Решение № 2-1122/2017 2-124/2018 2-124/2018(2-1122/2017;)~М-1128/2017 М-1128/2017 от 6 мая 2018 г. по делу № 2-1122/2017

дело №* подлинник


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Кимрский городской суд Тверской области

в составе:

председательствующего судьи Аксёнова С. Б.

при секретаре Миронове Л. О.,

а также с участием истицы ФИО1,

представителя истца – ФИО2,

ответчиков ФИО3, ФИО4,

представителя ответчиков – адвоката Аракчеева А. Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Кимры 7 мая 2018 года гражданское дело по иску ФИО1, ФИО5, действующего в интересах несовершеннолетнего ФИО46, к ФИО3, ФИО4 о признании ничтожными договоров дарения квартир, договора дарения земельного участка, договора дарения гаража, договоров купли-продажи транспортных средств и применении последствий недействительности сделок,

у с т а н о в и л:

ФИО1 и ФИО5, действующий в интересах несовершеннолетнего ФИО20 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обратились в суд с иском к ФИО3, ФИО4 о признании ничтожным договора дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес> и применении последствий недействительности сделки путём возврата данной квартиры первоначальному собственнику – ФИО3

Определением Кимрского городского суда Тверской области от 21 декабря 2017 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ФИО7, Федеральное государственное бюджетное учреждение «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии», ГКУ Тверской области «Центр социальной поддержки населения» г. Кимры и Кимрского района Тверской области.

В ходе рассмотрения дела от истицы ФИО1 и законного представителя истца ФИО8 - ФИО5 поступили дополнения к исковому заявлению от 20 февраля 2018 года, в которых они просили признать ничтожными сделками: договор дарения квартиры от 8 августа 2016 года, расположенной по адресу: <адрес> договор дарения квартиры от 8 августа 2016 года, расположенной по адресу: <адрес>, договор дарения земельного участка и гаража от 8 августа 2016 года, расположенных по адресу: <адрес>, и применить последствия недействительности сделок путём возврата данного недвижимого имущества первоначальному собственнику – ФИО3, а также признать ничтожными сделками: договор дарения легкового автомобиля Ниссан Ноут, 2008 года выпуска, VIN: №* договор дарения грузового автомобиля №*, 1984 года выпуска, номер шасси (рамы) №*, и применить последствия недействительности сделок путём возврата данного движимого имущества первоначальному собственнику – ФИО3

Данные требования мотивированы тем, что решением Кимрского городского суда Тверской области от 11 февраля 2015 года, вступившим в законную силу 5 апреля 2016 года, по делу №*, с ФИО3 и ФИО7 солидарно в пользу ФИО5 в счёт возмещения вреда в связи со смертью кормильца на несовершеннолетнего ФИО21 взыскано 4 365 рублей 50 копеек ежемесячно, начиная с 30 января 2015 года и до достижения им 18 лет, а в случае обучения - до окончания учёбы в учебных учреждениях по очной форме обучения, но не более 23 лет, с последующей компенсацией в установленном законом порядке, а также солидарно взыскана компенсация морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

Кроме того, этим же решением с ФИО3 и ФИО7 в пользу ФИО1 солидарно взыскана компенсация морального вреда в размере 700 000 рублей, а также в счёт возмещения расходов на погребение солидарно взыскано 22 730 рублей.

За весь период задолженности ответчик ФИО3 один раз оплатил в 2017 году 1 000 рублей.

ФИО7 на сегодняшний день добровольно оплатил 937 765 рублей, в том числе в счёт возмещения вреда в связи со смертью кормильца на несовершеннолетнего ФИО22 в размере 76 400 рублей (с 30 января 2015 года до 31 декабря 2017 года), моральный вред в пользу ФИО5 на несовершеннолетнего ФИО23 в размере 500 000 рублей, моральный вред в пользу ФИО6 в размере 350 000 рублей и в пользу ФИО1 в счёт возмещения расходов на погребение в размере 11 365 рублей. Исполнительное производство в отношении ФИО7 не возбуждалось.

В настоящий момент долг ФИО3 перед истцами составляет 936 761 рубль 25 копеек. По заявлению истцов 8 июня 2016 года судебным приставом-исполнителем Кимрского районного отдела судебных приставов УФССП по Тверской области ФИО24 было вынесено постановление о возбуждении исполнительного производства в отношении ответчика ФИО3 Однако принудительное исполнение долгое время не осуществлялось. Истцы неоднократно обращались в Кимрский районный отдел судебных приставов с требованием сообщить о причинах неисполнения судебным приставом-исполнителем обязательств по принудительному взысканию задолженности. В ответе на обращение сообщалось, что недвижимого имущества у должника, на которое можно обратить взыскание, не имеется.

Они, истцы, обратились за информацией в Росреестр по Тверской области.

Получив выписки из ЕГРН, истцы обнаружили, что квартиры: площадью 51,1 кв. м., по адресу: <адрес> площадью 44,6 кв. м., по адресу: <адрес>, были отчуждены ФИО3 в пользу его дочери ФИО4, дата государственной регистрации права – ДД.ММ.ГГГГ года. Таким образом, сделки были совершены сразу после возбуждения исполнительного производства в отношении ФИО3

В ноябре 2017 года судебными приставами по просьбе истцов была предоставлена информация о наличии движимого имущества на момент возбуждения исполнительного производства, где указано, что у ФИО3 в собственности были транспортные средства: легковой автомобиль Ниссан Ноут, 2008 года, VIN: №*; грузовой автомобиль №*, 1984 года выпуска, номер шасси (рамы) №*; первичный ПТС №*, которые ответчик в тот же период подарил дочери.

Существенными чертами мнимой сделки является совершение сделки лишь для вида, когда стороны заранее знают, что она не будет исполнена. По мнимой сделке стороны преследуют иные цели, нежели предусмотрены в договоре; мнимая сделка может быть совершена в любой форме, она может пройти регистрацию в установленном законом порядке. Тем не менее, если сделка не преследует цель наступления соответствующих последствий, она может быть признана мнимой.

Истцы уверены, что при заключении вышеуказанных договоров дарения ответчики не намеревались создать соответствующие последствия. Основной целью указанных сделок является намерение ответчика уклониться от уплаты долга, сделав невозможным принудительное исполнение по исполнительному производству.

Ссылаясь на пункты 7 и 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», ст. 170 ГК РФ, истцы отразили также, что указанные ими обстоятельства подтверждают, что ответчик совершил сделку лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, что влечёт признание сделки ничтожной.

Действия собственника, направленные на распоряжение принадлежащим ему имуществом в нарушение закона или с целью причинить ущерб правам и охраняемым законом интересам других лиц, противоречат закону, что в силу ст. 168 ГК РФ является основанием для признания сделки недействительной (ничтожной), а при установлении факта злоупотребления правом, в силу п. п. 2, 3 ст. 10 ГК РФ, права такого собственника не подлежат защите.

Под злоупотреблением правом понимается ситуация, когда лицо действует в пределах предоставленных ему прав, но недозволенным образом. Заключение сделки, направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов, является злоупотреблением правом.

На момент распоряжения имуществом ФИО3 знал о наличии у него неисполненных обязательств, а также что в рамках исполнительного производства будут совершены действия по обращению взыскания на все имущество должника, имеющегося у него в наличии, необходимого и достаточного для исполнения решения суда. Таким образом, действия ответчика были направлены не на распоряжение, а на укрытие имущества от обращения на него взыскания. О мнимом характере сделки свидетельствует также то, что сторонами сделки являются кровные родственники, т. е., заведомо предполагал, что таким образом имущество останется в его фактическом владении.

Впоследствии от истицы ФИО1 и законного представителя истца - ФИО5 неоднократно поступали дополнения к исковому заявлению, последний раз – 11 апреля 2018 года, в которых они просили признать ничтожными сделками: договор дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, расположенной по адресу: <адрес> договор дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, расположенной по адресу: <адрес>, договор дарения земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, расположенного по адресу: <адрес> гаражный кооператив №*, гараж №* договор дарения гаража от ДД.ММ.ГГГГ, расположенного по адресу: <адрес>, ГСК 6, бокс №*, и применить последствия недействительности сделок путём возврата данного недвижимого имущества первоначальному собственнику – ФИО3, а также признать ничтожными сделками: договор купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ - легкового автомобиля НИССАН НОТЕ 1.4. Комфорт, 2008 года выпуска, VIN: №*, государственный регистрационный знак №*, договор купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ - грузового автомобиля №*, 1984 года выпуска, номер шасси (рамы) №*, ПТС №*, государственный регистрационный знак Р №*, и применить последствия недействительности сделок путём возврата данного движимого имущества первоначальному собственнику – ФИО3

Определением Кимрского городского суда, занесённым в протокол судебного заседания от 13 марта 2018 года, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Кимрский районный отдел судебных приставов УФССП России по Тверской области и Управление Федеральной службы судебных приставов по Тверской области.

В судебном заседании истица ФИО1 и её представитель – ФИО2 требования поддержали в полном объёме и просили их удовлетворить.

Ответчики ФИО3, ФИО4 и их представитель – адвокат Аракчеев А. Н. иск не признали. При этом адвокат Аракчеев А. Н. пояснил суду, что вопреки приведённым истцами обстоятельствам сделка от ДД.ММ.ГГГГ по дарению квартиры, расположенной по адресу: <адрес> ФИО3 своей дочери ФИО4 законна, совершена с целью предоставления жилого помещения отдельной семье, которой является семья ФИО4

С 2014 года ФИО4 проживала в данной квартире. Достигнув зрелого возраста, ФИО4 перестала жить со своими родителями К-ными и переехала в спорную квартиру. В это время ФИО4 жила в данном жилом помещении со своими будущим супругом – ФИО9 В это же время в данной квартире был сделан ремонт, приобретена мебель. С 2014 года семья З-вых оплачивает коммунальные услуги.

ДД.ММ.ГГГГ З-вы заключили брак, что подтверждается свидетельством о регистрации брака от ДД.ММ.ГГГГ. Во время заключения брака семьёй К-ных было обещано дарение в собственность жилого помещения, занимаемого З-выми.

22 ноября 2017 года у ФИО18 родилась дочь - ФИО25., которая в настоящее время зарегистрирована в спорном жилом помещении как член семьи собственника.

Тот факт, что ФИО3 квартира дарилась ФИО4 с целью обеспечения жилым помещением новой семьи - ФИО4, ФИО27 и их дочери ФИО26 подтверждается тем, что супруг ответчика - ФИО28 работая и постоянно проживая в г. <адрес>, другого места жительства в городе не имеет, что подтверждается справкой ООО «СТАН» № 19 от 12 января 2018 года.

Форма договора, основания и порядок регистрации права собственности в органах Росреестра истцами не оспаривается и соответствует закону. Оснований для запрета или ограничения дарения, предусмотренных ГК РФ, не имеется. Других оснований для признания сделки недействительной и применения последствий недействительности сделки не имеется.

Таким образом, вывод о том, что сделка ФИО3 и ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ, направленная на дарение квартиры, расположенной по адресу: <адрес> мнимая и совершена ответчиками с целью скрыть имущество от взыскания и сохранить контроль над ним ФИО3 невозможен, поскольку ФИО4 фактически с 2014 года членом семьи ФИО3 не является и квартира вышла из владения и контроля предыдущего собственника в 2014 году.

Что касается остального спорного имущества, а именно, подаренных ФИО4 квартиры по адресу: <адрес>, земельного участка, гаража и двух проданных ей автомашин, то оно также не подконтрольно ФИО3, поэтому каких-либо выгод от данного имущества последний не получает.

При этом сам ФИО3, при наличии у него долга, не смог объяснить суду необходимость передачи ФИО4, имеющей соответствующее жильё, <адрес>, ссылаясь лишь на то, что он, как полноправный собственник, имел право распорядиться данным имуществом по своему усмотрению.

Законный представитель истца ФИО29 – ФИО5, третье лицо ФИО7, представители третьих лиц: ФГБУ «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии», Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тверской области, ГКУ Тверской области «Центр социальной поддержки населения» г. Кимры и Кимрского района Тверской области, Кимрского районного отдела судебных приставов УФССП России по Тверской области, Управление Федеральной службы судебных приставов по Тверской области в судебное заседание не явились, хотя надлежащим образом извещались судом о времени и месте рассмотрения дела.

При этом от законного представителя истца – ФИО5 и третьего лица ФИО7 в адрес суда поступили заявления от 23 января 2018 года, в которых они просили рассматривать данное гражданское дело в их отсутствие. ФИО5, кроме того, указал, что требования поддерживает в полном объёме, ФИО7 указал, что требования истцов поддерживает.

Суд, заслушав объяснения истицы ФИО1, представителя истца – ФИО2, ответчиков ФИО3, ФИО4, представителя ответчиков – адвоката Аракчеева А. Н., исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

К сделке, совершённой в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признаётся недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ) (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25).

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) мнимая сделка, то есть сделка, совершённая лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

При этом, исходя из пункта 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида её формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания её таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В судебном заседании установлено, что решением Кимрского городского суда Тверской области от 11 февраля 2015 года, вынесенным по гражданскому делу №* по иску ФИО5, действующего в интересах несовершеннолетнего ФИО30, ФИО31 ФИО32 к ФИО3, открытому акционерному обществу «Страховая группа МСК», ФИО7 о возмещении вреда в связи со смертью кормильца, расходов на погребение и компенсации морального вреда, с открытого акционерного общества «Стразовая группа МСК» в пользу ФИО5 в счёт возмещения вреда в связи со смертью кормильца на несовершеннолетнего ФИО33, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, взыскано единовременно 135 000 рублей.

Этим же решением постановлено взыскивать солидарно с ФИО3 и ФИО7 в пользу ФИО5 в счёт возмещения вреда в связи со смертью кормильца на несовершеннолетнего ФИО34, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 4 365 рублей 50 копеек ежемесячно, начиная с 30 января 2015 года и до достижения ФИО35 восемнадцати лет, а в случае обучения – до окончания учёбы в учебных учреждениях по очной форме обучения, но не более 23 лет, с последующей компенсацией в установленном законом порядке.

Взыскать солидарно с ФИО3 и ФИО7 в пользу ФИО5 на несовершеннолетнего ФИО36 компенсацию морального вреда в размере 100000 (один миллион) рублей.

Взыскать солидарно с ФИО3 и ФИО7 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 700 000 рублей.

Взыскать с открытого акционерного общества «Стразовая группа МСК» в пользу в пользу ФИО1 в счёт возмещения расходов на погребение 25 000 рублей.

Взыскать солидарно с ФИО3 и ФИО7 в пользу ФИО1 в счёт возмещения расходов на погребение 22 730 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Кроме того, с ФИО3 и ФИО7 в доход муниципального образования «Город Кимры Тверской области» взыскана солидарно государственная пошлина в размере 1 971 рубль 58 копеек.

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Тверского областного суда от 5 апреля 2016 года решение Кимрского городского суда Тверской области от 11 февраля 2015 года в части взыскания с ФИО3 и ФИО7 в солидарном порядке государственной пошлины в размере 1 971 рубль 58 копеек изменено, резолютивная часть в указанной части изложена в следующей редакции:

Взыскать с ФИО3 в бюджет муниципального образования «Город Кимры Тверской области» государственную пошлину в размере 2 812 рублей 53 копейки.

Взыскать с ФИО7 в бюджет муниципального образования «Город Кимры Тверской области» государственную пошлину в размере 2 812 рублей 53 копейки.

В остальной части решение Кимрского городского суда Тверской области от 11 февраля 2015 года оставлено без изменения.

Впоследствии определением Кимрского городского суда Тверской области от 3 апреля 2015 года была исправлена описка в решении Кимрского городского суда Тверской области от 11 февраля 2015 года по гражданскому делу №*, постановлено считать правильным в резолютивной части решения на странице 11 в части указания в числовом выражении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию солидарно с ФИО3 и ФИО7 в пользу ФИО5 на несовершеннолетнего ФИО37 вместо «100 000» - «1 000 000».

8 июня 2016 года судебным приставом-исполнителем Кимрского районного отдела судебных приставов УФССП России по Тверской области ФИО38 ФИО39 в отношении должника ФИО3 возбуждены исполнительные производства: №*-ИП (возмещение вреда в связи со смертью кормильца солидарно), №*-ИП (компенсация морального вреда солидарно в размере 1 000 000 рублей), №*-ИП (компенсация морального вреда солидарно в размере 700 000 рублей), №*-ИП (возмещение расходов на погребение солидарно в размере 22 730 рублей), что подтверждается соответствующими постановлениями.

8 августа 2016 года между ФИО3 и ФИО4 были заключены договоры дарения следующего недвижимого имущества: двухкомнатной квартиры общей площадью 51,1 кв. м., в том числе жилой площадью 30,1 кв. м., расположенной по адресу: <адрес> двухкомнатной квартиры общей площадью 44,6 кв. м., в том числе жилой площадью 31,2 кв. м., расположенной по адресу: <адрес>; земельного участка площадью 26 кв. м., с кадастровым номером №*, расположенного по адресу: <адрес> гаражный кооператив №* гаража общей площадью 20,6 кв. м., расположенного по адресу: <адрес>, ГСК №*.

По сведениям, отражённым в выписках из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости от 11 января 2018 года и 23 марта 2018 года, перечисленное выше имущество в настоящее время на праве собственности принадлежит ФИО4

Кроме того, 9 августа 2016 года и 13 августа 2016 года между ФИО3 и ФИО4 были заключены договоры купли-продажи транспортных средств соответственно легкового автомобиля НИССАН НОТЕ 1.4. Комфорт, 2008 года выпуска, государственный регистрационный знак №* №* №*, и грузового автомобиля №*, 1984 года выпуска, государственный регистрационный знак №*, что также нашло своё документальное подтверждение.

ФИО1 и ФИО5, действующий в интересах несовершеннолетнего ФИО40 полагая, что при заключении вышеназванных договоров дарения и купли-продажи ответчики не намеревались создать соответствующие последствия, их основной целью являлось намерение ответчика ФИО3 уклониться от уплаты долга, сделав невозможным принудительное исполнение по исполнительным производствам, обратились в суд с данными требованиями.

Согласно части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу пункта 2 статьи 10 ГК РФ в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд с учётом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

По смыслу вышеприведённых норм, добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряжённое с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага.

В частности, злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечёт ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статья 10 и пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Как следует из пункта 1 статьи 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Судом установлено, что ответчик ФИО3 по договорам дарения от ДД.ММ.ГГГГ передал безвозмездно своей дочери ФИО4 недвижимое имущество в виде двух квартир, земельного участка и гаража, а также по договорам купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ - движимое имущество в виде двух автомашин.

В соответствии с пунктом 2 статьи 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

По договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определённую денежную сумму (цену) (пункт 1 статьи 454 ГК РФ).

По договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передаёт или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить её от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом (пункт 1 статьи 572 ГК РФ).

Как следует из объяснений ответчиков, сделка от ДД.ММ.ГГГГ по дарению квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, совершена с целью предоставления жилого помещения семье ФИО4, которая проживала в данной квартире с 2014 года. В это же время в данной квартире был сделан ремонт, приобретена мебель. Во время заключения брака семьёй К-ных было обещано дарение в собственность жилого помещения, занимаемого З-выми. 22 ноября 2017 года у З-вых родилась дочь ФИО41 которая в настоящее время зарегистрирована в спорном жилом помещении как член семьи собственника.

Не доверять изложенной выше информации у суда оснований не имеется, поскольку она подтверждается показаниями свидетелей ФИО42 а также представленными суду документами, которые никем, в том числе истцами, не опровергнуты, поэтому вывод о том, что данная сделка мнимая и совершена ответчиками с целью скрыть имущество от взыскания необоснован, поскольку указанная спорная квартира вышла из владения и контроля предыдущего собственника в 2014 году.

Что касается договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ в отношении квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, то данная сделка, по мнению суда, учитывая, что ФИО3 имеет перед истцами неисполненные денежные обязательства в соответствии с вступившим в законную силу решением Кимрского городского суда Тверской области от 11 февраля 2015 года, совершена ответчиками с намерением причинить вред истцам при исполнении вышеназванного судебного решения, на что указывает отсутствие какой-либо необходимости в передаче ФИО4, имеющей соответствующее жильё, данного недвижимого имущества. При этом из информации, представленной судебным приставом-исполнителем <адрес> отдела судебных приставов УФССП России по Тверской области ФИО43 письмах №№ 1476, 1477, 1479, 1478 от 12 марта 2018 года, следует, что должник ФИО3 в счёт погашения задолженности денежные средства не уплачивает, за исключением требования о компенсации морального вреда солидарно в размере 1 000 000 руб. в пользу ФИО5 (выплачено 16 октября 2017 года, 1 декабря 2017 года и 22 декабря 2017 года по 1 000 рублей).

Второй должник ФИО7, напротив, в счёт погашения задолженности выплатил: по требованию о возмещении вреда в связи со смертью кормильца солидарно в пользу ФИО5 – 73 396 руб. 25 коп.; по требованию о компенсации морального вреда солидарно в размере 1 000 000 руб. в пользу ФИО5 – 500 000 руб.; по требованию о компенсации морального вреда солидарно в размере 700 000 руб. в пользу ФИО1 – 350 000 руб.; по требованию о возмещении расходов на погребение солидарно в размере 22 730 руб. в пользу ФИО1 – 11 365 руб.

Учитывая вышеприведённые обстоятельства, свидетельствующие, что сделка в отношении квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, заключена ФИО3 и ФИО4 с целью уклонения ФИО3 от исполнения обязательств перед истцами, суд приходит к выводу об обоснованности заявленных ФИО1 и ФИО5, действующим в интересах несовершеннолетнего ФИО44 требований в отношении вышеназванной квартиры.

При этом, поскольку ничтожная сделка является одним из оснований её недействительности, в решении необходимо также указать о признании договора дарения <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, заключённого между ФИО3 и ФИО4, недействительным (ничтожным), что не будет выходить за рамки предъявленных истцами требований.

В силу пункта 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечёт юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с её недействительностью, и недействительна с момента её совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 статьи 167 ГК РФ).

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, суд считает необходимым применить последствия недействительности ничтожной сделки – договора дарения <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, обязав ФИО4 возвратить ФИО3 указанную квартиру.

Кроме того, с учётом удовлетворённых требований в отношении <адрес> в решении необходимо также указать, что оно является основанием для внесения соответствующих изменений в Единый государственный реестр недвижимости.

Что касается требований о признании ничтожными договоров дарения земельного участка, гаража, договоров купли-продажи транспортных средств и применении последствий недействительности указанных сделок, то они удовлетворению также не подлежат, что не ущемляет прав истцов, т. к., исходя из стоимости <адрес>, зафиксированной в договоре дарения от ДД.ММ.ГГГГ, которая составляет 1 300 000 рублей, и принимая во внимание произведённую ФИО3 27 апреля 2018 года выплату по исполнительному производству №*-ИП в сумме 347 000 рублей, вышеназванная стоимость превышает общую сумму долга перед истцами в настоящее время, составляющую 596 492 рубля 25 копеек, что нашло своё документальное подтверждение, поэтому является достаточной для обращения в последующем взыскания на указанную квартиру в целях исполнения решения Кимрского городского суда от 11 февраля 2015 года.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 12, 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Признать договор дарения <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, заключённый между ФИО3 и ФИО4, недействительным (ничтожным).

Применить последствия недействительности ничтожной сделки – договора дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, обязав ФИО4 возвратить ФИО3 квартиру, расположенную по адресу: <адрес>

В остальной части исковые требования ФИО1, ФИО5, действующего в интересах несовершеннолетнего ФИО45 оставить без удовлетворения.

Данное решение является основанием для внесения соответствующих изменений в Единый государственный реестр недвижимости.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тверской областной суд через Кимрский городской суд Тверской области в течение месяца, со дня его принятия в окончательной форме.

Судья _________________

мотивированное решение составлено

24 мая 2018 года