Решение № 2-3430/2025 2-56/2026 2-56/2026(2-3430/2025;)~М-2972/2025 М-2972/2025 от 4 февраля 2026 г. по делу № 2-3430/2025

Дело № 2-3430/2025 (2-56/20226)

УИД: 34RS0008-01-2025-008153-21


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Центральный районный суд г.Волгограда в составе:

председательствующего судьи Полянского О.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Тавруевой Е.А.,

Центральный районный суд г.Волгограда в составе:

председательствующего судьи Полянского О.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Тавруевой Е.А.,

с участием представителя истца ФИО1 и представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании 05 февраля 2026 года в городе Волгограде гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4 о взыскании суммы,

установил:

истец ФИО3 обратился в Центральный районный суд г.Волгограда с иском к ФИО4 с вышеуказанными требованиями.

Исковые требования мотивированы тем, что истец является собственником ..., расположенной в ... города Волгограда. ДД.ММ.ГГГГ по вине ответчика, являющегося собственником вышерасположенной ..., произошло затопление принадлежащего истцу жилого помещения. Согласно акту осмотра, составленному управляющей организацией от ДД.ММ.ГГГГ, затопление произошло из вышерасположенной ..., собственником которой является ответчик ФИО4, в результате разрыва гибкой подводки смесителя на кухне. Вследствие залива внутренней отделке помещений квартиры истца были причинены значительные повреждения: в жилой комнате площадью 18 кв.м., выявлены следы протечек на потолке, выполненном из подвесных конструкций ГКЛ, общей площадью 3,5 кв.м., отслоение обойного покрытия стен на площади 4,2 кв.м., деформация ламинатного напольного покрытия на участке 2,8 кв.м.; на кухне площадью 12 кв.м. зафиксированы повреждения потолка из гипсокартонных листов на площади 4,1 кв.м., отслоение керамической плитки в фартуке рабочей зоны в количестве 8 плиток, разбухание и деформация фасадов нижних кухонных модулей; в санузле выявлены повреждения потолочного перекрытия и плиточных швов. Для определения стоимости восстановительного ремонта истец обратился в ООО «Региональный центр оценки», согласно отчету которого №... стоимость восстановительного ремонта внутренней отделки квартиры истца составила 144 260 руб.

Истец, ссылаясь на положения статей 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, просил суд взыскать с ответчика сумму материального ущерба в размере 144 260 руб. и сумму компенсации морального вреда в размере 150 000 руб., а также взыскать расходы на проведение независимой оценки в размере 11 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 25 000 руб., почтовые расходы, связанные с направлением искового заявления и досудебной претензии, в размере 196,80 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины при подаче иска в размере 6 714 руб.

Истец в судебное заседание не явился, доверил участие в деле своему представителю.

Представитель истца в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, настаивала на их удовлетворении.

Ответчик в судебное заседание не явилась, также доверила участие в деле своему представителю.

Представитель ответчика в судебном заседании исковые требования не признала, считает их необоснованными. В обоснование возражений указала, что факт затопления и причина его возникновения ответчиком не оспариваются, однако размер ущерба, заявленный истцом, является завышенным и не соответствует реальным повреждениям. Полагает, что исковые требования не могут быть удовлетворены в полном объеме. При вынесении решения просит суд принять во внимание заключение судебной экспертизы. Также просит уменьшить расходы на оплату услуг представителя до разумных пределов.

Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав материалы гражданского дела в их совокупности, оценив представленные сторонами доказательства с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности и достаточности для разрешения спора по существу, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований ФИО3 по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу положений статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Таким образом, действующее гражданское законодательство исходит из презумпции вины причинителя вреда, что предполагает обязанность ответчика доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба имуществу истца.

Статьей 210 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором. Аналогичная норма закреплена в части 3 статьи 30 Жилищного кодекса Российской Федерации, согласно которой собственник жилого помещения несет бремя содержания данного помещения и, если данное помещение является квартирой, общего имущества собственников помещений в соответствующем многоквартирном доме. Собственник жилого помещения обязан поддерживать данное помещение в надлежащем состоянии, не допуская бесхозяйственного обращения с ним, соблюдать права и законные интересы соседей, правила пользования жилыми помещениями, а также правила содержания общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме.

В судебном заседании с достоверностью установлено и сторонами не оспаривалось, что ДД.ММ.ГГГГ произошло затопление квартиры, принадлежащей на праве собственности истцу ФИО3, расположенной по адресу: г.Волгоград, ....

Согласно акту осмотра от ДД.ММ.ГГГГ, составленному управляющей компанией, затопление произошло из вышерасположенной ..., собственником которой является ответчик. Причиной затопления явился разрыв гибкой подводки холодного водоснабжения к смесителю на кухне в квартире ответчика.

Указанное обстоятельство представителем ответчика в ходе судебного разбирательства не опровергалось, доказательств наличия иных причин затопления либо отсутствия вины ответчика в причинении ущерба суду не представлено.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что надлежащим ответчиком по настоящему делу является ФИО4, на которую в силу приведенных выше норм материального права возлагается обязанность по возмещению вреда, причиненного ненадлежащим содержанием принадлежащего ей имущества.

Разрешая спор по существу и определяя размер материального ущерба, подлежащего взысканию в пользу истца, суд исходит из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Статья 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации устанавливает, что суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

В рамках настоящего дела была назначена судебная строительно-техническая экспертиза с целью определения стоимости восстановительного ремонта внутренней отделки квартиры истца, поврежденной в результате затопления. Производство экспертизы поручено ООО «Альянс Партнер».

Согласно заключению судебной экспертизы, стоимость восстановительного ремонта повреждений внутренней отделки квартиры истца, возникших в результате затопления, определена экспертом в размере 87 343, 62 руб.

В исследовательской части заключения экспертом подробно описаны результаты натурного осмотра объекта экспертизы, произведенного с участием представителей сторон, перечислены выявленные повреждения отделки помещений квартиры истца, определена их площадь и локализация, составлена дефектная ведомость, произведен расчет объемов работ. Локальный сметный расчет выполнен базисно-индексным методом с использованием сметно-нормативной базы ФСНБ-2020 в текущем уровне цен по состоянию на 4 квартал 2025 года с применением индексов изменения сметной стоимости Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации для Волгоградской области. Примененные экспертом расценки соответствуют сборникам ФЕР, ГЭСН, включенным в федеральный реестр сметных нормативов.

Сторона истца с заключением судебной экспертизы не согласилась, в обоснование совей позиции представила суду письменные возражения относительно выводов судебной строительно-технической экспертизы, в которых просила признать заключение судебного экспертизы, ненадлежащим доказательством по делу и исключить его из числа доказательств, подлежащих оценке судом при принятии решения. В обоснование заявленного ходатайства представитель истца указала на существенные, по ее мнению, нарушения требований федерального законодательства, допущенные экспертом при производстве экспертизы. Так, сторона истца полагала, что судебный эксперт не обладает необходимой квалификацией сметчика, поскольку в представленных документах о профессиональном образовании и переподготовке отсутствуют сведения о прохождении специализированных курсов по сметному нормированию, ценообразованию в строительстве и работе со сметными программами, в частности «Гранд-Смета». По мнению представителя истца, эксперт, не имея специальных познаний в области составления сметной документации, не имел права применять локальный сметный расчет для определения стоимости восстановительных работ и обязан был использовать исключительно затратный метод, соответствующий, как она полагала, его базовой квалификации. Кроме того, стороной истца указано на то, что представленная в экспертном заключении локальная смета не подписана исполнителем, что, по утверждению представителя истца, является нарушением требований статьи 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», предъявляемых к оформлению результатов экспертного исследования. Представитель истца также обратила внимание суда на то, что экспертом допущено неправомерное объединение в ведомости объемов работ и сметном расчете помещений с различными видами отделки – кухни и жилой комнаты, что, по ее мнению, привело к тому, что расчет восстановительного ремонта стал непроверяемым и недостоверным, поскольку на кухне отделка стен выполнена из влагостойких гипсокартонных листов (ГКЛВ), тогда как в жилой комнате – из штукатурки и шпатлевки. Более того, представитель истца настаивала на том, что экспертом в принципе не производился осмотр жилой комнаты, в связи с чем стоимость восстановительного ремонта данного помещения не была включена в расчет. В качестве самостоятельного основания для признания заключения недопустимым доказательством стороной истца приведен довод о необоснованном применении экспертом в дефектной ведомости и сметном расчете обычного гипсокартона (ГКЛ) вместо влагостойкого (ГКЛВ) для отделки кухни. В обоснование данного довода представитель истца ссылалась на положения сводов правил СП 54.13330 «СНиП 31-01-2003. Здания жилые многоквартирные», СП 71.13330.2017 «Здания жилые. Правила проектирования», №... «Листы гипсокартонные. Общие технические условия», а также СанПиН №..., которые, по ее утверждению, регламентируют обязательное применение влагостойких материалов в помещениях с мокрыми точками и повышенной влажностью. Ссылаясь на совокупность вышеуказанных нарушений, представитель истца настаивала на исключении судебной экспертизы из числа доказательств и принятии за основу отчета независимого оценщика ООО «Региональный центр оценки».

Представитель ответчика полагала заключение судебной строительно-технической экспертизы, выполненное судебным экспертом, законным, обоснованным, мотивированным, соответствующим требованиям процессуального законодательства и Федерального закона № 73-ФЗ. Обратила внимание суда на то, что эксперт обладает необходимой квалификацией, о чем свидетельствуют представленные в материалах дела дипломы, сертификаты соответствия, уведомление о включении в Национальный реестр специалистов в области строительства, а также значительный стаж экспертной работы. Относительно доводов стороны истца о необоснованном объединении помещений и неверном выборе материалов представитель ответчика пояснила, что в исследовательской части заключения экспертом подробно описан механизм определения объемов работ и стоимости материалов, применены материалы, аналогичные поврежденным и существовавшим на момент затопления, что соответствует принципу полного возмещения убытков. В удовлетворении ходатайства представителя истца о признании заключения ненадлежащим доказательством просила отказать.

Рассматривая ходатайство представителя истца о признании заключения судебной экспертизы ненадлежащим доказательством и исключении его из числа доказательств по делу, суд приходит к следующим выводам.

В силу статьи 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №... «О судебном решении», заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться судом в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами. При этом суду следует проверять, выполнены ли требования законодательства при назначении и проведении экспертизы, соблюдена ли установленная процессуальным законом процедура, соответствует ли заключение поставленным вопросам, полнота и обоснованность выводов, а также компетентность и незаинтересованность эксперта.

Исследовав представленные в материалы дела сведения об образовании, квалификации и профессиональном опыте судебного эксперта, суд приходит к выводу о том, что оснований сомневаться в его компетентности не имеется. Квалификация эксперта, в том числе. подтверждается сертификатом соответствия судебного эксперта №... экспертной специальности 16.1 «Технические и сметно-расчетные исследования строительных объектов и территории, функционально связанной с ними», а также №... по экспертной специальности 16.2 «Исследования строительных объектов и территории, функционально связанной с ними, с целью определения их рыночной и иной стоимости». Согласно Классификатору специальностей, утвержденному в установленном порядке, экспертная специальность 16.1 прямо включает в себя проведение сметно-расчетных исследований, что предполагает наличие у эксперта компетенции по составлению локальных сметных расчетов, применению сметных нормативов, определенных сборников расценок и индексов пересчета в текущий уровень цен.

При таких обстоятельствах довод стороны истца об отсутствии у эксперта квалификации сметчика признается судом несостоятельным, основанным на ошибочном толковании норм Федерального закона № 73-ФЗ и подзаконных нормативных актов, регламентирующих экспертную деятельность. Наличие сертификата соответствия по экспертной специальности, включающей сметно-расчетные исследования, в совокупности с профильным высшим строительным образованием и длительным стажем практической работы, является надлежащим и достаточным подтверждением наличия у эксперта необходимых специальных познаний. Требование о наличии отдельного документа о прохождении курсов по работе со сметной программой «Гранд-Смета» либо иного дополнительного образования в области сметного нормирования не предусмотрено ни Федеральным законом № 73-ФЗ, ни иными нормативными правовыми актами, регулирующими порядок производства судебных экспертиз. Отсутствие такого документа само по себе не свидетельствует об отсутствии у эксперта необходимых знаний, поскольку в рамках экспертной специальности 16.1 данные знания презюмируются и подтверждаются сертификатом соответствия, выданным по результатам соответствующей аттестации.

Не может быть принят во внимание и довод представителя истца о том, что смета не подписана исполнителем. Исследовав представленное заключение, суд установил, что оно выполнено в виде единого документа, состоящего из вводной части, исследовательской части, выводов и приложений. Заключение подписано экспертом, содержит оттиск печати экспертного учреждения. Локальный сметный расчет является неотъемлемой частью заключения и не требует наличия отдельной подписи составителя, поскольку факт его составления и включения в состав экспертного исследования подтвержден подписью эксперта на титульном листе заключения. Требования статьи 8 Федерального закона № 73-ФЗ об обоснованности и проверяемости экспертного заключения в данном случае соблюдены, поскольку суд и участники процесса имеют возможность проверить примененные экспертом расценки, физические объемы работ, стоимость материалов и механизмов, порядок применения индексов пересчета. Более того, стороной истца контррасчет стоимости восстановительного ремонта либо рецензия специалиста на заключение судебной экспертизы, оформленная в соответствии с требованиями процессуального закона, в материалы дела не представлены. Письменные возражения представителя истца не являются заключением специалиста в смысле статьи 188 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не содержат сведений о предупреждении лица, их составившего, об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, в связи с чем не могут быть приняты судом в качестве доказательства, опровергающего выводы судебной экспертизы.

Разрешая довод стороны истца о необоснованном объединении экспертом в локальном сметном расчете помещений кухни и жилой комнаты с различными видами отделки, суд исходит из следующего. Как следует из исследовательской части заключения, экспертом произведен натурный осмотр объекта экспертизы с участием представителей сторон. В ходе осмотра экспертом зафиксированы повреждения отделки жилой комнаты, в том числе потолка, стен и напольного покрытия. В дефектной ведомости и локальном сметном расчете виды работ и материалы учтены экспертом раздельно по каждому конструктивному элементу (потолки, стены, полы) безотносительно к тому, в каком именно помещении выполняются данные работы. Объединение в сметном расчете стоимости работ по жилой комнате и кухне в рамках одной позиции сметы не противоречит правилам ценообразования в строительстве, поскольку физические объемы работ и расценки определяются по видам работ (например, окраска потолка, оклейка стен обоями, устройство покрытий полов), а не по помещениям. Тот факт, что в смете не выделена отдельной строкой именно жилая комната, не свидетельствует о том, что стоимость восстановительного ремонта данного помещения не включена в итоговый расчет. Более того, в исследовательской части заключения на страницах 8-10 подробно описан перечень повреждений по каждому помещению, в том числе по жилой комнате, и определены объемы работ, подлежащих выполнению. При таких обстоятельствах утверждение представителя истца о том, что эксперт не производил осмотр жилой комнаты и не включил стоимость ее ремонта в расчет, противоречит содержанию экспертного заключения и расценивается судом как избранный стороной способ защиты, направленный на преодоление выводов судебной экспертизы.

Довод о необходимости применения для ремонта кухни исключительно влагостойкого гипсокартона (ГКЛВ) вместо обычного (ГКЛ) суд находит основанным на неверном понимании норм материального права, регулирующих возмещение убытков. В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежат возмещению расходы, необходимые для восстановления нарушенного права, то есть для приведения имущества в состояние, существовавшее до момента его повреждения. Улучшение имущества, замена материалов на более качественные, дорогостоящие и долговечные, чем те, которые были использованы при первоначальной отделке, не могут быть возложены на причинителя вреда, если только использование таких материалов не вызвано объективной необходимостью, отсутствием на рынке материалов, аналогичных поврежденным, либо иными исключительными обстоятельствами. В ходе судебного разбирательства не получено сведений о том, что на момент затопления стены на кухне квартиры истца были отделаны гипсокартонными листами ГКЛ, обладающими влагостойкими свойствами. В ходе натурного обследования судебный эксперт самостоятельно определил вид применяемого для отделки ГКЛ. Представитель истца не представила суду доказательств того, что на дату производства ремонта в квартире истца использовался именно влагостойкий гипсокартон. При таких обстоятельствах применение экспертом в локальном сметном расчете расценок и материалов, соответствующих фактически существовавшей отделке, является правомерным и не противоречит принципу полного возмещения вреда. Ссылки стороны истца на положения СП 54.13330, СП 71.13330.2017, №... и СанПиН №... не могут быть приняты во внимание, поскольку указанные нормативные документы регламентируют требования к проектированию, строительству и эксплуатации зданий, а также к применяемым материалам при возведении новых объектов либо проведении капитального ремонта. Данные нормы не содержат императивных предписаний о том, что при восстановительном ремонте после затопления в уже существующем жилом помещении, отделанном материалами, не соответствующими в полной мере указанным требованиям, причинитель вреда обязан возместить стоимость ремонта с применением более качественных и дорогостоящих материалов. Иное толкование привело бы к неосновательному обогащению потерпевшего за счет причинителя вреда, что недопустимо в силу статей 1102, 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Оценивая представленное стороной истца заключение независимого оценщика №..., суд приходит к выводу о том, что данное доказательство не может быть положено в основу решения суда ввиду следующего. В соответствии со статьей 11 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» отчет об оценке объекта оценки не должен допускать неоднозначного толкования или вводить в заблуждение. В отчете должны быть указаны, в том числе, последовательность определения стоимости объекта оценки и ее итоговая величина, а также ограничения и пределы применения полученного результата. В нарушение указанных требований отчет ООО «Региональный центр оценки» не содержит надлежащего обоснования примененных расценок, отсутствует ссылка на конкретные сборники сметных нормативов и индексы пересчета в текущий уровень цен, не приведены сведения о соответствии специалиста-оценщика требованиям законодательства об оценочной деятельности, в частности о членстве в саморегулируемой организации оценщиков, наличии квалификационного аттестата, договора обязательного страхования ответственности оценщика. Кроме того, оценщик не был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, что также снижает доказательственное значение данного документа. При таких обстоятельствах, оценивая относимость, допустимость, достоверность и достаточность представленных сторонами доказательств в их совокупности и взаимной связи, суд отдает предпочтение заключению судебной строительно-технической экспертизы, выполненному экспертом ФИО5, которое признается судом объективным, полным, научно обоснованным, соответствующим требованиям статей 55, 59-60, 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Федерального закона № 73-ФЗ.

Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, руководствуясь принципом состязательности и равноправия сторон, закрепленным в статье 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает необходимым положить в основу решения именно заключение судебной экспертизы, поскольку оно отвечает критериям допустимости, достоверности и достаточности, основано на непосредственном осмотре объекта исследования, выполнено квалифицированным экспертом, предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Размер определенной экспертом стоимости восстановительного ремонта в сумме 87 343,62 руб. суд признает обоснованным и документально подтвержденным.

Проанализировав вышеизложенные обстоятельства в их совокупности, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО3 к ФИО4 о взыскании суммы являются законными, обоснованными и подлежат частичному удовлетворению в размере стоимости восстановительного ремонта, определенной заключением судебной строительно-технической экспертизы. Доводы стороны истца о необходимости признания указанного заключения ненадлежащим доказательством своего подтверждения в ходе судебного разбирательства не нашли, основаны на субъективной оценке доказательств и неверном толковании норм процессуального и материального права, в связи с чем судом отклоняются. Доводы стороны ответчика об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований также признаются судом несостоятельными, поскольку факт причинения вреда, вина ответчика и причинно-следственная связь между действиями ответчика и наступившими последствиями в виде повреждения имущества истца нашли свое полное подтверждение в ходе рассмотрения дела.

Следовательно, исковые требования ФИО3 о взыскании с ФИО4 материального ущерба подлежат удовлетворению частично, а именно в сумме 87 343,62 руб. В остальной части иска о взыскании суммы ущерба в размере, превышающем указанную сумму, надлежит отказать.

Разрешая требование истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в размере 150 000 руб., суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для его удовлетворения ввиду следующего.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Статьей 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 настоящего Кодекса. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда. При этом моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации лишь в случаях, предусмотренных законом.

Из системного толкования приведенных норм материального права следует, что действующее гражданское законодательство в качестве общего принципа устанавливает возможность компенсации морального вреда лишь при нарушении личных неимущественных прав либо при посягательстве на иные нематериальные блага. В случаях нарушения имущественных прав граждан компенсация морального вреда допускается только тогда, когда это прямо предусмотрено специальным законом.

В ходе судебного разбирательства судом установлено, что спорные правоотношения сторон возникли исключительно из факта причинения истцу материального ущерба вследствие ненадлежащего содержания ответчиком принадлежащего ей имущества. Требования истца о взыскании убытков, связанных с необходимостью проведения восстановительного ремонта внутренней отделки квартиры, носят имущественный характер. Доказательств, свидетельствующих о том, что действиями ответчика были нарушены личные неимущественные права истца либо осуществлено посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага, материалы дела не содержат и истцом в нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суду не представлено.

Действующее законодательство, регулирующее отношения, возникающие вследствие причинения вреда имуществу гражданина в результате затопления жилого помещения (статьи 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 30, 36 Жилищного кодекса Российской Федерации), не предусматривает возможности взыскания компенсации морального вреда при нарушении имущественных прав нанимателя либо собственника жилого помещения.

При таких обстоятельствах, поскольку требование о компенсации морального вреда производно от имущественных требований истца, а законом, регулирующим возникшие правоотношения, возможность компенсации морального вреда в данном случае не установлена, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда в полном объеме.

Разрешая требования истца о взыскании судебных расходов, суд исходит из следующего.

В соответствии со статьей 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, суммы, подлежащие выплате экспертам, расходы на оплату услуг представителей, почтовые расходы, понесенные сторонами, другие признанные судом необходимыми расходы.

Статья 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относит, помимо прочего, расходы на производство осмотра на месте, расходы на оплату услуг экспертов, специалистов, переводчиков, расходы на оплату услуг представителей, почтовые расходы, понесенные сторонами, другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно статье 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Судом установлено, что при подаче иска истцом понесены расходы по уплате государственной пошлины в размере 6 714 руб., что подтверждается чеком-ордером. Учитывая, что исковые требования удовлетворены частично (в размере 87 343,62 руб., что составляет 60,5% от заявленной цены иска), взысканию с ответчика в пользу истца подлежат расходы по уплате государственной пошлины пропорционально удовлетворенной части исковых требований. При этом взысканию подлежит сумма в размере 4 000 руб., что соответствует минимальному размеру, установленному подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации.

Также истцом заявлены требования о взыскании почтовых расходов в размере 196,80 руб., понесенных в связи с направлением ответчику копии искового заявления и приложенных к нему документов. Данные расходы подтверждены кассовыми чеками АО «Почта России», признаются судом необходимыми, поскольку обязательный досудебный порядок урегулирования спора по данной категории дел законом не предусмотрен, однако направление копии иска ответчику является процессуальной обязанностью истца, установленной статьей 132 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Указанные расходы подлежат взысканию с ответчика в пользу истца в полном объеме.

Кроме того, истцом понесены расходы на проведение независимой оценки (досудебного исследования) в размере 11 000 руб., что подтверждается договором на проведение оценки. Указанные расходы признаются судом судебными издержками, поскольку понесены истцом для определения цены иска и подсудности спора, то есть в связи с рассмотрением дела в суде. Данная правовая позиция отражена в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела».

Относительно требований истца о взыскании расходов на оплату услуг представителя суд приходит к следующему.

Статья 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предоставляет стороне, в пользу которой состоялось решение суда, право на возмещение расходов на оплату услуг представителя в разумных пределах. Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя. Разумность пределов расходов на оплату услуг представителя является оценочной категорией и определяется судом исходя из конкретных обстоятельств дела: объема заявленных требований, сложности дела, продолжительности его рассмотрения, объема оказанных представителем услуг, времени, необходимого на подготовку процессуальных документов, продолжительности рассмотрения дела и других обстоятельств.

Судом установлено, что между истцом ФИО3 и ФИО1 заключен договор об оказании юридических услуг №..., предметом которого являлось составление искового заявления, формирование пакета документов для обращения в суд, представление интересов истца в суде первой инстанции по иску к ФИО4 о взыскании ущерба от затопления. Стоимость услуг по договору определена в размере 25 000 руб. Факт оплаты подтвержден распиской.

При определении размера подлежащих взысканию расходов на оплату услуг представителя суд учитывает характер спорных правоотношений, категорию дела, не представляющую особой сложности, объем фактически выполненной представителем работы. Принимая во внимание требования разумности и справедливости, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 руб. Данная сумма, по мнению суда, соответствует объему защищаемого права, времени, затраченному представителем на участие в деле, и обеспечивает баланс прав и законных интересов сторон. В остальной части требований о возмещении расходов на оплату услуг представителя в размере, превышающем 20 000 руб., суд решает отказать.

В силу части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В данном случае истец при подаче иска не был освобожден от уплаты государственной пошлины, она уплачена им самостоятельно, в связи с чем оснований для применения статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не имеется.

До настоящего времени расходы по проведению судебной строительно-технической экспертизы ООО «Альянс Партнер» не возмещены. Стоимость проведенной экспертизы составила 30 000 руб.

В соответствии с частью 1 статьи 96, статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также принимая во внимание разъяснения, содержащиеся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», расходы на проведение судебной экспертизы подлежат распределению пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Поскольку исковые требования ФИО3 удовлетворены на 60,5%, расходы на проведение экспертизы подлежат взысканию в пользу экспертного учреждения с ответчика в размере 18 150 руб. (60,5%), с истца – в размере 11 850 руб. (39,5%).

Руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО3 к ФИО4 о взыскании суммы - удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4 (СНИЛС №...) в пользу ФИО3 (паспорт гражданина Российской Федерации №...) сумму в счет компенсации ущерба, причиненного в результате затопления квартиры, в размере 87 343, 62 руб., расходы на проведение независимой оценки в размере 11 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 руб., почтовые расходы в размере 196,80 руб. и расходы по уплате государственной пошлины в размере 4 000 руб.

В остальной части исковых требований ФИО3 к ФИО4 о взыскании суммы о взыскании суммы и возмещении судебных расходов – отказать.

Взыскать с ФИО3 (паспорт гражданина Российской Федерации №...) в пользу ООО «Альянс Партнер» (ИНН <***>) расходы на проведение судебной экспертизы в размере 11 850 руб.

Взыскать с ФИО4 (СНИЛС №...) в пользу ООО «Альянс Партнер» (ИНН <***>) расходы на проведение судебной экспертизы в размере 18 150 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Волгоградский областной суд в месячный срок через Центральный районный суд города Волгограда со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья- О.А. Полянский

Решение суда принято в окончательной форме ДД.ММ.ГГГГ.