлежит включению в подсчет специального стажа истца как работу, дающую право на пенсию на льготных условиях.

Списком N 2 производств, работ, профессий, должностей и показателей с вредными и тяжелыми условиями труда, занятость в которых дает право на пенсию по возрасту (по старости) на льготных условиях, утвержденного постановлением Кабинета Министров СССР от 26.01.1991 г. N 10, разделом XXXIII (Общие профессии) предусмотрены электрогазосварщики, занятые на резке и ручной сварке, на полуавтоматических машинах, а также на автоматических машинах с применением флюсов, содержащих вредные вещества не ниже 3 класса опасности (код позиции списка 23200000-19756).

При таких обстоятельствах, законом предусмотрено, что периоды работы в должности электросварщика после 1 января 1992 года подлежат зачету в специальный стаж при условии занятости в течение полного рабочего дня на резке и ручной сварке, на полуавтоматических машинах, а также на автоматических машинах с применением флюсов, содержащих вредные вещества не ниже 3 класса опасности.

Электросварщики, претендующие на назначение досрочной трудовой пенсии по старости в соответствии с позицией 23200000-19906 вышеуказанного списка, должны подтвердить, что в организациях, в которых они работали, не применялись автоматические (полуавтоматические) машины либо по технологии осуществляемых организациями видов деятельности не мог выполняться другой вид сварки, кроме ручной.

Таким образом, после 01 января 1992 года работа в должности электросварщика (газоэлектросварщика) сама по себе не порождает право на назначение пенсии по старости на льготных условиях.

Истцом представлена уточняющая справка ОАО «<данные изъяты>» Республики Узбекистан от 05.11.2013 №, которая содержит сведения о работе ФИО1, ДД.ММ.ГГ г.р., в ПО «Ахангаранцемент» с 18.01.1993 по 17.11.1996, с 18.11.1996 по 21.11.1996, с 28.01.1997 по 22.10.2001 в качестве газоэлектросварщика, электрогазосварщика. В справке также указано, что он при этом был занят ручной, дуговой и газовой сваркой сложных и ответственных деталей, узлов, конструкций и технологического оборудования.

Таким образом, периоды работы истца в ПО «<данные изъяты>» с 18.01.1993 по 17.11.1996 в качестве электросварщика, с 18.11.1996 по 21.11.1996 в качестве газоэлектросварщика, с 28.01.1997 по 22.10.2001 в качестве газоэлектросварщика также подлежит включению в подсчет специального стажа истца как работу, предусмотренную Списком N 2, дающую право на пенсию на льготных условиях.

Основания не признавать данную справку относимым и допустимым доказательством отсутствуют по указанным выше основаниям, по которым суд включил указанный период работы в общий страховой стаж истца.

В то же время истцом не представлено допустимых доказательств, подтверждающих постоянную работу с тяжелыми условиями труда - в качестве сварщика ручной сварки, (газосварщик, электрогазосварщики) занятого на резке и ручной сварке, на полуавтоматических машинах, а также на автоматических машинах с применением флюсов, содержащих вредные вещества не ниже 3 класса опасности, электросварщик ручной сварки по периоду его работы в производственном кооперативе «<данные изъяты>» в качестве сварщика с 01.01.1992 по 02.01.1992; в МП «<данные изъяты>» в качестве сварщика с 02.01.1992 по 18.01.1993; в частном малом предприятии «<данные изъяты>» г. Ахангаран в качествеэлектросварщика с 09.12.1996 по 10.01.1997.

В материалах дела отсутствуют какие-либо документы, направленные на установление характера и условий выполняемой истцом работы в указанные периоды, в связи с чем, они не подлежат включению в стаж на соответствующих видах работ при назначении пенсии на льготных условиях.

Также истец просит включить в его специальный стаж период обучения в среднем профессионально-техническом училище № 178 г. Ташкента с 01.09.1978 по 13.07.1981 и период службы в Вооруженных Силах (Советской Армии) с 29.10.1981 по 08.12.1983.

Установлено, что в дипломе, выданном истцу по окончанию обучения в ГСПТУ № 178 г. Ташкента по профессии электрогазосварщик, в сведениях о личности лица, которому выдан диплом, указано: «ФИО4.» вместо правильного - «ФИО1».

В подтверждение принадлежности диплома истцом представлена суду архивная справка от 12.12.2016 №, согласно которой ФИО1, ДД.ММ.ГГ, действительно был зачислен 01.09.1978 года в состав учащихся ГСПТУ №178 по специальности «Электросварщик ручной сварки» с русским языком обучения (приказ № от 30.08.1978), в связи с окончанием обучения и успешной сдачей выпускных экзаменов 20.07.1981 года был отчислен из числа учащихся (приказ №-к от 20.07.1981), основание: Поименная книга учащихся ГСПТУ-178 за 1977-1981.

Суд учитывает, что трудовая книжка истца, оформленная также с опиской: «Галимулин» вместо правильного «Галимуллин», и тем не менее ответчик принадлежность указанной трудовой книжки истцу в целом не оспаривает. При этом самой первой записью в трудовой книжке является запись «Учеба в ГСПТУ-178 г. Ташкент». Таким образом, суд признает установленным принадлежность указанного диплома истцу.

Согласно Постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 29 января 2004 года N 2-П при исчислении стажа на соответствующих видах работ могут применяться нормативно-правовые акты, регулировавшие порядок исчисления стажа для назначения указанной категории лиц пенсии до введения в действие нового правового регулирования, действовавшего на момент приобретения права.

Нормативно-правовым актом, регулировавшим право граждан на пенсионное обеспечение, действовавшим в период прохождения обучения истца, являлось Положение о порядке назначения и выплаты государственных пенсий, утвержденного постановлением Совета Министров СССР от 03 августа 1972 года N 590.

В соответствии с подпунктом "з" пункта 109 указанного Положения, действовавшего до 01 января 1992 года, при назначении пенсий по старости на льготных условиях или в льготных размерах периоды обучения в училищах системы государственных трудовых резервов и профессионально-технического образования приравнивались к работе с особыми условиями труда, которая следовала за окончанием периода обучения.

В случаях назначения пенсий на льготных условиях или в льготных размерах (подпункты "а", "б" и "в" пункта 91) работа или другая деятельность, приравниваемая к работе, дающей право на указанные пенсии, учитывается в размере, не превышающем имеющегося стажа работы, дающей право на пенсию на льготных условиях или в льготных размерах.

Учитывая изложенное, поскольку работа с тяжелыми условиями истца, предусмотренная Списком N 2, следовала за периодом прохождения учебы и за периодом прохождения им службы по призыву в Вооруженных силах СССР, то данные периоды подлежат включению в подсчет специального стажа истца как работу, предусмотренную Списком N 2, в размере, не превышающем имеющегося стажа работы, дающей право на пенсию на льготных условиях, что составляет с учетом включенных настоящим решением периодов работы в специальный стаж в размере 1 год 4 мес. 26 дней учебы в училище и 1 год 4 мес. 26 дней службы в Вооруженных силах СССР.

Исходя из анализа вышеуказанных правовых норм и установленных обстоятельств, суд пришел к выводу, что с учетом включенных периодов работы специальный стаж истца при назначении пенсии на льготных условиях составит в размере 11 лет 4 месяца 21 день.

Довод ФИО1 на отсутствие его вины в том, что необходимые документы, подтверждающие характер его работы, по остальным периодам были утрачены работодателем, не является достаточным основанием для удовлетворения заявленным им исковых требований.

При таких обстоятельствах суд считает, что на момент обращения истца к ответчику за назначением досрочной трудовой пенсии по старости 16.08.2016 года у истца ФИО1 отсутствовал стаж работы для назначения в соответствии п. 2 ч. 1 ст. 30 Федерального закона N 400-ФЗ страховой пенсии по старости ранее достижения возраста, установленного ст. 8 указанного Закона, то есть права на досрочную пенсию у него еще не возникло.

Следовательно, правовых оснований для возложения на Государственное учреждение - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Вятскополянском районе Кировской области обязанности назначить досрочную трудовую пенсию по старости ФИО1 с 16.08.2016 года у суда не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 194-198, 199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Обязать Государственное учреждение - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Вятскополянском районе Кировской области включить ФИО1 в общий страховой стаж работы следующие периоды:

- в Управлении механизации треста «<данные изъяты>» республики Узбекистан в качестве электрогазосварщика с 27.07.1981 по 19.10.1981;

- в колхозе «<данные изъяты>» в качестве скотника с 01.11.1990 по 01.03.1991;

- в кооперативе «<данные изъяты>» в республике Узбекистан в качестве формовщика с 15.03.1991 по 04.11.1991;

- в производственном кооперативе «<данные изъяты>» в республике Узбекистан с 19.11.1991 по 02.01.1992 в качестве сварщика;

- в МП «<данные изъяты>» в республике Узбекистан в качестве сварщика в период с 02.01.1992 по 18.01.1993;

- в ПО «<данные изъяты>» в качестве электросварщика с 18.01.1993г по17.11.1996г, с 18.11.1996г. по 21.11.1996г., с 28.01.1997г. по 22.10.2001г. вкачестве газоэлектросварщика.

В остальной части ФИО1 в удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кировский областной суд в течение месяца со дня вынесения решения суда в окончательной форме.

Судья Минина В.А.

Мотивированное решение изготовлено 03 февраля 2017 года