Решение № 2-387/2018 2-387/2018 ~ М-279/2018 М-279/2018 от 19 июня 2018 г. по делу № 2-387/2018

<данные изъяты>

Гр. дела № 2-387/2018


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Сухой Лог 20 июня 2018 года

Сухоложский городской суд Свердловской области в составе

председательствующего судьи Нестерова В.А.,

при секретаре Мельниковой О.В.,

с участием помощника Сухоложского городского прокурора Золотницкого Э.Д.,

истцов ФИО1, ФИО2, ФИО3, представителя истцов ФИО4, представителя ответчика ОАО «РЖД» ФИО5, представителя ответчика СПАО «Ингосстрах» ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО7 <данные изъяты>, ФИО7 <данные изъяты>, ФИО7 <данные изъяты> к страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах», к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» о компенсации морального вреда, затрат на погребение,

УСТАНОВИЛ:

ФИО8 в интересах ФИО1, ФИО2, ФИО3 обратился в суд с исковым заявлением, в котором просит:

1) взыскать с ОАО «РЖД»:

- в пользу ФИО1 компенсацию причиненного в связи со смертью супруга ФИО9 морального вреда в размере <данные изъяты> руб.;

- в пользу ФИО2 компенсацию причиненного в связи со смертью отца ФИО9 морального вреда в размере <данные изъяты> руб.;

- в пользу ФИО3 компенсацию причиненного в связи со смертью отца ФИО9 морального вреда в размере <данные изъяты> руб.;

- в пользу ФИО1 возмещение расходов на погребение в сумме <данные изъяты> руб.;

2) взыскать со СПАО «Ингосстрах»:

- в пользу ФИО1 компенсацию причиненного в связи со смертью супруга ФИО9 морального вреда в размере <данные изъяты> руб. <данные изъяты> копейки;

- в пользу ФИО2 компенсацию причиненного в связи со смертью отца ФИО9 морального вреда в размере <данные изъяты> руб. <данные изъяты> копейки;

- в пользу ФИО3 компенсацию причиненного в связи со смертью отца ФИО9 морального вреда в размере <данные изъяты> руб. <данные изъяты> копейки;

- в пользу ФИО1 возмещение расходов на погребение в сумме <данные изъяты> руб.;

3) взыскать в равных долях с ОАО «Российские железные дороги», СПАО «Ингосстрах» в пользу ФИО1 расходы, связанные с оплатой доверенности, в сумме <данные изъяты> руб., расходы по оплате госпошлины в сумме <данные изъяты> руб., в пользу ФИО2 - расходы по оплате госпошлины в сумме <данные изъяты> руб., в пользу ФИО3 - расходы по оплате госпошлины в сумме <данные изъяты> руб.

В обоснование исковых требований указано, что <данные изъяты> в районе остановочной площадки <данные изъяты> км. <данные изъяты> на участке пути Свердловской железной дороги пассажирским поездом <данные изъяты> сообщением <данные изъяты> смертельно травмирован Новоселов <данные изъяты>, <данные изъяты> года рождения, являющийся супругом ФИО1, отцом ФИО2, ФИО3 Смерть ФИО9 наступила в результате <данные изъяты>, в районе остановочной платформы, таким образом, ответчиком не созданы достаточные условия для обеспечения безопасности нахождения на объектах транспортной инфраструктуры, в результате чего ФИО9 погиб на железнодорожных путях. Сам по себе факт смерти человека не может не причинить его родным й близким людям соответствующих нравственных страданий в виде глубоких переживаний, полученного стресса, чувства потери и горя. Гибелью ФИО9 причинен неизгладимый моральный вред его супруге ФИО1, а также дочерям ФИО2, ФИО3, которые в результате преждевременной гибели близкого человека испытали сильнейшие моральные страдания, поскольку известие о смерти родного человека, явилось шоком, страшным горем. Истцов переполняло чувство несправедливости и печали. ФИО9 был главой семьи, любимым супругом и отцом, истцы всегда поддерживали теплые родственные отношения, вели совместное хозяйство, помогали друг другу. ФИО9 очень любил своих дочерей, гордился ими, ждал внуков, заботился о супруге, собирался стоить дом. Периодически ФИО9 <данные изъяты>, в такое время он жил у матери <данные изъяты>, потом всегда возвращался домой к супруге и дочерям, в такие периоды истцы не теряли контакта с ФИО9, переживали за него, регулярно созванивались. Истцы пытались лечить ФИО9 <данные изъяты>, поскольку очень его любили и не хотели потерять. Получив известие о смерти ФИО9, его родные испытали сильные нравственные страдания и переживания, долгое время находились в депрессии, очень переживали из-за потери близкого человека. Дочери лишились поддержки, любви и заботы отца, ФИО1 лишилась любимого и дорогого человека - супруга, с которым прожила в браке <данные изъяты> лет. Тяжелое моральное и физическое состояние истцов также усугубило отношение к ним со стороны ответчика, ни один сотрудник которого ни разу не выразил соболезнование о случившемся, не посочувствовал семье погибшего. Ссылаясь на положения ст.ст.151, 1064, 1100, п.1 ст.1079 ГК РФ, истцы полагают заявленные требования о возмещении морального вреда подлежащими удовлетворению в полном объеме. Кроме того, ссылаясь на положения п.4 ст.931, ст.1072, ст. 1094 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), с учётом того, что за проведение комплекса ритуальных услуг по захоронению ФИО9 МАУ «Мемориал» ФИО1 оплачено <данные изъяты> руб. на основании квитанции-договора № <данные изъяты> от <данные изъяты>, полагает указанную сумму подлежащей взысканию с ответчиков. Гражданская ответственность (в том числе компенсация морального вреда) ОАО «РЖД» застрахована в СПАО «Ингосстрах» по договору от <данные изъяты> года <данные изъяты>, также предусмотрена компенсация расходов на погребение в связи с чем СПАО «Ингосстрах» привлечено в качестве соответчика. Таким образом, взысканию в пользу истцов со СПАО «Ингосстрах» подлежит страховое возмещение в пределах лимита ответственности страховщика, с ОАО «РЖД» разница между размером вреда и страховым возмещением.

В судебном заседании истцы на удовлетворении иска настаивали по доводам в нём изложенным.

Представитель истцов ФИО4 в судебном заседании исковые требования поддержал, дополнительно указал, что грубая неосторожность погибшего истцами не оспаривается, требования заявлены к ответчикам с её учётом. Размер требований к каждому из ответчиков обусловлен предельными суммами страхового возмещения, установленными в договоре страхования. Пояснил, что в досудебном порядке истцы с какими-либо требованиями к СПАО «Ингосстрах» не обращались.

Представитель ответчика ОАО «РЖД» ФИО5 в судебном заседании и в представленных письменных возражениях на иск (л.д.87-93, 127-130) полагала исковые требования не подлежащими удовлетворению, поскольку имеются предусмотренные п.2 ст.1083 ГК РФ основания для существенного уменьшения размера компенсации морального вреда, поскольку причиной травмирования является грубая неосторожность самого потерпевшего, нарушившего общеизвестные Правила нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, вина ОАО «РЖД», локомотивной бригады в травмировании ФИО9 отсутствует. Полагает, что при определении размера компенсации должны быть соблюдены принципы разумности, справедливости и недопущения неосновательного обогащения, ссылается на статистические сведения о среднем размере взысканий судами компенсаций морального вреда по РФ, не превышающем <данные изъяты> руб. Факт причинения морального вреда истцами не доказан, само наличие родственных отношений не свидетельствует о причинении физических и нравственных страданий. Полагает, что в связи с тем, что ответственность ОАО «РЖД» по обязательствам за причинение вреда жизни и здоровью физических лиц застрахована страховой компанией СПАО «Ингосстрах», лицо застраховавшее ответственность должно отвечать только в случае недостаточности страхового возмещения, полагает надлежащим ответчиком СПАО «Ингосстрах».

Представитель третьего лица СПАО «Ингосстрах» ФИО6 в судебном заседании и в представленном письменном отзыве указал, что в удовлетворении исковых требований следует отказать. Между СПАО «Ингосстрах» и ОАО «РЖД» <данные изъяты> заключен договор на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности ОАО «РЖД», действующий в период с <данные изъяты> по <данные изъяты>. По условиям договора страхования обязанность страховщика по возмещению вреда возникает в случае: признанной страхователем претензии; на основании решения суда, установившего обязанность РЖД возместить ущерб; на основании иных документов, подтверждающих факт причинения ущерба в результате наступления страхового случая. На данный момент таких оснований не имеется, следовательно, не возникло и обязанности по выплате страхового возмещения. Ссылаясь на положения ст.ст.150, 151, 1079, 1100, 1101 ГК РФ, разъяснения Пленумов Верховного суда РФ, ст.56, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, указывает, что подлежат установлению и доказыванию характер физических и нравственных страданий с учётом индивидуальных особенностей потерпевших, и в случае установления судом оснований для взыскания морального вреда, полагает, что суммы возмещения подлежат кардинальному уменьшению (л.д.134-137).

Прокурор Золотницкий Э.Д. в своем заключении указал, что с учетом установленных в заседании обстоятельств, на основании положений ст.ст. 1079, 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, требования о компенсации морального вреда с ОАО «РЖД» подлежат удовлетворению, с учетом принципа разумности размер компенсации морального вреда подлежит уменьшению. Требования о взыскании расходов на погребение со СПАО «Ингосстрах» подлежат удовлетворению в полном объёме. Требования о взыскании компенсации морального вреда со СПАО «Ингосстрах» не подлежат удовлетворению. Расходы на госпошлину и судебные издержки подлежат взысканию пропорционально в разумных пределах.

Определением суда от 08.05.2018 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечен ФИО10 (л.д.110-111), который будучи извещенным о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, ходатайств и отзыва не представил.

Суд, руководствуясь ст.167 с учетом согласия сторон, определил рассмотреть гражданское дело в отсутствие третьего лица.

Заслушав истцов, представителей сторон, заключение прокурора, допросив свидетеля, изучив материалы гражданского дела, материалы проверки СК России, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено что <данные изъяты> около <данные изъяты> часов <данные изъяты> минут (время местное) на <данные изъяты> км <данные изъяты> пассажирским поездом №<данные изъяты> сообщением «<данные изъяты>» под управлением машиниста ФИО10 травмирован ФИО9, который от полученных травм скончался, что подтверждается материалами проверки, проведенной сотрудниками полиции и Следственного комитета России, и не оспаривается сторонами.

В соответствии со справкой ОЗАГС Сухоложского района причиной смерти ФИО9 явилась <данные изъяты>, сопутствующие обстоятельства: пешеход, пострадавший при столкновении с поездом дорожный несчастный случай (л.д.46).

Постановлением заместителя руководителя Свердловского следственного отдела на транспорте Уральского следственного управления на транспорте Следственного комитета РФ от <данные изъяты> отказано в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.105, ст.110, ч.4 ст.111 УК РФ по основанию, предусмотренному п.1 ч.1 ст.24 УПК РФ, то есть за отсутствием события преступления; также отказано в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступлений, предусмотренных ч.2 ст.263, ч.3 ст.263.1 УК РФ, по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, за отсутствием в деянии машиниста ФИО10 состава указанных преступлений. (л.д.24-25)

Указанные обстоятельства участниками судебного разбирательства не оспариваются и в силу ч.2 ст.68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации признаются судом установленными.

Также из материалов дела следует, что в соответствии с представленной копией свидетельства о заключении брака серии <данные изъяты> от <данные изъяты> истец ФИО1 являлась супругой умершего ФИО9 (л.д.19). Согласно свидетельству о рождении ФИО2 серии <данные изъяты> от <данные изъяты> (л.д.20), свидетельству о рождении ФИО3 серии <данные изъяты> от <данные изъяты> (л.д.21) ФИО9 является отцом указанных истцов.

Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Статья 1079 ГК РФ возлагает на юридических лиц и граждан, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения...), обязанность возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, при отсутствии доказательств с их стороны того, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

В соответствии с ч. 2 ст. 4 Федерального закона от 27.02.2003 № 29-ФЗ «Об особенностях управления и распоряжения имуществом железнодорожного транспорта», а также положениями Постановления Правительства РФ от 18.09.2003 № 585 «О создании ОАО «Российские железные дороги», имущество федерального железнодорожного транспорта принадлежит ОАО «Российские железные дороги» как единому хозяйствующему субъекту.

ОАО "РЖД" является владельцем инфраструктуры железнодорожного транспорта и железнодорожного подвижного состава, к которому относится и пассажирский поезд №<данные изъяты> сообщением «<данные изъяты>», что подтверждается материалами дела, в том числе результатами служебной проверки ОАО «РЖД», а также не оспаривается представителем ответчика ОАО «РЖД».

Компенсация морального вреда в силу ст. 1100 ГК РФ осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В абзаце втором пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что моральный вред может заключаться, в частности, в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объёма причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

Согласно разъяснениям п.32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» с учётом того, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечёт физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при разрешении спора о возмещении вреда жизни или здоровью, причиненного вследствие умысла потерпевшего, судам следует учитывать, что согласно пункту 1 статьи 1083 ГК РФ такой вред возмещению не подлежит.

Суду не представлено доказательств того, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 ГК РФ).

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

Из материалов проверки Следственного комитета России, в том числе из расшифровки данных средств объективного контроля локомотива, следует, что железнодорожное происшествие произошло в темное время суток <данные изъяты> в <данные изъяты> часов <данные изъяты> минут вне станции и иных объектов инфраструктуры ОАО «РЖД», имеющих оборудованные переходы пешеходов через железнодорожные пути, на <данные изъяты> км <данные изъяты>». Машинист поезда, обнаружив на путях человека, принял необходимые меры к тому, чтобы избежать тяжких последствий, - применил сигналы большой громкости, экстренное торможение для предотвращения наезда на человека, однако наезд предотвратить не удалось. До происшествия локомотив двигался с установленной для данного участка скоростью.

В соответствии с постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от <данные изъяты> причиной травмирования ФИО9 в железнодорожном происшествии явилось грубое нарушение пострадавшим «Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути», утвержденных Приказом Министерства транспорта Российской Федерации №18 от 08.02.2007, выразившееся в самовольном вхождении в габарит пути движущегося железнодорожного транспорта. Вины локомотивной бригады и иных лиц в травмировании ФИО9 не установлено. Выводы следствия подтверждаются объяснениями очевидцев происшествия машиниста ФИО10, дежурного помощника начальника вокзала станции Богданович ФИО11, дежурной по станции Богданович ФИО12

Наличие в действиях ФИО9 грубой неосторожности не оспаривалось сторонами судебного разбирательства и признаётся судом установленным. С учётом указанных выше нормативных положений, а также установленных в судебном заседании обстоятельств дела, суд не может признать обоснованными доводы представителя ответчика ОАО «РЖД» об отсутствии оснований для удовлетворения требований о взыскании компенсации морального вреда, ввиду отсутствия вины ответчика, а также грубой неосторожности самого потерпевшего.

Оценивая доводы сторон относительно наличия правовых оснований для взыскания компенсации морального вреда со страховщика СПАО «Ингосстрах», суд приходит к следующему.

Из буквального толкования условий, заключенного между ОАО «РЖД» и СПАО «Ингосстрах» договора от 14.09.2016 (л.д.27-31, 55-72, 158-175), согласно которому застрахована гражданская ответственность владельца инфраструктуры железнодорожного транспорта и перевозчика в связи с причинением вреда жизни, здоровью имущества выгодоприобретателей, следует, что застрахован риск гражданской ответственности страхователя по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда в течение действия договора, в том числе морального вреда лицам, которым в случае смерти потерпевшего Страхователь обязан компенсировать моральный вред (п.2.3 Договора).

При этом согласно п. 1.5 Договора от 14.09.2016, под понятием вред моральный по условиям договора понимается причинение выгодоприобретателю морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями страхователя, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, в случаях, если решением суда на страхователя возложена обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу п.2.4 договора, обязанность страховщика по выплате страхового возмещения может возникнуть на основании предъявленной страхователю претензии, признанной им добровольно, на основании решения суда, установившего обязанность страхователя возместить ущерб, причиненный им выгодоприобретателю, на основании иных документов, подтверждающих факт причинения ущерба выгодоприобретателям в результате наступления страхового случая, предусмотренного договором.

Пункт 8.1.1.3 договора также предусматривает, что в случае, если суд возложил на страхователя обязанность денежной компенсации морального вреда выгодоприобретателям, страховая выплата осуществляется страховщиком в размере: не более 100 000 руб. лицам, которым в случае смерти потерпевшего, страхователь по решению суда обязан компенсировать моральный вред. Выплата компенсации морального вреда этим лицам производится из общей суммы 100000 руб. в равных долях.

Так как истцы не обращались к СПАО «Ингосстрах», и ОАО «РЖД» не известило страховщика о причинении вреда истцам, не был составлен страховой акт и страховщику не были представлены необходимые документы для определения страхового случая и размера вреда, что установлено в судебном заседании, то нельзя говорить о том, что права истцов страховщиком были нарушены его виновными действиями. Указанные выводы не противоречат положениям ст. 931 Гражданского кодекса Российской Федерации.

С учётом изложенного на ответчика СПАО «Ингосстрах» не может быть возложена обязанность по прямому возмещению морального вреда истцам в порядке удовлетворения исковых требований. В то же время обязанность по выплате компенсации морального вреда на основании положений ст.ст.151, 1064, 1079 ГК РФ возлагается судом на непосредственного владельца источника повышенной опасности как причинителя вреда - ОАО «РЖД».

Учитывая установленные законом критерии, суд в каждом конкретном случае должен определить размер компенсации, способный уравновесить имущественную либо неимущественную потерю посредством уплаты потерпевшему денег в сумме, которая позволит в той или иной степени восполнить понесенную утрату.

В любом случае компенсация морального вреда должна отвечать цели, для достижения которой она установлена законом - компенсировать потерпевшему перенесенные им физические и (или) нравственные страдания.

В силу статей 67, 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из требований ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», устанавливающих критерии, которыми в первую очередь должен руководствоваться суд при определении размера компенсации морального вреда, и принимает во внимание фактические обстоятельства, при которых был травмирован истец, характер причиненных истцам нравственных страданий, наличие грубой неосторожности в действиях самого пострадавшего, а также учитывает требования разумности и справедливости.

Также суд учитывает и разъяснения п.32 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 о том, что при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Оценив пояснения истцов в судебном заседании в совокупности с иными представленными суду доказательствами, в том числе с показаниями свидетеля, суд полагает доказанным факт причинения смертью близкого человека нравственных страданий каждому из истцов, поскольку в судебном заседании установлено, что члены семьи, являющиеся истцами по настоящему спору, имели близкие семейные связи с погибшим, регулярно общались. Представленные в судебном заседании истцами доводы об испытанных ими нравственных потрясениях, шоке, вызванном внезапной смертью их близкого, ответчиками не опорочены, доказательств обратного не представлено.

Изучив представленные доказательства и обстоятельства дела, суд приходит к убеждению, что в результате смерти ФИО9 истцам причинены нравственные страдания, поскольку смерть родного и близкого человека является невосполнимой утратой, необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи. При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает, что истцы потеряли близкого родственника – супруга и отца, характер нравственных страданий, что смерть близкого человека нарушила сложившиеся семейные связи; в связи со смертью ФИО9 истцы утратили право на заботу с его стороны, на помощь и поддержку, при этом отсутствует возможность когда-либо восполнить эту утрату и восстановить в полной мере нарушенное право. Также суд учитывая обстоятельства транспортного происшествия, принимает во внимание обстоятельства гибели ФИО9, грубую неосторожность потерпевшего в причинении вреда и отсутствие вины владельца источника повышенной опасности. С учётом наличия в действиях потерпевшего грубой неосторожности, явившейся основной причиной происшествия, размер компенсации подлежит снижению.

Оценивая нравственные переживания истцов, исходя из установленных в судебном заседании индивидуальных особенностей участников производства по делу, и характера их взаимоотношений с погибшим, суд приходит к следующему.

Из пояснений участников процесса следует, что последний год до смерти ФИО9 большую часть времени проживал в принадлежащем его матери доме в <данные изъяты>, общался преимущественно с ФИО2 и её семьей, проживающими в том же населенном пункте, регулярно помогал последней воспитывать сына, навещал, что, по мнению суда, свидетельствует о более тесной эмоциональной связи ФИО2 с её отцом, более серьезном характере переживаний последней в сравнении с другими истцами. На протяжении последних лет ФИО9 не имел постоянного места работы, имел случайные заработки.

Также суд принимает во внимание, что из объяснения ФИО1 от <данные изъяты>, имеющегося в материале проверки <данные изъяты> которые были исследованы судом первой инстанции, погибший и его супруга последний год находились в плохих отношениях из-за постоянного злоупотребления ФИО9 спиртными напитками, супруга регулярно отправляла его на «перевоспитание» к матери в <данные изъяты>, проживали раздельно, общались в течение года в основном по телефону.

Поскольку такие объяснения истец давала при проверке обстоятельств гибели супруга, а не в рамках данного гражданского дела, где истец заинтересована в исходе рассмотрения спора о компенсации морального вреда, суд полагает, что такие объяснения в большей степени характеризуют действительные взаимоотношения в семье, чем те объяснения, которые даны истцами в судебном заседании, изложены в иске. Также суд учитывает, что доводы об ухудшении самочувствия ФИО1, связанном с гибелью супруга, какими-либо объективными данными не подтверждаются, сама истец пояснила, что за дополнительной медицинской помощью именно по этому поводу не обращалась. Между тем, доводы истицы о поддержании регулярных семейных отношений с супругом, вынужденном его преимущественном проживании в с<данные изъяты> в силу необходимости оказания помощи дочери с присмотром за ребенком, не опровергнуты ответчиками.

Из пояснений истца ФИО3, других истцов также следует, что последняя проживает отдельно от родителей, имеет свою семью, с отцом поддерживала родственный контакт в те периоды, когда он приезжал в <данные изъяты>, приходил в гости.

С учётом требований разумности и справедливости, а также указанных индивидуальных особенностей истцов, суд определяет к взысканию с ответчика ОАО «РЖД» компенсацию морального вреда в пользу ФИО2 в сумме <данные изъяты> руб., в пользу ФИО1 и ФИО3 – по <данные изъяты> руб. каждой.

Доводы представителя ответчика ОАО «РЖД» о том, что отсутствуют основания для возмещения расходов за погребение, поскольку отсутствует его вина в смерти ФИО9, суд не принимает во внимание, ввиду того, что они основаны на неправильном толковании норм материального права, поскольку в соответствии с требованиями абз. 3 п. 2 ст. 1083 ГК РФ вина потерпевшего не учитывается при возмещении расходов на погребение (ст. 1094 ГК РФ).

В обоснование несения указанных расходов предоставлена в оригинале квитанция-договор <данные изъяты> на ритуальные услуги от <данные изъяты> МАУ «Мемориал», согласно которой истцом ФИО1 понесены расходы на оплату указанных услуги в общей сумме <данные изъяты> руб. (л.д.26).

В то же время, с учётом положения ст. 931 Гражданского кодекса Российской Федерации и п. 8.1.1.2 упомянутого выше договора страхования гражданской ответственности от 14.09.2016, согласно которому в случае смерти потерпевшего в результате страхового случая лимит страхового возмещения по расходам на погребение лицом, понёсшим данные расходы составляет не более 25000 руб., а также наличия аналогичного условия в п. 1 ст. 17 Федерального закона от 14.06.2012 № 67-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности перевозчика за причинение вреда жизни, здоровью, имуществу пассажиров и о порядке возмещения такого вреда, причиненного при перевозках пассажиров метрополитеном», суд приходит к мнению, что имущественная обязанность по возмещению указанных расходов истцу должна быть возложена на обоих ответчиков.

При этом суд отмечает, что претензионного (досудебного порядка) о возмещении таких расходов указанный закон не содержит.

Таким образом, суд определяет к взысканию со страховщика СПАО «Ингосстрах» возмещение расходов истца на погребение в сумме <данные изъяты> руб., с ответчика ОАО «РЖД» в размере оставшейся разницы фактически понесённых расходов – <данные изъяты> руб.

С учетом положений ст. 94, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, п.21 Постановления Пленума ВС РФ от 21.01.2016 №1 с ответчика СПАО «Ингосстрах» в пользу истца ФИО1 подлежат взысканию расходы по оплате нотариальных услуг в сумме <данные изъяты> руб., которые признаются судом доказанными, понесенными по настоящему делу с учётом приобщения к материалам дела оригинала доверенности (л.д.15, 176).

Также на основании ст.98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика ОАО «РЖД» в пользу каждого из истцов подлежат взысканию понесенные последними расходы по оплате государственной пошлины в размере <данные изъяты> руб., а также расходы по оказанию нотариальных услуг: в пользу ФИО1 - в сумме <данные изъяты> руб., в пользу ФИО2, ФИО3 – в сумме <данные изъяты> руб. каждой.

В силу ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в доход бюджета городского округа Сухой Лог с ответчика ОАО «РЖД» подлежит взысканию государственная пошлина, исходя из удовлетворённых имущественных требований иска, от уплаты которой освобожден истец, в размере <данные изъяты> руб., с ответчика СПАО «Ингосстрах» - в сумме <данные изъяты> руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО7 <данные изъяты>, ФИО7 <данные изъяты>, ФИО7 <данные изъяты> удовлетворить частично.

Взыскать с открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в пользу ФИО7 <данные изъяты> компенсацию морального вреда в сумме <данные изъяты> руб., расходы на погребение – в сумме <данные изъяты> руб., судебные расходы по оплате нотариальных услуг - в размере <данные изъяты> руб., по оплате государственной пошлины – в сумме <данные изъяты> руб., всего взыскать <данные изъяты> руб.

Взыскать с открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в пользу ФИО7 <данные изъяты> компенсацию морального вреда в сумме <данные изъяты> руб., судебные расходы по оплате нотариальных услуг - в размере <данные изъяты> руб., судебные расходы по оплате государственной пошлины – в сумме <данные изъяты> руб., всего взыскать <данные изъяты> руб.

Взыскать с открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в пользу ФИО7 <данные изъяты> компенсацию морального вреда в сумме <данные изъяты> руб., судебные расходы по оплате нотариальных услуг - в размере <данные изъяты> руб., судебные расходы по оплате государственной пошлины – в сумме <данные изъяты> руб., всего взыскать <данные изъяты> руб.

Взыскать со страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» в пользу ФИО7 <данные изъяты> расходы на погребение – в сумме <данные изъяты> руб., судебные расходы по оплате нотариальных услуг - в размере <данные изъяты> руб., всего взыскать <данные изъяты> руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в доход бюджета городского округа Сухой Лог государственную пошлину в размере <данные изъяты> руб.

Взыскать со страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» в доход бюджета городского округа Сухой Лог государственную пошлину в размере <данные изъяты> руб.

Решение в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд с подачей жалобы через Сухоложский городской суд.

Решение изготовлено в печатном виде в окончательной форме 25 июня 2018 года.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Судья Сухоложского городского суда

Свердловской области В.А. Нестеров

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>