Апелляционное определение № 33-11813/2026 от 22 апреля 2026 г.

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

УИД: 78RS0005-01-2024-000352-60

Рег. №: 33-11813/2026 Судья: Пересункина Е.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Санкт-Петербург 23 апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе

Председательствующего

Осининой Н.А.,

СудейПри помощнике судьи

ФИО1, ФИО2, ФИО3,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4 на решение Калининского районного суда Санкт-Петербурга от 8 сентября 2025 года по гражданскому делу № 2-165/2025 по иску ФИО4 к ФИО5, ФИО6 о признании завещания недействительным, применении последствий недействительности завещания, признании права собственности.

Заслушав доклад судьи Осининой Н.А., выслушав объяснения истца ФИО4 и ее представителя ФИО7, представителя ответчиков ФИО6 и ФИО5, а также третьего лица ФИО8 – ФИО9, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО4 обратилась в Калининский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ФИО5, ФИО6, в котором просит признать недействительным завещание от <дата> серии <адрес>6, удостоверенное ФИО10, временно исполняющим обязанности нотариуса Санкт-Петербурга ФИО11; применить последствия недействительности завещания в виде признания недействительными записей в ЕГРН о государственной регистрации права собственности на квартиру, расположенную по адресу Санкт-Петербург, <адрес>, за ответчиками; признать за истцом право собственности на долю в жилом помещении, расположенном по адресу Санкт-Петербург, <адрес>, составляющую наследственную массу ФИО12; признать за истцом право собственности на автомобиль марки Hyundai Sonata, VIN №..., г.р.з. 0693ХВ198, исходя из размера доли, составляющей наследственную массу ФИО12

В обоснование заявленных требований ФИО4 указано, что <дата> умер ее супруг ФИО12 После обращения к нотариусу для оформления наследственных прав истцу стало известно о том, что ФИО12 при жизни составлено завещание от <дата>, которым тот завещал все свое имущество, которое окажется ко дню смерти ему принадлежащим, ответчикам в равных долях. ФИО4 полагает, что завещание от <дата> подлежит признанию недействительным, поскольку на момент его совершения наследодатель не понимал значение своих действий и не мог руководить ими в связи с наличием у него онкологического заболевания и приемом сильнодействующих медицинских препаратов. Кроме того, ранее наследодателем было оформлено завещание на истца и в оспариваемом завещании указано, что порядок направления уведомления о совершении последующего завещания супруге ФИО12 разъяснен. Вместе с тем, какого-либо уведомления о факте составления последующего завещания в адрес истца не направлялось и последней, соответственно, не получено, в связи с чем истец полагает, что при оформлении завещания нарушены установленные нормы и требования.

Решением Калининского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> в удовлетворении исковых требований ФИО4 к ФИО5, ФИО6 о признании завещания недействительным, применении последствий недействительности завещания, признании права собственности отказано.

В апелляционной жалобе истец ФИО4 выражает несогласие с постановленным решением суда, просит его отменить, полагая незаконным и необоснованным, принять новое решение об удовлетворении исковых требований.

Третьи лица в заседание судебной коллегии не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом согласно требованиям ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ), ходатайств и заявлений об отложении слушания дела, документов, подтверждающих уважительность причины своей неявки, в судебную коллегию не представили. При таком положении в соответствии со ст. 167 ГПК РФ судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, и возражениях относительно жалобы.

Обсудив доводы апелляционной жалобы, изучив материалы дела, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ) в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Согласно ст. 1113 ГК РФ наследство открывается со смертью гражданина. Временем открытия наследства является момент смерти гражданина (ч. 1 ст. 1114 ГК РФ).

Согласно ст. 1111 ГК РФ наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных ГК РФ.

В соответствии со ст. 1141 ГК РФ наследники по закону призываются к наследованию в порядке очередности, предусмотренной ст. 1142-1145 и 1148 названного кодекса. Наследники каждой последующей очереди наследуют, если нет наследников предшествующих очередей, то есть если наследники предшествующих очередей отсутствуют, либо никто из них не имеет права наследовать, либо все они отстранены от наследования (ст. 1117), либо лишены наследства (п. 1 ст. 1119), либо никто из них не принял наследства, либо все они отказались от наследства.

Наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя (ст. 1142 ГК РФ).

В силу ст. 1118 ГК РФ распорядиться имуществом на случай смерти можно путем совершения завещания. Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме. Завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

Завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а также включить в завещание иные распоряжения, предусмотренные правилами ГК РФ о наследовании, отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами ст. 1130 ГК РФ. Завещатель не обязан сообщать кому-либо о содержании, совершении, об изменении или отмене завещания (ст. 1119 ГК РФ).

Согласно ст. 1124 ГК РФ завещание должно быть совершено в письменной форме и удостоверено нотариусом.

Согласно ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Согласно п. 1 ст. 1131 ГК РФ при нарушении положений названного кодекса, влекущих недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием. Оспаривание завещания до открытия наследства не допускается (п. 1 ст. 1131 ГК РФ).

Как разъяснено в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 гл. 9 ГК РФ) и специальными правилами раздела V ГК РФ.

Поскольку завещание является сделкой, к нему применимы общие нормы права о действительности либо недействительности сделок.

В соответствии с п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Таким образом, основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли, то есть таким формированием воли стороны сделки, которое происходит под влиянием обстоятельств, порождающих несоответствие истинной воли такой стороны ее волеизъявлению, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

С учетом изложенного, неспособность наследодателя в момент составления завещания понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания завещания недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом на случай смерти отсутствует.

Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у стороны сделки в момент ее совершения, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня, способность понимать значение своих действий или руководить ими при совершении оспариваемых сделок. Исходя из требований ст. 56 ГПК РФ бремя доказывания наличия обстоятельств, предусмотренных ч. 1 ст. 177 ГК РФ лежит на истце.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, <дата> врио нотариуса нотариального округа Санкт-Петербурга ФИО11 – ФИО10 удостоверено завещание ФИО12, которым тот завещал все свое имущество, которое на момент смерти окажется ему принадлежащим, в том числе квартиру, расположенную по адресу Санкт-Петербург, <адрес>, лит. А, <адрес>, и автомобиль марки Hyundai Sonata, VIN №..., в равных долях, по 1/2 доле каждому, ФИО5, ФИО6 (т. 1 л.д. 186 на обороте, т. 2 л.д. 57).

<дата> ФИО12 умер (т. 1 л.д. 176, т. 2 л.д. 134). После его смерти по заявлению ФИО4 – супруги умершего нотариусом нотариального округа Санкт-Петербурга ФИО13 открыто наследственное дело №... (т. 1 л.д. 174-318, т. 2 л.д. 1-53).

Наследниками первой очереди к имуществу ФИО12 по закону являлись: супруга – ФИО4, мать – ФИО8, дочь – ФИО5, сын – ФИО14, сын – ФИО15

<дата> нотариусом выданы свидетельства о праве собственности на долю в общем совместном имуществе супругов, выдаваемые пережившему супругу, в том числе, на 1/2 долю квартиры, расположенной по адресу Санкт-Петербург, <адрес>, лит. А., <адрес>, и 1/2 долю автомобиля марки Hyundai Sonata, VIN №... (т. 1 л.д. 315).

Таким образом, в состав наследства после смерти ФИО12 вошли, в том числе, 1/2 доля квартиры, расположенной по адресу Санкт-Петербург, <адрес>, лит. А., <адрес>, и 1/2 доля автомобиля марки Hyundai Sonata, VIN №....

<дата> нотариусом выданы свидетельства о праве на наследство по закону на основании ст. 1149 и 1142 ГК РФ ФИО8 на 1/10 доли в 1/2 доле в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу Санкт-Петербург, <адрес>, лит. А., <адрес>; на 1/10 доли в 1/2 доле в праве собственности на автомобиль марки Hyundai Sonata, VIN №... (т. 1 л.д. 304-350).

Также <дата> нотариусом выданы свидетельства о праве на наследство по завещанию ФИО5, ФИО6 на 9/20 долей в 1/2 доле в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу Санкт-Петербург, <адрес>, лит. А., <адрес>; на 9/20 долей в 1/2 доле в праве собственности на автомобиль марки Hyundai Sonata, VIN №..., каждому (т. 1 л.д. 310, 312).

Обращаясь в суд ФИО4 полагала, что завещание от <дата> подлежит признанию недействительным, поскольку в момент его совершения ФИО12 не мог понимать значения своих действий и руководить ими в силу имеющегося у него заболевания.

На учете в психоневрологическом диспансере ФИО12 не состоял (т. 5 л.д. 48).

Из объяснений ФИО10, врио нотариуса ФИО11, следует, что завещание от имени ФИО12 удостоверено им по адресу проживания завещателя: Санкт-Петербург, <адрес>, в строгом соответствии с действующим законодательством. Личность ФИО12 была установлена и проверена по паспорту. Дееспособность его проверена в соответствии со ст. 21 ГК РФ и ст. 43 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, в том числе визуально путем подробной беседы с завещателем, собственной оценки адекватности его поведения, ответов на поставленные вопросы, ориентации во времени, пространстве, по кругу лиц, волю свою он изложил четко и ясно. В целях составления проекта завещания с ФИО12 проведена подробная беседа для выяснения, кому и какое имущество он хочет завещать, наличия наследников, которые могут наследовать независимо от содержания завещания в соответствии со ст. 1149 ГК РФ. ФИО12 завещание было полностью прочитано до подписания, затем он подписал оба экземпляра завещания собственноручно. Один экземпляр завещания остался в делах нотариальной конторы, а второй экземпляр выдан завещателю, который оплатил нотариальный тариф и расписался в получении своего экземпляра завещания в реестровой книге путем написания фамилии, имени, отчества и проставления короткой подписи. Кроме того, при удостоверении указанного завещания ФИО12 представлено собственноручно составленное им рукописное завещание с выражением его воли, выполненное уверенным, четким почерком, что также свидетельствует о том, что в момент удостоверения завещания он полностью осознавал происходящее. В связи с тем, что ФИО12 ранее удостоверено совместное завещание супругов, которое при удостоверении последующего волеизъявления одного из супругов теряет силу, его супруге – ФИО4 <дата> направлено соответствующее уведомление, которое ФИО4 не получено и вернулось в адрес нотариальной конторы как неврученное (т. 2 л.д. 56).

Нотариусом в материалы дела представлена копия рукописного завещания ФИО12 от <дата> (т. 2 л.д. 58-60), а также копия уведомления, направленного в адрес ФИО4 и копия конверта с возвратом почтового отправления (т. 2 л.д. 61-62).

Сторонами в материалы дела представлены: заключение специалиста ООО «Независимая судебная экспертиза «Догма» № О-12-10/24 от <дата> (т. 3 л.д. 211-218); заключение врача, клинического фармаколога СПб ГКУЗ «Психиатрическая больница Святого Николая Чудотворца» ФИО16 (т. 3 л.д. 227-228); заключение по заочному психиатрическому освидетельствованию ФИО12, проведенному заведующим кафедрой социальной психиатрии и психологии Института дополнительного профессионального образования ФГБУ «Федеральный научно-образовательный центр медико-социальной экспертизы и реабилитации им. Г.А. Альбрехта» Министерства труда и социальной защиты ФИО17 в период с <дата> по <дата> (т. 2 л.д. 76-102); рецензия на заключение по заочному психиатрическому освидетельствованию ФИО12, составленная ФИО18 (т. 2 л.д. 169-175); рецензия на заключение по заочному психиатрическому освидетельствованию ФИО12, составленная ФИО17, и на рецензию на вышеуказанное заключение, составленную ФИО18 (т. 3 л.д. 38-44); рецензия на заключение по заочному психиатрическому освидетельствованию ФИО12, составленная ФИО19 (т. 3 л.д. 182-184).

Учитывая наличие в материалах дела нескольких противоречивых заключений специалистов, в целях устранения сомнений и противоречий, а также в целях полного и всестороннего рассмотрения дела определением Калининского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> по делу назначена судебная комплексная посмертная экспертиза, производство которой поручено СПб ГКУЗ «Городская психиатрическая больница №...» (т. 5 л.д. 39-41).

Согласно заключению комиссии экспертов СПб ГКУЗ «Городская психиатрическая больница №...» №....1238.1 от <дата>, ФИО12 на момент составления и подписания завещания от <дата> серии <адрес>6 психическим расстройством, лишающим его способности понимать значение своих действий и руководить ими, не страдал, обнаруживал органическое астеническое расстройство в связи со смешанными заболеваниями (шифр по МКБ-10 F 06.68). На это указывают данные медицинской документации, материалов гражданского дела, из которых следует, что в течение жизни ФИО12 признаков какого-либо психического расстройства не выявлял, в поле зрения психиатров не попадал, устойчиво работал, имел высшее образование, служил в органах МВД, был хорошо социально адаптирован. С 2013 года у него было впервые выявлено онкологическое заболевание, проходил лечение. С 2017 года выявлены метастазы в легком, прогрессирование онкологического заболевания от <дата> – множественное мтс поражение костей, рост мтс в легких, мтс в печени, мтс в головном мозге, мтс поражение шейных л/у справа, надключичных л/у слева, внутригрудных л/у. Находился на стац. лечении с <дата> по <дата>, диагноз: «Метастаз карциномы в левое полушарие мозжечка. <дата> костно-пластическая трепанация черепа в затылочной области, микрохирургическое удаление патологического образования левой гемисферы мозжечка. Множественные патологические образования (2) правой теменной доли, левой лобной доли». На протяжении всего лечения невропатологами, нейрохирургами, лечащим врачом при регулярных осмотрах в статусе психических отклонений, в том числе когнитивного снижения, личностных расстройств не описано. Клиническая картина представлена левосторонним церебеллярным синдромом, дисфонией. В последующем, несмотря на прогрессирование онкологического заболевания, неоднократные курсы химиотерапии, каких-либо психических отклонений не выявлял, в статусе описана астения, болевой синдром. По данным МРТ поясничного отдела позвоночника от <дата> выявлено патологическое образование L1 позвонка мягкотканым компонентом, проведено оперативное лечение, проводились курсы химиотерапии, но с марта-апреля 2022 года появились множественные патологические образования позвоночника, метастаз карциномы L1 позвонка, вновь неоднократно проходил курсы химиотерапии, лечился стационарно. Данных за психическое заболевание в мед. документах не описано. В период с <дата> по <дата> находился на стационарном лечении в связи с прогрессированием онкологического заболевания с явлением интоксикационного синдрома. В этот период нарушений высших корковых функций, клинических признаков когнитивного снижения, личностных расстройств в психическом статусе не описано, однократно, при поступлении в стационар описано снижение памяти на текущие события и снижение критики к состоянию, при сохранности памяти, внимания, высших когнитивных функций при последующих осмотрах и к выписке. Каких-либо эмоционально-волевых и личностных нарушений не описано. Клиническое состояние оценивалось в рамках астенических расстройств, болевого синдрома, без психотических нарушений. В представленной документации объективных данных о наличии у ФИО12 в юридически значимый период какой-либо психопродуктивной симптоматики, нарушений психотического уровня, нарушений сознания, признаков слабоумия или значимых когнитивных расстройств, в том числе в связи с приемом сильнодействующих наркотических обезболивающих средств, не имеется, таким образом ФИО12 на момент составления и подписания завещания от <дата> серии <адрес>6 мог понимать значение своих действий и руководить ими. По результатам проведенного исследования, включая психологический анализ материалов гражданского дела и медицинской документации, у ФИО12 не выявляется каких-либо выраженных нарушений в когнитивной, личностно-мотивационной, индивидуально-психологической, эмоционально-волевой сферах, которые лишали бы его способности самостоятельного волеизъявления на момент составления и подписания завещания от <дата> серии <адрес>6 (т. 5 л.д. 65-69).

Данное заключение комиссии экспертов принято судом первой инстанции в качестве надлежащего доказательства по делу, отклонив при этом представленную стороной истца рецензию на заключение СПб ГКУЗ «Городская психиатрическая больница №...», составленную ФИО20

Оснований для назначения повторной экспертизы суд первой инстанции не усмотрел, поскольку представленное заключение СПб ГКУЗ «Городская психиатрическая больница №...» №....1238.1 от <дата> не содержит неясностей, экспертами даны четкие и полные ответы на поставленные перед ним вопросы, каких-либо сомнений в правильности или обоснованности заключения, противоречий в заключении не имеется.

Разрешая заявленные исковые требования суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам ст. 67 ГПК РФ, в том числе объяснения сторон, показания свидетелей ФИО17, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28, заключение судебной экспертизы, пришел к выводу, что истцом ФИО4, вопреки положениям ст. 56 ГПК РФ, не представлено достаточных и достоверных доказательств, свидетельствующих о том, что в момент составления завещания <дата> ФИО12 не понимал значение своих действий и не мог руководить ими, при этом указав, что собранными по делу доказательствами подтверждается обратное.

Большинство допрошенных в ходе рассмотрения дела свидетелей, описывая поведение ФИО12 незадолго до смерти, в том числе в юридически значимый период, указывали на нормальное, адекватное состояние ФИО12, что он в полной мере осознавал происходящее, отдавал отчет своим действиям, до момента смерти, несмотря на сильные боли, пребывал в ясном сознании.

Показания свидетелей, допрошенных со стороны истца, не свидетельствуют о том, что ФИО12 на момент подписания завещания находился в таком состоянии, которое лишало его способности понимать значение своих действий и руководить ими. Ни один из свидетелей, не утверждал о невменяемом состоянии ФИО12, не привел конкретных фактов, позволяющих усомниться в его адекватности. Кроме того, указанные лица, не являются медицинскими специалистами и не могут достоверно судить о психическом здоровье ФИО12

Само по себе выполнение ФИО12 заявления (рукописного завещания) от <дата> под влиянием сбивающего фактора, которым, вероятнее всего, являлось состояние писавшего, вызванное изменением письменно-двигательного функционально-динамического комплекса навыков, что характерно для лиц, находящихся под воздействием сильнодействующих фармпрепаратов, что отражено в заключении специалиста ООО «Независимая судебная экспертиза «Догма» № О-12-10/24 от <дата>, об обстоятельствах, влекущих признание завещания недействительным, не свидетельствует.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу, что составляя завещание ФИО12, действуя по своей воле, осознанно и обдуманно, распорядился принадлежащим ему имуществом по своему усмотрению. Бесспорных и достаточных доказательств, которые бы подтверждали, что оспариваемое завещание составлено наследодателем с пороком воли в материалы дела не представлено. В этой связи оснований для признания недействительным завещания ФИО12, составленного <дата> в пользу ФИО5, ФИО6, не имеется, а также отсутствуют основания для применения последствий недействительности завещания, признании права собственности на наследственное имущество ФИО12 за истцом.

Оснований не согласиться с выводами суда у судебной коллегии не имеется, поскольку они основаны на законе и фактических обстоятельствах дела.

Доводы апелляционной жалобы о несогласии с выводами заключения комиссии экспертов СПб ГКУЗ «Городская психиатрическая больница №...», о необоснованном принятии судом указанного заключения, как достоверного доказательства по делу, не принимаются во внимание, поскольку данное заключение экспертов выполнено в соответствии с требованиями ст. 86 ГПК РФ, не доверять представленному заключению оснований не имеется, заключение экспертизы получено с соблюдением требований закона, экспертами, имеющими необходимую квалификацию, профильное образование, длительный стаж работы по соответствующей экспертной специальности, предупрежденными по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения, экспертами даны ответы на все поставленные вопросы, которые мотивированны, не содержат внутренних противоречий, понятны и являются полными.

Судебная экспертиза проведена с соблюдением требований ст. 84-86 ГПК РФ, Федерального закона от <дата> № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Каких-либо бесспорных доказательств проведения судебной экспертизы с нарушением соответствующих методик и норм процессуального права, способных поставить под сомнение достоверность ее результатов, заявитель жалобы не представил.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, комиссией экспертов при проведении судебной экспертизы оценены представленные материалы гражданского дела и представленная медицинская документация, в том числе история болезни из ГБУЗ СПб КНпЦСВМПо №.... При этом ссылки на отсутствие в заключении экспертов указания на всю медицинскую документация наследодателя являются необоснованными. Экспертами оценены все представленные им медицинские документы наследодателя, о чем указано непосредственно в заключении с указанием конкретных медицинских документов. Какая-либо иная медицинская документация наследодателя в ходе судебного разбирательства не представлена. Оснований полагать, что эксперты не приняли во внимание какие-либо документы не имеется, доводы апелляционной жалобы об обратном не свидетельствуют.

При проведении судебной экспертизы экспертами даны ответы на все постановленные судом вопросы четко, ясно, содержат необходимое обоснование. При этом экспертами учтены как болевой синдром в результате прогрессирующего онкологического заболевания, так и прогрессирование онкологического заболевания с указанием наличия множественных метастазов и в дальнейшем появлением интоксикационного синдрома, что указано как в исследовательской, так и в заключительной части экспертного заключения. Оснований полагать, что какие-либо заболевания или осложнения, вызванные онкологическим заболеванием, не приняты экспертами во внимание, не имеется.

То обстоятельство, что эксперты, изучив посмертный эпикриз от <дата> из ГП №..., расценили по имеющимся в эпикризе записям, что ФИО12 умер на дому, тогда как его смерть наступила в хосписе, не свидетельствуют о неверных выводах экспертов в части определения психического состояния наследодателя на момент совершения оспариваемого завещания. Указание неверного места смерти на порочность судебной экспертизы не указывает.

Таким образом, оценив представленное заключение суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что заключение содержит описание хода и результаты исследований, оценку результатов исследований, выводы по поставленным вопросам и их обоснование, выводы надлежаще мотивированы, фактическим обстоятельствам не противоречат, заключение не содержит каких-либо неясностей и сомнений.

Субъективная оценка истца представленного в материалы дела заключения экспертизы не опровергает выводов суда первой инстанции, кроме того, определение обстоятельств, имеющих значение для дела, а также истребование, прием и оценка доказательств, в соответствии со ст. 56, 59, 67 ГПК РФ, относится к исключительной компетенции суда первой инстанции.

Само по себе несогласие лица, участвующего в деле, с выводами эксперта и оценкой этих выводов судом при отсутствии достоверных доказательств неправомерности выводов суда, не исключает возможность принятия заключения эксперта в качестве допустимого доказательства по делу, не свидетельствует о неправильности постановленного решения.

Представленные истцом заключение по заочному психиатрическому освидетельствованию ФИО12, проведенное ФИО17, а также рецензия на заключение СПб ГКУЗ «Городская психиатрическая больница №...» №....1238.1 от <дата>, составленная ФИО20, обоснованно отклонены судом первой инстанции, так как данные заключения специалистов являются их субъективным мнением, выводы судебной экспертизы не порочат, специалисты не были предупреждены по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, выводы специалистов произведены без ознакомления с материалами дела.

Судебная коллегия обращает внимание, что вопреки мнению истца, наличие заболевания само по себе не свидетельствует о невозможности наследодателя в момент составления завещания понимать значение своих действий и руководить ими. Приходя к выводя о том, что наследодатель на дату совершения завещания мог понимать значение своих действий и руководить ими эксперты оценили все материалы гражданского дела и всю представленную медицинскую документацию и учли все заболевания наследодателя и осложнения, вызванные ими.

Доводы апелляционной жалобы по существу сводящиеся к собственной оценке истцом показаний допрошенных судом первой инстанции свидетелей не могут быть приняты во внимание, поскольку в соответствии с положениями ст. 67 ГПК РФ оценка доказательств принадлежит суду первой инстанции. При этом оснований не согласится с произведенной судом первой инстанции оценкой доказательств не имеется. Кроме того, судебная коллегия обращает внимание, что сами по себе показания свидетелей не могут подтвердить или опровергнуть наличие психического расстройства у наследодателя и какие-либо психические изменения, сведения, сообщенные свидетелями о поведении наследодателя, являются субъективными.

То обстоятельство, что согласно заключению ООО «Независимая судебная экспертизы «Догма» № О-12-10/24 от <дата>, текст на копии заявления от имени ФИО12, датированный <дата>, выполнен под влиянием сбивающих фактов, не свидетельствует о неверных выводах судебной экспертизы и не может подтверждать психическое состояние ФИО12 на момент совершения завещания.

При таком положении, судебная коллегия считает, что судом первой инстанции заключение экспертизы правильно оценено судом как убедительное и достоверное.

Доводы о необоснованном отказе суда первой инстанции в допросе экспертов СПб ГКУЗ «Городская психиатрическая больница №...» подлежат отклонению, поскольку исходя из положений ч. 1 ст. 85 ГПК РФ вызов эксперта для участия в судебном заседании является правом, а не обязанностью суда и связан с необходимостью получения ответов на вопросы, связанные с проведенным исследованием и данным им заключением. Между тем, выводы экспертов содержат оценку результатов исследований, ясны, понятны, подробны и не содержат каких-либо протеворечий, а потому не вызывают сомнений и не требуют дополнительных разъяснений. В этой связи в удовлетворении аналогичного ходатайства, заявленного в суде апелляционной инстанции, отказано.

В жалобе истец также ссылается на то, что суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о назначении повторной экспертизы. С приведенным доводом судебная коллегия согласиться не может.

Исходя из содержания абз. 3 ч. 2 ст. 79 ГПК РФ стороны, другие лица, участвующие в деле, имеют право ходатайствовать перед судом о назначении повторной, дополнительной, комплексной или комиссионной экспертизы.

Согласно ст. 87 ГПК РФ в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу (ч. 2).

Обстоятельства, на которые ссылался истец, выражая несогласие с выводами экспертов, отклонены судом, поскольку они не свидетельствуют о наличии противоречий в выводах экспертов и не влекут сомнений в обоснованности заключения, в связи с чем выводы судебной экспертизы правильно оценены судом как убедительные и достоверные.

Исходя из изложенного, судебная коллегия не усматривается правовых оснований для назначения повторной экспертизы и в суде апелляционной инстанции, в связи с чем в удовлетворении ходатайства истца о назначении повторной экспертизы отказывает.

Доводы апелляционной жалобы о совершении наследодателем предыдущего завещания в пользу истца, а также о личных взаимоотношениях истца и наследодателя, какого-либо правового значения для разрешения требований о признании завещания недействительным на основании ст. 177 ГК РФ не имеют, в связи с чем не могут быть приняты во внимание.

Иные доводы апелляционной жалобы истца, оспаривающие выводы суда первой инстанции, аналогичны тем, что указывались в суде первой инстанции и по своему содержанию сводятся к разъяснению обстоятельств настоящего дела с изложением позиции истца относительно возникшего спора и собственного мнения о правильности разрешения дела, переоценке доказательств, исследованных судом при разрешении спора, в связи с чем не могут служить основанием для отмены состоявшегося по делу решения суда.

Оснований для привлечения к участию в деле в качестве третьего лица сына наследодателя ФИО14 в соответствии с положениями ст. 43 ГПК РФ не имеется, поскольку постановленное решение суда не может повлиять на права и обязанности названного лица, так как сведений о принятии им наследства после умершего <дата> ФИО12 в установленном законом порядке не имеется ( Т.2, л.д. 1-53).

Доводов, которые имели бы существенное значение для рассмотрения дела, влияли бы на обоснованность и законность судебного постановления, либо опровергали изложенные в нем выводы, в апелляционной жалобе не содержится.

Таким образом, правоотношения сторон и закон, подлежащий применению, определены судом правильно, обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены на основании представленных доказательств, оценка которым дана с соблюдением требований ст. 67 ГПК РФ, подробно изложена в мотивировочной части решения, в связи с чем доводы в апелляционной жалобе по существу рассмотренного спора не могут повлиять на правильность определения прав и обязанностей сторон в рамках спорных правоотношений, не свидетельствуют о наличии оснований, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ, к отмене состоявшегося судебного решения.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Решение Калининского районного суда Санкт-Петербурга от 8 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО4 – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное определение изготовлено 14.05.2026.