Апелляционное определение № 33АП-402/2026 от 1 февраля 2026 г.

28RS0004-01-2025-000357-06

Дело № 33АП-402/2026 Судья первой инстанции

Докладчик Грибова Н.А. Майданкина Т.Н.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

02 февраля 2026 года г. Благовещенск

Судебная коллегия по гражданским делам Амурского областного суда в составе:

председательствующего судьи Щеголевой М.Э.,

судей коллегии Грибовой Н.А., Пасюк И.М.,

при секретаре Моисеенко Е.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело

по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки,

по встречному иску ФИО3 к ФИО1 о признании добросовестным приобретателем,

по апелляционной жалобе представителя ответчика ФИО3 ФИО4 на решение Благовещенского городского суда Амурской области от 24 июля 2025 года.

Заслушав доклад судьи Грибовой Н.А., выслушав пояснения ответчика ФИО5, ее представителя ФИО4, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась в суд с настоящим иском, указав, что после расторжения брака и при разделе совместно нажитого имущества с ФИО2 истцу стало известно о продаже последним 18 сентября 2024 года автомобиля «Nissan X-TRAIL», 2013 года выпуска, гос.регистрационный номер <номер>, приобретенного супругами в период брака, ФИО3, с которой ответчик состоит в фактических брачных отношениях.

Данная сделка, по мнению истца, совершена с целью уклонения ответчиков от правовых последствий, фактически договор не заключался, а был совершен для вида с целью вывода спорного имущества из-под раздела в качестве совместно нажитого имущества супругов.

Истец просила суд признать договор купли-продажи от 16 сентября 2024 года автомобиля «Nissan X-TRAIL», 2013 г. выпуска, гос.номер: <номер> 28, заключенный между ФИО2 и ФИО3, недействительным; применить последствия недействительности сделки, обязав ФИО3 возвратить ФИО2 автомобиль «Nissan X-TRAIL», 2013 г. выпуска, госномер <номер> 28, обязать ФИО2 возвратить денежные средства ФИО3.

Ответчиком ФИО3 подано встречное исковое заявление, в котором заявлены требования о признании ее добросовестным приобретателем, поскольку оспариваемая истцом сделка имела место, за автомобиль произведена оплата в размере 1 300 000 рублей, при совершении заявителем добросовестных и осмотрительных действий. Автотранспортное средство перед покупкой проверялось на предмет залога и ограничений, в период продажи таковые отсутствовали, после приобретения осуществлялись страхование и техническое обслуживание автомобиля.

В судебном заседании истец ФИО1 участия не принимала.

В письменном отзыве на встречный иск представитель истца ФИО6 просила в требованиях отказать, указав, что спорное транспортное средство приобретено в 2020 году в период брака Р-вых на совместные средства. В действиях ФИО3 отсутствует добросовестность, поскольку 27 сентября 2024 года ФИО2 получено исковое заявление о разделе совместно нажитого имущества супругов. Спорный договор датирован 18 сентября 2024 года, однако только с даты получения ФИО2 иска – 27 сентября 2024 года ФИО3 стала совершать действия, якобы подтверждающие ее владение: 27 сентября 2024 года пройден технический осмотр, 08 октября ФИО3 регистрирует автомобиль на свое имя, а 09 октября размещает объявление о его продаже. Ответчики с лета 2024 года совместно проживают в фактических брачных отношениях. Полагает о мнимости сделки при осведомленности ФИО3 о том, что автомобиль является совместно нажитым имуществом супругов, между которыми существует спор по его разделу.

Ответчик ФИО2 исковые требования не признал, встречный иск просил удовлетворить.

Представитель ответчиков ФИО4 встречные исковые требования поддержал, просил отказать ФИО1 в удовлетворении первоначального иска.

Решением суда исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности удовлетворены, во встречном иске ФИО3 отказано.

В апелляционной жалобе представитель ответчика ФИО4, оспаривая решение суда, просит его отменить и принять по делу новое решение об отказе истцу в удовлетворении требований и полном удовлетворении встречного иска. Приводит доводы о неправильном применении судом норм материального права, о несоответствии выводов фактическим обстоятельствам по делу. Обращает внимание на наличие в деле доказательств добросовестности приобретения ФИО3 спорного автомобиля. При этом, полагает, что истцом не представлены доказательства принадлежности спорного автомобиля к общему имуществу супругов. Полагает неверным вывод о том, что сам по себе факт совместного проживания ФИО3 и ФИО2 свидетельствует о недобросовестности заключения сделки. Приводит ссылки на обстоятельства, ранее изложенные в возражениях на исковое заявление, которые, по мнению заявителя, судом не учтены.

В письменных возражениях представитель истца ФИО6 полагает решение суда законным и обоснованным, просит в удовлетворении апелляционной жалобы отказать.

В суде апелляционной инстанции ответчик ФИО3, ее представитель ФИО4 настаивали на отмене решения суда по доводам апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, в суд апелляционной инстанции не явились, извещения о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы направлены в их адрес заблаговременно по адресам места нахождения и места жительства. В соответствии со ст.167 ГПК РФ неявка лиц, участвующих в деле, не является препятствием к рассмотрению дела.

Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции по правилам части 1 статьи 327.1 ГПК РФ, исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, принимая во внимание существо письменных возражений, судебная коллегия не находит оснований для отмены законного и обоснованного решения.

Из обстоятельств, установленных судом, следует, что ФИО1 и ФИО2 с 25 августа 2017 года состояли в зарегистрированном браке, который прекращен 17 июня 2024 года.( л.д. 128,129 Т.1)

Из материалов дела видно, что на основании договора купли-продажи от 17 января 2020 года на имя ФИО2 в ОГИБДД осуществлен регистрационный учет транспортного средства «Nissan X-TRAIL», 2013 г.в., гос.номер: <номер><номер>.

Данный автомобиль заявлен к разделу по гражданскому делу № 2-647/2025 (2-7647/2024;), находящемуся в производстве Благовещенского городского суда Амурской области по иску ФИО1 к ФИО2 о разделе совместно нажитого имущества супругов, поступившему в суд 23 сентября 2024 года.

Согласно договору купли-продажи от 18 сентября 2024 года, заключенному между ФИО2 (продавец) и ФИО3 (покупатель), продавец продал, а покупатель купил автомобиль марки «Nissan», модель «X-TRAIL», 2013 г. выпуска, государственный регистрационный номер: <номер><номер> за 10 000 рублей.

На основании указанного договора 08 октября 2024 года внесены изменения в регистрационные данные в отношении автомобиля в связи изменением собственника (владельца), автомобиль зарегистрирован на имя ФИО3.

Указывая об отсутствии согласия на совершение вышеуказанной сделки по отчуждению имущества, о том, что в пользу ФИО3 отчуждено имущество, которое подлежит разделу как совместно нажитое имущество супругов, полагая оспариваемую сделку мнимой, истец обратилась с настоящим иском в суд.

Полагая себя добросовестным приобретателем спорного транспортного средства, ФИО3 обратилась в суд со встречным иском.

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции руководствовался нормами ст.ст.10, 166, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст.35 Семейного кодекса Российской Федерации, учитывал разъяснения в пунктах 7, 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», исходил из установленных обстоятельств, свидетельствующих о том, что на момент совершения сделки (18 сентября 2024 года) спор о разделе имущества супругов не был разрешен, установив наличие близких отношений между участниками сделки, сохранение после ее совершения ранее существовавшего порядка владения и пользования спорным имуществом, отсутствие согласия ФИО1 на отчуждение автомобиля, заниженную стоимость предмета сделки, пришел к выводу о едином волеизъявлении ответчиков на совершение сделки с целью исключения объекта из состава общего имущества супругов, подлежащего разделу, квалифицировав договор купли-продажи от 18 сентября 2024 года как ничтожную (мнимую) сделку, к которой применил последствия ее недействительности в соответствии с п.2 ст. 167 ГК РФ.

При изложенных обстоятельствах, суд не нашел оснований для удовлетворения встречного иска и признания ФИО3 добросовестным приобретателем спорного автомобиля.

Судебная коллегия полагает данные выводы обоснованными, поскольку они следуют из анализа приведенных правовых норм и всей совокупности представленных и исследованных судом доказательств, которым дана аргументированная правовая оценка, при этом мотивы, по которым суд пришел к указанным выводам, исчерпывающим образом изложены в решении суда, при правильном применении норм материального права.

Рассматривая доводы апелляционной жалобы, направленные на оспаривание вышеприведенных выводов суда первой инстанции, судебная коллегия полагает их подлежащими отклонению, как основанные на ошибочном толковании апеллянтом норм материального права при субъективной оценке фактических обстоятельств по делу.

В соответствии со ст. 8 Гражданского кодекса РФ гражданские права и обязанности возникают, в том числе, из договоров и иных сделок.

Согласно п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

По договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену) (п. 1 ст. 454 Гражданского кодекса РФ).

Согласно п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. (ч.2 ст. 166 ГК РФ)

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (п. 1 ст. 167 ГК РФ).

В силу ч.1 ст. 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, совершенная при отсутствии воли одной из сторон, применительно к статье 168 (пункт 2) ГК РФ является ничтожной.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Данная норма применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения, при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Согласно пункту 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Для признания сделки мнимой суд должен установить, что ее стороны не намеревались создать соответствующие ей правовые последствия, сделку фактически не исполняли и исполнять не желали, и правовые последствия, предусмотренные заключенной сделкой, не возникли. В подтверждение мнимости сделки заинтересованной стороне необходимо представить суду доказательства, которые бы подтверждали отсутствие направленности подлинной воли сторон при совершении оспариваемой сделки на создание правовых последствий, присущих данному виду сделки.

Юридически значимыми обстоятельствами, подлежащим установлению при рассмотрении вопроса о квалификации той или иной сделки мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение совершить и исполнить соответствующую сделку.

Обосновывая свой довод о мнимости сделки по отчуждению автомобиля, истец в качестве основания своего иска указывала о том, что спорное имущество фактически не выбыло из владения и пользования бывшего супруга ФИО2, расчет по договору не был произведен, стоимость отчужденного имущества значительно занижена, целью заключения договора ответчиками, состоящими в фактических брачных отношениях с лета 2024 года, являлся исключительно вывод имущества, нажитого в браке, из-под раздела.

Данные доводы нашли свое объективное подтверждение в материалах дела, в которых отсутствуют достоверные сведения об оплате ФИО3 заявленной ответчиком цены спорного транспортного средства по сделке, равной 1 300 000 рублей.

Вопреки доводам апелляционной жалобы об обратном, выписка по накопительному счету от 19 марта 2025 года, а также, справки по операциям о снятии наличных денежных средств 05 сентября 2024 года и 20 сентября 2024 года (л.д. 85-88 Т.1) не подтверждают передачу денежных средств ФИО2 по договору купли-продажи от 18 сентября 2024 года, поскольку в деле отсутствует соответствующая расписка о получении ФИО2 денежных средств в указанной ответчиком денежной сумме.

Обстоятельства того, что после заключения оспариваемого истцом договора купли-продажи спорный автомобиль находится во владении и пользовании ФИО2, подтверждены:

показаниями свидетеля ФИО7, пояснившего суду о том, что у супругов ФИО9, с которыми свидетель давно знаком, в период брака в собственности имелся автомобиль «Тойота Аллион», после его продажи приобретен «Nissan X-TRAIL». Данным автомобилем пользовался ФИО2, который продолжает пользование в настоящее время. ФИО3 за рулем данного автомобиля не видел;

полисом ОСАГО <номер> (АО «Т-Страхование») на спорный автомобиль, согласно которому лицами, допущенными к его управлению, с 02 октября 2024 года являются ответчики ФИО3 и ФИО2;

ответом АО «НСИС» от 20 июня 2025 года, согласно которому в период с 23 января 2024 года по 22 января 2025 года на спорный автомобиль действовал полис ОСАГО <номер> (ООО СК «Согласие»), единственным лицом, допущенным к управлению спорным автомобилем являлся ответчик ФИО2

Совокупность данных доказательств, оценка и анализ которым исчерпывающим образом приведен в оспариваемом решении, позволяла суду прийти к выводу о фактическом сохранении прежнего порядка пользования автомобилем после совершения ответчиками сделки, и ее формального характера.

В пользу данного вывода также свидетельствуют установленные судом обстоятельства того, что покупатель автомобиля ответчик ФИО3 является сожительницей ответчика ФИО2 с марта 2024 года, ответчики проживают совместно, что в процессе рассмотрения дела ими не оспаривалось.

Представленные стороной ответчика справки и акты выполненных работ в подтверждение доводов о том, что ФИО3 в период с сентября 2024 года по февраль 2025 года, как надлежащий владелец транспортного средства, осуществляла техническое обслуживание автомобиля (замену технических жидкостей, ремонт ходовой части), вышеприведенных выводов суда не опровергают при объективном подтверждении обстоятельств ведения ответчиками общего хозяйства и совместного проживания.

По результатам оценки представленных в материалы дела доказательств, судебная коллегия полагает правильными выводы суда об отсутствии у сторон сделки по купле-продаже автомобиля от 18 сентября 2024 года намерений к ее исполнению, формального выражения волеизъявления на заключение такой сделки, фактически волеизъявления к установлению, изменению гражданских прав и обязанностей по отношению друг к другу, а также квалификацию оспариваемого договора в качестве мнимой сделки.

Учитывая условия договора купли-продажи (в частности условия о цене, которая не соответствует реальной стоимости транспортного средства), отсутствие в деле доказательств его возмездного характера, поведение ответчиков до и после заключения данного договора, неизменность режима пользования транспортным средством ФИО2, вывод суда первой инстанции о наличии на стороне ответчиков недобросовестности, поскольку данная сделка совершена с целью вывода имущества из-под раздела совместно нажитого имущества супругов, вопреки доводам апелляционной жалобы основан на фактической стороне дела.

Правовых оснований для иных выводов по данному поводу с учетом пояснений сторон, в том числе ответчика ФИО3 и ее представителя в суде апелляционной инстанции, а также по итогам оценки и анализа представленных в материалы дела доказательств, судебная коллегия не усматривает.

Вопреки доводам жалобы об отсутствии мнимости заключенного договора купли-продажи, соответствующих доказательств в подтверждение данной позиции стороной ответчиков представлено не было.

Несмотря на то, что факт заключения спорного договора между лицами, состоящими в фактических брачных отношениях не противоречит нормам гражданского законодательства, установленные судом на основе тщательного и полного анализа представленных в деле доказательств обстоятельства дела позволяют прийти к выводам о том, что продавая спорный автомобиль ФИО2, действовал в нарушение интересов истца с целью получения собственной имущественной выгоды. В данной связи ответчик ФИО3, будучи осведомленной о правовом режиме спорного автомобиля, отсутствии сведений о согласии истца на отчуждение (при наличии реальной возможности получить такие данные до заключения договора, при том, что ФИО3 и ФИО1 длительное время знакомы), участвуя в данной сделке, реализовала совместную с ФИО2 цель на вывод общего имущества супругов из-под раздела.

Таким образом, как со стороны ФИО2, так и со стороны ФИО3 суд правомерно усмотрел признаки недобросовестного поведения, сопряженного с нарушением установленных в ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, при совершении оспариваемой истцом сделки.

Доводы апелляционной жалобы о том, что ФИО3 за приобретенный автомобиль рассчиталась с отцом ФИО2- ФИО8, который являлся фактическим собственником спорного автомобиля, отмены оспариваемого решения суда не влекут. Аналогичные доводы суду первой инстанции приводились и были обоснованно им отклонены со ссылкой на отсутствие доказательств передачи денежных средств ФИО8, а также на нормы ч.2 ст. 34, ч.3 ст.35 Семейного кодекса Российской Федерации.

Доводы жалобы о том, что перед покупкой автомобиля ФИО3, действовала осмотрительно, проверяла транспортное средство на наличие залогов и ограничений, зарегистрировала право на автомобиль, осуществила страхование и техническое обслуживание, при изложенных выше обстоятельствах в достаточной степени не подтверждают добросовестность поведения данного ответчика при заключении договора купли-продажи от 18 сентября 2024 года.

Согласившись с позицией стороны истца о том, что целью оспариваемого договора было формальное переоформление имущества на иное лицо во избежание его раздела между бывшими супругами в судебном порядке, суд обоснованно расценил действия обоих ответчиков, как противоречащие принципу добросовестности, установленному п. 1 ст. 10 ГК РФ.

Таким образом, выводы суда первой инстанции соответствуют разъяснениям в п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», о необходимости удовлетворения рассматриваемых требований по заявленным предмету и основанию, ввиду наличия в деле доказательств мнимости оспариваемой сделки.

Позиция, изложенная в апелляционной жалобе, по существу повторяет доводы возражений ответчиков, не содержит данных, которые не были бы проверены судом первой инстанции при рассмотрении дела, но имели бы существенное значение для его разрешения или сведений, опровергающих выводы решения суда, в связи с чем, оснований для отмены решения суда по доводам жалобы не имеется.

Правоотношения сторон и закон, подлежащий применению, определены судом правильно, обстоятельства, имеющие значение для дела установлены на основании представленных доказательств, оценка которым дана с соблюдением требований ст. 67 ГПК РФ, подробно изложена в мотивировочной части решения, в связи с чем, доводы апелляционной жалобы, по существу рассмотренного спора, не опровергают правильности выводов суда, направлены на иную оценку доказательств, не могут повлиять на правильность определения прав и обязанностей сторон в рамках спорных правоотношений, не свидетельствуют о наличии оснований, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ, к отмене состоявшегося судебного решения.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые привели или могли привести к неправильному разрешению данного дела, в том числе и те, на которые имеются ссылки в апелляционной жалобе, судом не допущено.

Руководствуясь с.т.ст.328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А :

решение Благовещенского городского суда Амурской области от 24 июля 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ответчика ФИО4- без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий:

Судьи коллегии:

Апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 05 февраля 2026 года.