Решение № 2-1-182/2025 2-182/2025 2-182/2025(2-4538/2024;)~М-2065/2024 2-4538/2024 М-2065/2024 от 29 мая 2025 г. по делу № 2-1-182/2025

Дело № 2-1-182/2025

40RS0001-01-2024-004120-06


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Калужский районный суд Калужской области в составе

председательствующего судьи Суетиной М.В.,

при секретаре Игнатовой А.А.,

с участием прокурора Тарченко Н.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в <адрес> 03 апреля 2025 года гражданское дело по иску ФИО1 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения <адрес> «Калужская областная клиническая больница» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ДД.ММ.ГГГГ истец обратился к ответчику с вышеуказанным иском, просил суд взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 250 000 рублей. В обоснование иска указала, что в сентябре 2019 года после консультации травматолога – ортопеда ФИО1 поставлена на очередь на эндопротезирование на 2020 год. В феврале 2020 года было выдано направление на хирургическое лечение, установлен диагноз правосторонний деформирующий коксартроз 3 степени. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находилась на лечении в ортопедическом отделении ГБУЗ <адрес> «КОКБ». ДД.ММ.ГГГГ лечащим врачом ФИО2 была назначена плановая операция по эндопротезированию тазобедренного сустава, после введении анестезии, состояние ФИО3 ухудшилось, в с вязи с чем операция была прервана. ДД.ММ.ГГГГ операция состоялась, после операции сохранялась температура, через 2 месяца появился гнойник, который был ДД.ММ.ГГГГ вскрыт с выделением гноя. Лечение было продолжено, однако появились свищит в области послеоперационного рубца с серозо-гнойным отделяемым, боли усились, состояние ухудшилось. В виде чего возникли послеоперационные ухудшения состояния здоровья. ДД.ММ.ГГГГ была проведена ревизионная операция в ходе которой были удалены компоненты эндопротеза, проведена санация гнойного очага, установлен антибактериальный спейсер. Состояние истца не улучшилось, в виду чего ДД.ММ.ГГГГ проведена еще одна операция – удаление спейсера с санацией гнойного очага. Длительное время истец испытывала физическую боль. Вследствие указанной патологии ФИО3 утратила трудоспособность, ухудшилось качество ее жизни, состояние здоровья. Истец полагает, что ей была оказана медицинская помощь ненадлежащего характера, в частности в действиях врача ФИО2 при проведении операции она полагает, имеются дефекты в области ее проведения. Данные обстоятельства послужили основанием для обращения в суд.

В ходе рассмотрения дела к участию в деле в качестве третьего лица привлечены в качестве третьих лиц в порядке статьи 43 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ГБУЗ <адрес> «<адрес> больница <адрес>», врач ФИО4.

Истец в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщил. Представитель истца ФИО5 в судебном заседании исковые требования уточнила, просила взыскать с ответчика компенсации морального вреда в размере 400 000 рублей.

Представитель ответчика по доверенности ФИО6 иск не признала по основаниям изложенным в исковом заявлении.

Третье лицо ФИО2 возражал против удовлетворения иска.

Другие лица, участвующие в деле в судебное заседание не явились, извещались судом надлежащим образом.

Суд, выслушав участвующих лиц, допросив экспертов ФИО7 и ФИО8, свидетелей, изучив материалы дела, медицинские карты истицы, заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим частичному удовлетворению, приходит к следующему.

Судом установлено и из материалов дела следует, что с 2016 года у истца начались сильные боли в области правого тазобедренного сустава.

В сентябре 2019 года после консультации травматолога- ортопеда она была поставлена в очередь на эндопротезирование на 2020 год. ( № очереди 1293)

В феврале 2020 года ФИО1 было выдано направление на хирургическое лечение, установлен диагноз правосторонний деформирующий коксартроз 3 степени, ФНС 3, болевой синдром.

В период ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истица находилась на лечении в ортопедическом отделении ГБУЗ КО «КОКБ».

ДД.ММ.ГГГГ лечащим врачом ФИО2 была назначена плановая операция по эндопротезированию тазобедренного сустава. После введения спинальной анестезии общее состояние ухудшилось, ФИО1 стало плохо, затруднилось дыхание, онемело лицо, началось сильное головокружение. Из операционной истец была переведена в реанимационное отделение, в котором находилась до конца дня.

ДД.ММ.ГГГГ истице была проведена операция по эндопротезированию правого тазобедренного сустава. Проводил операцию врач ФИО2 в ортопедическом отделении ГБУЗ КОКБ. Послеоперационный период протекал тяжело, были сильные боли. Со дня операции и примерно еще 6 дней держалась высокая температура. Через 2 месяца на операционном рубце появился гнойник, который ДД.ММ.ГГГГ был вскрыт с выделением гноя. Лечение было продолжено, однако появились свищи в области послеоперационного рубца с серозо-гнойным отделяемым, боли усилились, стало трудно передвигаться. Возникло осложнение - поздняя хроническая глубокая перепротезная инфекция (золотистый стафилококк), глубокое нагноение эндопротеза.

ДД.ММ.ГГГГ была проведена ревизионная операция, в ходе которой были удалены компоненты эндопротеза, проведена санация гнойного очага, установлен антибактериальный спейсер.

ДД.ММ.ГГГГ была выполнена компьютерная томография тазобедренных суставов. Установлен диффузный остеопороз, несостоятельность (перелом) спейсера от 05.06.2020г. со смещением и вывихом бедренного отломка, с формирование ложного сустава. КТ картина несросшегося патологического перелома в верхней трети правой бедренной кости со смещением.

ДД.ММ.ГГГГ началось покраснение в области нижней трети послеоперационного рубца, опять появился свищ с гнойным отделяемым. Получено направление на госпитализацию.

ДД.ММ.ГГГГ проведена еще одна операция - удаление спейсера с санацией гнойного очага.

Представитель истца в судебном заседании пояснила, что длительное время ее доверитель испытывала сильную физическую боль. После проведенных операций она стала выяснять причину возникновения осложнения в виде поздней хронической глубокой перепротезной инфекции, глубокое нагноение эндопротеза. Как оказалось, причиной появления данного осложнения может являться неправильно выбранная техника операции, приведшая к нестабильности эндопротеза. Также указано, что инфекция вокруг протеза может возникнуть, когда инфекционные организмы найдут доступ к имплантату. Также одной их возможных причин возникшего осложнения могло стать носительство врачом-хирургом, проводившим операцию, патогенной микрофлоры, которая высеивалась в гнойном отделяемом - золотистого стафилококка. Вследствие указанной патологии ФИО1 утратила трудоспособность, ухудшилось качество ее жизни, персистирующий очаг инфекции оказал негативное влияние на деятельность внутренних органов. Истице было очень плохо, часто поднималась температура, было состояние интоксикации организма. Сильные боли преследовали ее. В течение одного года она перенесла три операции. По мнению истца, первоначальная операция была произведена не правильно, выполнена с дефектами, с нарушениями и недостатками, выбранная врачом хирургическая тактика не верна, в результате чего имеются существенные последствия для моего здоровья, понадобилась еще несколько операций для устранения последствий выполненной операции. При планировании операции лечащим врачом не было учтено, что ранее было диагностировано заболевание - хронический остеомиелит правого бедра, хирургическое лечение проводилось без учета имеющегося заболевания. Два года истица могла передвигаться только на костылях, нога не функционировала, так как была удалена кость и эндопротез, держалась только на мышцах, которые были атрофированы. Была установлена 2 группа инвалидности. В результате действий ответчика истцу причинен моральный вред, так как из-за некачественно оказанной медицинской услуги она испытывала нестерпимые боли в ноге. Общее слабое состояние из-за наличия рецидивирующей гнойной инфекции. Значительно ухудшилось качество ее жизни, она не могла передвигаться без посторонней помощи и в полной мере обслуживать себя. ФИО9 полагает, что все это произошло из-за некачественно оказанной медицинской помощи и действий оперирующего врача- травматолога ФИО2

В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В ходе рассмотрения дела судом назначена судебно-медицинская экспертиза.

Согласно заключению экспертов ФГБУЗ «Клиническая больница № ФМБА России» следует, что в представленных медицинских документах и материалах дела отсутствуют объективные и достоверные сведения об инфицирования области протезированного правого тазобедренного сустава ФИО1 каким-либо возбудителем в период госпитализации с 03.02.2020г. по 12.02.2020г. и проведения оперативного вмешательства №. При этом, ФИО1 была госпитализирована для планового оперативного лечения с недостоверными («просроченными») результатами инструментальных и лабораторных исследований, что в совокупности с отсутствием проведения контрольных исследований перед операцией, а также при отсутствии данных анализов перед выпиской, не позволяет комиссии экспертов мотивированно исключить манифестацию перипротезной инфекции к моменту выписки из стационара по причине сохраняющегося повышения температуры тела накануне выписки – вечером ДД.ММ.ГГГГ температура тела 37,5 оС.

Согласно протоколу операции № из представленной медицинской карты № пациента, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях, оперативное вмешательство начато ДД.ММ.ГГГГ в 13:05. По данным протокола общей анестезии от ДД.ММ.ГГГГ с 13:05 до 13:50, антибактериальная профилактика (Цефазолин 1 гр.) была проведена в указанный период времени, путь введения антибиотика не указан.

Таким образом имело место несвоевременное (в ходе операции операции) проведения антибиотикопрофилактики инфекции в области хирургического вмешательства.

Согласно листу назначений из представленной медицинской карты №, антибактериальный препарат Цефотаксим в дозировке 1,0г внутримышечно 3 раза в день был назначен ФИО1 только 06.02. и ДД.ММ.ГГГГ, что в условиях имевшихся воспалительных изменений в общих анализах крови и субфебрилитетом на протяжении всего послеоперационного периода в стационаре, очевидно, недостаточно.

С учетом приведенных данных специальной литературы, на основании общепринятых медицинских знаний об этиологии и патогенезе инфекций в области хирургического вмешательства, с учетом имеющихся клинических и лабораторных данных, комиссия экспертов считает, в клиническом случае ФИО1 имело место периоперационное инфицирование области проведения оперативного вмешательства золотистым стафилококком, следует полагать - за счет контаминации бактериями, используемых медицинских изделий, в том числе для эндопротезирования, с последующим формированием биопленки после имплантации.

Само наличие микробной биопленки создает угрозу, но не является гарантированной причиной развития перипротезной инфекции.

Условиями для развития и прогрессирования инфекции в области эндопротеза правого тазобедренного сустава у ФИО1 явились условия, обусловленные дефектами оказания медицинской помощи:

- госпитализация ФИО1 для планового оперативного лечения с недостоверными («просроченными») на момент госпитализации результатами лабораторных исследований;

- отсутствие проведения контрольных лабораторных исследований в предоперационном периоде для оценки состояния здоровья ФИО1 и наличия возможных противопоказаний для плановой операции при наличии недействительных анализов, выполненных на догоспитальном этапе;

- позднее проведение антибиотикопрофилактики в день операции, что не позволило создать необходимую концентрацию антибактериального препарата в операционной ране, что, в свою очередь, создало условия для прогрессирования раневой инфекции;

- отсутствие лабораторного контроля показателей общего анализа крови с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в условиях воспалительных изменений в исследованиях от 06.02. и ДД.ММ.ГГГГ и, как следствие, недостаточная антибиотикотерапия в послеоперационном периоде;

- отсутствие рекомендаций при выписке по продолжению антибактериальной терапии на амбулаторном этапе и контролю показателей общего анализа крови;

- указание в выписном эпикризе недостоверных данных общего анализа крови (показатели в норме), что ввело в заблуждение лечащего врача на амбулаторном этапе и не позволило своевременно диагностировать прогрессирование инфекционного процесса.

Мотивированных и объективных оснований о том, что инфицирование области проведения хирургического вмешательства у ФИО1 могло в результате попадания золотистого стафилококка непосредственно с рук оперирующего хирурга в представленных материалах дела и медицинских документах нет.

В выписном эпикризе указано проведение антибактериальной терапии препаратом Ципрофлоксацин, а также нестероидным противовоспалительным препаратом (НПВС) - Диклофенак, однако в листах назначения данные лекарственные препараты не указаны.

Таким образом, антибиотикопрофилактика ФИО1 выполнена несвоевременно, но в полном объеме. Антибиотикотерапия не проводилась, несмотря на ее необходимость, исходя из результатов лабораторных исследований и состояния пациентки.

Дефекты оказания медицинской помощи создали условия для развития и прогрессирования перипротезной инфекции в области правого тазобедренного сустава, что привело к ухудшению состояния здоровья пациентки, расстройству здоровья свыше трех недель, не связанному с периодом реабилитации после проведенного эндопротезирования, а обусловленному наличием перипротезной инфекции и необходимостью повторных курсов стационарного лечения и подворных оперативных вмешательств, что согласно пункту 7.1 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Приказом МЗиСР РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н, по признаку длительного расстройства здоровья свыше трех недель квалифицируется как СРЕДНИЙ вред здоровью.

Поскольку необходимость тотального эндопротезирования правого тазобедренного сустава было продиктована имевшимся у ФИО1 заболеванием, а выполнение оперативного лечения подобного вида и объема сопряжено с риском развития инфекции в области хирургического вмешательства, и в представленных материалах дела и медицинских документах отсутствуют объективные сведения о том, что инфицирование области правого тазобедренного золотистым стафилококком произошло непосредственно с рук оперирующего врача, прямая причинно-следственная связь между наступлением неблагоприятных последствий в виде ухудшения состояния здоровья ФИО1 и оказанием медицинской помощи в период ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ отсутствует.

При этом, как неоднократно отмечалось ранее, при оказании медицинской помощи ФИО1 имели место дефекты, приведшие к ухудшению состояния здоровья пациентки, расстройству здоровья свыше трех недель, не связанному с периодом реабилитации после проведенного эндопротезирования, а обусловленному наличием перипротезной инфекции и необходимостью повторных курсов стационарного лечения и подворных оперативных вмешательств, т.е. данные дефекты состоят в косвенной причинно-следственной связи с наступившими неблагоприятными последствиями.

Каких либо недостатков и/или дефектов в части технического выполнения тотального эндопротезирования правого тазобедренного сустава ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ комиссией экспертов не установлено.

Имели место дефекты оказания медицинской помощи в нарушение требований п. 2.2. Приказа МЗ РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»:

В нарушение подпункта «А»: Имеется один бланк информированного добровольного согласия (ИДС) пациента на медицинское вмешательство (анестезия, эндопротезирование тазобедренного (коленного) сустава) несмотря на то, что пациентке дважды (ДД.ММ.ГГГГ и 06.20.2020) оказывалось анестезиологическое пособие. Дата заполнения ИДС не указана.

В нарушение пункта «Д»: В представленной медицинской карту № имеется 2 листа врачебных назначений, оба из которых не промаркированы: не указаны № карты и ФИО больного. Один из них (с назначениями только от ДД.ММ.ГГГГ), является составной частью медицинской карты стационарного больного (в составе типографского переплета), второй – напечатан на отдельном листе бумаги и вклеен и содержит назначения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Врачебные назначения за ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ в карте отсутствуют.

В медицинской карте № присутствует «Карта контроля качества оказания медицинской помощи» - без подписи заведующего отделением, датированная ДД.ММ.ГГГГ (днем выписки пациента), данные которой не соответствуют действительности.

Примечание: пункты из указанной «Карты контроля качества оказания медицинской помощи» совпадают с таковыми из п. 2.2 Приказа МЗ РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», т.е. указанные ниже нарушения пунктов «Карты контроля качества оказания медицинской помощи» справедливы в отношении требований Приказа №н.

Пункт «Е»: назначение лекарственных препаратов с учетом инструкций – стоит отметка «выполнено».

При этом:

Согласно листу назначений препарат Метронидазол (Метрогил) назначался ФИО1 06.02. и 07.02. внутривенно в дозировке 100,0 2 раза в день. Однако, согласно инструкции по применению данного лекарственного препарата, Метронидазол для парентерального введения назначается 3 раза в сутки.

В медицинской карте № отсутствуют показания для назначения следующих препаратов: Эссенциале (фосфолипиды), Фенюльс (препараты железа в комбинации). Т.е., согласно листу назначений данные лекарственные средства ФИО1 были назначены, однако состояние здоровья пациентки по результатам клинического, инструментального и лабораторного обследования применения данных средств не требовало.Согласно протоколу спинальной анестезии от ДД.ММ.ГГГГ после введения ФИО1 раствора ФИО10 3,0 (15mg) наступило ухудшение состояния пациентки в виде тошноты, позывов на рвоту, падения артериального давления до 70/60 мм рт. ст., отмечались, головокружение, онемение лица, рук, зуд по коже, затруднение дыхания. После чего была стабилизирована, в сопровождении медицинского персонала транспортирована в отделение анестезиологии и реанимации. Следует заметить, что каких-либо записей лечащего врача о том, что пациентка подавалась в операционную ДД.ММ.ГГГГ, а также о том, что имел место резкое ухудшение состояния пациентки на фоне спинальной анестезии нет. Кроме этого, за время пребывания ФИО1 в отделении анестезиологии и реанимации ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ она ни разу не была осмотрена лечащим врачом.

С момента купирования аллергических проявлений на фоне спинальной анестезии ДД.ММ.ГГГГ и стабилизации пациентки, каких-либо иных клинических проявлений с этим связанных в представленной медицинской карту № не отмечено. При этом препараты Димедрол и Кальция хлорид, которые применяются для купирования аллергических реакций, согласно листу назначений применялись ФИО1 6 и 7 февраля без имеющихся на то показаний.

Пункт «Л»: коррекция плана обследования и лечения с учетом клинического диагноза и состояния пациента помечен отметкой «выполнено». При этом, согласно температурному листу, листу наблюдения за пациентом и как указывалось ранее, имело место нарастание и сохранение нарастание лихорадки до фебрильных цифр к моменту выписки, данное обстоятельство не отражено в дневниках наблюдения лечащего врача, в общем анализе крови на следующий день после операции отмечается лейкоцитоз до 13,3 *109/л, нет контроля перед выпиской или рекомендации контроля на амбулаторном этапе. Т.е. имел место дефект оказания медицинской помощи в виде отсутствия коррекции плана обследования и лечения с учетом клинического диагноза и состояния пациента.

Пункт «М»: назначение лекарственных препаратов, не включенных в перечень жизненно важных необходимых и важнейших лекарственных препаратов для медицинского применения.

Лекарственные препараты Эссенциале (фосфолипиды), Фенюльс (препараты железа в комбинации) и Кальция хлорид, применявшиеся ФИО1, не входят в перечень жизненно-необходимых и важных препаратов (Распоряжение Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 2406-р «Об утверждении перечня жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов, а также перечней лекарственных препаратов для медицинского применения и минимального ассортимента лекарственных препаратов, необходимых для оказания медицинской помощи» Приложение №), а также эти препараты отсутствуют в стандарте оказания медицинской помощи по профилю «Травматологи и ортопедия». Назначение указанных лекарственных препаратов требует комиссионного решения, в соответствии с Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 4н «Об утверждении порядка назначения лекарственных препаратов, форм рецептурных бланков на лекарственные препараты, порядка оформления указанных бланков, их учета и хранения»: пункт 30: «По решению врачебной комиссии пациентам при оказании им медицинской помощи в стационарных условиях назначаются лекарственные препараты, не включенные в перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов, в случае их замены из-за индивидуальной непереносимости, по жизненным показаниям.

Решение врачебной комиссии фиксируется в медицинской документации пациента и журнале врачебной комиссии» - показаний, а также соответствующего решения врачебной комиссии в медицинской карте отсутствует.

Кроме этого, имели место следующие дефекты оказания медицинской помощи в части ведения медицинской документации:

Отсутствует предоперационный осмотр лечащим врачом по поводу оперативного вмешательства ДД.ММ.ГГГГ. Единственный предоперационный эпикриз, имеющийся в карте датирован ДД.ММ.ГГГГ, после чего была неудачная попытка проведения операции – ухудшение состояния на фоне спинальной анестезии.

Протокол операции № от ДД.ММ.ГГГГ не в полной мере соответствует действительности, а именно: указано проведение спинномозговой анестезии, в то время как операция была проведена под эндотрахеальная наркозом (см. протокол общей анестезии от ДД.ММ.ГГГГ) в связи с ухудшением состояния ФИО1 после спинномозговой анестезии от ДД.ММ.ГГГГ.

В дневнике наблюдения за 06.02.2020г расписана схема применения препарата Трамадол с целью обезболивания, в листе назначения присутствует отметка о выполнении назначения, однако в листе применения наркотических средств указано однократное введение препарата 06.02.2020г 13:35.

В выписном эпикризе указано проведение антибактериальной терапии препаратом Ципрофлоксацин, а так же НПВС Диклофенак, однако в листах назначения данные лекарственные препараты не указаны.

Результаты анализов, указанных в выписке отсутствуют в медицинской карте.

При проведении оперативного вмешательства 06.02.2020г в протоколе анестезии отражено проведение антибиотикопрофилактики Цефазолином 1,0 г, без указания времени введения с последующим назначением препарата Цефотаксим 1,0г*3 р/сут внутримышечно в течение двух дней.

В протоколе анестезии от 04.02.2020г отмечено появление головокружения, онемения лица, рук, зуда кожи, затруднения дыхания на фоне проведения спино-мозговой анестезии препаратом ФИО10 3,0 (15мг) (ФИО11), проведена медикаментозная терапия. Согласно, приказа Росздравнадзора от ДД.ММ.ГГГГ N1071 "Об утверждении Порядка осуществления фармаконадзора", пункт 12: сведения должны быть поданы в Росздравнадзор, а в соответствии с пунктом 39 - копии сообщений, направленных в Росздравнадзор, сохраняются в медицинской документации пациентов. Данная информация в медицинской карте отсутствует.

В виду изложенного, судом усматривается косвенная причинно-следственная связь между выявленными недостатками (дефектами) оказанной медицинской помощи в период нахождения ФИО9 на лечении в ортопедическом отделении в ГБУЗ КО «Калужская областная клиническая больница» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и наступившими неблагоприятными последствиями в виде развития инфекции у ФИО1 операционной раны и возникновения гнойных осложнений у ФИО1, поскольку установленные дефекты оказания медицинской помощи создали условия для развития и прогрессирования перипротезной инфекции в области правого тазобедренного сустава, что привело к ухудшению состояния здоровья пациентки, расстройству здоровья свыше трех недель, не связанному с периодом реабилитации после проведенного эндопротезирования, а обусловленному наличием перипротезной инфекции и необходимостью повторных курсов стационарного лечения и подворных оперативных вмешательств.

Истице причинён вред здоровью средней степени тяжести.

Оснований не доверять полученному заключению у суда не имеется, поскольку экспертиза произведена в соответствии с требованиями ст. 84 - 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Исследование проведено экспертами, обладающими специальными познаниями в области медицины, квалификация которых не вызывает сомнений. Эксперты в надлежащем порядке были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Экспертное заключение содержит мотивированные, четко сформулированные и однозначные ответы на поставленные судом вопросы.

Выводы заключения судебной экспертизы подтверждены допрошенным в судебном заседании экспертами ФИО7 и ФИО8

В соответствии со статьей 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

В силу статьи 18 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» каждый имеет право на охрану здоровья. Право на охрану здоровья обеспечивается, помимо прочего, оказанием доступной и качественной медицинской помощи.

В соответствии со статьей 19 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" каждый имеет право на медицинскую помощь, под которой понимается комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг - медицинского вмешательства или комплекса медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.

В силу статьи 20 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" необходимым предварительным условием медицинского вмешательства является дача информированного добровольного согласия гражданина или его законного представителя на медицинское вмешательство на основании предоставленной медицинским работником в доступной форме полной информации о целях, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных вариантах медицинского вмешательства, о его последствиях, а также о предполагаемых результатах оказания медицинской помощи.

Под качеством медицинской помощи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (п.21 ст.2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №323-ФЗ).

Положениями статьи 98 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №323-ФЗ определено, что медицинские организации, медицинские работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу положений пунктов 1, 2 статьи 4 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» исполнитель обязан оказать услугу, качество которой соответствует договору. При отсутствии в договоре условий о качестве услуги исполнитель обязан оказать услугу, соответствующую обычно предъявляемым требованиям.

Согласно ст. 4 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" исполнитель обязан оказать услугу, качество которой соответствует договору. При отсутствии в договоре условий о качестве услуги исполнитель обязан оказать услугу, соответствующую обычно предъявляемым требованиям и пригодную для целей, для которых услуга такого рода обычно используется.

В силу положений ст. 15 Закона «О защите прав потребителей», моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.

В соответствии с п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

При решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является факт нарушения прав потребителя.

Учитывая, что судом установлены нарушения ответчиком прав истца, как потребителя медицинских услуг, выразившихся в неполном обследовании истицы перед оперативным вмешательством и невыполнении всех необходимых мероприятий в ходе оперативного вмешательства, что привело к образованию у истицы повреждения в виде закрытого перелома вертлужной впадины со смещением, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судом также установлено, что до настоящего времени истица испытывает боли, не имеет возможности вести активный образ жизни, учитывается ее семейное положение и жизненные обстоятельства, согласно которым истица перед операцией похоронила дочь, осуществляла в после операционный период уход за больным супругом, впоследствии смерть супруга.

Указанные обстоятельства подтверждаются пояснениями представителя истца и свидетельскими показаниями ФИО12, являющейся соседкой ФИО9

Разрешая заявленные исковые требования, суд учитывает фактические обстоятельства дела, индивидуальные особенности истца, характер и степень причиненных ей физических и нравственных страданий, причинение ей действиями ответчика среднего вреда здоровью, установление истице второй группы инвалидности, требования разумности и справедливости, и приходит к выводу об удовлетворении заявленных требований и взыскании с ответчика в пользу истца в качестве компенсации морального вреда 400 000 рублей.

Доводы третьего лица ФИО2 о том, что в течение долгого лет после операции истица не обращалась в суд, кроме того, была предупреждена документально о возможном послеоперационных последствиях в виде загноения раны, подписанной ФИО9 самостоятельно, суд находит несостоятельными, поскольку не могут свидетельствовать о качественно оказанной медицинской услуге истице при проведении операции в ГБУЗ КО «Калужская областная киническая больница».

В соответствии со статьей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования истца удовлетворить.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения <адрес> «Калужская областная клиническая больница» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 400 000 рублей.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения <адрес> «Калужская областная клиническая больница» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3000 рублей.

На решение может быть подана апелляционная жалоба или представление в Калужский областной суд через Калужский районный суд <адрес> в течение месяца со дня изготовления решения в полном объеме.

Председательствующий Суетина М.В.

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ