Апелляционное определение № 33-7/2026 33-851/2025 от 8 апреля 2026 г.

Судья Исраилова Л.И. Дело № 33-7/2026

(33-851/2025)

№ 2-1039/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Элиста 09 апреля 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Калмыкия в составе:

председательствующего Басангова И.В.

судей Гонеевой Б.П.

ФИО1

при секретаре Манджиевой Е.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, денежной компенсации

по апелляционной жалобе истца ФИО2 на решение Элистинского городского суда Республики Калмыкия от 18 июля 2025 г.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Республики Калмыкия Басангова И.В., выслушав объяснения истца ФИО2 и ее представителя ФИО4, поддержавших доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Калмыкия

установила:

ФИО2 обратилась в суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (далее - ИП ФИО3) о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, денежной компенсации.

В обоснование заявленных требований истец указала, что между неq и представителем ООО «Соглашение» ФИО3 в январе-феврале 2024 г. проводились переговоры по поводу передачи права на использование ноу-хау, в ходе которых ФИО3 предоставил ей неполную, недостоверную информацию, введя в заблуждение относительно предлагаемых к оказанию услуг, а именно о составе сведений, составляющих ноу-хау, которыми он владел, что привело к недостижению соглашения по существенным условиям лицензионного договора. Также она заблуждалась относительно лица, которое собиралось оказать услугу, так как из переписки не следует, кто именно, ООО «Соглашение» или ИП ФИО3 является обладателем исключительного права (в ее адрес направлено два варианта договора с указанием разных исполнителей), соответственно, было поставлено под сомнение сохранение конфиденциальности составляющих ноу-хау сведений.

13 февраля 2024 г. под вилянием недобросовестных действий ИП ФИО3 она перевела последнему двумя платежами денежные средства в размере 580 000 руб. и 10 000 руб. в качестве паушального взноса по лицензионному договору, который фактически не был заключен, поскольку ей не были переданы сведения, составляющие ноу-хау, договор не подписан ни с ее стороны, ни со стороны ОО «Соглашение», ни со стороны ФИО3, при этом ей не были оказаны услуги по указанному договору.

Таким образом, ответчик без каких-либо на то законных оснований приобрел денежные средства истца на общую сумму 590 000 руб., тем самым неосновательно обогатился за ее счет.

На сумму неосновательного обогащения подлежат начислению предусмотренные статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации проценты за пользование чужими денежными средствами с момента их поступления на счет ответчика - с 14 февраля 2024 г.

Ссылаясь на приведенные обстоятельства, ФИО2 просила взыскать с ИП ФИО3 сумму неосновательного обогащения в размере 590 000 руб.; проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 14 февраля 2024 г. по 20 мая 2024 г. в размере 25 018 руб. 58 коп., исходя из размера ключевой ставки, установленной Банком России, за период с 21 мая 2024 г. по день вынесения решения суда, за период со дня, следующего за днем вынесения решения, по день фактической уплаты долга; присудить в ее пользу денежную компенсацию в случае неисполнения решения суда, исчисляемую исходя из расчета: 10 000 руб. по истечении 30 дней после вступления судебного акта в законную силу, с последующим увеличением суммы денежной компенсации за каждый день неисполнения судебного акта в размере 5 000 руб., до полного исполнения решения суда.

В судебном заседании истец ФИО2 и ее представитель ФИО4 исковые требования поддержали.

Ответчик ИП ФИО3 и его представитель ФИО5, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, ранее в письменных возражениях на иск, поименованных отзывом, просили в удовлетворении требований истца отказать.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований на стороне ответчика, ООО «Соглашение», извещенное о судебном разбирательстве надлежащим образом, своего представителя в суд не направило.

В соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом в отсутствие неявившихся лиц.

Решением Элистинского городского суда Республики Калмыкия от 18 июля 2025 г. в удовлетворении исковых требований ФИО2 к ИП ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, денежной компенсации отказано.

В апелляционной жалобе ФИО2 просила решение суда отменить и принять новое решение об удовлетворении ее требований, сославшись на доводы искового заявления. Дополнительно указала, что ответчик не передал ей техническую, коммерческую и иную информацию, составляющих секрет производства (ноу-хау) путем предоставления доступа к электронному хранилищу данных на disk. Yandex.ru., а также инструкцию по открытию торговой точки в сфере продаж ювелирных изделий, что подтверждается отсутствием ее подписи в акте о передаче секрета производства (ноу-хау) по лицензионному договору; суд не выяснил, что входило в состав ноу-хау, а также не учел, что сторонами не согласован предмет лицензионного договора, в нем отсутствуют конфиденциальные, необщеизвестные сведения о способах осуществления профессиональной деятельности, переданная информация находится в открытом доступе и известна третьим лицам; она не смогла понять, о какой конкретно приносящей доход профессиональной деятельности ответчик предполагал при подписании договора предоставить ему организационные сведения, для каких целей ответчик предоставлял истцу названные сведения; договор не исполнялся сторонами.

Ответчик ИП ФИО3, его представитель ФИО5, третье лицо ООО «Соглашение» о времени и месте рассмотрения дела в апелляционном порядке извещены своевременно и в надлежащей форме, в судебное заседание не явились, о причинах неявки не сообщили, об отложении судебного разбирательства не просили.

На основании части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Калмыкия полагает возможным рассмотреть дело при данной явке.

В соответствии с частью 1 статьи 3271 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Калмыкия приходит к выводу об отмене состоявшегося по делу решения суда по следующим основаниям.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО2 (лицензиат) и ИП ФИО3 (лицензиар) ДД.ММ.ГГГГ подписали лицензионный договор №, согласно пункту 2.1 которого лицензиар обязуется предоставить лицензиату за вознаграждение и на указанный в договоре срок право на использование в предпринимательской деятельности лицензиата принадлежащих лицензиару секрета производства (ноу-хау), при помощи которого лицензиат намерена извлекать прибыль в сфере консультирования по вопросам коммерческой деятельности и управления в сфере продажи ювелирных изделий из серебра и золота, используя принадлежащие лицензиару исключительные права, являющие предметом настоящего договора (т. 1 л.д. 13-24).

В состав секрета производства (ноу-хау) входят в том числе: секрет производства (ноу-хау) лицензиара, включающий в себя: бизнес-идеи по франшизе «Fine Silver», организационная структура магазина, технологии исполнения процессов специалистов, технологии контроля выполнения бизнес-процессов сотрудников, портреты целевых специалистов, маркетинговые материалы, программа обучения специалистов, обучающий контент, технология формирования ассортиментной матрицы, технология закупки товаров, требования к торговой точке, правила передачи оплаченного товара клиентом, портреты целевых клиентов, скрипт продаж, продающие материалы (пункт 2.2 указанного договора).

Согласно пункту 2.3 договора лицензия, выдаваемая лицензиату по договору, является простой (неисключительной), то есть за лицензиаром сохраняется право выдачи лицензий другим лицам, а также самостоятельного использования и применения секрета производства (ноу-хау) в своей предпринимательской деятельности.

Пунктом 2. 4 договора предусмотрено, что срок действия договора, в том числе срок использования секрета производства (ноу-хау) определен сторонами 5 лет.

Лицензиат вправе использовать принадлежащий лицензиару секрет производства (ноу-хау) исключительно на территории: <адрес>. Лицензиат имеет право на открытие неограниченного количества торговых точек, на данных территориях без дополнительной оплаты паушального взноса (пункт 2.5 договора).

В соответствии с пунктом 3.2.1 договора лицензиар обязался передать лицензиату состав секрета производства (ноу-хау) в течение 30 рабочих дней с момента подписания договора и оплаты паушального взноса в соответствии с разделом 4 договора любым удобным для лицензиара способом (электронная передача данных, доступ к электронному хранилищу данных, материальный носитель).

В силу пункта 4.1 договора сумма вознаграждения складывается из паушального взноса и ежемесячных роялти-платежей, предусмотренных условиями данного договора.

Размер паушального взноса определен сторонами и составляет 590 000 руб. (пункт 4.2 договора).

Сумма паушального взноса уплачивается в следующие сроки и порядке: первая часть в размере 10 000 руб. уплачивается до 10 февраля 2024 г., вторая часть в размере 580 000 руб. уплачивается до 13 февраля 2024 г. включительно (пункты 4.2, 4.2.1 договора).

В пункте 4.3 договора указано, что размер ежемесячных роялти-платежей составляет 15 000 руб. и уплачиваются по прошествии 4 месяцев с момента официального открытия точки по франшизе «FINE SILVER».

В целях исполнения условий договора истец перечислил ответчику первый платеж паушального взноса в размере 10 000 руб., что подтверждается платежным поручением от ДД.ММ.ГГГГ № и второй платеж в размере 580 000 руб., что подтверждается платежным поручением от ДД.ММ.ГГГГ № (т. 1 л.д. 25-27).

ФИО2, считая, что ИП ФИО3 не исполнил обязательства по договору, а именно не предоставил секрет производства (ноу-хау), поэтому спорный лицензионный договор является незаключенным, а уплаченные денежные средства подлежат возврату лицензиару, направила ответчику претензию с требованием об уплате ей 590 000 руб., которая осталась без удовлетворения (т. 1 л.д. 28-29).

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения ФИО2 в суд с иском по настоящему делу.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований ФИО2 к ИП ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, денежной компенсации, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 420, 432, 438, 1229, 1233, 1235 Гражданского кодекса Российской Федерации, нормами названного кодекса об обязательствах вследствие неосновательного обогащения и установил, что сторонами согласован предмет лицензионного договора, указанный договор исполнялся сторонами, ответчиком предоставлены истцу сведения, составляющие секрет производства, что не было опровергнуто истцом, в связи с чем пришел к выводу об отсутствии оснований для возвратf уплаченных денежных средств в качестве неосновательного обогащения.

С такими выводами суда согласиться нельзя ввиду следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» разъяснено, что договор считается заключенным, если между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора (пункт 3 статьи 154 и пункт 1 статьи 432 ГК РФ). Соглашение сторон может быть достигнуто путем принятия (акцепта) одной стороной предложения заключить договор (оферты) другой стороны (пункт 2 статьи 432 ГК РФ), путем совместной разработки и согласования условий договора в переговорах, иным способом, например, договор считается заключенным и в том случае, когда из поведения сторон явствует их воля на заключение договора (пункт 2 статьи 158, пункт 3 статьи 432 ГК РФ).

Существенными условиями, которые должны быть согласованы сторонами при заключении договора, являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах существенными или необходимыми для договоров данного вида (например, условия, указанные в статьях 555 и 942 ГК РФ).

Лицу, создавшему ноу-хау, принадлежит исключительное право на секрет производства (статьи 1226, 1466 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 1235 Гражданского кодекса Российской Федерации по лицензионному договору одна сторона - обладатель исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования такого результата или такого средства в предусмотренных договором пределах.

Лицензиат может использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации только в пределах тех прав и теми способами, которые предусмотрены лицензионным договором. Право использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, прямо не указанное в лицензионном договоре, не считается предоставленным лицензиату.

К договорам о распоряжении исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, в том числе к договорам об отчуждении исключительного права и к лицензионным (сублицензионным) договорам, применяются общие положения об обязательствах (статьи 307 - 419) и о договоре (статьи 420 - 453), поскольку иное не установлено правилами раздела и не вытекает из содержания или характера исключительного права (пункт 2 статьи 1233 указанного кодекса).

Пунктом 1 статьи 1465 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что секретом производства (ноу-хау) признаются сведения любого характера (производственные, технические, экономические, организационные и другие) о результатах интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере и о способах осуществления профессиональной деятельности, имеющие действительную или потенциальную коммерческую ценность вследствие неизвестности их третьим лицам, если к таким сведениям у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании и обладатель таких сведений принимает разумные меры для соблюдения их конфиденциальности, в том числе путем введения режима коммерческой тайны.

В силу пункта 2 названной статьи секретом производства не могут быть признаны сведения, обязательность раскрытия которых либо недопустимость ограничения доступа к которым установлена законом или иным правовым актом.

Согласно пункту 1 статьи 1469 Гражданского кодекса Российской Федерации по лицензионному договору одна сторона - обладатель исключительного права на секрет производства (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования соответствующего секрета производства в установленных договором пределах.

Договор должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение данного требования влечет недействительность договора (часть 2 статьи 1235 поименованного кодекса).

В силу пункта 6 статьи 1235 указанного кодекса лицензионный договор должен предусматривать: 1) предмет договора путем указания на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, право использования которых предоставляется по договору, с указанием в соответствующих случаях номера документа, удостоверяющего исключительное право на такой результат или на такое средство (патент, свидетельство), то есть описание секрета производства (ноу-хау), права на который передаются по договору; 2) способы использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации.

По лицензионному договору лицензиат обязуется уплатить лицензиару обусловленное договором вознаграждение, если договором не предусмотрено иное. При отсутствии в возмездном лицензионном договоре условия о размере вознаграждения или порядке его определения договор считается незаключенным. При этом правила определения цены, предусмотренные пунктом 3 статьи 424 настоящего Кодекса, не применяются (часть 5 статьи 1235 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исключительное право на секрет производства действует до тех пор, пока сохраняется конфиденциальность сведений, составляющих его содержание. С момента утраты конфиденциальности соответствующих сведений исключительное право на секрет производства прекращается у всех правообладателей (статья 1467 указанного кодекса).

По смыслу приведенных норм права предметом лицензионного договора о передаче секрета производства (ноу-хау) является право использования секрета производства (ноу-хау), который в договоре должен быть описан достаточным образом, чтобы идентифицировать ноу-хау. При этом существенным условием данного договора является указание на конкретный результат интеллектуальной деятельности или средства его индивидуализации.

Обязательными условиями правовой охраны ноу-хау являются: наличие коммерческой ценности передаваемых сведений, как действительной, так и потенциальной (оборотоспособность); отсутствие у третьих лиц на законном основании свободного доступа к конфиденциальной информации (необщедоступность); принятие обладателем сведений разумных мер для соблюдения их конфиденциальности.

Оценку выполнения условий ноу-хау осуществляет правообладатель, однако в случае спора суд должен установить, является ли спорная информация секретом производства.

Обращаясь в суд с требованием о признании договора незаключенным и возврате ей уплаченного взноса, истец сослалась на то, что ответчик не передал ей техническую, коммерческую и иную информацию, составляющих секрет производства (ноу-хау) путем предоставления доступа к электронному хранилищу данных на disk. Yandex.ru., а также инструкцию по открытию торговой точки в сфере продаж ювелирных изделий, на отсутствие в договоре конфиденциальных, необщеизвестных сведений о способах осуществления профессиональной деятельности, переданная информация находится в открытом доступе и известна третьим лицам.

Ответчик, возражая против заявленных требований, указал, что предоставил лицензиату доступ информации и материалам, составляющим ноу-хау.

Суд признал спорный договор заключенным, поскольку пришел к выводу, что стороны в требуемой законом форме достигли соглашение по всем существенным условиям договора, а непосредственно сам секрет производства (ноу-хау) был передан ответчиком и принят истцом 19 апреля 2024 г. по акту приема-передачи без замечаний и возражений.

Однако судебная коллегия не может признать обоснованными названные выводы суда, поскольку суд, процитировав в своем решении указанные выше нормы права, их положения к спорным отношениям не применил и в нарушение требований статьи 56, части 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не установил, что конкретно является предметом исследуемого договора, достигнуто ли между его сторонами соглашение по конкретному секрету производства (ноу-хау) и был ли передан истцу предусмотренный этим соглашением секрет производства (ноу-хау).

Таким образом, судом не установлены обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного рассмотрения дела и принятия законного и обоснованного судебного акта.

Как следует из материалов, ответчик доказательств наличия у него исключительного права на секрет производства (ноу-хау), включающий сведения, представляющие потенциальную коммерческую ценность, не представил, как и не представил доказательств о существовании вообще секрета производства (ноу-хау), переданного ответчику по спорному лицензионному договору.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что в спорный период исткец пользовался секретом производства (ноу-хау), переданным по лицензионному договору.

В рамках рассмотрения дела судебной коллегией по ходатайству истца была назначена судебная экспертиза секрета производства (ноу-хау), проведение которой было поручено эксперту - патентному поверенному РФ № ФИО6

На разрешение эксперта были поставлены следующие вопросы: 1) является ли предоставленная в лицензионном договоре № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному между ООО «Соглашение» (ИП ФИО3) и ФИО2, информация, которая считается ноу-хау, действительно уникальной, конфиденциальной и неизвестной общественности?; 2) соответствует ли предоставленная информация понятию секрета производства (ноу-хау) согласно положениям статьи 1465 Гражданского кодекса Российской Федерации, а именно является ли указанная в лицензионном договоре информация сведениями о результатах интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере и о способах осуществления профессиональной деятельности, имеющие действительную или потенциальную коммерческую ценность вследствие неизвестности их третьим лицам?

Согласно заключению судебной экспертизы, составленному названным экспертом и принятому на основании части 1 статьи 3271 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в качестве дополнительного доказательства, переданная ответчиком в рамках лицензионного договора информация не обладает признаками ноу-хау как отдельно, так и в совокупности всех тех объектов, что были переданы заказчику; объекты, поименованные в лицензионном договоре как «ноу-хау», материалы не соответствуют определению «ноу-хау», содержащемуся в законодательстве Российской Федерации; информация, переданная от лицензиара к лицензиату по лицензионному договору представляет собой набор терминов, шаблонных документов, а также статей и текстов из открытых источников (в том числе федеральных законов), характеризующих наименования пунктов, которые не имеют признаков «ноу-хау», находятся в открытом доступе и известны из различных источников информации, представленных в публикация, научных изданиях, и в сети интернет; лицензиар не имеет собственных уникальных разработок, наделенных признаками «ноу-хау», выделенных в отдельные объекты, и имеющих действительную или потенциальную коммерческую ценность в силу неизвестности их третьим лицам, у которых нет свободного доступа к ним на законном основании; сведения, переданные от лицензиара к лицензиату, не могут дать конкурентное преимущество лицензиату перед участниками рынка; сведения, переданные от лицензиара к лицензиату, не являются секретом производства «ноу-хау» как не соответствующие его признакам и не имеющие особенностей и преимуществ; коммерческой выгоду общедоступная и неструктурированная информация не принесет.

Заключение экспертизы соответствует требованиям законодательства, результаты экспертизы ответчиком не оспорены, основания не доверять выводам эксперта, предупрежденного об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, не имеется.

Таким образом, вся действительная либо потенциальная коммерческая ценность секрета производства (ноу-хау) заключается в его неизвестности третьим лицам. Составляющие какой-либо технологии, которые являются обычной хозяйственной деятельностью и не имеют каких-либо особенностей или преимуществ, не могут рассматриваться в качестве секрета производства (ноу-хау).

На основании изложенного судебная коллегия считает, что в данном случае сторонами не было достигнуто соглашение по существенным условиям о предмете лицензионного договора, поскольку переданная ответчиком в рамках рассматриваемого договора информация не обладает признаками ноу-хау как отдельно, так и в совокупности всех объектов, объекты, поименованные в договоре как «ноу-хау», материалы находятся в открытом доступе и известны третьим лицам из различных источников информации, представленных в публикациях, научных изданиях, в сети интернет, и не имеет действительную или потенциальную коммерческую ценность в силу неизвестности их третьим лицам, в связи с чем в силу положений статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицензионный договор является незаключенным.

Как указано в пункте 3 статьи 432 названного кодекса сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности.

Вместе с тем в рассматриваемом случае доказательств того, что стороны приступили к исполнению спорного договора, не имеется. При этом уплата паушального взноса, разовая реализация товара по франшизе «FINE SILVER» при несогласовании предмета договора, сама по себе не свидетельствует об исполнении сторонами договора.

Согласно статье 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного Кодекса.

В соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение, обогащение произошло за счет истца и правовые основания для такого обогащения отсутствуют. В свою очередь, ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, наличие правовых оснований для такого обогащения либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Материалами дела подтверждено и участвующими в деле лицами не оспаривается, что денежные средства в размере 590 000 руб. перечислены ФИО2 в пользу ИП ФИО3 на основании лицензионного договора.

Поскольку в данном случае денежные средства в размере были перечислены истцом ответчику, однако последний не исполнил принятые на себя обязательства, не передал истцу право использования секрета производства (ноу-хау), сведения, представляющие потенциальную коммерческую ценность, спорный договор является незаключенным по причине того, что сторонами не был определен предмет, являющийся существенным условием договора, то правовые основания для получения денежных средств у ИП ФИО3 не имелись.

При таких данных судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Калмыкия приходит к выводу об отмене состоявшегося по делу судебного решения и вынесении нового решения об удовлетворении исковых требований ФИО2 о взыскании неосновательное обогащение в размере 590 000 руб.

Пунктом 2 статьи 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

Начисление предусмотренных статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации процентов связано с моментом, когда стороне договора стало известно или должно было стать известно в обычных условиях гражданского оборота, что полученное ею от другой стороны исполнение является излишним.

Проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок (пункт 3 указанной статьи).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов.

Таким образом, истец помимо возврата суммы денежного обогащения также имеет право на начисление на эту сумму процентов за пользование чужими денежными средствами, с того момента, когда ИП ФИО3 узнал или должен был узнать о неосновательности сбережения денежных средств, а именно с даты зачисления на его счет денежных средств - 13 февраля 2024 г.

Следовательно, проценты за пользование указанными денежными средствами в пределах заявленных требований подлежат начислению за период с 14 февраля 2024 г. по 20 мая 2024 г. в размере 25 018 руб. 58 коп., за период с 21 мая 2024 г. по 09 апреля 2025 г. (день вынесения апелляционного определения) в размере 205 047 руб. 86 коп. (из расчета 590 000 руб. (сумма неосновательного обогащения) * ставка Банка России (действующая в соответствующие периоды * количество дней в году * количество дней просрочки); начиная с 10 апреля 2026 г. до дня фактического исполнения обязательств, исходя из ключевой ставки, установленной Банком России в соответствующие периоды на невозвращенную денежную сумму.

Статьей 206 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при принятии решения суда, обязывающего ответчика совершить определенные действия, не связанные с передачей имущества или денежных сумм, суд в том же решении может указать, что, если ответчик не исполнит решение в течение установленного срока, истец вправе совершить эти действия за счет ответчика с взысканием с него необходимых расходов (часть 1). В случае, если указанные действия могут быть совершены только ответчиком, суд устанавливает в решении срок, в течение которого решение суда должно быть исполнено (часть 2). Суд по требованию истца вправе присудить в его пользу денежную сумму, подлежащую взысканию с ответчика на случай неисполнения судебного акта в размере, определяемом судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (часть 3).

Согласно пункту 1 статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, иными законами или договором либо не вытекает из существа обязательства. Суд по требованию кредитора вправе присудить в его пользу денежную сумму (пункт 1 статьи 330) на случай неисполнения указанного судебного акта в размере, определяемом судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1).

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что положения пункта 1 статьи 308.3 ГК Российской Федерации направлены на защиту прав кредитора по обязательству, в частности путем присуждения ему денежной суммы на случай неисполнения должником судебного акта, и имеют цель побуждения должника к своевременному исполнению обязательства в натуре (определения от ДД.ММ.ГГГГ №-О, от ДД.ММ.ГГГГ №-О, от ДД.ММ.ГГГГ №-О и др.). Аналогичную цель преследует и часть третья статьи 206 ГПК Российской Федерации.

По смыслу приведенной правовых положений судебная неустойка устанавливается на случай неисполнения судебного акта, которым ответчик обязывается к совершению определенного действия, при этом не связанного с взысканием денежных средств или передачей имущества.

Поскольку истцом заявлены требования о взыскании неосновательного обогащения в денежном выражении, то в силу приведенного правового регулирования оснований для удовлетворения требования о присуждении в ее пользу судебной неустойки на случай неисполнения судебного акта не имеется.

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно статье 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Поскольку истец, не обладая статусом потребителя, не уплатила государственную пошлину при подаче искового заявления, применительно к положениям части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина подлежит взысканию с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов.

В силу подпункта 1 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ФИО3 подлежит взысканию в доход бюджета г. Элисты государственная пошлина в размере 21 401 руб. 32 коп.

Руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Калмыкия

определила:

решение Элистинского городского суда Республики Калмыкия от 18 июля 2025 г. отменить.

Исковые требования ФИО2 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, денежной компенсации удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН <***>) в пользу ФИО2 (№ №, №) неосновательное обогащение в размере 590 000 руб.; проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 14 февраля 2024 г. по 20 мая 2024 г. в размере 25 018 руб. 58 коп., за период с 21 мая 2024 г. по 09 апреля 2026 г. в размере 205 047 руб. 86 коп.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН <***>) в пользу ФИО2 (№) проценты за пользование чужими денежными средствами, начиная с 10 апреля 2026 г. до дня фактического исполнения обязательств, исходя из размера ключевой ставки Банка России в соответствующие периоды на остаток задолженности.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 о присуждении в ее пользу денежной компенсации в случае неисполнения решения суда - отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН <***>) в доход бюджета г. Элисты государственную пошлину в размере 21 401 руб. 32 коп.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 15 апреля 2026 г.

Председательствующий И.В. Басангов

Судьи Б.П. Гонеева

ФИО1