Решение № 2-244/2019 2-244/2019~М-219/2019 М-219/2019 от 1 сентября 2019 г. по делу № 2-244/2019

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

2 сентября 2019 г. г. Севастополь

Севастопольский гарнизонный военный суд в составе председательствующего Храменкова П.В., при секретаре судебного заседания Ткаченко А.А., с участием представителя истца командира войсковой части (номер) – ФИО1, ответчика ФИО2, его представителя ФИО3, представителя третьего лица филиала федерального казенного учреждения «Управление Черноморского флота» - «4 финансово-экономическая службы» (далее – 4 ФЭС) - ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению командира войсковой части (номер) к военнослужащему данной воинской части (изъято) ФИО2 о возмещении материального ущерба, возникшего в результате утраты военного имущества,

установил:

командир войсковой части (номер) обратился в суд с исковым заявлением к ФИО2, в котором просил взыскать с последнего 395 760 рублей 71 копейку в порядке возмещения материального ущерба.

В обоснование иска утверждается, что на тот момент, когда ФИО2 исполнял обязанности (изъято) (ПЗРК) тем под отчет в период с 15 по 19 января 2019 г. были приняты материальные средства зенитной ракетной батареи (ПЗРК). В связи с назначением военнослужащего (ФИО)8 на должность (изъято) (ПЗРК) и нахождением в период с 10 апреля по 7 июня 2019 г. ФИО2 в госпитале на лечении, передача имущества (изъято) (ПЗРК), числящегося за Горшковым, осуществлялась (ФИО)10 комиссией войсковой части (номер). Так при передаче (ФИО)11 не были переданы следующие материальные средства: КБС 6Б52 «Стрелок» в количестве 3 шт., бронежилет 6Б45 – 3 шт., бронешлем ОЗШ 6Б47 – 3 шт., бронежилет 6Б19 – 2 шт., ИДК-1 – 7 к-т, ящик-тара - 6 шт., плащ ОП-1М – 17 шт., костюм Л-1 – 1 шт., перчатки БЛ-1М – 17 пар, противогаз ПМК-2 – 21 к-т, чехлы для чулок – 17 шт. и чехлы защитные – 17 шт., которые числились за Горшковым. Поскольку вышеприведенное имущество Горшковым в войсковую часть (номер) не представлено, то стоимость этого имущества, равная 395 760 рублей 71 копейку, подлежит взысканию с ответчика.

Представитель истца просил удовлетворить требования иска, вину ФИО2 в причинении ущерба полагал доказанной. (ФИО)17 показал, что в период нахождения ФИО2 в госпитале командир войсковой части (номер) приказал военнослужащим (ФИО)20, (ФИО)19, (ФИО)12 и (ФИО)18 25 апреля 2019 г. вскрыть помещения, где хранилось числящееся за Горшковым имущество, провести сверку имущества по учету и принять его. При этом вопрос о том, где и у кого находились ключи от этих помещений, командиром войсковой части (номер) не устанавливался. Так после вскрытия мест хранения материальных средств в ходе сверки выявлена недостача приведенных выше наименований и объемов имущества. В дальнейшем остатки имущества, числящегося за Горшковым, комиссией в составе (ФИО)14, (ФИО)15, и (ФИО)16 13 мая 2019 г. было передано под отчет (ФИО)13.

Ответчик ФИО2 исковые требования не признал и пояснил, что все материальные средства зенитной ракетной батареи (ПЗРК), переданные ему (ФИО)21 в период с 15 по 19 января 2019 г., на момент поступления 10 апреля 2019 г. в госпиталь были у него в наличии, КБС 6Б52 «Стрелок», бронежилеты 6Б45, бронешлемы ОЗШ 6Б47, хранились в классе подготовки в двух металлических контейнерах опечатанных его печатью, закрытых на замком, а бронежилеты 6Б19, ИДК-1, ящики-тара, плащи ОП-1М, костюмы Л-1, перчатки БЛ-1М, противогазы ПМК-2, чехлы для чулок и чехлы защитные – в кладовой опечатанной его печатью, закрытой на замок. Как показал ФИО2 ключи от класса подготовки, металлических контейнеров и кладовой, а также ключи от дома, где он живет, хранились у него на одной связке, на момент поступления в госпиталь они у него были в военной форме, при этом он их никому не передавал и не мог передать, поскольку его привязали к кровати и сделали инъекции медицинских препаратов. В госпитале он находился на стационарном лечении и обследовании с 10 апреля по 7 июня 2019 г. и с 24 июня по 17 июля 2019 г., по результатам которых его признали не годным к военной службе. При этом, куда пропали ключи от мест хранения закрепленного за ним имущества и его номерная печать ему не известно. В свою очередь ключи от квартиры, которую он снимал, передал какой-то военнослужащий войсковой части (номер) его сестре, а та отдала их собственнику квартиры, поскольку он из-за нахождения в госпитале на лечении жить в этой квартире не стал. Также ФИО2 показал, что по прибытию из госпиталя он проверил наличие запасных ключей от помещений, где хранилось закрепленное за ним имущество, у дежурного войсковой части (номер), но их там не оказалось. Наряду с этим ФИО2 отметил, что ключи от кладовой также были у военнослужащего (ФИО)86.

Представитель ответчика в удовлетворении исковых требований просил отказать, поскольку вина ФИО2 в причинении ущерба не доказана. (ФИО)23 отметил, что ключи от мест хранения имущества, закрепленного за Горшковым, и номерная печать ответчика, были изъяты у последнего 10 апреля 2019 г. военнослужащими войсковой части (номер) без наличия на то законных оснований, что не позволило тому обеспечить сохранность вверенного имущества. По мнению (ФИО)22, все личные вещи ФИО2 после поступления в госпиталь должны были храниться в медицинском учреждении, а оснований их изъятия из военного обмундирования ФИО2 10 апреля 2019 г. у начальника медицинской службы войсковой части (номер) не имелось, поскольку ответчик своего согласия на это не давал и находился в беспомощном состоянии.

Представитель третьего лица полагала исковые требования подлежащими удовлетворению, поскольку по числящимся за Горшковым в 4 ФЭС материальным средствам тот не отчитался, а вина ответчика в причинении ущерба установлена и доказана в суде.

Выслушав стороны, изучив материалы дела и оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

Условия и размеры материальной ответственности военнослужащих, за ущерб, причиненный ими при исполнении обязанностей военной службы, установлены Федеральным законом от 12 июля 1999 г. № 161-ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих».

Согласно ст. 3 этого Федерального закона, военнослужащие несут материальную ответственность только за причиненный по их вине реальный ущерб.

Не допускается привлечение военнослужащих к материальной ответственности за ущерб, причиненный вследствие исполнения приказа командира (начальника), а также в результате правомерных действий, оправданного служебного риска, действия непреодолимой силы.

Согласно ст. 5 военнослужащие несут материальную ответственность в полном размере ущерба в случаях, когда ущерб причинен военнослужащим, которому имущество было передано под отчет для хранения, перевозки, выдачи, пользования и других целей.

Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно акту приема-передачи дел и должности (изъято) (ПЗРК) от 19 января 2019 г. военнослужащий (ФИО)24 сдал, а военнослужащий ФИО2 принял под отчет следующее имущество: КБС 6Б52 «Стрелок» в количестве 16 шт., бронежилет 6Б45 – 16 шт., бронешлем ОЗШ 6Б47 – 16 шт., бронежилет 6Б19– 7 шт., ИДК-1 – 7 к-т, ящик-тара - 6 шт., плащ ОП-1М – 36 шт., костюм Л-1 – 5 шт., перчатки БЛ-1М – 36 пар, противогаз ПМК-2 – 41 к-т, чехлы для чулок – 36 шт. и чехлы защитные – 36 шт.

Свидетель (ФИО)25 показал, что на момент передачи ФИО2 упомянутого выше имущества оно было в наличии, КБС 6Б52 «Стрелок», бронежилеты 6Б45, бронешлемы ОЗШ 6Б47, хранились в классе подготовки в двух металлических контейнерах, которые были опечатаны его печатью и закрыты на замком, а бронежилеты 6Б19, ИДК-1, ящики-тара, плащи ОП-1М, костюмы Л-1, перчатки БЛ-1М, противогазы ПМК-2, чехлы для чулок и чехлы защитные – в кладовой, которая была опечатана его печатью и закрыта на замок. Ключи от контейнеров, кладовой и печать у него были в единственном экземпляре, и он их передал ФИО2. Также (ФИО)26 показал, что ключи от кладовой были у (ФИО)27.

Как показал ФИО2 после принятия имущества у (ФИО)28, помещения, где хранилось это имущество, он не вскрывал, поскольку необходимости в выдаче имущества не было.

Из инвентаризационных описей от 10 апреля 2019 г. № 00000164 и № 00000165 видно за Горшковым по учету в 4 ФЭС числится: КБС 6Б52 «Стрелок» - 15 шт., бронежилет 6Б45 – 15 шт., бронешлем ОЗШ 6Б47 – 15 шт., бронежилет 6Б19 – 7 шт., ИДК-1 – 7 к-т, ящик-тара - 6 шт., плащ ОП-1М – 36 шт., костюм Л-1 – 5 шт., перчатки БЛ-1М – 36 пар, противогаз ПМК-2 – 41 к-т, чехлы для чулок – 36 шт. и чехлы защитные – 36 шт.

Согласно приказу командира войсковой части (номер) от 10 апреля 2019 г. № 72 ФИО2 с 10 апреля 2019 г. полагается убывшим для лечения в военный госпиталь.

Как видно из выписок из медицинской карты больного № 6165, № 7933, выписного эпикриза № 8806 ФИО2 находился на лечении в военном госпитале в психиатрическом отделении в период с 10 апреля по 7 июня 2019 г. и с 24 июня по 17 июля 2019 г., а по итогам лечения и обследования признан не годным к военной службе.

Свидетель (ФИО)29 показал, (изъято) (номер). 10 апреля 2019 г. ему на территории воинской части встретился ФИО2, состояние которого ему показалось странным, в связи с чем он отвел его в медицинский пункт воинской части, о чем доложил (изъято) (ФИО)30. По результатам осмотра им было принято решение о госпитализации ФИО2 в психиатрическое отделение. В сопровождении военнослужащих (ФИО)31, (ФИО)32 и (ФИО)33 ФИО2 на автомобиле был доставлен в военный госпиталь, куда он также прибыл на своем автомобиле. В госпитале ФИО2 был осмотрен и госпитализирован. Оформив необходимые документы он вышел на улицу где возле психиатрического отделения ему встретился военнослужащий (ФИО)34, который сообщил, что у ФИО2 остались ключи от служебных помещений воинской части и печать для их опечатывания, а также то, что эти ключи необходимо забрать. Далее он ((ФИО)35) вернулся в отделение и с разрешения заведующей зашел в палату. С разрешения ФИО2 он вытащил из военного обмундирования последнего связку ключей (около 5 ключей) с печатью и забрал их. При этом (ФИО)36 пояснил, что ФИО2 в этот момент был привязан, фиксирован к кровати. Затем эту связку ключей с печатью он передал (ФИО)37.

Свидетель (ФИО)38 показал, что 10 апреля 2019 г. он вместе с (ФИО)39, (ФИО)40 (ФИО)41 сопровождал в госпиталь ФИО2. После того как (ФИО)42 вышел на улицу и сообщил ему, что ФИО2 госпитализировали, он вспомнил, что у последнего при себе возможно остались ключи от служебных помещений воинской части и печать, в связи с чем он попросил (ФИО)43 вернуться и забрать их. Через некоторое время (ФИО)44 передал ему связку ключей ФИО2 с печатью. С этой связки ключей он отсоединил печать, 1 ключ от класса подготовки и 1 ключ от канцелярии, а остальные ключи он отдал (ФИО)45. По прибытию в воинскую часть печать ФИО2 и 2 ключа он повесил в ключницу канцелярии. Как пояснил (ФИО)46, доступ к ключнице канцелярии имеют 4-5 человек, при этом указаний забирать ключи у ФИО2, где и как их хранить ему никто не давал, такое решение он принял самостоятельно.

Приказом командира войсковой части (номер) от 24 апреля 2019 г. № 245 с целью качественного и своевременного приема-сдачи дел и должности (изъято) (ПЗРК), на которую исходя из приказа упомянутого должностного лица от 16 мая 2019 г. № 53 – 21 февраля 2019 г. был назначен военнослужащий (ФИО)47, было определено 25 апреля 2019 г. в составе комиссии военнослужащих (ФИО)48, (ФИО)49, (ФИО)50 и (ФИО)51 вскрыть кладовую зенитной ракетной батареи (ПЗРК), а по результату приема материальных средств составить акт.

Согласно акту приема материальных ценностей зенитной ракетной батареи (ПЗРК) комиссия в составе (ФИО)52, (ФИО)53 (ФИО)54 и (ФИО)55 произвела вскрытие кладовой зенитной ракетной батареи (ПЗРК) и установила недостачу следующего имущества у ФИО2: КБС 6Б52 «Стрелок» в количестве 3 шт., бронежилет 6Б45 – 3 шт., бронешлем ОЗШ 6Б47 – 3 шт., бронежилет 6Б19 – 2 шт., ИДК-1 – 7 к-т, ящик-тара - 6 шт., плащ ОП-1М – 17 шт., костюм Л-1 – 1 шт., перчатки БЛ-1М – 17 пар, противогаз ПМК-2 – 21 к-т, чехлы для чулок – 17 шт. и чехлы защитные – 17 шт. Стоимость данного имущества согласно справкам-расчет от 29 мая 2019 г. в общей сложности составила 395 760 рублей 71 копейку.

Свидетель (ФИО)56 показал, что 25 апреля 2019 г. он в составе комиссии, совместно с (ФИО)57, (ФИО)58 и (ФИО)59 произвел вскрытие класса подготовки, металлических контейнеров, а также кладовой зенитной ракетной батареи (ПЗРК). Кто открывал кладовую зенитной ракетной батареи (ПЗРК) он не помнит, при этом кладовая была опечатана. Класс подготовки открыл (ФИО)60, а замки на металлических контейнерах, которые находились в этом классе, он и ФИО5 сломали специальным инструментом, при этом контейнеры опечатаны не были. После вскрытия сведения о количестве найденного имущества комиссией были занесены в соответствующий акт. Далее (ФИО)61 показал, что на металлические контейнеры он повесил новые замки, ключи от них, от кладовой и печать ФИО2 он забрал себе, запасные же ключи от новых замков он оставил у дежурного в защитном чехле.

Свидетель (ФИО)62 показал, что 25 апреля 2019 г. он в составе комиссии, совместно с (ФИО)63, (ФИО)64 и (ФИО)65 произвел вскрытие класса подготовки, металлических контейнеров, а также кладовой зенитной ракетной батареи (ПЗРК). Кто вскрывал класс подготовки и кладовую зенитной ракетной батареи (ПЗРК) он не помнит, при этом замки с металлических контейнеров сбивали (ФИО)66 и (ФИО)67. После вскрытия сведения о количестве найденного имущества комиссией были занесены в соответствующий акт. (ФИО)68 также показал, что доступ к ключам, находящимся в ключнице канцелярии имеют 4-5 человек.

Свидетель (ФИО)69 показал, что является подчиненным (ФИО)70 25 апреля 2019 г. он в составе комиссии, совместно с (ФИО)71, (ФИО)72 и (ФИО)73 произвел вскрытие класса подготовки, металлических контейнеров, а также кладовой зенитной ракетной батареи (ПЗРК). Класс подготовки открывал (ФИО)74, а кто открывал кладовую зенитной ракетной батареи (ПЗРК) он не помнит, при этом замки с металлических контейнеров сбивали (ФИО)75 и (ФИО)76.

Свидетель (ФИО)77 показал, что 25 апреля 2019 г. он в составе комиссии, совместно с (ФИО)78, (ФИО)79 и (ФИО)80 произвел вскрытие класса подготовки, металлических контейнеров, а также кладовой зенитной ракетной батареи (ПЗРК). Класс подготовки открывал (ФИО)82, а кладовую зенитной ракетной батареи (ПЗРК) открывал он, при этом кладовая была опечатана печатью. Также свидетель (ФИО)81 показал, что ключи от кладовой с печатью ему передал какой-то военнослужащий, фамилию которого он не помнит.

Оценивая вышеприведенные доказательства, обстоятельства госпитализации ответчика, изъятия без соответствующего указания командира воинской части ключей и печати у материально-ответственного лица, которое находилось в госпитале в беспомощном состоянии, хранения ключей и печати ФИО2 в помещении канцелярии, куда имело доступ 4-5 человек, проведения вскрытия помещений, где хранилось имущество, закрепленное за Горшковым спустя 2 недели после госпитализации последнего, передачи ключей от кладовой члену комиссии (ФИО)83 неустановленным военнослужащим, самостоятельного присвоения (ФИО)84 номерной печати ФИО2 и ключей от кладовой, владения комплектом ключей от кладовой военнослужащим (ФИО)85, суд приходит к выводу, что истцом достоверно не доказана вина ФИО2 в утрате заявленного в иске имущества.

Наличие указанных противоречий, отсутствие должного контроля за соблюдением передачи ключей от помещений материально-ответственного лица ФИО2, наличие доступа к ключам и печати ФИО2 у иных лиц, свидетельствует о недоказанности тех обстоятельств, на которые ссылается истец как на основания своих требований, в частности, что имущество, перечисленное в иске, утрачено ответчиком.

На основании изложенного, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для привлечения в соответствии с Федеральным законом «О материальной ответственности военнослужащих» капитана ФИО2 к материальной ответственности на сумму 395 760 рублей 71 копейка и отказывает в удовлетворении исковых требований командира войсковой части (номер).

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ,

решил:

в удовлетворении искового заявления командира войсковой части (номер) о взыскании с ФИО2 в счет возмещения материального ущерба на сумму 395 760 рублей 71 копейка, - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Северо-Кавказский окружной военный суд, через Севастопольский гарнизонный военный суд, в течение месяца со дня его принятия.

Председательствующий П.В. Храменков