Решение № 2-3599/2025 2-3599/2025~М-2638/2025 М-2638/2025 от 16 ноября 2025 г. по делу № 2-3599/2025

УИД 61RS0008-01-2025-004796-08

Дело № 2-3599/2025


Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

11 ноября 2025 года г. Ростов-на-Дону

Советский районный суд г. Ростова-на-Дону в составе:

председательствующего судьи Довлекаевой О.В.

при секретаре судебного заседания Октысюк А.С.

с участием помощника прокурора Василенко Е.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО6 к ГБУ РО «Ростовская областная клиническая больница», ГБУ РО «Центральная городская больница» в г. Донецке, третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора: Министерство здравоохранения Ростовской области, ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда за некачественное оказание медицинских услуг,

УСТАНОВИЛ:

ФИО6 обратился в суд с иском к ГБУ «Ростовская областная клиническая больница», ГБУ РО «Центральная городская больница» в г. Донецке, третье лицо: Министерство здравоохранения Ростовской области, о взыскании компенсации морального вреда за некачественное оказание медицинских услуг.

В обоснование исковых требований истец указал, что является супругом ФИО2, которая в июле 2021 обратилась в Советский районный суд г.Ростова-на-Дону с иском к ГБУ РО «РОКБ» о возмещении вреда, причиненного здоровью, в связи с некачественным оказанием медицинской помощи. Правоспособность ФИО2 прекратилась в связи со смертью. Иск ФИО2 был обоснован тем, что в августе 2020 года в МБОУЗ «ЦГБ» г. Донецка Ростовской области ей после проведенного обследования был поставлен диагноз «двусторонняя пневмония», а также «острый риносинусит, хронический ларингит», назначено соответствующее лечение, в ходе которого наступило ухудшение состояния здоровья. В ноябре 2020г. по результатам компьютерной томографии ФИО2 поставлен диагноз «саркаидоз легких» со значительным увеличением очагов с ДД.ММ.ГГГГ, выдано направление в ГБУ РО «РОКБ» на консультацию к пульмонологу с целью формирования тактики лечения. По результатам обследования в ГБУ РО «РОКБ» врач пульмонолог ФИО1 подтвердил диагноз «саркаидоз легких» (ГГ86.0) и в рекомендациях, при повторном осмотре, назначил соответствующее лечение. Состояние ФИО2 резко ухудшилось, болезнь прогрессировала. ДД.ММ.ГГГГ она вновь была на приеме у врача ФИО1, который изменил тактику лечения, отменив предыдущее назначение, никаких дополнительных исследований и диагностики, предусмотренных при диагнозе «саркаидоз легких» (П86.0) не назначил.

Поскольку в ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр онкологии» возможность пройти срочное своевременное лечение отсутствовала, она обратилась в АО «Европейский медицинский центр». ДД.ММ.ГГГГ в данном центре было проведено полное обследование, поставлен диагноз «неплоскоклеточный немелкоклеточный рак язычковой доли левого легкого, метастазы с левое и правое легкое 4 стадии» и назначено соответствующее лечение.

В результате некачественно оказанных медицинских услуг ФИО2 утратила трудоспособность и ДД.ММ.ГГГГ ей была установлена инвалидность 1 группы.

Если бы медицинская помощь ФИО2 была оказана учреждением здравоохранения надлежащим образом, квалифицированно и в полном объеме, то наступление летального исхода можно было избежать, при правильном и своевременном лечении можно жить и с одним легким.

Истец указывает, что его требования основаны на факте смерти родного человека, связанным с фактом некачественного оказания ей медицинской помощи, по причине оказания неквалифицированной медицинской помощи, которые способствовали прогрессированию болезни и неблагоприятному исходу заболевания для жизни ФИО2 (летальному исходу).

В связи со смертью близкого человека он претерпевает нравственные и физические страдания - расстройство сна, слабость, головные боли, депрессию, отсутствие аппетита, подавленное настроение, чувство утраты, вины, страха, угнетенность и подавленность,

В связи с неквалифицированными действиями врача-специалиста ГБУ РО РОКБ истец, лишился самого близкого ему человека, получил тяжелое душевное расстройство, а также испытал тяжелейшее эмоциональное потрясение.

На основании изложенного истец просит суд взыскать с Государственного бюджетного учреждения Ростовской области «Ростовская областная клиническая больница» и Государственного бюджетного учреждения Ростовской области «Центральная городская больница» в свою пользу в качестве компенсации морального вреда, в связи с некачественным оказанием медицинской помощи ФИО2 с каждого из ответчиков сумму в размере 2000000 рублей.

Протокольным определением от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований привлечен врач пульмонолог ФИО1

Истец ФИО6 в судебное заседание явился, просил исковые требования удовлетворить.

Представитель истца ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования поддержала, просила удовлетворить заявленные требования в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика ГБУ РО «Ростовская областная клиническая больница» ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признала, просила отказать в удовлетворении заявленных требований, поскольку согласно заключению судебно-медицинской экспертизы о наличии косвенной причинно-следственной связи между дефектами оказания медицинской помощи и смертью ФИО2 носит вероятностный, а не категорический характер. Письменные возражения на иск приобщены к материалам дела.

Представитель ответчика ГБУ РО «Центральная городская больница» в г. Донецке ФИО5, действующий на основании доверенности, в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, предоставил суду отзыв на исковое заявление, в котором просил в удовлетворении исковых требований.

Третьи лица – представитель Министерства здравоохранения Ростовской области, ФИО1 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В судебном заседании помощник прокурора Василенко Е.А., участвующая в судебном заседании, просила суд удовлетворить исковые требования истцов с учетом разумности и справедливости.

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, заслушав мнение помощника прокурора, исследовав материалы дела, приходит к следующим выводам.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что истец ФИО6 является супругом ФИО2, что подтверждается свидетельством о заключении брака серии II-АН №, выданного Отделом ЗАГС администрации г. Донецка Ростовской области ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратилась в Советский районный суд г.Ростова-на-Дону с исковым заявлением к Г"БУ РО «РОКБ» о возмещении вреда, причиненного здоровью, в связи с некачественным оказанием медицинской помощи. Правоспособность ФИО2, в силу ст. 17 ГК РФ прекратилась в связи со смертью.

Иск ФИО2 был обоснован следующими обстоятельствами.

В августе 2020 года в МБОУЗ «ЦГБ» г. Донецка Ростовской области ФИО2 после проведенного обследования поставлен диагноз «двусторонняя пневмония», а также «острый риносинусит, хронический ларингит», назначено соответствующее лечение. Однако в ходе лечения наступило ухудшение состояния здоровья, и в ноябре 2020 года по результатам компьютерной томографии ФИО2 поставлен диагноз «саркаидоз легких» со значительным увеличением очагов с ДД.ММ.ГГГГ, выдано направление в ГБУ РО «РОКБ» на консультацию к пульмонологу с целью формирования тактики лечения. По результатам обследования в ГБУ РО «РОКБ» врач пульмонолог ФИО1 подтвердил диагноз «саркаидоз легких» (ГГ86.0) и в рекомендациях, при повторном осмотре, назначил соответствующее лечение.

Однако состояние ФИО2 резко ухудшилось, болезнь прогрессировала. ДД.ММ.ГГГГ она вновь была на приеме у врача ФИО1, который изменил тактику лечения, отменив предыдущее назначение. При этом также не назначил никаких дополнительных исследований и диагностики, предусмотренных при диагнозе «саркаидоз легких» (П86.0).

ФИО2 указывала, что саркоидоз легких относится к заболеваниям, при которых только исследование тканевого материала позволяет получить диагностически значимые данные, в отличие от туберкулеза и некоторых онкологических заболеваний легких, когда возможно исследовать естественные выделения (мокроту) на содержание возбудителя или опухолевых клеток. В идеале диагноз саркоидоза устанавливается, когда клиникорентгенологические данные подкрепляются выявлением неказеифицированных (без некроза) эпителиоидноклеточных гранулем в биоптате легочной ткани и/или лимфатического узла, и/или слизистой бронхов. У больных саркоидозом легких следуег проводить морфологическую верификацию диагноза во всех случаях сразу после выявления рентгенологических изменений в лимфатических узлах средостения и/или лёгочной ткани, не зависимо от наличия или отсутствия клинических проявлений. Чем острее процесс и меньше его длительность, тем больше вероятность получения биоптага, содержащего типичные для этого заболевания структуры (неказеифицированные эиителиоидноклегочные гранулемы и клетки инородних тел).

Однако, в нарушение данного требования при постановке ФИО2 диагноза «саркаидоз легких» морфологическая верификация не была проведена, что в результате привело к неправильному назначению лечения и значительному усугублению состояния ее здоровья.

В связи с чем, она была вынуждена самостоятельно обратиться в ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр онкологии» Министерства здравоохранения Российской Федерации в г. Ростове-на-Дону, где по результатам исследования биопсийного материала ДД.ММ.ГГГГ выявлены ткани легкого с очагами муцинозной аденокарциномы 01, т.е. фактически установлен рак.

Поскольку в ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр онкологии» возможность пройти срочное своевременное лечение отсутствовала, она обратилась в АО «Европейский медицинский центр», где ДД.ММ.ГГГГ было проведено полное обследование, поставлен диагноз «неплоскоклеточный немелкоклеточный рак язычковой доли левого легкого, метастазы с левое и правое легкое 4 стадии» и назначено соответствующее лечение.

ФИО2 указывала, что в ГБУ РО РОКБ врачом-специалистом не было назначено прижизненное патологоанатомическое исследование (с учетом того, что в заключении» МСКТ - исследования, проведенного ДД.ММ.ГГГГ в рентгеновском отделении МБУЗ «ЦГБ г. Каменск- Шахтинский» указано на необходимость проведения гистологической верификации) - имеет место дефект" диагностики в виде не соответствия указаниям из «Клинических рекомендаций по Саркаидозу. Категории МКБ: Саркоидоз (П86), Саркоидоз легких (В86.0) Разделы медицины: Пульмонология», пр этом каких-либо объективных причин (факторов), которые препятствовати бы правильной диагностике и ее лечению, в ГБУ РО РОКБ не имелось, а у медицинского персонала имелась возможность избежать наступление неблагоприятного исхода в виде позднего начала лечения, имеющегося у ФИО2 заболевания - «неплоскоклеточного немелкоклеточного рака язычковой доли левого легкого», при надлежащем оказании ей медицинской помощи. Развития болезни можно было бы избежать, в случае своевременного, правильного диагностирования болезни и назначения соответствующего лечения.

В результате некачественно оказанных медицинских услуг ФИО2 утратила трудоспособность и ДД.ММ.ГГГГ ей была установлена инвалидность 1 группы.

Для правильного рассмотрения дела № судом была назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза.

Экспертиза была проведена ФГБУ «Российский центр судебно- медицинской экспертизы».

На разрешение экспертов были поставлены следующие вопросы:

1. Какое заболевание (патологическое состояние), имевшееся у ФИО2, послужило поводом для ее обращения ДД.ММ.ГГГГ на первичный прием в ГБУ РО РОКБ? Правильно и своевременно поставлен диагноз ФИО2 в ГБУ РО РОКБ, имелись ли объективные трудности в установлении диагноза, в чем они выражались?

2. Какие методы диагностики применялись врачами ГБУ РО РОКБ ФИО2, причинили ли они вред здоровью больной?

3. Правильно ли, в соответствии с установленным диагнозом, было назначено и проведено лечение больной ФИО2, если лечение было неправильным или неполным, то в чем конкретно это выражалось?

4. Связано ли установление ДД.ММ.ГГГГ в АО «Европейский медицинский центр» ФИО2 диагноза неплоскоклеточный немелкоклеточный рак язычковой доли левого легкого, метастазы в левое и правое легкое 4 стадии с ненадлежащим врачеванием (недостатками врачевания, в том числе неполная и несвоевременная диагностика) в ГБУ РО РОКБ, если да, то в чем они выражались и чем объясняется их наличие?

5. Имеется ли прямая причинно-следственная связь между действиями (бездействием) врачей ГБУ РО РОКБ и наступлением последствий в виде позднего начала лечения заболевания - неплоскоклегочного немелкоклеточного рака язычковой доли левого легкого, мегастазы в левое и правое легкое 4 стадии, а также утратой ФИО2 трудоспособности и установлением ДД.ММ.ГГГГ последней инвалидности I группы? Оказало ли бы существенное влияние на развитие данного онкологического заболевания его выявление в период прохождения ФИО2 в конце ноября и начале декабря 2020 года консультаций в ГБУ РО РОКБ?

6. Соблюдались ли врачами ГБУ РО РОКБ при лечении больной ФИО2 правила и положения официальных распорядительных документов указанного лечебного учреждения?

В ходе проведенных исследований, эксперты ФЕБУ «Российский центр судебно-медицинской экспертизы» пришли к следующим выводам. «Допущенные недостатки и ошибки в интерпретации данных компьютерной томограммы привели к неправильному заключению врача-рентгенолога о наличии у ФИО2 КТ-признаков пневмонии. Несмотря на ряд существенных несоответствий имевшейся картины изменениям, характерным для пневмонии, отсутствует рекомендация проведения дополнительно компьютерной томографии легких с конрастированием, что могло бы способствовать дифференциальной диагностике и, наиболее вероятно, привело бы к правильной интерпретации результатов при обнаружении характерного для аденокарциномы паттерна контрастирования.

ДД.ММ.ГГГГ при повторном осмотре врачом-пульмонологом после получения результатов назначенной компьютерной томографии и с их учетом ФИО2 был установлен диагноз: Внебольничиая двухсторонняя полисегментарная пневмония, дифференцировать с инфильтративным туберкулезом.

Согласно Клиническим рекомендациям «Внебольничиая пневмония у взрослых» Российского респираторного общества, Межрегинальной ассоциации по клинической микробиологии и антимикробной химиотерапии (2019), диагноз внеболытчной пневмонии является определенным при наличии у пациента ренгенологически подтвержденной очаговой инфильтрации легочной ткани и, по крайней мере, двух клинических симптомов и признаков из числа следующих: остро возникшая лихорадка в начале заболевания (температура > ЗН,0°С); б) кашель с мокротой; в) физические признаки (фокус крепитации/мелкопузырчатых хрипов, бронхиальное дыхание, укорочение перкуторного звука); г) лейкоцитоз 10x10 9 /л и/или палочкоядерный сдвиг (10%).

У ФИО2 имевшаяся 10-ДД.ММ.ГГГГ клиническая картина не соответствовала диагностическим критериям внебольничной пневмонии. Врачом-пульмонологом диагноз ФИО2 был изменен с саркаидоза на пневмонию (и ооотвествеппо изменено назначения) необоснованно, только на основании результатов компбютерной томографии, без учета клинических данных и вопреки собственной ранее сформулированной диагностической концепции. Не соответствующие клинической картине результаты КТ врачом-пульмонологом не были поставлены под сомнение....

Таким образом, хотя диагностика муцинозной аденокарциномы является сложной клинической и рентгенологической задачей, а имевшиеся у ФИО2 признаки позволят заподозрить саркоидоз легких, тем не менее, требовалось проведение дальнейших дифференциально-диагностических обследований (в первую очередь - биопсии легких) для исключения других, в том числе опухолевых заболеваний, чего выполнено не было.

Деятельность медицинской организации в условиях ограничений, вызванных пандемией C0VID-19, не может быть принята во внимание в качестве достаточной причины невыполнения морфологической диагностики, поскольку ФИО2 биопсия легких не. была даже рекомендована врачом-пулъмонологом ГБУ РО «Ростовская областная клиническая больница», и, тем более, не были приняты никакие меры по обеспечению ее проведения в данной или иных медицинских организациях, которые должны предусматриваться территориальными органами управления здравоохранением.

Таким образом, при оказании медицинской помощи ФИО2 в ГБУ РО «Ростовская областная клиническая больница» в период с 17.112020 по ДД.ММ.ГГГГ установлены следующие недостатки:

- не назначена и не выполнена биопсия легких для морфологической диагностики саркоидоза и дифференциальной диагностики с опухолевыми поражениями; неправильно установлен диагноз саркоидоза; не назначена и не выполнена электрокардиография; ДД.ММ.ГГГГ реигеиологом неправильно интерпретированы данные компьютерной томографии, не рекомендованы дополнительные рентгенологические исследования с целью дифференциальной диагностики; ДД.ММ.ГГГГ неправильно установлен диагноз внеболъничной пневмонии....».

Экспертами также сделаны выводы, что «..к моменту первичного обращения ФИО2 в ГБУ РО «Ростовская областная клиническая больница» прогноз имевшегося у нее онкологического заболевания был неблагоприятным.

С другой стороны, недостатки оказания медицинской помощи в виде неназначения, невыполнения биопсии легких, неправильного установления диагноза саркоидоза, начиная с ДД.ММ.ГГГГ, а также неправильная интерпретация компьютерной томографии, задержке морфологической диагностики и установления правильного диагноза рака легких в срок около 1 месяца (считая до ДД.ММ.ГГГГ, когда был предварительно установлен правильный диагноз). За указанный срок злокачественная опухоль продолжала прогрессировать в отсутствие лечения. Прогресс опухоли подтверждается увеличением очагов в легких в динамике по результатам МСКТ от ДД.ММ.ГГГГ.»

Кроме того, экспертами подтверждается, что, «Лечение ФИО2 в ГБУ РО «Ростовская областная клиническая больница» было назначено в соответствии с неправильно установленными диагнозами «Саркоидоз, легочно-медиастинальная форма» (ДД.ММ.ГГГГ,ДД.ММ.ГГГГ), «Внеболытчная двухсторонняя полисегмеитариая пневмония» (ДД.ММ.ГГГГ)» (ответ на 6 вопрос).

Вывод экспертов об отсутствии прямой причинно-следственной связи между действиями (бездействием) врачей ГБУ РО РОКБ и наступлением последствий в виде позднего начала лечения заболевания - неплоскоклеточного немелкоклеточного рака язычковой доли левого легкого, метастазы в левое и правое легкое 4 стадии, а также утратой ФИО2 трудоспособности и установлением ДД.ММ.ГГГГ последней инвалидности 1 группы не соответствует действительности, так как вопрос не исследован в полной мере и не указаны последствия правильного установления диагноза, назначения соответствующего лечения и оперативного вмешательства.

Экспертами установлен факт недостатков оказания медицинской помощи буквального толкования выводов экспертов следует, что имеется причинно-следственная связь между недостатками медицинской помощи в виде запоздалой диагностики, установления правильного диагноза, и как следствие, отсроченным лечением и прогрессированием заболевания.

Таким образом, в любом случае, если бы медицинская помощь ФИО2 была оказана учреждением здравоохранения надлежащим образом, квалифицированно и в полном объеме, то наступление летального исхода можно было избежать, при правильном и своевременном лечении можно жить и с одним легким.

Все перечисленные недостатки качества медицинских услуг были допущены на стадии развития заболевания, когда своевременное и надлежащее качество медицинских услуг имело особое значение для выздоровления ФИО2

Судом также установлено, что в Советском районном суде г. Ростова-на-Дону было рассмотрено гражданское дело № № по иску ФИО7, ФИО8 к ГБУ РО «РОКБ», ГБУ РО «ЦГБ» в г. Донецке о взыскании компенсации морального вреда, в связи с некачественным оказанием медицинской помощи ФИО2

Определением Советского районного суда г. Ростова-на-Дону от ДД.ММ.ГГГГ по делу № была назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено СПб ГБУЗ «БСМП».

На разрешение экспертов были поставлены вопросы:

1. Были ли допущены медицинскими работниками ГБУ РО «РОКБ» и (или) ГБУ Ростовской области «ЦГБ» в г. Донецке дефекты качества оказания медицинской помощи ФИО2 и диагностики?

2. Имеется ли причинно-следственная связь между качеством оказанной ГБУ РО «РОКБ» и (или) ГБУ Ростовской области «ЦГБ» в г. Донецке медицинской помощью и наступлением смерти ФИО2?

Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, у ФИО2 имелось онкологическое заболевание - муцинозная аденокарцинома язычковой доли левого легкого.

Согласно современным научным и клиническим данным, муцинозная аденокарцинома является редкой злокачественной опухолью, которая сопровождается крайне скудной и неспецифической симптоматикой, что приводит к сложностям диагностики, увеличению сроков ее распознавания, особенно у женщин. Прогноз для жизни и лечения неблагоприятный даже при своевременно и правильно проведенной терапии.

Установлены следующие дефекты оказания медицинской помощи:

дефекты оформления медицинской документации, которые затрудняют оценку правильности оказания медицинской помощи;

дефект сбора анамнеза и его интерпретация, недооценка жалоб пациентки на наличие кашля при первичном обращении и в течение последующего 1 года. В период с 10.08.2020г. и до декабря 2020г. устанавливались диагнозы «хронический бронхит», «ХОБЛ», «саркоидоз», при этом не назначено было дообследование в полном объеме для уточнения диагноза;

не выполнена рентгенограмма органов грудной клетки в двух проекциях;

отсутствует морфологическая верификация диагноза «саркоидоз» до декабря 2020 года;

отсутствует забор мокроты на анализ для уточнения патологических изменений и проведения дифференциальной диагностики с учетом установления диагнозов ХОБЛ, саркоидоз;

отсутствует своевременная рекомендация проведения консультации онколога для проведения дифференциальной диагностики выявленных изменений;

не выполнено ЭКГ (или холтеровское мониторирование ЭКГ);

не направлена на выполнение радионуклидных методов исследования при установленном диагнозе «саркоидоз» органов дыхания;

отсутствует назначение и выполнение исследования - туберкулиновые кожные пробы;

при осмотре врачом-гематологом 23.11.2020г. отсутствует онконастороженность, недооценены данные о наличии анемии;

при обнаружении объемного образования кожи (на КТ головного мозга от 15.12.2020г.) не выполнена биопсия с целью верификации диагноза и исключения саркоидоза кожи;

не определено проведение дифференциальной диагностики с наиболее вероятными диагностическими изменениями при КТ-исследованиях.

Таким образом, при оказании медицинской помощи ФИО2, В МБУЗ «ЦГБ» г. Донецка РО Поликлиника № 1, в ГБУ РО «РОКБ» имело место несвоевременное (позднее) установление правильного онкологического диагноза, и, как следствие, позднее начало лечения онкологической патологии.

Указанные дефекты оказания медицинской помощи ФИО2 - не явились причиной развития муцинозной аденокарциномы, приведшей к неблагоприятному исходу, но не позволили использовать в более ранние сроки все возможные способы лечения онкологического заболевания (что возможно могло повысить шансы на благоприятный исход или отсрочить на некоторое время развитие неблагоприятного исхода), поэтому между дефектами оказания медицинской помощи (поздняя диагностика заболевания) и наступлением смерти может усматриваться причинно-следственная связь непрямого косвенного) характера. Однако вероятность наступления благоприятного исхода при своевременном и правильном лечении муцинозной аденокарциномы (учитывая злокачественность заболевания), сомнительна и маловероятна.

Суд отмечает, что юридически значимым обстоятельством и подлежащим установлению с учетом правого обоснования заявленных исковых требований положениями Федерального закона «Об основных охраны здоровья граждан в РФ», статьями 151, 1064 Гражданского кодекса РФ и иных норм права, подлежащих применению к спорным отношениям, является выяснение обстоятельств, касающихся неполноты комплекса мероприятий по оказанию медицинской помощи, а также определение степени нравственных и физических страданий истца ФИО6 с учетом фактических обстоятельств причинения ему морального вреда, других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им переживаний в результате ненадлежащего оказания ФИО2 медицинской помощи и ее последующей смерти. Ухудшение состояния здоровья человека вследствие ненадлежащего оказания ему медицинской помощи, в том числе по причине ее оказания (постановка неправильного диагноза и, как следствие, неправильное лечение пациента, не проведение пациенту всех необходимых диагностических и лечебных мероприятий, ненадлежащий уход за пациентом и т.п.) причиняет страдания, то есть причиняет вред, как самому пациенту, так и его родственнику, что является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Комплексы мероприятий по оказанию медицинской помощи ФИО2, проведенных в МБУЗ «ЦГБ» г. Донецка РО Поликлиника № 1, в ГБУ РО «РОКБ» были выполнены, вместе с тем, имело место несвоевременное (позднее) установление правильного онкологического диагноза, и, как следствие, позднее начало лечения онкологической патологии.

То обстоятельство, что заключением судебной экспертизы была установлена не прямая (косвенная) причинно-следственная связь между дефектами оказания медицинской помощи и наступившими неблагоприятными последствиями, в силу положений 1064 ГК РФ, не является основанием для освобождения от обязанности по возмещению вреда, в связи с чем доводы ответчиков, основанные именно на этом обстоятельстве, судом отклоняются.

Так, в соответствии с ч.1 ст. 39 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом.

Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь

Согласно положений ст. ст. 10, 19, 22 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» граждане имеют право на доступную и качественную медицинскую помощь, Пациент имеет право на диагностику, лечение в медицинских организациях в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям, получение консультаций врачей-специалистов, получить в доступной для него форме имеющуюся в медицинской организации информацию о состоянии своего здоровья, в том числе сведения о результатах медицинского обследования, наличии заболевания, об установленном диагнозе и о прогнозе развития заболевания, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных видах медицинского вмешательства, его последствиях и результатах оказания медицинской помощи.

В соответствии с п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная жизнь), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина (ст. 151 ГК РФ).

В силу ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившие вред, освобождается от его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Из разъяснений, содержащихся в п. 11 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» следует, что по общему правилу, установленному п. п. 1 и 2 ст.1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Пунктом 1 ст. 1068 ГК РФ предусмотрена обязанность юридического лица либо гражданина возместить вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсаций указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).

Из норм Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями ст. ст. 150, 151 ГК РФ следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

Согласно п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьи 151 ГК РФ.

В соответствии со ст.1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

При этом, стандарт медицинской помощи предполагает обязательное использование методик, необходимых для диагностики заболеваний, характера и объема лекарственных средств, манипуляций процедур, адекватных уровню развития современной науки. Надлежащая медицинская услуга, исходя из анализа правовых норм, регламентирующих оказание медицинских услуг, характеризуется совокупностью признаков: может оказываться лишь надлежащим медицинским работником; должна быть своевременной. Даже запоздалое обращение пациента за медицинской услугой не освобождает медицинских работников от обязанности проведения показанных пациенту диагностических и лечебных мероприятий. Несвоевременное или некачественное оказание медицинской услуги, не проведение медицинскими работниками показанных пациентам всех объемов диагностических или лечебных мероприятий; методологически и технически неправильное выполнение диагностических и лечебных вмешательств, в том числе, не проведение необходимых исследований (отступление от медицинских стандартов), ненадлежащее оформление медицинской документации (не соответствие действий (бездействия) медицинского работника протоколам ведения больных (медицинским стандартам), является противоправным действием (бездействием), нарушением профессиональных обязанностей медицинскими работниками.

Граждане РФ на основании статьи 6 Закона «О медицинском страховании граждан в Российской Федерации» имеют право на получение медицинских услуг, соответствующих по объему и качеству условиям договора медицинского страхования, который содержит перечень медицинских услуг, входящих в территориальную программу, а также на предъявление иска к учреждениям здравоохранения, в том числе и на материальное возмещение ущерба в случае причинения вреда здоровью вследствие ненадлежащего качества оказания медицинской и лекарственной помощи, а также условий предоставления медицинской и лекарственной помощи независимо от того, предусмотрено это или не г в договоре медицинского страхования.

На основании ст.98 Федерального закона № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» предусмотрено, что медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 (ред. от 06.02.2007) «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 Постановления Пленума).

В п. 11 Постановления Пленума разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная названной статьей презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Верховного Суда Российской Федераций,) моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых, законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда,

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Суд принимает во внимание, что истец в связи со смертью близкого человека претерпевает нравственные и физические страдания, лишился самого близкого ему человека, получил тяжелое душевное расстройство, а также испытал тяжелейшее эмоциональное потрясение.

С учетом всех установленных по делу обстоятельств, при определении размера компенсации морального вреда, суд принимает во внимание все предусмотренные законом критерии для этого, установив и приняв во внимание юридически значимые обстоятельства по делу, баланс интересов сторон спорных правоотношений при взыскании компенсации морального вреда, полагает размер компенсации морального вреда в сумме 100 000 руб. с каждого ответчика в пользу истца разумным и справедливым, в остальной части указанных требований следует отказать.

Согласно ч.1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В силу положений ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с абз.5 ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы на оплату услуг представителей.

Согласно ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации указано: лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием.

Согласно п.21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при: разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда); иска имущественного характера, не подлежащего оценке (например, о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п. 13 Постановления).

Как следует из представленных истцовой стороной документов, между ИП ФИО3 и ФИО6 заключен договор на оказание юридических услуг № от ДД.ММ.ГГГГ. В рамках настоящего договора исполнитель обязуется изучить предоставленные заказчиком документы и проинформировать заказчика о возможных вариантах решения возникших вопросов; подготовить и подать исковое заявление о взыскании морального вреда за некачественное оказание медицинских услуг к ГБУ РО «РОКБ», ГБУ РО «ЦГБ» в г. Донецке и иные документы в Советский районный суд г. Ростова-на-Дону, информируя об этом заказчика; осуществить представительство интересов заказчика в суде первой инстанции при рассмотрении дела о взыскании морального вреда за некачественное оказание медицинских услуг (п. 1.2). Стоимость услуг по настоящему договору составляет 20000 рублей (п. 3.1).

Указанные расходы были оплачены заявителем в полном объеме, что подтверждается банковскими чеками от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 15000 руб. и от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 5000 руб..

Представитель истца исполнил договор, подготовил и подал исковое заявление, осуществил представительство интересов заказчика в суде первой инстанции.

Таким образом, с учетом изложенного, принимая по внимание конкретные обстоятельства данного дела, его сложность, объема проделанной работы, суд приходит к выводу о взыскании с ответчиков судебных расходов на оплату услуг представителя в размере 20 000 руб., всего, а с каждого по 10 000 руб.

В соответствии с п.3 ч.1 ст. 333.19 НК РФ от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, а также мировыми судьями, освобождаются истцы по искам о возмещении вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья, а также смертью кормильца.

Согласно абз.2 п. 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" судам следует иметь в виду, что в предусмотренных законом случаях истцы освобождаются от уплаты государственной пошлины. Например, от уплаты государственной пошлины освобождены истцы по искам о компенсации морального вреда, причиненного нарушением трудовых прав гражданина, морального вреда, возникшего вследствие причинения увечья или иного повреждения здоровья или смерти лица, морального вреда, причиненного преступлением либо в результате незаконного уголовного преследования, морального вреда, причиненного ребенку, морального вреда, причиненного нарушением прав потребителей (подпункты 1, 3, 4, 10 и 15 пункта 1 статьи 333.36 НК РФ, пункт 3 статьи 17 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей").

Поскольку при обращении в суд истец был освобожден от уплаты государственной пошлины, то, удовлетворяя исковые требования, суд считает необходимым взыскать с ответчиков в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3000 руб. всего, а с каждого по 1500 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

исковые требования ФИО6 к ГБУ РО «Ростовская областная клиническая больница», ГБУ РО «Центральная городская больница» в г. Донецке, третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора: Министерство здравоохранения Ростовской области, ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда за некачественное оказание медицинских услуг – удовлетворить частично.

Взыскать с ГБУ РО «Ростовская областная клиническая больница» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО6 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

Взыскать с ГБУ РО «Центральная городская больница» в г. Донецке (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО6 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

Взыскать с ГБУ РО «Ростовская областная клиническая больница» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО6 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, паспорт №) судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 10 000 руб.

Взыскать с ГБУ РО «Центральная городская больница» в г. Донецке (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО6 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, паспорт №) судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 10 000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с ГБУ РО «Ростовская областная клиническая больница» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 1500 руб.

Взыскать с ГБУ РО «Центральная городская больница» в г. Донецке (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 1500 руб.

Решение суда может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Советский районный суд в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья О.В. Довлекаева

Мотивированное решение изготовлено 17.11.2025.