Решение № 2-2363/2018 2-2363/2018~М-2081/2018 М-2081/2018 от 4 сентября 2018 г. по делу № 2-2363/2018

Дело №2-2363/2018


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Магнитогорск 05 сентября 2018 года

Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Бахмет Н.Н.

при секретаре Колотыгиной А.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 о признании договоров купли-продажи квартиры недействительными,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 о признании сделок недействительными.

В порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса указал, что 01 июня 2018 года из апелляционного определения Челябинского областного суда по гражданскому делу №11-7267/2018 он узнал о том, что 05 февраля 2016 года по договору купли-продажи, заключенному между ответчиками ФИО4 и ФИО5, по договору купли-продажи от 19 апреля 2017 года, заключенному между ответчиками ФИО5 и ФИО3, по договору купли-продажи от 17 ноября 2017 года, заключенному между ФИО3 и ФИО2, были умышленно совершены недействительные (ничтожные) сделки по переходу права собственности квартиры, расположенной по адресу: <адрес обезличен>, с целью исключения его (истца) из числа возможных лиц, которые вправе иметь притязания на объект недвижимости, а равно, в связи с тем, чтобы реализовать необходимость выселения истца из спорного жилого помещения. Указывает на то, что ответчики состоят не только в родственных отношениях, но и в прямом сговоре с целью выселения его из спорного жилого помещения. Ответчики не имели целей и намерений осуществлять какие-либо реальные сделки по спорной квартире, денежные средства реально не передавались.

Полагает, что между ответчиками была совершена мнимая сделка с целью его выселения из спорной квартиры.

Просит признать договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес обезличен>, от 17 ноября 2017 года, заключенный между ФИО3 и ФИО2, договор купли-продажи спорной квартиры от 19 апреля 2017 года, заключенный между ответчиками ФИО5 и ФИО3, договор купли-продажи спорной квартиры от 05 февраля 2016 года, заключенный между ФИО4 и ФИО5, ничтожными (л.д. 17).

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержал в полном объеме по доводам и основаниям, изложенным в иске. Указал, что никакой передачи денежных средств по оспариваемым договорам не было. Полагает, что ответчики заключили указанные договоры купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес обезличен>, с целью его выселения из спорного имущества.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом. Ранее, в ходе рассмотрения дела, заявленные исковые требования не признал. Указал, что является родным братом истца. При жизни родители оформили в его собственность квартиру, расположенную по адресу: <адрес обезличен>, в которой на регистрационном учете состоял ФИО1 После перехода права собственности на его имя, истец начал требовать 500 000 руб., указывая на то, что только после получения денежных средств в указанном размере он снимется с регистрационного учета. С целью прекращения дальнейших конфликтов с истцом, он (ФИО4) продал спорную квартиру своей внучке ФИО5 за 1 200 000 руб. Денежные средства от продажи квартиры им были потрачены на ремонтные работы, установку забора в саду, расположенном в СНТ «Калибровщик-2», где в настоящее время он и проживает.

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом. Ранее в ходе рассмотрения дела пояснила, что исковые требования не признает, ссылаясь на то, что квартиру, расположенную по адресу: <адрес обезличен>, она приобрела у своего дедушки ФИО4 за 1 200 000 руб., которые были переданы последнему в полном объеме. Квартира, приобреталась на денежные средства ее родителей, в договоре купли-продажи в качестве законного представителя выступала ее мама ФИО6 После заключения договора купли-продажи от 05 февраля 2016 года она фактически проживала в спорном жилом помещении. Истец приходил в квартиру и требовал деньги, вместе с тем, не пытался вселиться в квартиру. Впоследствии, в связи с судебными разбирательствами, инициированными истцом, она решила продать указанное жилье. В апреле 2017 года спорная квартира была продана ранее ей не знакомой ФИО7 за 1 200 000 руб. На денежные средства от продажи квартиры она приобрела сад за 360 000 руб., а также часть денежных средств пошла на открытие на ее имя индивидуального предприятия.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом. Ранее, в ходе рассмотрения дела, заявленные исковые требования не признала, ссылаясь на то, что в апреле 2017 года она приобрела у ФИО5 квартиру, расположенную по адресу: <адрес обезличен>, за 1 200 000 руб. Объявление о продаже недвижимого имущества было размещено на Интернет сайте «Авито». Фактически квартира приобреталась для ее отца, но была оформлена на ее имя. Ей было известно, что в квартире на регистрационном учете состоит ФИО1, однако это ее не смутило, поскольку ФИО5 пояснила, что последний в квартире не проживает, в связи с чем, она полагала, что, впоследствии, снимет его с регистрационного учета по решению суда. После приобретения спорного жилого помещения, в нем был произведен ремонт, но, поскольку заболел отец, необходимы были денежные средства на его лечение, в связи с чем, квартира была перепродана в ноябре 2017 года ФИО2 за 950 000 руб. О продаже спорного жилья было размещено объявление на «Авито».

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал. Указал, что в ноябре 2017 года приобрел квартиру, расположенную по адресу: <адрес обезличен>, у ФИО7 Поиском квартиры и оформлением документов занимался его риелтор. Объявление о продаже указанного недвижимого имущества было размещено на сайте «Авито». Перед покупкой, квартира была им осмотрена, мебели в квартире не было, оставался только старый сервант. После покупки жилья ему стало известно о том, что в квартире зарегистрирован ФИО1 Истец никаких требований о вселении его в квартиру не предъявлял, в квартире не появлялся.

Представитель ответчика ФИО2 – ФИО8, действующая на основании на основании устного заявления ФИО2, в судебном заседании позицию своего доверителя поддержала в полном объеме. Указала, что права истца оспариваемому сделками не нарушены. Денежные средства по оспариваемым договору купли-продажи переданы продавцу в полном объеме, о чем имеется расписка.

В соответствии с положениями ст.167 Гражданского процессуального кодекса РФ суд считает возможным рассмотреть дело без участия неявившихся лиц.

Суд, заслушав лиц, участвующих в деле, допросив в судебном заседании свидетеля, исследовав письменные материалы дела и оценив их в совокупности, приходит к следующему.

Согласно ч.3 ст.17 Конституции Российской Федерации, осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

В соответствии с п. 1 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что граждане и юридические лица свободны в заключение договора, условия договора определяются по усмотрению сторон.

Статья 454 п. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Согласно п.1 ст. 551 Гражданского кодекса Российской Федерации переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

Судом установлено, что 05 февраля 2016 года между ФИО4 (продавец) и ФИО5, действующей с согласия ФИО6, (покупатель) заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес обезличен>. Указанная квартира оценена сторонами в 1 200 000 руб., которые уплачены покупателем продавцу до подписания настоящего договора вне помещения Управления федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области (л.д.61).

Согласно п. 8 Договора, на момент совершения сделки в квартире зарегистрированы: ФИО1, ФИО4, которые обязуются сняться с регистрационного учета в течение 10 дней с момента получения Свидетельства о государственной регистрации права. Лица, сохраняющие право пользования квартирой, отсутствуют.

Договор зарегистрирован в Управлении федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области 12 февраля 2016 года.

Как пояснила в судебном заседании ФИО5, денежные средства за спорную квартиру были переданы ответчику ФИО4 в полном объеме.

Факт передачи денежных средств ответчиком ФИО4 не оспаривался. Последний указал, что полученные денежные средства были им потрачены на установку нового забора в саду, а также на ремонтные работы.

18 ноября 2016 года решением Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области ФИО1 в удовлетворении исковых требований к ФИО4, ФИО5 о признании договора ренты, заключенного 30 июля 2011 года между ФИО9 и ФИО4, недействительной сделкой; признании договора купли-продажи квартиры по адресу <адрес обезличен> в <адрес обезличен>, заключенного 05 февраля 2016 года между ФИО4 и ФИО5, недействительной сделкой; применении последствий недействительности сделки отказано (л.д. 90-93).

Определением Судебной коллегии по гражданским делам Челябинского областного суда от 07 февраля 2017 года решение Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 18 ноября 2016 года оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО1 – без удовлетворения (л.д. 97-99).

19 апреля 2017 года между ФИО5 (продавец) и ФИО7 (покупатель) заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес обезличен>. Указанная квартира оценена сторонами в 1 200 000 руб., которые уплачены покупателем продавцу до подписания настоящего договора вне помещения Управления федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области (л.д.66).

Факт передачи покупателем продавцу денежных средств в размере 1 200 000 руб. также подтверждается распиской ФИО5 от 19 апреля 2017 года (л.д. 95).

Согласно п. 8 Договора, на момент совершения сделки в квартире зарегистрированы: ФИО5, УАВ <ФИО>13, УЗА., МВС, ФИО1, которые обязуются сняться с регистрационного учета в течение 10 дней с момента получения Свидетельства о государственной регистрации права. Лица, сохраняющие право пользования квартирой, отсутствуют.

Договор прошел государственную регистрацию 15 июня 2017 года.

17 ноября 2017 года между ФИО7 (продавец) и ФИО2 заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес обезличен>. Указанная квартира оценена сторонами в 950 000 руб., которые уплачены покупателем продавцу до подписания настоящего договора вне помещения Управления федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области (л.д.73).

Факт передачи покупателем продавцу денежных средств в размере 950 000 руб. также подтверждается распиской ФИО7 от 17 ноября 2017 года (л.д. 94).

Согласно п. 5 Договора, на момент совершения сделки в квартире никто не зарегистрирован, лиц, сохраняющих право пользования отчуждаемой квартирой после ее приобретения покупателем, не имеется.

Договор купли-продажи от 17 ноября 2017 года прошел государственную регистрацию в Управлении федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области 22 ноября 2017 года.

30 мая 2018 года между ВАА и ФИО7 заключен брак, после заключения брака жене присвоена фамилия Воротилова (л.д. 96).

В обоснование заявленных требований истец ссылается на то, что оспариваемые договоры купли-продажи были заключены с целью снятия его с регистрационного учета по месту жительства в спорном жилом помещении.

В соответствии со ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом.

Сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из смысла п.1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. В обоснование мнимости необходимо доказать, что при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Отличительной чертой мнимой сделки является то, что она заключается лишь для того, чтобы создать у третьих лиц ложное представление о намерениях участников сделки.

Мнимый характер сделки предполагает, что ее стороны действовали недобросовестно, в ущерб интересам третьих лиц и ради собственной выгоды.

Мнимый характер сделки выдает и такое поведение ее сторон в период после совершения сделки, которое никак не учитывает произведенных сделкой правовых последствий, т.е. стороны продолжают вести себя так, как будто и не заключали соответствующего договора.

Бремя доказывания наличия оснований для признания сделки мнимой возложено на истца.

В ходе рассмотрения дела ответчица ФИО5 пояснила, что после заключения договора купли-продажи от 05 февраля 2016 года она вселилась в спорную квартиру и проживала в ней, истец в квартире не проживал и фактически в нее не вселялся.

Ответчица ФИО3 указала, что после заключения договора купли-продажи от 19 апреля 2017 года, ею в спорном жилом помещении был произведен ремонт. Истец в данной квартире ни разу не появлялся, в квартиру не вселялся.

Ответчик ФИО2 указал, что о регистрации истца в спорной квартире он узнал после заключения договора купли-продажи, обратившись в управляющую компанию при переоформлении лицевых счетов на свое имя. С момента приобретения квартиры истец в спорном жилом помещении не появлялся.

Допрошенный в ходе рассмотрения дела свидетель ПВС пояснил, что на протяжении 30-ти лет проживает в квартире, расположенной по адресу: <адрес обезличен>. На одной лестничной клетке по соседству с ним в <адрес обезличен> проживает ФИО2 со своей семьей. В декабре 2017 года последний сделал в квартире ремонт и после нового года заехал в указанное жилое помещение со своей семьей. Также указал, что истец в спорной квартире никогда не проживал.

Суд не находит оснований не доверять пояснениям указанного свидетеля, поскольку данное лицо не является заинтересованным в исходе дела, свидетель в результате стечения обстоятельств является носителям информации о воспринятых им фактах.

Суд признает показания вышеуказанного свидетеля в качестве относимого и допустимого доказательства по делу, поскольку они последовательны, логичны, согласуются с письменными материалами дела.

ФИО1 указанные доводы ответчиков, а также показания свидетеля опровергнуты не были. Доказательств обратного суду не представлено.

Ответчиком ФИО2 в материалы дела представлены квитанции об оплате коммунальных платежей за спорную квартиру, где усматривается, что лицевые счета открыты на имя последнего (л.д.118-126).

Кроме того, 30 ноября 2017 года между ФИО2 и ООО «МЭК» заключен договор энергоснабжения (л.д. 132-133).

04 декабря 2017 года ФИО2 заключен договор на техническое обслуживание и ремонт внутриквартирного газового оборудования в многоквартирном доме (л.д. 128). Также представлена квитанция на оплату услуг газификации и газоснабжения в размере 473,00 руб. (л.д. 127), абонентская книжка на газовое оборудование (л.д. 128-129), акт на выполнение ремонтной заявки (л.д. 131).

Суд также учитывает, что, зарегистрировав в установленном порядке переход права собственности на спорные объекты недвижимости, стороны тем самым подтвердили свою действительную волю на продажу и, соответственно, покупку имущества.

Цель создания правового последствия для сделки купли-продажи - переход права собственности на объект продажи сторонами сделки достигнута.

Состоявшиеся регистрации договоров от 05 февраля 2016 года, от 19 апреля 2017 года, от 17 ноября 2017 года и переход права собственности на спорный объект недвижимого имущества не позволяют полагать, что сделки совершены для вида, поскольку наступление последствий оспариваемых сделок очевидно.

Доводы ФИО1 о том, что денежные средства по оспариваемым договорам купли-продажи не передавались, не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела.

Истец в судебном заседании ссылался на то, что в случае удовлетворения заявленных требований будет восстановлено его права на проживание в спорной квартире.

Решением Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 12 марта 2018 года удовлетворены исковые требования ФИО2 к ФИО1 о признании утратившим право пользования жилым помещением. ФИО1 признан утратившим право пользования квартирой <номер обезличен>, расположенной по адресу: г.<адрес обезличен>.

01 июня 2018 года Судебной коллегией по гражданским делам Челябинского областного суда решение Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 12 марта 2018 года отменено, принято новое решение, которым в удовлетворении заявленных требований ФИО2 отказано (л.д. 5-8).

Судом апелляционной инстанции установлено, что право пользования спорным жилым помещением ФИО1 возникло на основании судебных актов, после чего добровольно от прав пользования спорной квартирой он не отказывался, в связи с чем, такое право не подлежит прекращению по основанию ст. 292 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с ч. 2 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Таким образом, право пользования ФИО1 спорным жилым помещением в настоящее время не прекращено, в связи чем, доводы истца о том, что оспариваемые сделки были совершены с целью снятия его с регистрационного учета по месту жительства являются несостоятельными, поскольку опровергаются представленными в материалы дела доказательствами.

При таких данных, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу об отсутствии оснований к удовлетворению заявленных ФИО1 требований, поскольку истцом, в нарушение требований ст. 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не доказана вся совокупность обстоятельств, при наличии которых оспариваемые договоры могли быть квалифицированы как мнимые сделки, совершенные без намерения создать соответствующие правовые последствия, в связи с чем, исковые требования не подлежат удовлетворению.

На основании ч. 1 ст. 144 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обеспечение иска может быть отменено тем же судьей или судом по заявлению лиц, участвующих в деле, либо по инициативе судьи или суда.

Суд считает, что следует отменить обеспечительные меры, наложенные определением суда от 04 июля 2018 года, так как в удовлетворении исковых требований отказано в полном объеме и отпали основания, послужившие для обеспечения иска.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 о признании договоров купли-продажи квартиры недействительными отказать.

Отменить меры по обеспечению иска, принятые по определению Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 04 июля 2018 года, снять арест с квартиры, расположенной по адресу: <адрес обезличен>.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в течение месяца в Челябинский областной суд через Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий: подпись.