Решение № 2-14/2025 2-14/2025(2-315/2024;2-5620/2023;)~М-4483/2023 2-315/2024 2-5620/2023 М-4483/2023 от 17 февраля 2025 г. по делу № 2-14/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 февраля 2025 года город Иркутск

Свердловский районный суд г. Иркутска в составе:

председательствующего судьи Палагуты Ю.Г.,

при секретаре судебного заседания Петрайтис О.О.,

с участием прокурора КатасоновойС.В.,

лиц участвующих в деле, представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, третьих лиц ФИО3, ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 38RS0036-01-2023-006374-56 (2-214/2025) по иску ФИО5 ФИО22 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Иркутская ордена «Знак Почета» областная клиническая больница», Частному учреждению здравоохранения «Клиническая больница «РЖД-Медицина» города Иркутск» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

В Свердловский районный суд <адрес обезличен> обратилась ФИО5 с иском к ГБУЗ «Иркутская ордена «Знак Почета» (ГБУЗ ИОКБ) областная клиническая больница», ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина» города Иркутск» (ЧУЗ «КБ «РЖД-Медицина»)о взыскании компенсации морального вреда. В обоснование иска указано, что <Дата обезличена> в 23:30 на скорой привезли отца истца ФИО24., <Номер обезличен> года рождения в Иркутскую железнодорожную больницу по адресу <адрес обезличен>, с жалобами на боли в животе, высокое давление и температуру. В приемном отделении взяли кровь (лейкоцитоз), осмотрел врач (ничего не нащупал) и провели УЗИ (без патологии, только желудок с большим количеством содержимого), ФГДС сначала сказали не нужно, потом решили, что нужно, но ФИО6 отказался, так как врач поставил ему уколы ношпа и кетанов и боль ушла. Рентгенографию и КТ брюшной полости не провели. Отпустили домой, прописав лечение омепразол, фосфалюгель и указали в выписке, что поводов для хирургического вмешательства нет.

Через 4 часа уже дома ФИО25. стало плохо, опять начались боли в животе, и открылась рвота, он ослаб и повторно вызвал скорую помощь, в результате чего его госпитализировали в ГБУЗ ИОКБ.

Спустя более 4 часов обследований (УЗИ, рентгенография, МРТ). После МРТ дежурный хирург ФИО23. сказал, что в брюшной полости большое количество крови и назначил экстренную операцию, в ходе которой выявили разлитой гнойный перитонит и прободную язву желудка (двенадцатиперстной кишки). Заведующий отделением и работники первой реанимации говорили по-разному. После операции по ушиванию язвы и очищению брюшной полости последовала еще одна операция, так как в реанимации открылось внутреннее кровотечение, причину которого не сообщили.

Через пять дней ФИО26. перевели в стационар, где, по словам лечащего врача ФИО27. и заведующего отделением экстренной хирургии ФИО28., было назначено специальное питание, которого ФИО30. не получал. Человек, перенесший две операции, одна из которых по ушиванию прободной язвы, получал обычное питание (плов, котлеты). Практически каждый день у ФИО29. наблюдалась повышенная температура (37-38 градусов), у него была изжога и периодическая тошнота, о чем он сообщал своему лечащему врачу ежедневно, также наблюдались проблемы со стулом, врачи ссылались на типичное состояние после операции и назначали обезболивающие (кетанов).30 сентября лечащий врач, ФИО31 в разговоре по телефону сообщил истцу, что состояние ее отца нормализуется, и, вероятнее всего, на следующей неделе его уже отпустят домой. Несмотря на то, что его состояние было нестабильным, и температура не прекращалась. У ФИО32. с лечащим врачом были доверительные отношения, он верил каждому его слову и верил в то, что скоро он поедет домой.

2 октября, со слов ФИО33 у него взяли анализ крови. 3 октября заведующий отделением ФИО35. в разговоре по телефону сообщил истцу о том, что анализ крови плохой, наблюдается лейкоцитоз и планируется проведениеKT.4 октября ФИО34. по телефону истцу сказал, что никакое КТ ему не сделали, а состояние у него все так же ухудшается. Истец приехала в больницу и лично поговорила с лечащим врачом, ФИО36., который уверил ее в том, что срочности в проведении дообследования нет и что у врачей отделения все под контролем, КТ будет в плановом порядке в конце недели, а состояние ее отца не вызывает опасения, и они подозревают возможный колит.

5 октября ФИО37. стало еще хуже, он стал совсем слабым, поднялась высокая температура, к вечеру начался тремор, открылась рвота, о чем он сообщил истцу по телефону, но даже после этого врачи не сделали обещанное КТ. В этот же день взяли только анализ мочи, в результате которого начали подозревать пиелонефрит, и готовили к КТ, которое было сначала назначено на 21:00, затем его перенесли на 22:00.

5 октября вечером истец снова приехала в больницу, дежурный врач был ФИО38., который на все ее просьбы сделать экстренное КТ, говорил, что он созвонился с лечащим врачом, ФИО39., который не подтвердил опасность ситуации и сказал, что плановое КТ состоится утром 06.10, так как есть подозрение на пиелонефрит. Вечером ФИО41. прокапали, якобы чтобы снять интоксикацию, но он по-прежнему был очень слаб и еле разговаривал с истцом по телефону. Врачи утверждали, что держат ситуацию под контролем и что ничего критичного быть не может. Врачи отделения экстренной хирургии потеряли время, за время ухудшения самочувствия организм ФИО40. ослаб, так как была сильная рвота, высокая температура и по анализам мочи была видна интоксикация.

6 октября утром ФИО42. все же сделали КТ и увезли на экстренную операцию по резекции желудка, так как выявили на КТ снова перитонит и язву желудка (язва была все та же, что и оперировалась 23.09, а перитонит был обнаружен в швах от первой операции).

После этого ФИО43. перевели в 4 реанимацию ГБУЗ ИОКБ, где вечером того же дня он пришел в сознание, как выяснилось из разговора по телефону. Так же, в разговоре по телефону, реаниматолог 4 реанимации сказал, что из-за рвоты, которая была 06.10, рвотные массы попали в трахею и легкие, и развитие пневмонии неизбежно. Так же реаниматолог был крайне удивлен тому, что состояние ФИО44. ухудшалось постепенно, а врачи не предприняли никаких действий.

7 октября, непонятно по каким причинам, ФИО45. ввели в искусственную кому, подключили к аппарату ИВЛ, аппарату диализа, поддерживали организм кардиотониками.

С 7 октября истец ежедневно звонила в реанимацию и ежедневно получала один ответ, что состояние ее отца крайне тяжелое.

10 октября в телефонном разговоре с заведующим отделением экстреннойхирургии, ФИО46 истец пыталась выяснить, почему так затянули в обследованием, когда ФИО47 еще был в стационаре, его состояние ухудшалось, а врачи проявляли халатность и закрывали глаза на ухудшающиеся показатели (анализы, температура), на что заведующий отделением истцу ответил, что они делали все правильно, и подозревали колит, но никак не ожидали повторного перитонита.

13 октября так же в телефонном разговоре с заведующим отделением экстренной хирургии, ФИО48., сообщили истцу о том, что наблюдаются незначительные улучшения (уФИО6 12.10 был стул), и так же сообщили о том, что с хирургической стороны все складывается нормально. В реанимации же в этот день по телефону истцу сказали о том, что процент кислорода на аппарате ИВЛ постепенно снижается, так же как и снижается уровень поддержки организма кардиотониками.

14 октября истец в очередной раз позвонила в реанимацию, где ей сообщили, что ФИО49. сделали КТ и подтвердили серьезную пневмонию, а также, что 13 октября в 21:30 у него обнаружили свищ двенадцатиперстной кишки и опять провели экстренную операцию по ушиванию свища. В этот же день истец опять разговаривала с заведующим отделением ФИО50., который уже почти не отрицал то, что хирурги отделения совершили ошибки при проведении первой операции по ушиванию прободной язвы, однако фамилию оперировавшего врача он назвать отказался.

15 октябряпо словам реаниматолога, состояние ФИО51. оставалось крайне тяжелым,процент ИВЛ опять стал высоким, дозы кардиотоников существенно увеличились.

16 октября в 21:10 ФИО6 умер.

Как полагает истец,врачи приемного отделения Иркутской железнодорожной клинической больницы. ФИО52. должным образом не обследовали при поступлении, не назначили рентген или КТ и отпустили домой, поставив обезболивающие уколы. Они стерли всю симптоматику, и ФИО53. потерял время. За это время начался перитонит. Как полагает истец, лейкоцитоз был основанием провести дополнительные обследования.Также истец не понимает, почему не было предположений, что «желудок с большим количеством содержимого» есть ни что иное, как полный желудок крови. Вследствие этого и началась рвота спустя несколько часов. Истец считает, что врачи Иркутской железнодорожной клинической больницы усугубили своими действиями самочувствие ее отца и допустили ошибку в постановке предварительного диагноза.

Врачи ссылались на тяжелое течение после операции, сопутствующие патологии, нездоровый образ жизни и настаивали на том, что язва у ФИО55. была давно, однако он никогда не жаловался на самочувствие, никогда не лежал в больницах и отличался хорошим, крепким здоровьем и вел активный образ жизни. Истец с отцом ежедневно общались, проживали вместе долгое время, и он никогда не жаловался на боли, не обращался за помощью к врачам. Он до последнего дня перед госпитализацией ездил за рулем и вел обычный образ жизни, что невозможно со слов ФИО56 при таких нестерпимых болях при прободной язве.

По факту смерти ФИО54Г., на основании уголовного дела <Номер обезличен>, <Дата обезличена> АНО «МЭЦ» была проведена судебно-медицинская экспертиза, по результатам которой комиссией экспертов были установлены следующие дефекты:

При анализе оказанной медицинской помощи в ЧУЗ «КБ «РЖД-Медицина» <Дата обезличена> – <Дата обезличена>:

- неполно собран анамнез заболевания (в частности, язвенный анамнез), не

детализированы жалобы (характер, интенсивность, продолжительность болей и др.);

- с целью обезболивания необоснованно при неустановленном диагнозе введенКетонал - согласно данным специальной литературы при болях в животе до завершения осмотра болеутоляющие средства не назначают. Хирург должен иметь возможность оценить клиническую картину, не искаженную действием наркотических ненаркотических анальгетиков;

- с целью дифференциальной диагностики (с учетом отказа пациента от проведенияФГДС) не проведена рентгенография органов брюшной полости;

При оказании медицинской помощи сотрудниками ГБУЗ «ИОКБ» допущеныследующие дефекты:

- МРТ органов брюшной полости проведено через 3 часа после осмотра хирурга (тоесть после выявления изменений на УЗИ и обзорной урографии);

- хирургическое лечение проведено более, чем через 4 часа с момента осмотрахирургом и подозрения на перитонит;

- в период оказания медицинской помощи с <Дата обезличена> по <Дата обезличена> выявлены дефекты ведения медицинской документации, не позволяющие в полной мере оценить оказанную медицинскую помощь - в истории болезни отсутствует лист назначений за указанный период, а также отсутствуют дневниковые записи за <Дата обезличена>;

- несвоевременное проведение оперативного вмешательства <Дата обезличена> по поводу выявленного перитонита (диагноз «Перитонит» установлен <Дата обезличена> в 05:14, оперативное лечение начато в 11:30 - более чем через 2 часа от момента установления диагноза);

- в истории болезни отсутствует лист назначений за период с <Дата обезличена> по

<Дата обезличена>, а также отсутствуют дневниковые записи за <Дата обезличена>.

Таким образом, в результате непрофессиональных действий сотрудников ЧУЗ «КБ«РЖД-Медицина», ГБУЗ ИОКБ, которыми проводилось лечение ФИО57., была допущена его смерть.

В результате ненадлежащего оказания медицинской помощи ФИО58. и его смерти, истцу причинен существенный моральный вред, выразившийся в переживаемых тяжелых нравственных страданиях, вызванных смертью близкого родственника, связанными с этим моральными страданиями. До настоящего времени истец и ее семья не могут смириться с утратой. Осознание того, что близкого родственника можно было спасти оказанием своевременной и квалифицированной медицинской помощи, причиняет истцу дополнительные нравственные страдания. В случае оказания ФИО60Г. своевременной квалифицированной медицинской помощи и применения нужных медицинских препаратов, шансов выжить у ФИО59. было бы больше.

Поскольку в результате неквалифицированных действий врачей сотрудников ЧУЗ«КБ «РЖД-Медицина», ГБУЗ «ИОКБ», допустивших дефекты оказания медицинской помощи ФИО61Г., наступила смерть последнего, а истцу и ее семье были причинены нравственные страдания, истец имеет право на компенсацию морального вреда, размер которого с учетом фактических обстоятельств дела, а также разумности и справедливости ФИО5 оценивает в 3 000 000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь положениями Конституции Российской Федерации, Конвенции о защите прав человека и основных свобод, нормами Семейного кодекса Российской Федерации (СК РФ), Гражданского кодекса Российской федерации (ГК РФ), Федерального закона от <Дата обезличена> N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации, истец просит суд взыскать с ГБУЗ «Иркутская ордена «Знак Почета» областная клиническая больница», ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина» города Иркутск» в счет компенсации морального вреда 3000 000 рублей.

Истец ФИО63 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, просила о рассмотрении дела в свое отсутствие, в суд направила своего представителя.

Представитель истца ФИО62., действующий на основании доверенности, исковые требования поддержал в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении, дополнительно суду пояснил, что при оказании медицинской помощи имелись существенные недостатки.

Представитель ответчика ГБУЗ Иркутская ордена «Знак почета» областная клиническая больницаРажева Н.А., действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признала по доводам, изложенным в письменных возражениях, суду пояснила, что причинно-следственная связь между допущенными при оказании медицинской помощи ФИО64. в ГБУЗ ИОКБ нарушениями и его смертью отсутствует, данные нарушения следует считать недостатками, в связи с чем, просила отказать в полном объеме.

Представитель ответчика ЧУЗ «КБ «РЖД-Медицина» в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, направил в суд ходатайство об отложении судебного заседания в связи с занятостью в другом процессе. Суд, разрешив указанное ходатайство, признал неявку представителя ответчика по указанной причине неуважительной, поскольку занятость представителя юридического лица в ином процессе уважительной причиной не является, учитывая общий срок нахождения спора на разрешении суда, в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания отказал.

Третьи лица ФИО65., в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований, просили отказать в полном объеме.

ФИО67. суду пояснил, что имевшееся у ФИО66 заболевание является хроническим и формируется длительный период времени 5-10 лет, при этом, как правило, должно сопровождаться болями. Относительно локализации язвы, язва расположена таким образом, что от двенадцатиперстной кишки распространяется на отдел желудка, поэтому в медицинской документации описана ее локализация как язва желудка, однако для проведения лечебных мероприятий данное обстоятельство значения не имеет. Замечания относительно дефектов ведения медицинской документации указаны необоснованно, поскольку при проведении экспертизы качества, проводимой АО «СОГАЗ-Мед», каких-либо дефектов не установлено и в картах имеются все записи.

Третьи лица представитель Министерства здравоохранения Иркутской области, представитель ОГБУЗ «Иркутская станция скорой помощи», ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11 извещены надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщили.

Суд полагает возможным рассмотреть дело по существу в отсутствие не явившихся участников процесса в соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (ГПК РФ).

Суд, огласив исковые требования, выслушав пояснения сторон, заслушав показания свидетеля, исследовав материалы настоящего гражданского дела, обозрев материалы уголовного дела <Номер обезличен>, медицинскую документацию, заслушав заключение прокурора Катасоновой, полагавшей, что иск подлежит удовлетворению, приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от <Дата обезличена> № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (пункт 1 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Охрана здоровья граждан - система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан").

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 ст. 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В статье 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; ответственность должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья.

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (пункты 1, 2 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан").

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан").

В соответствии со ст. 70 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан", лечащий врач организует своевременное квалифицированное обследование и лечение пациента, предоставляет информацию о состоянии его здоровья, по требованию пациента или его законного представителя приглашает для консультаций врачей-специалистов, при необходимости созывает консилиум врачей для целей, установленных частью 4 статьи 47 настоящего Федерального закона. Рекомендации консультантов реализуются только по согласованию с лечащим врачом, за исключением случаев оказания экстренной медицинской помощи.

Лечащий врач устанавливает диагноз, который является основанным на всестороннем обследовании пациента и составленным с использованием медицинских терминов медицинским заключением о заболевании (состоянии) пациента, в том числе явившемся причиной смерти пациента.

Диагноз, как правило, включает в себя сведения об основном заболевании или о состоянии, сопутствующих заболеваниях или состояниях, а также об осложнениях, вызванных основным заболеванием и сопутствующим заболеванием.

В силу статьи 79 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан" медицинская организация обязана осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи и стандартам медицинской помощи.

Стандарт медицинской помощи: нормативный документ, определяющий упорядоченную последовательность лечебно-диагностических и реабилитационных мероприятий с набором лечебно-диагностических манипуляций с определением формализованной программы действий врача по ведению пациента для каждого заболевания в сочетании со стоимостью медицинских услуг... (ГОСТ Р 52977-2008, утвержденный Приказом Ростехрегулирования от <Дата обезличена><Номер обезличен>-ст).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч. 2 ст. 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, следует, что право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ), если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу п. 1 ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и ст.151 ГК РФ.

Согласно п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного суда РФ от <Дата обезличена><Номер обезличен> «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и45 Конституции Российской Федерации).

Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 ГК РФ).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, в силу п. 2 ст. 1099 ГК РФ подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом (например, статья 15 Закона Российской Федерации от <Дата обезличена> N 2300-I "О защите прав потребителей", далее - Закон Российской Федерации "О защите прав потребителей", абзац шестой статьи 6 Федерального закона от <Дата обезличена> N132-ФЗ "Об основах туристской деятельности в Российской Федерации"). В указанных случаях компенсация морального вреда присуждается истцу при установлении судом самого факта нарушения его имущественных прав (пункт 3 Постановления пленума ВС РФ от <Дата обезличена><Номер обезличен>).

Согласно п. 12 названного Постановления Пленума ВС РФ обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 ГК РФ).

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда (пункт 14 постановления Пленума ВС РФ от <Дата обезличена><Номер обезличен>).

Согласно п. 22 постановления Пленума ВС РФ от <Дата обезличена><Номер обезличен> моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ).

В разъяснениях, данных в п. 25-28, 30 названного Постановления Пленума ВС РФ указано, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Согласно п. 48 Постановления пленума ВС РФ от <Дата обезличена><Номер обезличен> медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от <Дата обезличена> N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации").

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. При этом моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины, возможность взыскания компенсации морального вреда не поставлена в зависимость от наличия только прямой причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, при этом форма вины влияет лишь на размер самой компенсации, который определяется с учетом индивидуальных особенностей потерпевшего и установленных по делу фактических обстоятельств, размер компенсации морального вреда не может быть чрезвычайно мал, вместе с тем должен отвечать требованиям разумности и справедливости.

Как разъяснено в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <Дата обезличена> N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", с учетом того, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. Вместе с тем, при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Согласно ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей, как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами ст. 1 Семейного кодекса Российской Федерации (СК РФ) предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 СК РФ).

Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, СК РФ, положениями ст. 150, 151 ГК РФ, разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

Как установлено судом, а также следует из представленной в материалы гражданского делу оригинала медицинской карты обратившегося в стационар <Номер обезличен>, что <Дата обезличена> в 23:15, ФИО68Г. доставлен бригадой скорой медицинской помощи в приемное отделение ЧУЗ «КБ РЖД-Медицина г. Иркутска» с диагнозом: острый аппендицит. Выписан <Дата обезличена> в 01:00. Диагноз заключительный клинический основной: Кишечная дискинезия.

<Дата обезличена> в 23:15 ФИО70. проведен осмотр с ответственным хирургом. Жалобы на боли в верхних отделах живота, рвоту съеденной пищей, изжогу. Анамнез заболевания: со слов указанные жалобы беспокоят около 72 часов. Вызвал бригаду СМП, доставлен в приемное отделение.

<Дата обезличена> в 23:55 ФИО69. проведено УЗИ органов брюшной полости. Заключение: диффузные изменения поджелудочной железы. В этот же день проведено ЭКГ: ритм синусовый с ЧСС 72 в мин. Отклонение ЭОС влево. Экстрасистолия.

В карте имеется отказ от проведения медицинского вмешательства от <Дата обезличена>, написанный собственноручно ФИО71

<Дата обезличена> в 00:50 ФИО6 проведен повторный осмотр: пациент от декомпрессии желудка, проведения ФГДС отказался, о возможных осложнениях предупрежден. Боли в животе не беспокоят. Состояние удовлетворительное. Кожный покров розового цвета. В легких дыхание везикулярное, хрипов нет. Тоны сердца ясные, ритмичные. Язык сухой. Живот мягкий, не вздут. При пальпации безболезненный, не напряжен. Симптомов раздражения брюшины нет. Для лечения язвенной болезни желудка и двенадцатиперстной кишки показано выполнение ДС, от которой пациент категорически отказывается. Учитывая клиническую картину, данные лабораторных исследований, инструментальных методов исследования на момент осмотра данных за острую хирургическую патологию нет. Диагноз: Кишечная дискинезия, рекомендации даны.

Как следует из представленной копии карты вызова скорой помощи из ОГБУЗ «ИССМП г. Иркутска от <Дата обезличена> - вызов принят в 05:49. Прибытие на место вызова в 06:04. Начало транспортировки больного в 07:06. Прибытие в медицинскую организацию в 07:20. Повод для вызова: повышенное АД.Больной ФИО72 доставлен в ОКБ с диагнозом:МКБ? Камни правой почки? Лекарственная гипотония. Жалобы на интенсивные режуще-схваткообразные боли в правой половине живота. Общее состояние средней тяжести.

Суду представлен оригинал медицинской карты стационарного больного <Номер обезличен> из ГБУЗ ИОКБ на имя ФИО74 из которой видно, что <Дата обезличена> в 07:19 ФИО73. доставлен бригадой СМП с диагнозом: МКБ. Почечная колика справа. Смерть <Дата обезличена> в 21:10. Диагноз заключительный клинический диагноз основной: язвенная болезнь желудка. Хроническая язва желудка, осложненная перфорацией. Осложнения основного заболевания: Общий гнойный перитонит с примесью желудочного содержимого. Госпитальная двусторонняя полисегментарная пневмония. Острая сердечно-сосудистаянедостаточность. Острая дыхательная недостаточность. Острая почечная недостаточность. Острая церебральная недостаточность.

Из медицинской карты <Номер обезличен> следует, что 23.09.2022в 09:00 проведенаконсультация хирурга, имеют место следующие патологические изменения: живот вздут, при пальпации мягкий, болезненный в правой половине живота, мезогастрии. Перитониальная симптоматика слабоположительная. Перестальтика сохранена. Шума плеска нет.

<Дата обезличена> в 13:20-14:45 ФИО75. проведена операция лапаротомия, ушиваниеперфоративной язвы желудка, санация, дренирование брюшной полости. Диагноз после операции: Язвенная болезнь желудка, осложненная перфорацией. Общий гнойный перитонит с примесью желудочного содержимого.

<Дата обезличена> в 15:00 ФИО77. поступил из операционной в ОАиР <Номер обезличен>. Состояние тяжелое ASA III (выраженные системные расстройства).Тяжесть состояния обусловлена объёмом и характером операции, сроком после нее. Жалобы не предъявляет. Учитывая анамнез, жалобы, клиническую картину, диагноз планируется нормализация витальных функций в послеоперационном периоде, перевод в профильное отделение. Вызван дежурный хирург.

<Дата обезличена> в 15:40-16:20 проведена операция - остановка внутрибрюшного кровотечения, релапаротомия, гемостаз. В брюшной полости до 250 мл жидкой крови и сгустков по левому боковому каналу. Источник - мягкие ткани дренажного канала слева. Гемостаз с прошиванием, отчетливый. При дальнейшей ревизии другой патологии нет. Зона ушитой перфоративной язвы без особенностей. Пациент нуждается в продолжении лечения в отделении экстренная хирургия.

<Дата обезличена> в 11:39 ФИО76Г. Проведена рентгенография грудной клетки в прямой проекции. Заключение: застойные изменения базальных отделов легких. Гиповентиляция нижней доли правого легкого, не исключены инфильтративные изменения. Гидроторакс справа. Возрастные изменения легких, аорты. Кардиомегалия.

<Дата обезличена> в 11:30-13:00. Операция Резекция желудка, релапаротомия, резекция желудка по Б-2, санация, дренирование брюшной полости. Диагноз: Камни почки. Профилактика компрессионно-ишемических осложнений проведена. Диагноз после операции: Острый перитонит.

<Дата обезличена> в 21:00. Для проведения оперативного вмешательства. Больной транспортируется в операционную. Состояние критическое. Уровень сознания: медикаментознаяседация. Дыхание ИВЛ. Решение о проведении медицинского вмешательства (операции) без согласия пациента) от <Дата обезличена>: «... релапаратомия, ревизия брюшной полости, окончательный объем вмешательств будет принят интраоперационно...», подписанное тремя членами консилиума врачей.

<Дата обезличена> в 21:25-22:30 проведена Операция <Номер обезличен>. Ушивание дефекта тонкой кишки. Релапаротомия, иссечение, ушивание свища ДПК, резекция большого сальника, санация, дренирование брюшной полости. Эндотрахеальный наркоз (ЭТН). Диагноз после операции: кишечный свищ.

<Дата обезличена> в 21:10. Протокол установления смерти человека. Реанимационные мероприятия прекращены по причине неэффективности реанимационных мероприятий, направленных на восстановление жизненно важных функций, в течение 30 минут.

В карте имеется протокол патолого-анатомического исследования операционного материала <Номер обезличен> от <Дата обезличена>. Клинический диагноз: хроническая язва желудка с перфорацией. Заключение: хроническая язва желудка с обострением и перфорацией.

Протоколом патологоанатомического исследования материала <Номер обезличен> из ГБУЗ «Иркутское областное патологоанатомическое бюро» от <Дата обезличена>, установлено заключение: Язва ДПК (ушитая). Хронический атрофический гастрит. Фибринозно-лейкоцитарный перитонит.

Протоколом прижизненного патолого-анатомического исследования биопсийного(операционного) материала <Номер обезличен> ГБУЗ «Областное патоло-гоанатомическое бюро» <адрес обезличен> от <Дата обезличена> установлено заключение: картина неспецифического гнойно-некротического оментита с продуктивным компонентом.

Протоколомпатолого-анатомического вскрытия № В1269 ГБУЗ «Областное патоло-гоанатомическое бюро» <адрес обезличен> от <Дата обезличена> установлено, что, несмотря на интенсивную терапию в условиях реанимации, наступил летальный исход. На аутопсии: смерть пациента последовала от язвы желудка, осложнившейся перфорацией с развитием перитонита и полиорганной недостаточности».

В материалы дела представлено заключение по результатам экспертизы качества медицинской помощи ГБУЗ «ИОКБ» от <Дата обезличена><Номер обезличен>, выполненного АО «Согаз-Мед», из которого установлено следующее.

Диагноз ФИО6 заключительный клинический основной: язва желудка хроническая или неуточненная с прободением. Осложнение: общий гнойный перитонит. Госпитальная двусторонняя пневмония... (неразборчиво написано). Операция иссечение язвы, ушивание. Диагноз патологоанатомический основной: ЯБЖ. Хроническая язва желудка с перфорацией. Перитонит. Двусторонняя субтотальная пневмония с абсцедированием. Сбор информации: замечаний нет. Диагноз: совпадение. Оказание медицинской помощи: замечаний нет. Преемственность: замечаний нет. Вывод: замечаний нет.

Следственным отделом по Свердловскому району г. Иркутска СУ СК России по Иркутской области16.11.2022 возбуждено уголовное дело <Номер обезличен> по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, по факту причинения ФИО6 смерти по неосторожности.

Постановлениемследователя СОпо Свердловскому району г. Иркутска СУ СК России по Иркутской областиот 16.08.2023производство по уголовному делу прекращено в виду отсутствия состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ.

В рамках следствия проведена судебная медицинскаяэкспертиза.

Согласно заключению комиссионной судебной медицинской экспертизы АНО «МЭЦ» от<Дата обезличена> № МЦ20-04/2023:

В соответствии с данными представленной медицинской документации, протокола патологоанатомического вскрытия 31269 от <Дата обезличена>, а также гистологического исследования, проведенного в рамках настоящей экспертизы, у ФИО6 имелась язвенная болезнь желудка, осложнившаяся перфорацией с развитием распространенного фибринозно-гнойного перитонита и в последующем сепсиса с прогрессирующей полиорганной недостаточностью, явившейся непосредственной причиной смерти, наступившей <Дата обезличена> в 21:10.

При оказании медицинской помощи в ЧУЗ «КБ «РЖД-Медицина» г. Иркутск <Дата обезличена> диагноз «Острый аппендицит? Кишечная дискинезия?» установлен сотрудниками ЧУЗ «КБ «РЖД-Медицина» своевременно - при первичном осмотре.

Установленный при первичном осмотре диагноз является предварительным диагнозом, не подтвержденным объективными данными, в связи с чем не подлежит судебно-медицинской оценке.

Согласно специальным знаниям, диагноз «Дискинезия кишечника» (установлен после проведенного обследования и повторного осмотра хирурга) является диагнозом исключения, то есть устанавливается при исключении какой-либо органической патологии желудочно-кишечного тракта. Учитывая, что обследование ФИО6 проведено не в полном объеме, можно высказаться о том, что диагноз «Дискинезия кишечника» установлен необоснованно.

Правильный диагноз в ЧУЗ «КБ «РЖД-Медицина» г. Иркутск <Дата обезличена> установлен не был.

Для установления правильного диагноза в ЧУЗ «КБ «РЖД-Медицина» имелись объективные трудности (отсутствие язвенного анамнеза, нетипичная клиническая картина заболевания, невозможность проведения ФГДС ввиду отказа пациента).

Согласно данным специальной литературы рентгенодиагностика прободных язв состоит в основном в выявлении свободного газа в брюшной полости, который обнаруживают в 80% случаев. Точность рентгенологического диагноза находится в прямой зависимости от количества газа, поступившего в брюшную полость - большой объем газа легко обнаружить, минимальный иногда вообще не удается.

Таким образом, достоверно высказаться о том, позволило бы проведение рентгенографии органов брюшной полости установить диагноз, не представляется возможным.

При оказании медицинской помощи в ГБУЗ «ИОКБ» в период с <Дата обезличена> по <Дата обезличена> диагноз «Язвенная болезнь желудка, осложненная перфорацией. Общий гнойный перитонит с примесью желудочного содержимого» установлен правильно, своевременно.

При анализе оказанной медицинской помощи в ЧУЗ «КБ «РЖД-Медицина» <Дата обезличена>-<Дата обезличена> комиссией экспертов установлены следующие дефекты:

- неполно собран анамнез заболевания (в частности, язвенный анамнез), не детализированы жалобы (характер, интенсивность, продолжительность болей и др.);

- с целью обезболивания необоснованно при неустановленном диагнозе введенКетонал - согласно данным специальной литературы при болях в животе до заверения осмотра болеутоляющие средства не назначают. Хирург должен иметь возможность оценить клиническую картину, не искаженную действием наркотических и ненаркотических анальгетиков;

- с целью дифференциальной диагностики (с учетом отказа пациента от проведения ФГДС) не проведенаренттенография органов брюшной полости.

При оказании медицинской помощи сотрудниками ГБУЗ «ИОКБ» допущены следующие дефекты:

- МРТ органов брюшной полости проведено через 3 часа после осмотра хирурга (го есть после выявления изменений на УЗИ и обзорной урографии);

- хирургическое лечение проведено более чем через 4 часа с момента осмотра хирургом и подозрения на перитонит;

- в период оказания медицинской помощи с <Дата обезличена> по <Дата обезличена> выявлены дефекты ведения медицинской документации, не позволяющие в полной мере оценить оказанную медицинскую помощь - в истории болезни отсутствует лист назначений за указанный период, а также отсутствуют дневниковые записи за <Дата обезличена>:

- несвоевременное проведение оперативного вмешательства <Дата обезличена> по поводу выявленного перитонита (диагноз «Перитонит» установлен <Дата обезличена> в 05:14. оперативное лечение начато в 11:30 - более чем через 2 часа от момента установления диагноза);

- в истории болезни отсутствует лист назначений за период с <Дата обезличена> по <Дата обезличена>, а также отсутствуют дневниковые записи за <Дата обезличена>.

Тактика оперативного вмешательства <Дата обезличена> - ушиваниеперфоративной язвы желудка с аппликацией сальника - выбрана правильно. В соответствии с данными специальной литературы вид и объем операции выбирают индивидуально в силу возраста пациента, характера и тяжести сопутствующей патологии, технических возможностей оперирующей бригады. Различают паллиативные операции (ушивание прободной язвы) и радикальные (резекцию желудка, иссечение язвы с ваготомией и др.). Так, при разлитом перитоните с давностью перфорации более 6 ч показано ушиваниеперфоративной язвы.

Резекция желудка <Дата обезличена> проведена правильно, обоснованно, в соответствии с данными специальной литературы, Клиническими рекомендациями.

<Дата обезличена> своевременно выявлено осложнение - свищ двенадцатиперстной кишки, проведенарелапаротомия, ушивание свища ДПК.

Технически оперативные вмешательства <Дата обезличена>, <Дата обезличена>, <Дата обезличена> проведены правильно.

Согласно данным специальной литературы, клинических рекомендаций наложение швов полых органов в условиях некупированного воспаления и нарушения мезентериального кровообращения сопровождается повышенным риском их несостоятельности. Ранний послеоперационный период при прободной язве наиболее часто встречается раневая инфекция (до 17%), несостоятельность швов желудка и двенадцатиперстной кишки (до 16%), ранняя послеоперационная кишечная непроходимость (до 4%).

В соответствии с литературными данными резекция желудка по Бильрот II в ее различных модификациях - одна из наиболее часто выполняемых во врачебной практике. Также известно, что несостоятельность швов культи ДПК является частым грозным осложнением раннего послеоперационного периода после этих операций.

Согласно литературным данным, несостоятельность встречается от 0,9 % до 18,8 %, а летальность при развившемся перитоните - от 25,1 % до 70 % и более.

При любом хирургическом вмешательстве всегда есть угроза, связанная с реализацией хирургического риска операции.

Учитывая, что технически оперативные вмешательства <Дата обезличена>, <Дата обезличена>, <Дата обезличена> проведены правильно, развитие послеоперационных осложнений в данном случае является реализацией хирургического риска.

В целом медицинская помощь ФИО6 (за исключением указанных дефектов оказания медицинской помощи) оказана в соответствии с требованиями нормативно-правовых актов, Клинических рекомендаций, положениями специальной литературы.

Прободная (перфоративная) язва - тяжелейшее осложнение язвы желудка и двенадцатиперстной кишки, как правило, к развитию перитонита. Под перфорацией острой или хронической язвы понимают возникновение в стенке органа сквозного дефекта, обычно открывающегося в свободную брюшную полость.

Основные причины летальности при прободных гастродуоденальных язвах - перитонит, послеоперационная пневмония и тяжелые сопутствующие заболевания.

Неблагоприятные исходы чаще всего бывают следствиями позднего обращения больного за медицинской помощью и несвоевременной диагностики.

Согласно данным Клинических рекомендаций послеоперационная летальность составляет около 10%, а при поздней госпитализации (позже 24 часов) - 24,59%.

Летальность при распространенном перитоните составляет 25-40%, приразвитии полиорганной недостаточности - 70-80%.

В соответствии с данными представленной медицинской документации, протокола патологоанатомического вскрытия В1269 от <Дата обезличена>, а также гистологического исследования, проведенного в рамках настоящей экспертизы, у ФИО6 имелась язвенная болезнь желудка, осложнившаяся перфорацией с развитием распространенного фибринозно-гнойного перитонита и в последующем сепсиса с прогрессирующей полиорганной недостаточностью, явившейся непосредственной причиной смерти, наступившей <Дата обезличена> в 21:10.

В настоящее время, с учетом современных положений медицинской науки, сепсис рассматривается как жизнеугрожающая острая органная дисфункция, возникающая в результате нарушения регуляции ответа макроорганизма на инфекцию, в связи с чем предугадать и достоверно предотвратить такую реакцию не представляется возможным.

Этот сложнейший патофизиологический процесс развивается, как правило, на фоне какого-либо критического состояния и усугубляет его течение. Любое критическое состояние (в том числе тканевая травма, к которой относится и хирургическое вмешательство) сопровождается развитием комбинированного вторичного иммунодефицита. Несмотря на все успехи интенсивной терапии, протезирование функций различных органов и систем, сепсис является основной причиной смерти пациентов в ОРИТ, а летальность остается очень высокой и достигает, по различным данным, 20-50%.

Учитывая вышеизложенное, можно высказаться о том, что неблагоприятный исход в данном случае обусловлен тяжестью и характером основного заболевания и его осложнений, а также поздним обращением за медицинской помощью (на 3-4 сутки после появления первых симптомов заболевания).

Причинно-следственная связь между допущенными нарушениями и наступлением смерти ФИО6 отсутствует.

Выявленные дефекты оказания медицинской помощи привели к несвоевременной диагностике и затягиванию с оперативным лечением, способствовали прогрессированию заболевания, повышая тем самым вероятность наступления неблагоприятного исхода, однако в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти они не состоят. Отсутствие дефектов при оказании Медицинской помощи не могло гарантировать благоприятный исход для ФИО6

Проведение ФГДС в ЧУЗ «КБ «РЖД - Медицина» г. Иркутск 22.09-<Дата обезличена> позволило бы установить правильный диагноз и провести оперативное лечение в более ранние сроки.

Однако, с учетом позднего обращения за медицинской помощью это не моглогарантировать благоприятный исход для ФИО6

Согласно дневниковым записям за <Дата обезличена>, <Дата обезличена>, 03.10.2022состояние ФИО6 оценивалось как средней степени тяжести, ближе к удовлетворительному, предъявлял жалобы на боли в зоне операции, слабость.

Температура тела не повышалась. В объективном статусе отрицательной динамики не выявлено - живот мягкий, умеренно болезненный в зоне срединной раны, симптомов раздражения брюшины нет, вялая перистальтика, пассаж по ЖКТ не нарушен, повязки сухие, инфильтрации, гиперемии нет. В биохимических анализах крови (<Дата обезличена>, <Дата обезличена>) отмечается снижение уровня общего белка, остальные показатели в пределах нормы. По данным контрольного УЗИ органов брюшной полости от <Дата обезличена> - свободной жидкости и ее локальных скоплений в брюшной полости не определяется.

Таким образом, показаний для проведения дополнительных исследований (в том числе КТ органов брюшной полости) <Дата обезличена> согласно указанным данным неимелось.

Таким образом, достоверно высказаться о том, позволило бы проведение рентгенографии органов брюшной полости установить диагноз, не представляется возможным.

Учитывая давность заболевания (появление жалоб в течение 3 суток до момента поступления), наличие лейкоцитоза со сдвигом лейкоцитарной формулы влево, можно высказаться о том, что на момент обращения <Дата обезличена> в ЧУЗ «КБ «РЖД-Медицина» у ФИО6, вероятнее всего, уже имелась перфорация язвы в стадии фазе «мнимого благополучия». Достоверно установить, когда именно произошла перфорация, не представляется возможным по причине отсутствия соответствующих научных данных.

Определением Свердловского районного суда г. Иркутска от <Дата обезличена> назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено экспертам Бюро судебно – медицинской экспертизы Департамента здравоохранения г. Москвы с постановкой вопросов, отраженных в определении суда.

Согласно заключению комиссионной судебной медицинской экспертизы Бюро судебно – медицинской экспертизы Департамента здравоохранения г. Москвы от <Дата обезличена><Номер обезличен> экспертами даны следующие выводы:

Ретроспективный анализ предоставленной медицинской документации показал, что на момент поступления ФИО6 в ЧУЗ КБ «РЖД-Медицина» города Иркутск» <Дата обезличена> в 23:15 у него имелась хроническая язва двенадцатиперстной кишки в стадии обострения, хронический атрофический гастрит, нестенозирующий атеросклероз коронарных артерий

На момент поступления ФИО6 в ЧУЗ КБ «РЖД-Медицина» города Иркутск» медицинская помощь больным с подозрением на острый аппендицит в Российской Федерации регламентировалась Клиническими рекомендациями Минздрава РФ «Острый аппендицит у взрослых», утверждёнными в 2020 г. Оказание медицинской помощи при подозрении на язвенную болезнь желудка и двенадцатиперстной кишки регламентировалось Клиническими рекомендациями Минздрава РФ «Язвенная болезнь», утверждёнными в 2020 г., «Прободная язва», утверждёнными в 2021 г.

Согласно указанным документам, с целью подтверждения или исключения диагноза «острый аппендицит» (ОА) ФИО6 при поступлении сразу же был осмотрен врачом-хирургом, собраны жалобы и анамнез. По результатам проведённого клинического осмотра установлен предварительный диагноз«Острый аппендицит? Кишечная дискинезия?», назначено и проведено лабораторно-инструментальное обследование (общий анализ крови и мочи, биохимический анализ крови, определение уровня сахара, амилазы, мочевины, креатинина в крови, ультразвуковое исследование органов брюшной полости, электрокардиография), проведена оценка риска аппендицита по шкале RIPASA", согласно которой количество баллов 5,5 (низкий риск). Назначена лекарственная терапия: спазмолитическая (Но-шпа) и обезболивающая противовоспалительная (Кетонал). По результатам проведённого обследования выявлено: УЗ-признаки большого количества содержимого в желудке, диффузных изменений поджелудочной железы, жидкости в брюшной полости не выявлено; повышение в крови уровня глюкозы (7,9 ммоль/л?), моче-вины (8,1 ммоль/?), лейкоцитов (17,0х10/ (референс 4,0-10,0х10/л)) и тромбоцитов (340х10°/ (референс 100-300? 10%/л)).

От проведения фиброгастродуоденоскопии (ФГДС) и декомпрессии (промывания) желудка ФИО6 отказался, в медицинской карте имеется подписанный пациентом отказ.

<Дата обезличена> в 00:50 проведён повторный клинический осмотр пациента, согласно которому «боли в животе не беспокоят. Живот мягкий, не вздут. При пальпации безболезненный, не напряжён. Симптомов раздражения брюшины нет... данных за острую хирургическую патологию нет». ФИО6 выписан из стационара с диагнозом «Кишечная дискинезия».

Согласно шкале RIPASA, по которой определён низкий риск острого аппендицита, ФИО6 не предложена госпитализация. Вместе с тем, в Клинических рекомендациях рекомендовано «использование шкал AIR и AAS, поскольку они обладают наилучшей прогностической эффективностью при подозрении на ОА».

Согласно Клиническим рекомендациям «Острый аппендицит у взрослых», «Классическая клиническая картина (анамнез, типичные физикальные симптомы, лабораторные признаки) отсутствует в 20-33% случаев. При этом в других случаях ОА может «маскироваться» под другие заболевания, в связи с чем диагностика ОА может быть существенно затруднена, особенно у пожилых пациентов, беременных и женщин детородного возраста». Повышение уровня скорости оседания эритроцитов (СОЭ), С-реактивного белка в крови имеют важное диагностическое значение. Определение уровня этих показателей в крови у ФИО78 не было проведено в ЧУЗ КБ «РЖД-Медицина» города Иркутск».

Согласно Клиническим рекомендациям «Язвенная болезнь» и «Прободная язва», пациентам с подозрением на язвенную болезнь, которым невозможно выполнение эндоскопического исследования, с целью подтверждения диагноза рекомендуется проведение рентгенографии желудка и двенадцатиперстной кишки. «Но и отрицательный рентгеновский снимок не исключает возможной перфорации. В связи с этим ряд авторов считают, что в случае явных признаков перитонита первым из рентгенологического исследования должна быть компьютерная томография (КТ) брюшной полости. Всем пациентам с подозрением на прободную язву при неинформативности других диагностических методов и при наличии технической возможности в медицинской организации рекомендуется проведение КТ брюшной полости.

Отказ пациента от выполнения гастроскопии не является основанием для отказа от дальнейшего обследования и наблюдения в условиях стационара. В связи с изложенным, пациент с подозрением на острый аппендицит нуждался в экстренной госпитализации в хирургическое отделение и динамическом наблюдении.

На момент поступления ФИО6 в ЧУЗ КБ «РЖД-Медицина» города Иркутск» убедительных признаков прободения (перфорации) язвы не выявлено: на УЗИ «желудок с большим количеством содержимого, жидкости в брюшной полости не выявлено». В период нахождения ФИО6 в стационаре ЧУЗ КБ «РЖД-Медицина» города Иркутск» показаний к экстренной операции не имелось.

Сравнительный анализ результатов двух УЗИ органов брюшной полости, проведённыхФИО6 <Дата обезличена> в 23:55 в ЧУЗ КБ «РЖД-Медицина» города Иркутск» и 23.09-2022 в 1839 в БУЗ «Иркутская «Ордена знак почёта» областная клиническая больница, свидетельствует о том, что перфорация хронической язвы у него произошла в период между выпиской из ЧУЗ КБ «РЖД-Медицина» города Иркутск» и поступлением в ГБУЗ «Иркутская"Ордена знак почета» областная клиническая больница».

Экспертный анализ выявил следующие дефекты оказания медицинской помощи Гусаку В.. в ЧУЗ КБ «РЖД-Медицина» города Иркутск»:

- не была заподозрена и диагностирована хроническая язва передней стенки антрального отдела желудка, имевшаяся у ФИО6 на момент его поступления в приёмное отделение;

- не проведена оценка риска аппендицита с использованием шкал AIR и AAS;

- не проведена оценка симптомов раздражения брюшины: Щёткина-Блюмберга, Воскресенского, Ровзинга, Раздольского, Мак-Берни, псоас-синдрома, а также симптомов Кларка, Спижарного и Де Кервена;

- в анализах крови не определён уровень С-реактивного белка, СОЭ;

- при выявлении повышения уровня лейкоцитов в крови не проведён диагностический поиск его причины и не заподозрено наличие очага инфекции;

- не проведена рентгенография желудка и двенадцатиперстной кишки, КТ органов брюшной полости;

- не назначена требуемая терапия, лечебная тактика выбрана неверно.

Ухудшение состояния здоровья ФИО79Г. и наступление неблагоприятного исхода были обусловлены имевшимся у него заболеванием и развитием его осложнений. Выявленные дефекты оказания медицинской помощи ФИО80. в ЧУЗ КБ «РЖД-Медицина» города Иркутск» не состоят в причинно-следственной связи с осложнённым течением язвенной болезни желудка и наступлением летального исхода.

Применение ненаркотических нестероидных противовоспалительных препаратов не запрещено указанными Клиническими рекомендациями. Их введение ФИО81. в ЧУЗ КБ «РЖД-Медицина» города Иркутск» не могло существенно исказить клиническую картину заболевания, противопоказаний к их назначению не имелось.

Оперативное вмешательство по поводу прободной язвы и перитонита выполнено своевременно относительно времени поступления в стационар и с учётом возможной предоперационной подготовки.

Имеющиеся в предоставленных материалах данные не позволяют подтвердить наличие у ФИО6 язвенной болезни в желудке по следующим причинам:

- в протоколе первой операции от <Дата обезличена>, проведённой с 13:20 до 14:45, нет информации о состоянии двенадцатиперстной кишки (ДПК) и наличии в ней язвы;

- в протоколе операции от <Дата обезличена> указано «точечная несостоятельность по верхнему краю. Мобилизация ДПК: язва хроническая, на 2/3 окружности с пенетрацией в головку поджелудочной железы, печёночно-двенадцатиперстную связку. Дистальнее язвы ДПК пересечена аппаратным швом, перитонизирована»;

- в протоколе макроскопического исследования удалённого во время операции от<Дата обезличена> желудка из ГБУЗ «Иркутское областное патологоанатомическое бюро» не описана язва желудка, не указано наличие шва (швов), локализация и состояние краёв раны после проведённой операции в желудке от <Дата обезличена>, не описана несостоятельность шва (швов), имеется лишь запись «стенка ДПК с язвенным дефектом... Фрагмент желудка 12х6 см с небольшим фрагментом кишки 1,5 см, слизистая складчатая, между складок слизь с примесью темно-коричневого содержимого в небольшом количестве. Гистологически: стенка желудка с картиной хронического атрофического гастрита, с фокусами кишечной метаплазии слизистой, по серозе наложения фибрина и лейкоцитов, кровоизлияния. Заключение: Язва ДПК (ушитая). Хронический атрофический гастрит»;

- в медицинской карте из ГБУЗ «Иркутская ордена «Знак почёта» областная клиническая больница» указаны результаты патолого-анатомического исследования операционного материала <Номер обезличен> от <Дата обезличена>: «микроскопическое описание: 2 фрагмента серой ткани 1,3х1 см и 1,5х1,5х0,5 см. Фрагменты стенки желудка... Заключение: Хроническая язва желудка с обострением и перфорацией», в то время как в предоставленном в распоряжении экспертной комиссии гистологическом архиве N? 32549 имеется лишь ткань сальника с морфологической картиной воспаления, фрагментов стенки желудка не предоставлено. Также экспертной комиссии предоставлен гистологический архив <Номер обезличен> (операционного материала от<Дата обезличена>) с фрагментами стенки желудка, двенадцатиперстной кишки, при проведении патологоанатомического исследования которых в рамках настоящей экспертизы выявлена и описана морфологическая картина хронической язвы луковицы двенадцатиперстной кишки с прободением и хронического гастрита. Данный операционный материал исследован в ГБУЗ «Иркутское областное патологоанатомическое бюро», по результатам чего также вынесено заключение «Язва ДПК (ушитая). Хронический атрофический гастрит».

В связи с изложенным, с учётом данных патологоанатомического исследования трупа ФИО6, протоколов макро- и микроскопического исследования удалённых во время операций частей органов, медицинской документации, проведённого в рамках настоящей экспертизы патологоанатомического исследования предоставленного гистологического архива, экспертная комиссия установила, что на момент поступления ФИО6 в ГБУЗ «Иркутская «Ордена знак почёта» областная клиническая больница» <Дата обезличена> в 07:19 у него имелась хроническая язва двенадцатиперстной кишки, осложнённая перфорацией, хронический атрофический гастрит, нестенозирующий атеросклероз коронарных артерий. Достоверно установить размер и точную локализацию имевшейся у ФИО6 язвы двенадцатиперстной кишки, а также подтвердить наличие язвы в желудке, оценить адекватность объёма оперативного вмешательства от <Дата обезличена>, а также определить, «верно ли и своевременно был поставлен диагноз», не представляется возможным.

Экспертный анализ выявил следующие дефекты ведения медицинской карты в БУЗ«Иркутская «Ордена знак почёта» областная клиническая больница»:

- несоответствие данных протокола операции от <Дата обезличена> результатам последующегопатопогоанатомического исследования;

- в протоколе операции от <Дата обезличена> указано «язва на 2/3 окружности 12-перстной кишки с пенетрацией в головку поджелудочной железы», точная локализация язвенного дефектав заключительном клиническом диагнозе не указана язва двенадцатиперстной кишки;

- отсутствуют листы назначений и наблюдения за период с момента поступления ФИО82. <Дата обезличена> в 07:19 до проведения операции <Дата обезличена> в 13:20;

- отсутствуют листы назначений за период с <Дата обезличена> по <Дата обезличена>, а также отсутствуют дневниковые записи за <Дата обезличена>.

В связи с невозможностью достоверно установить адекватность проведённого оперативного вмешательства от <Дата обезличена>, определить соответствие оказанной ФИО83. в ГБУЗ «Иркутская «Ордена знак почёта» областная клиническая больница» медицинской помощи Клиническим рекомендациям Минздрава РФ «Язвенная болезнь», утверждённым в 2020 г. и «Прободная язва», утверждённым в 2021 г., не представляется возможным.

В связи с отсутствием листов назначений за период с <Дата обезличена> по <Дата обезличена>, оценить проводившееся в данный период лечение, «повлияло ли оно на правильность лечения», а также «должным ли образом осуществлялся послеоперационный уход и наблюдение за Гусаком В.Г.» не представляется возможным. В остальные дни стационарного лечения медицинская помощь ФИО84. оказывалась в полном объёме и должным образом.

Смерть ФИО6 наступила от полиорганной недостаточности на фоне распространённого перитонита вследствие прободной язвы двенадцатиперстной кишки.

В связи с давностью заболевания, хронической язвой двенадцатиперстной кишки большого размера с перфорацией и развитием перитонита, развившимися осложнениями в послеоперационном периоде, вероятность неблагоприятного исхода была велика.

Вопрос о возможности «предотвращения ухудшения состояния» является прогностическим, не относится к компетенции судебно-медицинскойэкспертизы.

Оценивая представленное заключение судебной медицинской экспертизы, суд принимает в качестве доказательства по делу, поскольку данное заключение подробно мотивированно, дано специалистами, предупрежденными по ст. 307 УК РФ, компетенция и квалификация которых сомнения у суда не вызывает.

В соответствии со ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст. 67 ГПК РФ.

Согласно ответу Бюро судебно – медицинской экспертизы Департамента здравоохранения г. Москвы на судебный запрос, <Дата обезличена> в ГБУЗ ИОКБ ФИО85. в связи с выявленными при проведении компьютерной томографии признаками перфорации и перитонита была проведена операция - лапаротомия, ушиваниеперфоративной язвы, санация, дренирование брюшной полости.Ретроспективный анализ предоставленной медицинской документации и проведённое в рамках комиссионной экспертизы гистологическое исследование предоставленного гистологического архива выявили, что на момент «прохождения лечения в спорных учреждениях» у ФИО86. имелась хроническая язва двенадцатиперстной кишки. Вместе с тем, в ЧУЗ КБ «РЖД-Медицина» города Иркутск» <Дата обезличена> диагноз хронической язвы двенадцатиперстной кишки н/или желудка не был установлен.

Перфорация - это нарушение целостности стенки органа вследствие патологических процессов, является осложнением язвенной болезни. Среди факторов, провоцирующих перфорацию язв, выделяют: переполнение желудка едой, погрешности в диете, приём алкоголя, физическое напряжение, сопровождаемое повышением внутрижелудочного давления. В рассматриваемом случае определить точную причину перфорации язвы не представляется возможным.

Подтвердить наличие язвы желудка у ФИО88. по предоставленным экспертной комиссии данным не представилось возможным. С учётом имеющихся данных, последующих находок и гигантского размера язвы, наиболее вероятно, у ФИО87. была язва двенадцатиперстной кишки.

В ГБУЗ «Иркутская «Ордена знак почёта» областная клиническая больница» имела место неверная трактовка локализации язвы. Вместе с этим, важно отметить, что при перфорации язвы желудка и двенадцатиперстной кишки врачебная тактика идентичная. В медицинской практике используется термин «Пилородуоденальные язвы», подразумевающий локализацию язвы в дистальном отделе желудка или двенадцатиперстной кишки. Этиологически эта локализация идентична. Главный фактор в причине развития язв желудка (в отделе, близком к двенадцатиперстной кишке - дистальном) и язв двенадцатиперстной кишки - повышенная кислотность. Поэтому при пилородуоденальных язвах выполняется резекция 2/3 желудка, то есть, убирается вся кислотопродуцирующая зона, иначе позже возникнет пептическая язва в области анастомоза (месте соединения).

Свищ - аномальное изолированное от свободной брюшной полости отверстие в кишечной стенке, через которое просвет кишки сообщается с наружной средой или другим полым органом.Не сопровождается развитием перитонита. Среди причин их возникновения выделяют: несостоятельность кишечных послеоперационных швов, а также спонтанное возникновение вследствие осложнений воспалительных процессов, в том числе как осложнение язвенной болезни желудка и двенадцатиперстной кишки.

Анализируя развитие событий в их хронологической последовательности с учетом данных, имеющихся в представленной медицинской документации, заключениях СОГАЗ – Мед, выводах, данных экспертами в заключениях от <Дата обезличена> № МЦ20-04/2023, от <Дата обезличена><Номер обезличен>, суд, принимая во внимание доводы искового заявления, приходит к выводу, что при оказании медицинской помощи ФИО89 в ЧУЗ КБ «РЖД-Медицина», были допущены дефекты оказания медицинской помощи пациенту, в ГБУЗ ИОКБ дефекты оказания медицинской помощи, ведения медицинской документации.

ЧУЗ КБ «РЖД-Медицина» проведено не в полном объеме обследование ФИО6,неполно собран анамнез заболевания (в частности, язвенный анамнез), не детализированы жалобы (характер, интенсивность, продолжительность болей и др.), не проведено определение уровня скорости оседания эритроцитов (СОЭ), С-реактивного белка, что имеет важное диагностическое значение, с целью дифференциальной диагностики (с учетом отказа пациента от проведения ФГДС) не проведена ренттенография органов брюшной полости, компьютерная томография (КТ) брюшной полости. При обследовании ФИО6 специалиста не насторожило наличие большого количества содержимого в полости желудка, повышенный уровень лейкоцитов в крови, не проведен диагностический поиск его причины.При этом следует отметить, что отказ пациента от выполнения гастроскопии не является основанием для отказа от дальнейшего обследования и наблюдения в условиях стационара, вместе с тем пациенту госпитализация не предложена. Диагноз ФИО6 установлен неверно, вместе с тем при проведении повторного осмотра после приема болеутоляющих средств и отсутствием в связи с этим болевых синдромов ФИО6 направлен на амбулаторное лечениепри неверно выбранной лечебной тактике, в том числе назначением медицинских препаратов и неверно установленным диагнозом. В ЧУЗ КБ «РЖД-Медицина» не была заподозрена и диагностирована хроническая язва, имевшаяся у ФИО6 на момент его поступления в приёмное отделение, при этом перфорация хронической язвы у него произошла в период между выпиской из ЧУЗ КБ «РЖД-Медицина» и поступлением в ГБУЗ ИОКБ.

ГБУЗ ИОКБ допущены дефекты ведения медицинской документации, которые не позволили в полной мере оценить адекватность проведённого оперативного вмешательства от <Дата обезличена>, определить соответствие оказанной ФИО6 в ГБУЗ ИОКБ медицинской помощи Клиническим рекомендациям Минздрава РФ «Язвенная болезнь», утверждённым в 2020 г. и «Прободная язва», утверждённым в 2021 г., дефекты оказания помощи в виде затягивания лечения:МРТ органов брюшной полости проведено через 3 часа после осмотра хирурга;хирургическое лечение <Дата обезличена> проведено более чем через 4 часа с момента осмотра хирургом и подозрения на перитонит, при этом суд учитывает, что диагноз ФИО6 установлен верно, проведено показанное оперативное вмешательство, операции проведены технически верно.

Из доводов иска следует, что истец, будучи дочерью ФИО90. испытала глубокие нравственные страдания в связи с переживаниями за жизнь и здоровье отца при оказании ему медицинской помощи.

Как пояснил, допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля, ФИО91., который является супругом истца, у отца и дочери были очень теплые отношения, отец для истца был самый близкий и родной человек, они созванивались почти каждый день. ФИО5 всегда беспокоилась и заботилась об отце. Когда родители истца были на даче, они позвонили ФИО5 и сообщили о его плохом самочувствии, истец сразу поехала к ним, где они вызвали скорую, ФИО93. отвезли в больницу. Истец постоянно звонила врачам, интересовалась о здоровье своего отца. Со слов свидетеля, ФИО5 была уверена, что с ее отцом будет все хорошо, но когда с каждым днем его состояние ухудшалось, она испытывала страдания, много плакала, жила в стрессе. Свидетель вернулся из командировки, когда отец истца умер, ФИО5 сильно похудела на фоне стресса, была в подавленном состоянии. Кроме того, истец с мужем планировали рождение ребенка, однако в связи со смертью ФИО92., имеющимся стрессом, пришлось отложить планирование беременности на более поздний период. В настоящее время истец сильно переживает утрату отца, а также тот факт, что он не увидит долгожданных внуков. Оценивая показания указанного свидетеля, суд принимает их в качестве доказательства, поскольку они не противоречат иным доказательствам, имеющимся в материалах дела, какой – либо заинтересованности в исходе дела у свидетеля суд не усматривает

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что ФИО5 как дочь умершего пациента ФИО94Г., имеющая с ним близкую родственную связь, имеет право на взыскание компенсации морального вреда, поскольку испытывала переживания за здоровье и правильное лечение своего отца.

Разрешая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд учитывает близкуюсвязь истца с умершим, характер их семейных взаимоотношений, характер нравственных страданий истца, ее возраст, семейное положение, обстоятельства, при которых моральный вред причинен, степень вины ответчиков, установленные недостатки оказания медицинской помощи, которые не способствовали улучшению состояния пациента, недостатки ведения медицинской документации, которые не позволили в полной мере оценить правильность лечения, характер и тяжесть хронического заболевания ФИО6, которое формировалось длительный период времени, позднее обращение за медицинской помощью (3-4 дня от начала болевых симптомов), отсутствие прямой причинно-следственной связи между наступившими осложнениями, летальным исходом для пациента и действиями сотрудников ответчиков, высокую степень риска неблагоприятного исхода для пациента.

Принимая во внимание изложенное, требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу, что в пользу ФИО5 с ЧУЗ КБ «РЖД-Медицина г. Иркутск» подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 200 000 рублей, с ГБУЗ «Иркутская ордена «Знак почета» областная клиническая больница в размере 40000 рублей.

Каких-либо иных доказательств, обосновывающих более высокий размер компенсации морального вреда и заслуживающих внимания, истец суду не представил.

Поскольку истец в соответствии с требованиями ст. 333.36 НК РФ, освобожден от оплаты государственной пошлины при обращении в суд с иском о возмещении вреда, причинённого здоровью, суд приходит к выводу, что в соответствии с требованиями пп. 3 п. 1 ст. 333.19 НК РФ, сумма государственной пошлины, подлежащая взысканию с ответчиков в доход местного бюджета, по требованиям неимущественного характера, составляет 600 рублей, по 300 рублей с каждого.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО5 ФИО95 удовлетворить.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Иркутская ордена «Знак Почета» областная клиническая больница» (ИНН <***>) в пользу ФИО5 ФИО96 (<Дата обезличена> года рождения, паспорт <Номер обезличен>, выдан <адрес обезличен>, <Дата обезличена>) в счет компенсации морального вреда 40 000 рублей.

Взыскать с Частного учреждения здравоохранения «Клиническая больница «РЖД-Медицина» города Иркутск» (ИНН <***>)в пользу ФИО5 ФИО97 (<Дата обезличена> года рождения, паспорт <Номер обезличен>, выдан <адрес обезличен><адрес обезличен>, <Дата обезличена>) в счет компенсации морального вреда 200 000 рублей.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Иркутская ордена «Знак Почета» областная клиническая больница» (ИНН <***>), Частного учреждения здравоохранения «Клиническая больница «РЖД-Медицина» города Иркутск» (ИНН <Номер обезличен>) в муниципальный бюджет г. Иркутска государственную пошлину в размере 600 рублей, по 300рублей с каждого.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Свердловский районный суд г. Иркутска в течение месяца со дня принятии судом решении в окончательной форме.

Председательствующий судья: Ю.Г. Палагута

Мотивированное решение изготовлено 11.03.2025.