Апелляционное постановление № 22-1754/2024 от 5 мая 2024 г. по делу № 22-1754/2024

Судья Хоменко А.С. Дело № 22-1754/2024


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Новосибирск 06 мая 2024 года

Судья Новосибирского областного суда Бондаренко Е.В.,

при секретаре Савицкой Е.Е.,

с участием:

государственного обвинителя Даниловой И.С.,

осужденного ФИО1,

защитника – адвоката Мамонтовой М.А.,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Гришиной Н.А. и апелляционное представление заместителя прокурора Ленинского района г. Новосибирска Гусева А.А. на приговор Ленинского районного суда г. Новосибирска от 24 января 2024 года в отношении осужденного

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданина РФ, не судимого,

У С Т А Н О В И Л:

по настоящему приговору ФИО1 осужден по ст. 30 ч.3, ст. 159 ч. 2 УК РФ к 2 годам лишения свободы.

На основании ст. 53.1 ч. 2 УК РФ лишение свободы заменено принудительными работами на срок 2 года с удержанием из заработной платы осужденного 5 % в доход государства.

Срок принудительных работ исчислен со дня прибытия осужденного в исправительный центр.

Зачтено в срок отбытия наказания время нахождения под домашним арестом в период с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу из расчета два дня домашнего ареста за один день принудительных работ.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Как следует из приговора, ФИО1 признан виновным в покушении на хищение денежных средств в размере <данные изъяты> рублей путем обмана М2, совершенное группой лиц по предварительному сговору ДД.ММ.ГГГГ, которое не доведено до конца по независящим от него обстоятельствам.

Действия ФИО1 судом квалифицированы по ст. 30 ч. 3, ст. 159 ч. 2 УК РФ как покушение на мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 виновным себя не признал.

На приговор адвокатом Гришиной Н.А. подана апелляционная жалоба об отмене приговора как незаконного и необоснованного, ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, неправильного применения уголовного закона, а также существенного нарушения уголовно-процессуального закона.

По доводам жалобы выводы суда основаны на показаниях потерпевшей М2 и свидетелей Р2 и Р1, которые посредством телефонной связи общались с неустановленным лицом и передали макет под видом денег, которые требовало неустановленное лицо, а также производных от них показаниях свидетелей - сотрудников полиции М1 и Е2. Показания М1 и Е2 в части сведений, о которых им стало известно из объяснения ФИО1 (л.д.35), которое суд не принял в качестве доказательства, поскольку было нарушено его право на защиту, в нарушение ст. 75 УПК РФ приняты в качестве доказательства виновности.

Считает, что приведенная в приговоре в качестве виновности ФИО1 переписка в мессенджере «<данные изъяты>» не содержит в себе сведений об осведомленности последнего в совершении корыстного преступления, вступлении в предварительный сговор на хищение денежных средств, наличии у ФИО1 умысла на обман граждан, об источнике происхождения денежных средств. Выводы о том, что ФИО1 проявлял интерес и пытался узнать детали, в которые его особо не посвящали, не доказывает, что он знал о совершаемом преступлении, а является исключительно предположением суда.

Отмечает, что при должном уровне осмотрительности ФИО1 мог предполагать, что получаемые денежные средства могут быть добыты преступным путем, что также не выражает прямого умысла на совершение инкриминируемого преступления. Также как и принятие мер по конспирации ФИО1 в виде использования медицинской маски и представления другим именем, не может объективно свидетельствовать об умысле осужденного на совершение инкриминируемых действий, которые он выполнял по требованию неустановленного лица, давшего ФИО1 данную работу, а убегать ФИО1 начал от испуга, не зная, что его задерживают сотрудники полиции, так как они были одеты в гражданскую одежду.

Выводы суда о том, что ФИО1 направлял получаемые денежные средства, используя криптокошельки, опровергаются его показаниями о том, что в большинстве отправлял деньги по банковским реквизитам. Судом ошибочно установлено, что ФИО1 заранее договорился с неустановленным лицом на совершение преступления, распределив при этом преступные роли, так как из материалов дела это не следует, а является предположением, что недопустимо и должно в силу презумпции невиновности трактоваться в пользу подсудимого.

Кроме того, указывает на то, что суд не зачел в срок отбытия наказания содержание ФИО1 под стражей в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ из расчета один день содержания под стражей за два дня принудительных работ.

На основании изложенного, просит признать ФИО1 невиновным, а изъятый у него телефон вернуть вместе с сим-картой.

В апелляционном представлении заместитель прокурора Ленинского района г. Новосибирска Гусев А.А., не оспаривая обоснованности осуждения и квалификацию действий ФИО1, просит об изменении приговора в связи с нарушением уголовного и уголовно-процессуального закона.

По доводам представления суд в нарушение требований ст. 72 УК РФ срок содержания ФИО1 под стражей в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не зачел в срок отбытия принудительных работ из расчета один день содержания под стражей за два дня принудительных работ.

Кроме того, суд необоснованно не учел в качестве смягчающего наказание обстоятельства ФИО1 его объяснения, данное до возбуждения уголовного дела ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.35), в котором подробно изложены обстоятельства совершенных действий, подтверждающие предварительную договоренность с неустановленным лицом, как явку с повинной.

На основании изложенного просит приговор суда изменить, зачесть в срок отбытия наказания время содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ из расчета один день содержания под стражей за два дня принудительных работ, а также признать объяснение ФИО1 явкой с повинной и смягчить назначенное наказание.

В судебном заседании осужденный ФИО1 и адвокат Мамонтова М.А. поддержали доводы апелляционной жалобы об оправдании ФИО1.

Государственный обвинитель Данилова И.С. поддержала апелляционное представление об изменении приговора по доводам, изложенным в нем.

Выслушав участников судебного заседания, проверив материалы дела, суд апелляционной инстанции считает приговор суда подлежащим изменению по следующим основаниям.

Виновность ФИО1 в покушении на хищение путем обмана денежных средств М2 по предварительному сговору с неустановленным лицом, при обстоятельствах, изложенных в приговоре, установлена и подтверждается совокупностью доказательств, собранных по делу, исследованных в судебном заседании, содержание которых подробно приведено в приговоре.

Этим доказательствам судом дана надлежащая оценка.

Оснований не доверять приведенным в приговоре показаниям потерпевшей М2 и свидетелей Р2, Р1, С1, М1, Е2, нет, поскольку они последовательны, непротиворечивы, соответствуют друг другу и фактическим обстоятельствам дела, оснований для оговора осужденного ФИО1 кем-либо из этих лиц по делу судом не установлено.

Каких-либо существенных противоречий в показаниях потерпевшей и свидетелей, которые бы ставили под сомнение выводы суда о доказанности виновности осужденного ФИО1 и которым бы суд не дал надлежащей оценке в приговоре, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Как следует из материалов дела, все изложенные в апелляционной жалобе доводы о невиновности ФИО1, были предметом рассмотрения суда первой инстанции, надлежащим образом проверены, эти доводы не подтвердились, в связи с чем, обоснованно признаны несостоятельными и правильно отвергнуты судом с приведением в приговоре мотивов принятого решения, не согласиться с которым у суда апелляционной инстанции оснований не имеется. Новых доводов в подтверждение всех этих заявлений жалоба не содержит.

Так, согласно показаниям потерпевшей М2 и свидетелей Р2 и Р1, установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в вечернее время на стационарный телефон М2 поступил звонок, на который ответила М2, а затем передала трубку Р2, которая передала ее Р1. В ходе разговора стало понятно, что звонит мошенник, который сообщил, что попал в аварию, сбил девушку на остановке и она находится в тяжелом состоянии, необходимо 800.000 рублей на операцию. Р1 сказал, что наличными имеется только 122.000 рублей, после этого сообщил, как будет упакована денежная сумма. Вместо денег в черный пакет был положен кусок старой марли - муляж. Пока Р1 разговаривал с мошенником, Р2 сообщила в полицию. После чего Р2, переодевшись в одежду М2, передала водителю такси пакет с муляжом вместо денег, в это же время появились сотрудники полиции и задержали водителя такси. Сотрудники полиции выяснили, что водитель должен увезти пакет на другой адрес. Сотрудники полиции поехали с водителем такси. Спустя некоторое время позвонили сотрудники полиции и сообщили, что задержали мошенника.

Из показаний свидетеля С1 следует, что он неофициально работает водителем (курьером) в такси «<данные изъяты>». ДД.ММ.ГГГГ ему поступил заказ на доставку. Согласно условиям заказа, ему необходимо было забрать посылку по <адрес> и доставить ее на <адрес>. Он приехал по адресу, к нему вышла пожилая женщина с черным пакетом, после того как она передала ему пакет, к нему подбежали сотрудники полиции, которым он сообщил адрес по которому повезет посылку, содержание которой ему было неизвестно. Они поехали по этому адресу, приехав, к нему подошел молодой человек высокого роста, на вид около 20 лет, был одет в спортивный костюм серого цвета, серые кроссовки, на лице маска, он понял, что именно ему должен передать пакет.

Согласно показаниям свидетеля Е2, в отдел полиции поступило сообщение о том, что в отношении М2 совершено мошенничество, а именно неустановленное лицо позвонил на стационарный телефон, представившись ее племянником, сообщил, что попал в дорожно-транспортное происшествие, в котором пострадала девушка, которой необходимы деньги на лечение. В момент звонка дома у М2 находились ее родственники (дочь - Р2 и зять - Р1), которые сразу поняли, что звонит мошенник, о чем сообщили в полицию. Р1 продолжал разговаривать с мошенником от имени М2. Находясь в квартире М2, с целью задержания мошенника был разработан план, а именно, вместо денежных средств был изготовлен муляж из марли, которую положили в черный пакет, после чего Р2 переоделась в одежду М2 и вышла на улицу к подъезду, где передала указанный муляж водителю сервиса «<данные изъяты>», который был задержан. В ходе беседы с водителем (С1) было установлено, что пакет он должен доставить по адресу: <адрес>. После чего он с С1 поехал по вышеуказанному адресу, около указанного дома к водителю С1 подошел молодой человек, который был задержан. После задержания молодой человек назвался ФИО1 и был доставлен в отдел полиции (т. 1 л. 139-140).

Из показаний свидетеля М1 установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в отдел полиции был доставлен ФИО1 по подозрению в совершении преступления предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ, при задержании пытался скрыться от сотрудников полиции. Им было получено объяснение от ФИО1, в котором последний подтвердил свою причастность к преступлению (т. 1 л. 136-138).

Вопреки доводам жалобы, показания свидетелей М1 и Е2 не содержат сведений, о которых им стало известно из объяснения ФИО1 (л.д.35). Судом в основу приговора положены показания данных свидетелей об обстоятельствах проведения процессуальных действий по раскрытию данного преступления и задержанию ФИО1.

Следовательно, оснований для признания этих показаний недопустимыми доказательствами и исключения их из числа доказательств, не имеется.

Согласно протоколу осмотра, осмотрен мобильный телефон марки «<данные изъяты>», изъятый в ходе личного досмотра у ФИО1, в котором находилась сим-карта, и содержит переписку в мессенджере «<данные изъяты>» между ФИО1 и «Л1» по поводу передачи денежных средств через водителя сервиса «<данные изъяты>» ФИО1, а также скриншоты экрана телефона, которые отправлял «Л1» ФИО1 о поездке водителя такси (С1), который должен привезти и передать ему конверт, а также указана марка автомобиля (<данные изъяты> и сколько времени будет ехать автомобиль) (т.1 л.д. 141-186).

Вопреки доводам стороны защиты, содержание переписки между осужденным и «Л1» в мессенджере «<данные изъяты>» опровергают доводы о непричастности ФИО1 к совершению преступления, о том, что он не знал о преступном происхождении денежных средств и об отсутствии сговора с другим лицом на хищение денег путем обмана потерпевшего.

Согласно ее содержанию, ФИО1 не просто проявлял интерес и пытался узнать детали, на что ссылается автор жалобы, а выяснял информацию о том, удалось ли, обманув потерпевшего, забрать деньги, на что указывают, в частности, фразы: «Л1: Мы звоним, пока не уцепилась. ФИО1: Срывы были? <данные изъяты>: Да»...

Таким образом, содержание переписки, наряду с принятием мер по конспирации в виде использования медицинской маски и представления другим именем, а также поведения ФИО1, который пытался скрыться с места преступления, обоснованно расценены судом как доказывающие, что ФИО1 являлся соисполнителем данного преступления.

Кроме того, по мнению суда апелляционной инстанции, данные выводы суда подтверждаются и показаниями самого ФИО1 в качестве подозреваемого об обналичивании денежных средств через обменник («<данные изъяты>»), либо передачи наличными и получении им 3% от суммы и 2% Э1, а впоследствии 10% от «Л1», предложившего ту же схему и писавшего с того же аккаунта, что и Э1 (т. 1 л.д. 57-60).

Анализируя собранные по делу доказательства в их совокупности, судом обоснованно указано на то, что действия ФИО1 и «Л1» были совместные и согласованные, имело место распределение ролей в преступной группе, что привело к реализации общего преступного замысла, направленного на хищение чужого имущества путем обмана.

При этом результаты осмотра переписки между осужденным и «Л1» в мессенджере «<данные изъяты>» и скриншоты, содержащие указания на адрес, по которому ФИО1 должен получить пакет с деньгами у водителя «<данные изъяты>», данные о поездке водителя (С1), свидетельствуют о том, что договоренность совершить преступление имела место до начала хищения денежных средств у потерпевшей М2 и их действия были заранее запланированы.

Таким образом, приведенными выше и в приговоре доказательствами, которые суд проверил и оценил в соответствии с требованиями ст. 87, 88 УПК РФ, сопоставил их между собой и дал им надлежащую оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности – достаточности для разрешения дела и постановления обвинительного приговора, виновность ФИО1 в содеянном им установлена и его действиям по ст. 30 ч. 3, ст. 159 ч. 2 УК РФ судом дана правильная юридическая оценка.

Между тем, суд апелляционной инстанции считает доводы автора апелляционного представления обоснованными, в связи с чем, приговор суда подлежит изменению.

В соответствии со ст. 61 ч. 1 п. «и» УК РФ обстоятельством, смягчающим наказание, признается явка с повинной.

Как следует из представленных материалов, в своем объяснении, данным сотруднику полиции до возбуждения уголовного дела ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 сообщил, каким образом была организована преступная деятельность в составе группы лиц с неустановленными лицами по получению денежных средств путем обмана физических лиц, которые не были известны сотрудникам правоохранительных органов (т. 1 л.д. 35), в связи с чем, данное объяснение следует расценивать как явку с повинной и учесть в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО1, а наказание смягчить.

Кроме того, заслуживают внимания и доводы авторов апелляционной жалобы и апелляционного представления о том, что судом необоснованно не учтено в срок отбытия наказания время предварительного заключения ФИО1 под стражей, который на основании судебного решения по данному делу содержался под стражей в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

При этом согласно ст. 72 ч.3 УК РФ время содержания лица под стражей до судебного разбирательства засчитывается в срок принудительных работ из расчета один день содержания под стражей за два дня принудительных работ, в связи с чем, в срок отбытия ФИО1 принудительных работ следует зачесть время его содержания под стражей в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ из расчета один день содержания под стражей за два дня принудительных работ.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, при судебном рассмотрении не допущено.

Руководствуясь ст. 389-20, 389-28 УПК РФ, судья

П О С Т А Н О В И Л:

приговор Ленинского районного суда г. Новосибирска от 24 января 2024 года в отношении осужденного ФИО1 изменить.

На основании ст. 61 ч. 1 п. «и» УК РФ учесть в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО1, явку с повинной (объяснение т. 1 л.д.35).

Смягчить назначенное ФИО1 наказание как в виде лишения свободы до 1 (одного) года 9 (девяти) месяцев, так и принудительных работ до 1 (одного) года 9 (девяти) месяцев.

Зачесть в срок отбытия принудительных работ время содержания ФИО1 под стражей в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ из расчета один день содержания под стражей за два дня принудительных работ.

В остальном этот же приговор оставить без изменения.

Апелляционное представление заместителя прокурора <адрес> Г2 удовлетворить.

Апелляционную жалобу адвоката Г1 удовлетворить частично.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47-1 УПК РФ, при этом кассационные жалобы, представление, подлежащие рассмотрению, в порядке, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, могут быть поданы в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья: Е.В. Бондаренко