Решение № 2-175/2019 от 5 ноября 2019 г. по делу № 2-175/2019

.....

Дело №2-175/2019


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Галич «05» ноября 2019 года

Галичский районный суд Костромской области в составе:

председательствующего федерального судьи Воронцовой Е.В.

с участием прокурора Александровой О.А.

при секретаре Савельевой О.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ОАО «РЖД» о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного производственной травмой,

у с т а н о в и л :

ФИО3 обратился в суд с заявлением к ОАО «РЖД» о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного производственной травмой, мотивируя свои исковые требования тем, что <дата> года он, работая машинистом Галичской дистанции пути Вологодского отделения Северной железной дороги-филиала ОАО «РЖД», при выполнении ремонтных работ снегоуборочной машины СМ-2Б ..... получил травму левой кисти. В результате чего утратил профессиональную трудоспособность на <данные изъяты> процентов и в установленном порядке был признан <данные изъяты> бессрочно. Травмирующим фактором является вращающийся ускоритель-метатель выбросного транспортера концевого вагона снегоуборочной машины СМ-2Б ....., который является источником повышенной опасности, владельцем которого является ответчик. Работодатель - филиал ОАО «РЖД» в соответствии с нормами ст. 48,49,55 ГК РФ не является юридическим лицом и осуществляет деятельность от имени ОАО «РЖД», в связи с чем, ответственность по обязательствам несет ОАО «РЖД». Согласно Постановлению Пленума Верховного суда РФ от 26.01.2010 года № 1 под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях. Поскольку источник повышенной опасности принадлежит ответчику, ответственность за причинение вреда возлагается на ОАО «РЖД

Кроме того, что ответчик является владельцем источника повышенной опасности, имеет место нарушения норм трудового законодательства в виде не обеспечения работодателем безопасных условий труда, к которым относится нарушение требования правил по охране труда со стороны представителя работодателя (п.10 Акта Н-1).

Учитывая то, что факт потери здоровья человека не может не причинить нравственные страдания, следовательно, ответчик обязан возместить компенсацию за нравственные страдания, как владелец источника повышенной опасности независимо от вины, так и виновное лицо, не обеспечившее безопасных условий труда своему работнику.

На основании изложенного ФИО3 просит суд взыскать с ОАО «РЖД» компенсацию причиненного морального вреда в сумме 1 500 000 рублей.

В процессе рассмотрения данного дела, сумма компенсации морального вреда стороной истца была увеличена до 1 650 000 руб.

Истец ФИО3 в судебном заседании поддержал заявленные требования, пояснил суду о том, что после получения травмы у него пропали все жизненные планы, он потерял работу и перспективы устроиться на нормальную работу. Он - железнодорожник, работал слесарем подвижного состава, учился по направлению от РЖД в <данные изъяты>. После травмы он не имел возможности продолжить учебу из-за финансов, так как направление на учебу было от РЖД, а его на работе сократили. По состоянию здоровья <данные изъяты> его не берут на работу, сейчас он работает вахтовым методом сторожем. Из-за полученной травмы он не может в полной мере заниматься домашними делами: не может вскопать огород, сделать ремонт, приходится нанимать людей.

На учебу он был направлен в <дата> году по направлению работодателя, обучался по специальности железнодорожно-строительная техника и дорожно-строительные машины, там мог быть карьерный рост. После травмы его перевели машинистом компрессорной установки, потом эту должность сократили. Уровень его дохода стал меньше До 2018 года не обращался в суд с иском, так как был зависим от работодателя, работал в РЖД. На работе проходила ежегодная медицинская комиссия, где ему сказали, что у него нет никаких перспектив, даже в путейцы не взяли. Он хотел остаться работать в РЖД, но для него подобрать ничего не смогли. До травмы он увлекался авто-, мототехникой, ремонтировал, сейчас этого делать не может.

Пишет он правой рукой, она у него силовая. Доказательств того, что его не брали на работу из-за травмы, у него нет. За работой обращался в РЖД только в <адрес>. Учиться он поступил до получения травмы, а бросил обучение после сокращения, это было его желание, так как финансов для того, чтобы продолжить учебу, не было. Закончил <данные изъяты> полных курса. Когда работал машинистом компрессорной установки, нажимал только кнопки. За время работы он к работодателю за компенсацией морального вреда не обращался, так как планировал продолжать работу. 14 лет не обращался за компенсацией морального вреда, так как у него это даже в голове не укладывалась, потом ему посоветовали обратиться в суд. Нарушение РЖД его прав видит в том, что его сократили и не дали возможности работать дальше, но своё сокращение он не обжаловал, сократили весь компрессорный цех, где он работал.

Травму он получил по вине работодателя, не были обеспечены надлежащие условия труда, машина была отремонтирована неправильно, произошло её самовольное включение. Расследование проводилось, его, Ништы, вины не обнаружено. Он находился там, где сказал руководитель. По уголовному делу он был признан потерпевшим. Даже если бы он и продолжил учебу в высшем учебном заведении, то возможности работать в РЖД у него не было бы, так как не пропустила бы медицинская комиссия. За компьютером он работать может, ограничений нет.

Представитель истца ФИО4, действующая на основании доверенности, поддержала позицию ФИО3, дополнительно обосновала исковые требования следующим. По последствиям травмы истец утратил профессиональную трудоспособность на <данные изъяты> и в установленном порядке был признан инвалидом <данные изъяты> бессрочно. Согласно заключения эксперта у ФИО3 установлена средняя степень тяжести вреда здоровью. Основанием взыскания компенсации морального вреда является следующее: ответчик – владелец источника повышенной опасности не обеспечил безопасные условия труда; последствия травмы лишили возможности продолжить учебу в вузе, поскольку профессия, на которую учился истец, предполагает использование обеих рук без нарушения функций; истец лишен возможности самостоятельно осуществлять ремонт своего дома, обрабатывать земельный участок, оказывать помощь семье путем своего физического участия в обычной жизнедеятельности; лишен возможности заниматься спортом, управлять транспортными средствами; по состоянию здоровья был переведён на другую нижеоплачиваемую должность, которая была сокращена; отсутствие возможности нормальной работы из-за травмы способствовало финансовым затруднениям и вынужденности привлечения заёмных средств на бытовые нужды, включая ремонт, привлечение наёмных работников.

Представитель ответчика ФИО5, действующая на основании доверенности, с исковыми требованиями ФИО3 не согласилась, указывая на то, что ФИО3 после получения травмы остался работать в ОАО «РЖД» и работал там до <дата>. Получение им травмы не повлекло потери прежней работы, все больничные ему оплачены. Ништа продолжал работать в ОАО «РЖД», из высшего учебного заведения он был отчислен за неуспеваемость в <данные изъяты>, в этом же году с ним расторгли и трудовой договор. Доказательств того, что истец учился по целевому направлению, им не представлены. Истец скрыл тот факт, что был оформлен ИП, автодиагностика – это работа с транспортными средствами, он два года этим занимался. Согласно карточке первичной регистрации гражданина Центра занятости от <дата> ФИО3 2 года работал начальником производства в <данные изъяты><дата> получил свидетельство ГОУСПО «Галичский индустриальный колледж» о присвоении квалификации «электросварщик ручной сварки 3 разряда; сварщик для работы на полуавтоматических машинах 3 разряда». С истцом были проведены все инструктажи по технике безопасности, он был допущен к работе.

Позицию ФИО5 в суде поддержала ФИО6 – представитель ОАО «РЖД» по доверенности.

Представитель третьего лица - Галичской дистанции пути Вологодского отделения северной железной дороги Филиала ОАО «Российские железные дороги», действующий на основании доверенности ФИО7 ходатайствовал о проведении судебного разбирательства без их участия.

Выслушав истца ФИО3, представителя истца ФИО4, представителей ответчика ФИО5 и ФИО6, прокурора Александрову О.А., считавшую, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу статей 20, 41 Конституции Российской Федерации, статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения.

Статьей 17 Конституции Российской Федерации определено, что в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией

В силу статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты; информирование работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о риске повреждения здоровья, предоставляемых им гарантиях, полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты; обязательное социальное страхование работников от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

В соответствии со ст. 2 ТК РФ, исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией РФ основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются обязательность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей.

Данный принцип конкретизируется в правах и обязанностях работника и работодателя (сторон трудовых отношений).

Так согласно ст. 22 ТК РФ к обязанностям работодателя относится, в том числе, возмещение вреда, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В свою очередь работник имеет право, в том числе, на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами (ст. 21 ТК РФ).

Абзацем 8 статьи 220 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», в соответствии с абзацем 2 пункта 3 статьи 8 которого возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется по правилам, установленным статьями 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации. При определении размера компенсации морального вреда судом учитываются степень вины нарушителя, характер причиненных лицу физических и нравственных страданий, требования разумности и справедливости.

В пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Компенсация морального вреда по своей природе является не только способом защиты гражданских прав, но и мерой ответственности, для применения этого правового института необходимо наличие общих условий деликтной ответственности.

Условием применения деликтной ответственности является факт причинения вреда. В данном случае речь идет о моральном вреде, который выражается в физических или нравственных страданиях потерпевшего.

В пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» указано, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Указанные страдания при определении размера компенсации морального вреда должны оцениваться судом с учетом: фактических обстоятельств дела, при которых был причинен моральный вред; индивидуальных особенностей потерпевшего (например, пол, возраст, состояние физического и психического здоровья, уровень интеллекта, чувствительность к боли и т.д.).

Наличие данного условия должен доказать потерпевший (истец).

Второе условие – причинно-следственная связь между поведением причинителя вреда и физическими или нравственными страданиями потерпевшего. Бремя доказывания данного условия также лежит на потерпевшем.

Третьим условием является противоправность поведения причинителя вреда. И только при доказанном факте причинения морального вреда действиями причинителя, противоправность его поведения презюмируется. Во избежание деликтной ответственности ему необходимо доказать правомерность своего поведения.

Так, согласно п.1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Из содержания приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

В силу ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Судом установлено, что <дата> в 09 час.30 мин. ФИО3, работая машинистом Галичской дистанции пути Вологодского отделения Северной железной дороги – филиала ОАО «РЖД», во время исполнения служебных обязанностей по выполнению работ по ремонту и техническому обслуживанию снегоуборочной машины СМ-2Б ..... получил производственную травму <данные изъяты> Как следует из акта ..... от <дата> о несчастном случае на производстве (л.д. 9-14).

Травмирующим фактором являлся вращающийся ускоритель-метатель выбросного транспортера концевого вагона снегоуборочной машины СМ-2Б ....., который является источником повышенной опасности, владельцем снегоуборочной машины является ОАО «РЖД».

Судом установлено, что работодатель ФИО3 – Галичская дистанция пути Вологодского отделения Северной железной дороги являлась филиалом ОАО «РЖД» и осуществляла деятельность от имени ОАО «РЖД», поэтому ответственность по обязательствам несёт ОАО «РЖД».

Предметом обозрения в судебном заседании явилась медицинская карта ФИО3, из которой следует, что ФИО3 находился на стационарном лечении с даты поступления <дата> по дату выбытия <дата> с диагнозом: <данные изъяты>

Судом обозревались дело освидетельствования МСЭ ФИО3 содержащее сведения о прохождении медико-социальных экспертиз с целью установления степени утраты профессиональной трудоспособности в период с <дата> а также данные о том, что ФИО3 является <данные изъяты> с причиной <данные изъяты> – трудовое увечье.

Из дела ..... отдела охраны труда Буйского отделения северной железной дороги, которое также было предметом обозрения в ходе судебного заседания, следует, что по факту несчастного случая, произошедшего <дата>. с помощником машиниста снегоуборочной машины СП «Галичская дистанция пути» ФИО3, Вологодским отделением Северной железной дороги – филиала ОАО «РЖД» было проведено расследование, по результатам которого составлены акты о расследовании тяжелого несчастного случая.

Причинами, вызвавшими несчастный случай признаны: выполнение работ по ремонту и ТО снегоуборочной машины СМ-2Б ..... при работающем двигателе и наличии напряжения в электрической цепи машины, чем нарушены требования п.3.46 ТОИ Р-32 ЦП 2001 «Типовой инструкции по охране труда для работников по обслуживанию путевых машин на железных дорогах Российской Федерации; неудовлетворительная организация ремонтных работ и ТО снегоуборочной машины СМ-2Б ....., выразившаяся в неудовлетворительном проведении целевого инструктажа по охране труда перед началом работы, чем нарушены требования п.2.1.1 ПОТ РО-32-ЦП-652-99 «Правил по охране труда при содержании и ремонте железнодорожного пути и сооружений»; ремонтные работы выполнялись в отсутствие руководителя работ, чем нарушены требования п.2.4.1 ПОТ РО-32-ЦП-652-99 «Правил по охране труда при содержании и ремонте железнодорожного пути и сооружений»; несогласованные действия членов ремонтных бригад, выразившиеся в выводе на рабочий режим генератора снегоуборочной машины СМ-2Б ..... и подаче напряжения на пульт концевого вагона без уведомления о том других членов бригад, работающих на ремонте концевого вагона, чем нарушены требования п.3.2.3 «Инструкции по эксплуатации снегоуборочной машины СМ-2Б».

Судом установлено, что на основании актов расследования комиссии, степень вины ФИО3 не установлена. Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, признаны: ФИО1 – исполняющий обязанности главного механика и ФИО2 машинист железнодорожных строительных машин Галичской дистанции пути. Работодателем лиц допустивших нарушение является СП «Галичская дистанция пути» Вологодского отделения Северной железной дороги – филиала ОАО «Российские железные дороги».

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о наличии вины работодателя в нарушений требований охраны труда, повлекших производственную травму.

Судом из ФКУ «ГБ МСЭ по Костромской области» были запрошены медико-экспертные документы ФИО3, в том числе заключение эксперта, согласно которому у ФИО3 согласно представленным документах <данные изъяты> (л.д.96-97)

По ходатайству представителя истца ФИО4 для определения степени тяжести телесных повреждений у ФИО3 судом была назначена судебно-медицинская экспертиза.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы ОГБУЗ «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» ..... от <дата> у гр.ФИО3 в результате несчастного случая на производстве <дата> имелась <данные изъяты> и по данным критериям причинила средней тяжести вред здоровью, основание: приказ Минздравсоцразвития России от 24.04.08 г. №194н, вступивший в силу 16.09.08 года «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», приложения к приказу «Медицинские критерии определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (п.п.7;7.1;7.2), приложение к медицинским критериям определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденным приказом Министерства здравоохранения социального развития Российской Федерации от 24.04.08 г. № 194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» таблица процентов стойкой утраты общей трудоспособности в результате различных травм, отравлений и других последствий воздействий внешних причин (п.103(в))-30 процентов)); а также на основании приказа №1208 от 11 декабря 1978 г. «О введении в практику общесоюзных «Правил судебно-медицинского определения степени тяжести телесных повреждений», действовавших до 16.09.08 г., п.15, 16, 17 (критерии менее тяжкого телесного повреждения) и действовавшей до 16.09.08 г. таблица процентов утраты трудоспособности в результате различных травм (п.90 (в) и п.93 в. 25 процентов (л.д.180-188).

Принимая во внимание степень утраты трудоспособности, а также руководствуясь ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» суд учитывает безусловное наличие у истца ФИО3 физических и нравственных страданий, вызванных полученной производственной травмой, что является основанием для взыскания компенсации морального вреда в пользу истца.

При решении вопроса о размере компенсации морального вреда, суд учитывает следующее: в результате производственной травмы ФИО3 причинен средней тяжести вред здоровью, ему была установлена <данные изъяты>.

Суд учитывает длительность периода времени, прошедшего с момента получения ФИО3 травмы до его обращения в суд, а также то обстоятельство, что после получения травмы ФИО3 продолжил работать в ОАО «РЖД» и работал там до <дата> года (момента сокращения).

Суд принимает во внимание и то, что целевого направления от ОАО «РЖД» для обучения в <данные изъяты> у ФИО3 не было, из университета он был отчислен в <дата> за академическую неуспеваемость (л.д.239); с <дата> по <дата> был зарегистрирован в качестве ИП (л.д.217-221); ксерокопии кредитных договоров, судебных приказов и решений не подтверждают тот факт, что кредиты ФИО3 брал в связи с тяжёлым материальным положением, связанным с получением трудового увечья, которые использовались для оплаты труда наемных работников; экзаменационная карточка водителя, представленная в суд представителем истца, лишь подтверждает тот факт, что ФИО3 прошёл обучение по программе водителей автотранспортных средств категории «С»; при постановке ФИО3 на учёт в Центре занятости населения по Галичскому району <дата> было установлено, что до постановки на учёт 2 года он работал начальником производства <данные изъяты>. Доводы представителя истца ФИО4, приведенные ею в ходе судебного разбирательства по вышеуказанным обстоятельствам, суд отвергает, так как они противоречат собранным доказательствам и материалам дела.

Учитывая данные обстоятельства, а также требования разумности и справедливости суд приходит к выводу о взыскании с ОАО «РЖД» в пользу ФИО3 компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей.

Представитель ответчика ФИО5 ходатайствовала перед судом о распределении судебных расходов между сторонами пропорционально удовлетворенным исковым требованиям.

Доводам представителя ответчика в этой части судом даётся следующая юридическая оценка.

В силу ч.1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся суммы, подлежащие выплате экспертам.

Определением от <дата> по ходатайству представителя истца ФИО4 судом назначалась судебно-медицинская экспертиза, расходы по оплате экспертизы были возложены на ФИО3

<дата> в суд вместе с заключением судебно-медицинской экспертизы поступило заявление и.о. начальника ОГБУЗ «КОБСМЭ» ФИО8 о взыскании судебных расходов по проведению судебно-медицинской экспертизы, из которого следует, что стоимость судебно-медицинской экспертизы 1 категории сложности составляет 9899 руб., оплата за экспертизу не поступала.

Представитель истца ФИО4 при рассмотрении дела в суде подтвердила тот факт, что экспертиза до настоящего времени ФИО3 не оплачена и просила суд всю сумму взыскать с ответчика.

В ч.1 ст. 98 ГПК РФ указано, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Вместе с тем, из п.21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» следует, что положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

Ходатайство представителя ответчика ФИО5 в этой части не основано на законе и удовлетворению не подлежит.

Судом установлено, что оплата за судебно-медицинскую экспертизу до настоящего времени не произведена, следовательно, 9 899 руб. должны быть взысканы с ответчика, как и сумма госпошлины в 300 руб.

На основании ст.ст. 17, 21, 41 Конституции Российской Федерации, ст.ст. 2,22,212, 220 ТК РФ, ст.ст. 150, 151, 1064, 1101, 1079 ГК РФ, п.32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", п.1 и 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», руководствуясь ст.ст. 12, 88, 94, 98, п.21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», ст.ст.197, 198 ГПК РФ суд,

р е ш и л :

Взыскать с Открытого акционерного общества «Российские железные дороги» (юр.адрес: 107174, <...>) в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда, причиненного производственной травмой, в размере 100 000 (Сто тысяч) рублей 00 копеек.

Взыскать с Открытого акционерного общества «Российские железные дороги» (юр.адрес: 107174, <...>) в пользу Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» (156961 <...>, ОКПО 01928922, ОГРН <***>, ИНН/КПП 4401016975/440101001) за производство судебно-медицинской экспертизы 9 899 (Девять тысяч восемьсот девяносто девять) рублей.

Взыскать с Открытого акционерного общества «Российские железные дороги» (юр.адрес: 107174, <...>) в доход бюджета городского округа – город Галич Костромской области госпошлину в сумме 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Костромской областной суд через Галичский районный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Федеральный судья Е.В.Воронцова

Решение в окончательной форме принято «08» ноября 2019 года

Федеральный судья Е.В.Воронцова