Апелляционное определение № 2-452/2025 33-2164/2026 от 16 марта 2026 г.

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КРЫМ

Дело № председательствующий судья суда первой инстанции Ратушная Л.А.

(2-452/2025) УИД 91RS0№-62


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

17 марта 2026 года <адрес>

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым в составе:

председательствующего-судьи

ФИО3

судей

ФИО4,ФИО5

при секретаре

ФИО7

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации по <адрес> к ФИО2 о взыскании суммы переплаты денежного довольствия, встречному иску ФИО2 к Отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации по <адрес>, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, Министерство внутренних дел по Республике Крым, Министерство внутренних дел Российской Федерации, о взыскании компенсации за нарушение срока выплат при увольнении, компенсации морального вреда,

по апелляционным жалобам представителя Отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации по <адрес> и представителя ФИО2 – ФИО1 на решение Советского районного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ,

УСТАНОВИЛА:

Отдел Министерства внутренних дел Российской Федерации по <адрес> в лице представителя по доверенности обратился в суд с иском к ФИО2, в котором просил взыскать с ответчика в пользу истца переплату денежного довольствия за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 22 079,25 рублей.

В обоснование заявленных требований представитель истца указал, что ответчик проходил службу в органах внутренних дел Российской Федерации, приказом от ДД.ММ.ГГГГ он был временно отстранен от выполнения служебных обязанностей, приказом от ДД.ММ.ГГГГ он был уволен со службы в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, при этом, ДД.ММ.ГГГГ бухгалтерией ОМВД ответчику выплачено денежное довольствие по ДД.ММ.ГГГГ включительно, тогда как премия за добросовестное выполнение служебных обязанностей в месяц увольнения сотруднику не выплачивается, в связи с чем у ответчика перед истцом возникла задолженность в связи с переплатой денежного довольствия за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, которая в добровольном порядке ответчиком не возмещена, ввиду чего истец обратился в суд с данным исковым заявлением.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратился в суд с иском к Отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации по <адрес>, в котором просил взыскать с ответчика компенсацию за задержку выплат при увольнении за сверхурочную работу за март 2024 года за период просрочки с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 4 300,04 руб., компенсацию за задержку выплат при увольнении за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 33 556,10 руб., компенсацию за задержку выплат при увольнении в размере 63 969,11 руб., в том числе: за 12,32 дней неиспользованного основного отпуска за 2024 год, за неиспользованный дополнительный отпуск за 2024 год, за неиспользованный дополнительный отпуск за стаж службы в органах внутренних дел за 2024 год в количестве 2,05 дней, за неиспользованный дополнительный отпуск за ненормированный служебный день за 2024 год в количестве 2,87 дня, компенсацию за неиспользованный основной отпуск за 2022 год в количестве 30 дней, дополнительный отпуск за стаж службы в органах внутренних дел за 2022 год в количестве 5 календарных дней, неиспользованный дополнительный отпуск за ненормированный служебный день за 2022 год в количестве 5 календарных дней; компенсацию морального вреда в размере 30 000 руб.

В обоснование заявленных требований ФИО2 указал, что ДД.ММ.ГГГГ он был уволен со службы в органах внутренних дел, однако на момент его увольнения с ним не был произведен полный расчет в отношении всех выплат, причитающихся при увольнении, а именно денежная компенсация за неиспользованный основной и дополнительный отпуск за 2024 год, неиспользованный дополнительный отпуск за стаж службы в органах внутренних дел за 2024 год, за неиспользованный дополнительный отпуск за ненормированный служебный день за 2024 год, компенсация за неиспользованный основной и дополнительный отпуск за 2022 год, неиспользованный дополнительный отпуск за ненормированный служебный день за 2022 год была выплачена только ДД.ММ.ГГГГ без предоставления соответствующего приказа. Также выплата компенсации за сверхурочную работу была осуществлена ДД.ММ.ГГГГ без учета компенсации за задержку выплаты. Истец считает, что в результате неправомерных действий работодателя он в течение продолжительного времени был лишен соответствующих выплат, что повлекло ухудшение эмоционального состояния, переживания по поводу нарушения его права на оплату труда, чувство несправедливости, обиды, напряжения, тревоги, чем ему был причинен также моральный вред.

Определением Советского районного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ гражданские дела по иску Отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации по <адрес> к ФИО2 о взыскании суммы переплаты денежного довольствия и по иску ФИО2 к Отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации по <адрес> о взыскании компенсации за нарушение срока выплат при увольнении, компенсации морального вреда, объединены в одно производство.

Определением Советского районного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ, занесенным в протокол судебного заседания, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Министерство внутренних дел по Республике Крым.

Протокольным определением Советского районного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Министерство внутренних дел Российской Федерации.

Решением Советского районного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ иск ОМВД России по <адрес> удовлетворен. С ФИО2 в пользу ОМВД России по <адрес> взыскана переплата денежного довольствия за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 22 079,25 руб. С ФИО2 в пользу местного бюджета взыскана госпошлина в сумме 4 000,00 рублей. Встречный иск ФИО2 удовлетворен частично. С ОМВД России по <адрес> в пользу ФИО2 взыскана компенсация за задержку выплаты при увольнении: за сверхурочную работу за март 2024 года за период просрочки с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 4 300,04 руб., за сверхурочную работу за 2020-2024 годы за период просрочки с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 33 556,10 руб., за 12,32 дней за неиспользованный основной отпуск за 2024 год, за неиспользованный дополнительный отпуск за 2024 год, за неиспользованный дополнительный отпуск за стаж службы в органах внутренних дел за 2024 год в количестве 2,05 дней, за неиспользованный дополнительный отпуск за ненормированный служебный день за 2024 год в количестве 2,87 дня, за неиспользованный основной отпуск за 2022 год в количестве 30 дней, дополнительный отпуск за стаж службы в органах внутренних дел за 2022 год в количестве 5 календарных дней, неиспользованный дополнительный отпуск за ненормированный служебный день за 2022 год в количестве 5 календарных дней за период просрочки с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 63 969,11 руб., а также компенсация морального вреда в размере 5 000 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Не согласившись с указанным решением, представители истца и ответчика подали апелляционные жалобы.

Представитель истца в своей апелляционной жалобе просит решение суда первой инстанции отменить в части удовлетворения встречных исковых требований и принять в данной части новое решение об отказе в удовлетворении требований ФИО2 в полном объеме.

Доводы жалобы сводятся к тому, что компенсационные выплаты за выполнение служебных обязанностей сверх установленной нормальной продолжительности служебного времени, в ночное время, а также в выходные и нерабочие праздничные дни не являются формой оплаты за труд и не входят в состав денежного довольствия, выплачиваемого увольняемому сотруднику в последний день службы. Данная денежная выплата не является обязанностью работодателя, так как компенсируется дополнительными днями отдыха соответствующей продолжительности, которые по желанию сотрудника могут быть присоединены к основному или дополнительному отпуску в текущем году либо в течение следующего года. Считает, что на данные выплаты не распространяется действие трудового законодательства.

При этом апеллянт обращает внимание на то, что ФИО2 ранее не изъявил желание компенсировать время выполнения служебных обязанностей сверх установленной нормальной продолжительности служебного времени в 2020-2024 годах дополнительными днями отдыха, а также рапорт в установленном порядке на денежную компенсацию не поступал. Каких-либо доказательств того, что ФИО2 обращался с рапортом о предоставлении ему компенсации в виде дней отдыха и ему в удовлетворении такого рапорта было отказано, им не представлено.

Автор жалобы отмечает, что суд первой инстанции не учел, что ФИО2 не предоставлено доказательств причинения ему моральных и физических страданий. В результате несвоевременной выплаты не наступили негативные последствия, а именно не возникли заболевания, унижение достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, а также нравственные страдания, относящиеся к душевному благополучию, в связи с чем компенсация морального вреда взыскана необоснованно.

Представитель ответчика в своей апелляционной жалобе просит решение суда в части удовлетворения исковых требований ОМВД России по <адрес> и взыскания с ФИО2 в пользу местного бюджета госпошлины отменить и принять новое решение об отказе в удовлетворении требований, а также изменить размер компенсации морального вреда, определив его в размере 30 000 рублей, а в остальной части решение оставить без изменения, полагает, что решение принято с существенным нарушением норм материального и процессуального права.

Доводы жалобы сводятся к тому, что из исковых требований невозможно определить в связи с чем с ответчика подлежит взысканию сумма денежного довольствия. При этом, суд первой инстанции фактически установил, что при выплате денежного довольствия за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ счетной либо арифметической ошибки не произошло, недобросовестности ФИО2 в результате получения денег не выявлено, однако пришел к выводу, что материальный ущерб по переплате денежного довольствия ФИО2 наступил в результате его неправомерных действий, связанных с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел.

Апеллянт указывает, что сторона ответчика полагала подлежащим применению к спорным правоотношениям п. 3 ст. 1109 ГК РФ, на основании которого доказывали невиновность ФИО2 в получении неосновательного обогащения и отсутствие счетной либо арифметической ошибки при выплате заработной платы, юридической квалификации таких действий как причинение ущерба работником на обсуждение сторонами и судом не выносилось, соответственно, суд не мог устанавливать данное обстоятельство, тем более положить его в основу своего решения, так как ни одна из сторон о нем не заявляла, документы и доказательства по указанному ущербу работодателем не предоставлялись. Тем самым суд лишил сторону ответчика возможности заявить о пропуске срока обращения в суд по нормам Трудового кодекса РФ, составляющего один год с момента его выявления работодателем, тогда как на дату обращения в суд такой срок истек.

Также представитель ответчика обращает внимание на то, что суд первой инстанции не учел нормативные положения, регулирующие спорные правоотношения, не определил юридически значимые обстоятельства и не установил их, поскольку в материалах дела не имеется данных, свидетельствующих о том, что работодателем при исчислении сумм, причитающихся к выплате ФИО2, были допущены счетные или арифметические ошибки, как и данных о неправомерных действиях или недобросовестности со стороны ответчика. Однако суд лишь ограничился объяснениями представителя истца о том, что ответчик должен был знать, что в период с 22 по ДД.ММ.ГГГГ он не находился на работе и выплата денежного довольствия ему не предусмотрена.

Автор жалобы также не согласен с размером взысканного в пользу ФИО2 морального вреда, поскольку в ходе рассмотрения дела установлен факт несвоевременной выплаты работодателем окончательного расчета при увольнении на протяжении долгого периода времени. Нарушение работодателем трудовых прав ФИО2 вызвало у него нравственные переживания, выплаты осуществлялись периодично, работодатель переложил бремя доказывания правомерности выплат на ФИО2 Размер компенсации, установленный судом, без отражения мотивов его занижения, по мнению автора жалобы, не соответствует характеру и степени причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, учитывая объем допущенных работодателем нарушений, с учетом того, что в семье ФИО2 находилось двое несовершеннолетних детей, инфляция в период с августа 2024 по май 2025 года составила 7,96%.

Кроме того, автор жалобы обращает внимание на то, что ФИО2 в силу ст. 393 ТК РФ как работник освобожден от несения судебных расходов, а требования о взыскании переплаты денежного довольствия вытекают из трудовых правоотношений.

Представитель истца и третьего лица МВД по Республике Крым в судебном заседании поддержала доводы, изложенные в ее апелляционной жалобе, возражала против удовлетворения апелляционной жалобы ответчика.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте судебного разбирательства уведомлены надлежащим образом, что подтверждается соответствующими почтовыми уведомлениями.

Руководствуясь положениями ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав судью-докладчика, пояснения представителя истца и третьего лица, исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, проверив в соответствии со ст. 327.1 ГПК РФ законность и обоснованность решения исходя из доводов, изложенных в апелляционных жалобах, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено и из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ между МВД по Республике Крым и ФИО2 заключен контракт о прохождении службы в органах внутренних дел в должности оперуполномоченного отделения уголовного розыска отдела МВД России по <адрес> (т. 1 л.д. 10-11).

Приказом МВД по Республике Крым от ДД.ММ.ГГГГ № л/с ФИО2 назначен на должность оперуполномоченного отделения уголовного розыска (т. 1 л.д. 13).

Согласно дополнительному соглашению от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 назначен с ДД.ММ.ГГГГ на должность старшего оперуполномоченного отделения уголовного розыска МВД России по <адрес> (т. 1 л.д. 12), ОМВД России по <адрес> издан соответствующий приказ от ДД.ММ.ГГГГ №л/с (т. 1 л.д. 14).

Приказом ОМВД России по <адрес> №л/с от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, старший оперуполномоченный отделения уголовного розыска Отдела, временно отстранен от выполнения служебных обязанностей с ДД.ММ.ГГГГ до отмены избранной меры пресечения (т. 1 л.д. 15-16, т. 3 л.д. 68).

Основанием для издания указанного приказа послужило возбуждение Главным следственным управлением Следственного комитета России по Республике Крым уголовного дела по признакам состава преступления, предусмотренного п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, и избранием судом ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 меры пресечения в виде заключения под стражу до ДД.ММ.ГГГГ.

Приказом ОМВД России по <адрес> №л/с от ДД.ММ.ГГГГ с ФИО2 расторгнут контракт и он уволен со службы в органах внутренних дел по п. 9 ч. 3 ст. 82 (в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел) (т. 1 л.д. 17, т. 2 л.д. 46, 71, т. 3 л.д. 40).

Согласно расчетному листку за апрель 2024 года ФИО2 выплачено денежное довольствие в общей сумме 73 599,54 руб. (т. 1 л.д. 18).

На обращение представителя ФИО2 ОМВД России по <адрес> дан ответ от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому платежным поручением от ДД.ММ.ГГГГ № на имя ФИО2 была выплачена денежная сумма в размере 40 270,66 руб. в качестве возмещения стоимости вещевого имущества. По факту несоответствия относительно того, что в приказе не были прописаны положенные ФИО2: денежная компенсация за неиспользованные отпуска, ежегодные часы переработки, как следует из листа беседы, заявителю разъяснено, что в связи с увольнением из органов внутренних дел ему будет начислена денежная компенсация 12,32 дней за неиспользованный основной отпуск за 2024 год, за неиспользованный дополнительный отпуск за стаж службы в органе внутренних дел за 2024 года в количестве 2,05 дней, за неиспользованный дополнительный отпуск за ненормированный служебный день за 2024 год в количестве 2,87 дня, компенсацию за неиспользованный основной отпуск в количестве 30 дней, дополнительный отпуск за стаж службы в органах внутренних дел за 2022 год в количестве 5 календарных дней, неиспользованный дополнительный отпуск за ненормированный служебный день за 2022 год в количестве 5 календарных дней, согласно предоставленному рапорту. Также указано, что установлен факт имеющейся переплаты на имя ФИО2 денежного довольствия за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 22 079,25 руб., поскольку премия за добросовестное выполнение служебных обязанностей в месяц увольнения не выплачивается, предложено в добровольном порядке произвести возврат излишне выплаченного денежного довольствия в кассу бухгалтерии ОМВД России по <адрес> (т. 2 л.д. 49, т. 3 л.д. 56).

Из ответа ОМВД России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ДД.ММ.ГГГГ на основании справки-расчета от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО2 выплачена денежная компенсация вместо положенных предметов вещевого имущества личного пользования в размере 40 270,66 руб., ДД.ММ.ГГГГ выплачена компенсация за сверхурочную работу в размере 31 159,71 руб. (за март 2024 года), ДД.ММ.ГГГГ выплачена компенсация за сверхурочную работу в размере 203 864,48 руб. (за 2020-2024 гг.). Также сообщается, что за ФИО2 числится задолженность по денежному довольствию в размере 22 079,25 руб. (т. 2 л.д. 17, 51, т. 3 л.д. 48).

Аналогичный по содержанию ответ предоставлен МВД по Республике Крым ДД.ММ.ГГГГ (т. 2 л.д. 211-213, т. 3 л.д. 96-97).

Приказом ОМВД России по <адрес> №л/с от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 решено выплатить денежную компенсацию 12,32 дней за неиспользованный основной отпуск за 2024 год, за неиспользованный дополнительный отпуск за стаж службы в органах внутренних дел за 2024 год в количестве 2,05 дней, за неиспользованный дополнительный отпуск за ненормированный служебный день за 2024 год в количестве 2,87 дня, компенсацию за неиспользованный основной отпуск за 2022 год в количестве 30 дней, дополнительный отпуск за стаж службы в органах внутренних дел за 2022 год в количестве 5 календарных дней, неиспользованный дополнительный отпуск за ненормированный служебный день за 2022 год в количестве 5 календарных дней (т. 2 л.д. 227).

Согласно ответу ОМВД России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 выплачена денежная компенсация 12,32 дней за неиспользованный основной отпуск за 2024 год, за неиспользованный дополнительный отпуск за стаж службы в органах внутренних дел за 2024 год в количестве 2,05 дней, за неиспользованный дополнительный отпуск за ненормированный служебный день за 2024 года в количестве 2,87 дня, компенсация за неиспользованный основной отпуск за 2022 год в количестве 30 дней, дополнительный отпуск за стаж службы в органах внутренних дел за 2022 год в количестве 5 календарных дней, неиспользованный дополнительный отпуск за ненормированный служебный день за 2022 год в количестве 5 календарных дней. Указанные выплаты произведены в полном объеме платежным поручением от ДД.ММ.ГГГГ № в общей сумме 138 581,26 руб. (т. 2 л.д. 53, 127).

По запросу суда первой инстанции ОМВД России по <адрес> предоставлена справка-расчет компенсации отпуска ФИО2, согласно которой сумма компенсации за неиспользованный основной отпуск за 2024 год (12,32 дней) составляет 34 284,27 руб., за неиспользованный дополнительный отпуск за стаж службы в органах внутренних дел за 2024 год (2,05 дней) - 5 704,77 руб., за неиспользованный дополнительный отпуск за ненормированный служебный день за 2024 год (2,87 дней) - 7 986,67 руб., за неиспользованный основной отпуск за 2022 год (30 дней) - 83 484,41 руб., за неиспользованный дополнительный отпуск за стаж службы в органах внутренних дел за 2022 год (5 дней) - 13 914,07 руб., за неиcпользованный дополнительный отпуск за ненормированный служебный день за 2022 год (5 дней) - 13 914,07 руб., а всего 159 288,26 руб. (т. 2 л.д. 126).

Выплаты указанных сумм подтверждаются соответствующими платежными поручениями (т. 2 л.д. 230-233).

Разрешая заявленные сторонами требования, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что материальный ущерб по переплате ответчику денежного довольствия наступил в результате его неправомерных действий, связанных с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, ввиду чего с ФИО2 подлежит взысканию указанная сумма. При этом, установив несвоевременную выплату ФИО2 заработной платы при увольнении, суд пришел к выводу о наличии оснований для взыскания в его пользу компенсации за задержку выплаты и морального вреда.

Судебная коллегия не может в полной мере согласиться с такими выводами суда первой инстанции, исходя из следующего.

Отношения, связанные с поступлением на службу в органы внутренних дел, ее прохождением и прекращением, а также с определением правового положения сотрудника органов внутренних дел, являются предметом регулирования Федерального закона от 30.11.2011 №342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Федеральный закон №342-ФЗ).

В соответствии с пунктами 1 - 6 части 1 статьи 3 Федерального закона №342-ФЗ регулирование правоотношений, связанных со службой в органах внутренних дел, осуществляется в соответствии с Конституцией Российской Федерации, данным федеральным законом, Федеральным законом от 07.02.2011 №3-ФЗ «О полиции», Федеральным законом от 19.07.2011 №247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и другими федеральными законами, регламентирующими правоотношения, связанные со службой в органах внутренних дел, нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации, нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации, нормативными правовыми актами федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел.

В случаях, не урегулированных нормативными правовыми актами Российской Федерации, указанными в части 1 названной выше статьи, к правоотношениям, связанным со службой в органах внутренних дел, применяются нормы трудового законодательства (часть 2 статьи 3 Федерального закона №342-ФЗ).

Отношения по поводу удержаний из денежного довольствия при увольнении сотрудника органов внутренних дел для погашения его задолженности перед федеральным органом исполнительной власти в сфере внутренних дел за неотработанные дни использованного ежегодного оплачиваемого отпуска и за оплаченные авансом неотработанные дни в текущем месяце положениями специального законодательства не урегулированы, ввиду чего к ним применяются нормы трудового законодательства.

В соответствии с абзацем 2 и 5 части 2 статьи 137 Трудового кодекса Российской Федерации удержания из заработной платы работника для погашения его задолженности работодателю могут производиться для возмещения неотработанного аванса, выданного работнику в счет заработной платы, и при увольнении работника до окончания того рабочего года, в счет которого он уже получил ежегодный оплачиваемый отпуск, за неотработанные дни отпуска. Удержания за эти дни не производятся, если работник увольняется по основаниям, предусмотренным пунктом 8 части 1 статьи 77 или пунктами 1, 2 или 4 части 1 статьи 81, пунктами 1, 2, 5, 6 и 7 статьи 83 Трудового кодекса Российской Федерации.

К указанным выше исключениям, когда удержание не производится, относятся случаи увольнения в связи с: ликвидацией организации либо прекращением деятельности работодателем - физическим лицом; сокращением численности или штата работников организации; сменой собственника имущества организации (в отношении руководителя организации, его заместителей и главного бухгалтера); призывом работника на военную службу или направлением его на заменяющую ее альтернативную гражданскую службу; восстановлением на работе работника, ранее выполнявшего эту работу, по решению государственной инспекции труда или суда; признанием работника полностью нетрудоспособным в соответствии с медицинским заключением; смертью работника либо работодателя - физического лица, а также признанием судом работника либо работодателя - физического лица умершим или безвестно отсутствующим; наступлением чрезвычайных обстоятельств, препятствующих продолжению трудовых отношений, если данное обстоятельство признано решением Правительства Российской Федерации или органа государственной власти соответствующего субъекта Российской Федерации, а также в связи с отказом работника от перевода на другую работу, необходимого ему в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, либо отсутствие у работодателя соответствующей работы.

В силу части 3 статьи 137 Трудового кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных абзацами 2, 3 и 4 части 2 данной статьи, работодатель вправе принять решение об удержании из заработной платы работника не позднее одного месяца со дня окончания срока, установленного для возвращения аванса, погашения задолженности или неправильно исчисленных выплат, и при условии, если работник не оспаривает оснований и размеров удержания.

Согласно части 4 статьи 137 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата, излишне выплаченная работнику (в том числе при неправильном применении норм трудового законодательства или иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права), не может быть с него взыскана, за исключением следующих случаев: при счетной ошибке; если органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров признана вина работника в невыполнении норм труда (часть 3 статьи 155 Трудового кодекса Российской Федерации) или простое (часть 3 статьи 157 Трудового кодекса Российской Федерации); если заработная плата была излишне выплачена работнику в связи с его неправомерными действиями, установленными судом.

Из приведенных положений статьи 137 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что работодатель вправе производить удержания из заработной платы работника для погашения задолженности работника перед работодателем в случаях, перечисленных в части 2 этой статьи. К таким случаям, в том числе, относятся удержания из заработной платы работника для возмещения неотработанного аванса, выданного работнику в счет заработной платы (абзац 2 части 2 статьи 137 Трудового кодекса Российской Федерации), и удержания из заработной платы работника для погашения его задолженности работодателю при его увольнении до окончания того рабочего года, в счет которого он уже получил ежегодный оплачиваемый отпуск, за неотработанные дни отпуска (абзац 5 части 2 статьи 137 Трудового кодекса Российской Федерации).

При этом в абзаце 2 части 2 статьи 137 Трудового кодекса Российской Федерации указано удержание из заработной платы работника, которое работодатель в силу части 3 статьи 137 Трудового кодекса Российской Федерации вправе произвести, если работник не оспаривает его основание и размер и если не истек месячный срок, установленный для добровольного возвращения сумм. В ситуации, когда хотя бы одно из этих условий не соблюдено, то есть работник оспаривает удержание или месячный срок истек, работодатель теряет право на бесспорное взыскание задолженности и оно может быть осуществлено только в судебном порядке.

К случаю удержания из заработной платы неотработанного аванса, выданного работнику в счет заработной платы, не применяется правило, установленное частью 3 статьи 137 Трудового кодекса Российской Федерации, то есть в этом случае не учитывается мнение работника и не установлен срок для удержания.

Не может быть осуществлено удержание задолженности за неотработанный аванс, в случае отсутствия у работника при увольнении причитающихся к выплате сумм или их недостаточности. Оснований для дальнейшего взыскания суммы такой задолженности нормами права, регулирующими данные отношения, не предусмотрено.

Таким образом, работодатель вправе производить удержания из заработной платы работника для погашения задолженности работника перед работодателем в случаях, перечисленных в части 2 вышеуказанной нормы закона. При этом, такие удержания из заработной платы работника работодатель вправе произвести, если работник не оспаривает его основание и размер, и если не истек месячный срок, установленный для добровольного возвращения сумм. В ситуации, когда хотя бы одно из этих условий не соблюдено, то есть работник оспаривает удержание, или месячный срок истек, работодатель теряет право на бесспорное взыскание задолженности, и оно может быть осуществлено только в судебном порядке.

Вместе с тем, истцом в материалы не представлено документов, свидетельствующих о том, что при начислении ответчику денежного довольствия за апрель 2024 года были допущены счетные или арифметические ошибки, приказ об удержании указанных сумм при увольнении ответчика также не издавался, в связи с чем вина ответчика в начислении ему спорной суммы денежного довольствия отсутствует, а с учетом того, что при окончательном расчете данная сумма не была удержана, оснований для ее взыскания в судебном порядке не имеется, ввиду чего решение суда в части удовлетворения требований ОМВД России по <адрес> подлежит отмене, с принятием нового решения об отказе в удовлетворении требований.

Также судебная коллегия не может согласиться с выводами суда относительно взыскания с ответчика суммы государственной пошлины.

Так, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела (часть 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

При этом, согласно статье 393 Трудового кодекса Российской Федерации при обращении в суд с иском по требованиям, вытекающим из трудовых отношений, в том числе по поводу невыполнения либо ненадлежащего выполнения условий трудового договора, носящих гражданско-правовой характер, работники освобождаются от оплаты пошлин и судебных расходов.

В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по смыслу подпункта 1 пункта 1 статьи 333.36 части второй Налогового кодекса Российской Федерации и статьи 393 Трудового кодекса Российской Федерации работники при обращении в суд с исками о восстановлении на работе, взыскании заработной платы (денежного содержания) и иными требованиями, вытекающими из трудовых отношений, в том числе по поводу невыполнения либо ненадлежащего выполнения условий трудового договора, носящих гражданско-правовой характер, освобождаются от уплаты судебных расходов.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении N 1320-О-О от 13 октября 2009 года, правило об освобождении работника от судебных расходов при рассмотрении трудового спора направлено на обеспечение его права на судебную защиту с целью предоставления ему равного с работодателем доступа к правосудию и не противоречит принципу равенства, закрепленному в статье 19 (часть 1) Конституции Российской Федерации.

Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению, законодатель, предопределяя обязанность государства обеспечивать надлежащую защиту прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, учитывая не только экономическую (материальную), но и организационную зависимость работника от работодателя, в распоряжении которого находится основной массив доказательств по делу, предоставил дополнительную гарантию гражданам при обращении их в суд с иском о защите нарушенных или оспариваемых трудовых прав, освободив их от уплаты судебных расходов.

Таким образом, на работника, который является ответчиком по делам, вытекающим из трудовых отношений, не может быть возложена обязанность по оплате судебных расходов другой стороны (истца), в пользу которой состоялось решение суда, включая расходы на оплату государственной пошлины.

Однако суд первой инстанции при рассмотрении требований истца не принял во внимание вышеизложенное и не применил положения статьи 393 Трудового кодекса Российской Федерации.

Судом первой инстанции не было учтено, что требования истца связаны именно с существовавшими между сторонами трудовыми правоотношениями, в рассматриваемом случае истец и ответчик в силу закона освобождены от несения судебных расходов, ввиду чего применению подлежали положения части 4 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой в случае, если обе стороны освобождены от уплаты судебных расходов, издержки, понесенные судом, а также мировым судьей в связи с рассмотрением дела, возмещаются за счет средств соответствующего бюджета.

С учетом изложенного, решение суда в части взыскания с ФИО2 суммы государственной пошлины нельзя признать законным и в указанной части оно подлежит отмене.

Что касается выплаты ответчику компенсации за несвоевременно произведенный расчет при увольнении, коллегия судей полагает необходимым отметить, что согласно ч. 8 ст. 89 Федерального закона №342-ФЗ в последний день службы сотрудника органов внутренних дел уполномоченный руководитель или по его поручению иное должностное лицо обязаны выдать этому сотруднику трудовую книжку (при наличии) или предоставить сведения о трудовой деятельности за период прохождения службы в органах внутренних дел и осуществить с ним окончательный расчет.

В силу ч. 1 ст. 236 Трудового кодекса РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно.

При этом положения Федерального закона №342-ФЗ, возлагающие на представителя нанимателя обязанность по осуществлению окончательного расчета с увольняемым сотрудником органов внутренних дел в последний день его службы, не содержат указания на то, что при расчете в день увольнения подлежит выплате только денежное довольствие, тогда как из содержания Федерального закона от 19.07.2011 №247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» усматривается, что в состав денежного содержания входят доплаты и надбавки, предусмотренные не только данным законом, но и иными федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Поскольку компенсации за неиспользованные дни основного отпуска, отпуска за сверхурочную работу и дополнительных отпусков за стаж службы в органах внутренних дел, ненормированный служебный день подлежат выплате именно в связи с прекращением службы в органах внутренних дел, данные выплаты относятся к выплатам, причитающимся работнику при увольнении, в случае несвоевременной выплаты которых производится начисление процентов в соответствии со ст. 236 Трудового кодекса РФ.

Часть 1 статьи 140 Трудового кодекса РФ аналогична по своему содержанию части 8 статьи 89 Федерального закона №342-ФЗ и определяет, что при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника.

Таким образом, в последний день службы увольняемому сотруднику органов внутренних дел должны быть выплачены все причитающиеся ему суммы.

Поскольку ответственность органа внутренних дел за неосуществление с сотрудником окончательного расчета в день его увольнения специальными нормативными правовыми актами, регулирующими прохождение службы в органах внутренних дел, не предусмотрена, то наниматель, допустивший задержку выплат при увольнении сотрудника, должен нести ответственность в соответствии со ст. 236 Трудового кодекса.

Кроме того, при принятии решения судом первой инстанции не была принята во внимание позиция Конституционного Суда РФ, изложенная в Постановлении от 11.04.2023 №16-П «По делу о проверке конституционности статьи 236 Трудового кодекса РФ и абзаца второго части первой статьи 327.1 ГПК РФ в связи с жалобой гражданина ФИО6», согласно которой, одним из видов ответственности является материальная ответственность работодателя, предусмотренная Трудовым кодексом РФ. В свете конституционных предписаний об обязанности государства признавать, соблюдать и защищать права и свободы человека и гражданина, гарантировать защиту достоинства граждан и уважение человека труда (статьи 2 и 75.1 Конституции РФ) правовые нормы, устанавливающие условия и порядок применения материальной ответственности работодателя за задержку выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, а равно их истолкование в правоприменительной (в том числе судебной) практике, должны учитывать предназначение данного вида ответственности как элемента механизма защиты права работника на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы, беспрепятственная реализация которого является необходимым условием достойного человека существования для самого работника и его семьи. Это, в свою очередь, обязывает суд, рассматривающий спор о защите указанного права, следовать такому варианту истолкования соответствующих законоположений, при котором его решением обеспечивается соблюдение конституционных принципов справедливости и равенства (преамбула; ст. 19, части 1 и 2, Конституции РФ), а нарушенное право работника восстанавливается в полном объеме.

То есть защита нарушенного права работника на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы не должна исключать применение к работодателю, допустившему нарушение сроков выплаты заработной платы, предусмотренной законом материальной ответственности, имеющей целью компенсацию негативных последствий такого нарушения в виде лишения работника и членов его семьи необходимых денежных средств (возможности своевременно воспользоваться этими денежными средствами). Иначе судебная защита не может считаться эффективной, поскольку не приводит к восстановлению в полном объеме нарушенного права работника.

Из положений части 1 статьи 236 Трудового кодекса РФ следует, что обязанность работодателя уплатить предусмотренные данным законоположением проценты (денежную компенсацию) возникает в силу нарушения им установленного срока выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, либо выплаты их в установленный срок не в полном размере. Возложение на работодателя данной обязанности – при том, что для уплаты процентов (денежной компенсации) не требуется обращение работника к работодателю - дает основания предполагать, что работодатель должен быть осведомлен о наличии у него задолженности перед работником (т.е. задолженность не является спорной) и что, погашая ее, он должен одновременно уплатить и соответствующие проценты (денежную компенсацию). Если же работодатель, выплатив работнику все причитающиеся ему выплаты в полном объеме, но с нарушением установленного срока либо в установленный срок, но не в полном размере, отказывается уплатить проценты (денежную компенсацию), то работник не лишен возможности воспользоваться правом на судебную защиту (ст. 46, ч. 1, Конституции РФ), поскольку факт нарушения его права на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы, а значит, и основание для привлечения работодателя к материальной ответственности имеют место.

В то же время право работника на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы может быть нарушено не только вследствие просрочки выплаты работодателем причитающихся работнику сумм заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат и (или) выплаты их не в полном размере, но и посредством того, что работодатель - в нарушение трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, коллективного договора, соглашений, локальных нормативных актов и трудового договора - вовсе не начисляет и, соответственно, не выплачивает те или иные полагающиеся работнику выплаты.

Таким образом, в случае нарушения работодателем срока выплаты не только заработной платы, но и оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, либо выплаты их в установленный срок не в полном размере, работодатель должен нести ответственность, предусмотренную ст. 236 Трудового кодекса.

Таким образом, выводы суда о том, что суммы компенсаций за неиспользованные дни основного и дополнительных отпусков входят в состав денежных сумм, выплачиваемых увольняемому сотруднику в последний день службы, ввиду чего за несвоевременную их выплату подлежат начислению проценты по ст. 236 Трудового кодекса РФ, основан на правильном толковании норм материального права.

В свою очередь, доводы апелляционной жалобы представителя истца о том, что ФИО2 ранее не изъявил желание компенсировать время выполнения служебных обязанностей сверх установленной нормальной продолжительности служебного времени в 2020-2024 годах дополнительными днями отдыха, а также рапорт в установленном порядке на денежную компенсацию не поступал, отклоняется судебной коллегией как не имеющий правового значения для разрешения спора по данному делу, поскольку право на получение ответчиком соответствующих компенсаций истцом признано и они выплачены, тогда как предметом спора по данному делу является взыскание компенсации за нарушение сроков их выплаты.

Поскольку установлен факт нарушения ОМВД России по <адрес> срока выплаты истцу компенсаций за неиспользованные дни основного и дополнительных отпусков при увольнении из органов внутренних дел и компенсации предметов вещевого довольствия, он имеет право требовать компенсацию за нарушение срока данной выплаты применительно к ст. 236 Трудового кодекса.

Ответчиком произведен расчет компенсации за несвоевременную выплату компенсации за сверхурочную работу за март 2024 года, компенсации за сверхурочную работу за 2020-2024 гг., компенсации за неиспользованные дни отпуска за 2024 год, дополнительного отпуска за 2024 год, неиспользованного дополнительного отпуска за стаж службы в органах внутренних дел за 2024 год, дополнительного отпуска за ненормированный служебный день за 2024 год, основного отпуска за 2022 год, дополнительного отпуска за стаж службы органах внутренних дел за 2022 год, дополнительного отпуска за ненормированный служебный день за 2022 год, который судебной коллегией проверен и признан арифметически правильным, ввиду чего не имеется оснований для отмены или изменения решения в указанной части.

Дополнительно коллегия судей отмечает, что причины нарушения ответчиком срока выплаты истцу сумм, полагающихся к выплате при увольнении, и источник финансирования ответчика правового значения по делу не имеют и не освобождают его от обязанности выплаты сумм с уплатой процентов (денежной компенсации), поскольку в силу ст. 236 Трудового кодекса обязанность по выплате денежной компенсации за задержку выплат, причитающихся работникам, возникает независимо от наличия вины работодателя.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (ч. 1 ст. 237 Трудового кодекса).

Определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (часть 2 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Как указано в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага (пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Как указано в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, в силу пункта 2 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. В указанных случаях компенсация морального вреда присуждается истцу при установлении судом самого факта нарушения его имущественных прав.

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающим на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 37 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц, нарушающих имущественные права гражданина, исходя из норм статьи 1069 и пункта 2 статьи 1099 ГК РФ, рассматриваемых во взаимосвязи, компенсации не подлежит. Вместе с тем моральный вред подлежит компенсации, если оспоренные действия (бездействие) повлекли последствия в виде нарушения личных неимущественных прав граждан. Например, несоблюдение государственными органами нормативных предписаний при реализации гражданами права на получение мер социальной защиты (поддержки), социальных услуг, предоставляемых в рамках социального обслуживания и государственной социальной помощи, иных социальных гарантий, осуществляемое, в том числе, в виде денежных выплат (пособий, субсидий, компенсаций и т.д.), может порождать право таких граждан на компенсацию морального вреда, если указанные нарушения лишают гражданина возможности сохранять жизненный уровень, необходимый для поддержания его жизнедеятельности и здоровья, обеспечения достоинства личности.

При разрешении спора судом первой инстанции установлено нарушение прав ФИО2 на современное получение компенсационных выплат при увольнении, и с учетом конкретных обстоятельств дела, степени нравственных страданий ответчика, длительности нарушения его прав, требований разумности и справедливости, определен размер компенсации морального вреда в сумме 5 000 руб., с которым судебная коллегия не находит оснований не согласиться.

Доводы представителя ответчика относительно роста уровня инфляции судебной коллегией отклоняются как основанные на неправильном толковании норм закона, регулирующих спорные правоотношения, с учетом того, что выплата денежной компенсации за задержку причитающихся работнику выплат по своей правовой природе является компенсацией, призванной покрыть потери работника, в том числе связанные с инфляционными процессами, ввиду чего данный факт не может влиять на размер компенсации морального вреда, поскольку компенсируются выплатами, предусмотренными ст. 236 ТК РФ. Кроме того, на момент обращения с иском в суд все выплаты, связанные с увольнением, были получены ответчиком, и предметом спора является только взыскание компенсации за их несвоевременною выплату, от которой работодатель уклонился, неправильно трактуя закон и спорные правоотношения.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены решения суда первой инстанции, судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Апелляционную жалобу представителя ФИО2 – ФИО1 удовлетворить частично.

Решение Советского районного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ отменить в части взыскания с ФИО2 в пользу Отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации по <адрес> переплаты денежного довольствия за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 22 079,25 руб., принять в данной части новое решение об отказе в удовлетворении требований Отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации по <адрес> к ФИО2.

Это же решение суда отменить в части взыскания с ФИО2 в пользу местного бюджета государственной пошлины в размере 4 000 руб.

В остальной части решение Советского районного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя Отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации по <адрес> без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Мотивированное апелляционное определение составлено ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий

О.Р. Морозко

Судьи

В.Я. З.И. Подлесная