Решение № 2-196/2020 2-196/2020(2-3574/2019;)~М-3061/2019 2-3574/2019 М-3061/2019 от 18 февраля 2020 г. по делу № 2-196/2020

Дело № 2-196/2020

Поступило в суд 18.09.2019

54RS0001-01-2019-006524-27


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

19 февраля 2020 года г. Новосибирск

Дзержинский районный суд г. Новосибирска в составе:

Председательствующего судьи Катющик И.Ю.,

при секретаре Никитенко О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ГУФСИН России по Новосибирской области о признании незаконным увольнения, изменении формулировки, основания и даты увольнения, включении периода в выслугу лет для назначения пенсии

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском, в обоснование своих требований указав, что на основании контракта от 01.05.2018 года № 345 был назначен на должность начальника караула пожарной части 1 разряда ФКУ ИК №3 ГУФСИН по Новосибирской области. Приказом ГУФСИН по Новосибирской области от 16.07.2019 года № 281-лс был уволен по п. 14 ч.2 ст. 84 Федерального закона от 19.07.2018 года № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы». Основанием для увольнения послужило заключение о результатах служебной проверки от 28.06.2019 года, которым установлено совершение им дисциплинарного проступка в период с 12.02.2018 года по 12.05.2018 года.Приказом об увольнении от 16.07.2019 года № 281-лс период его содержания под стражей с 24.05.2019 года по 16.07.2019 года в выслугу лет для назначения пенсии не засчитан.

Истец полагает, что основанием для его увольнения является дисциплинарный проступок, при этом дисциплинарное взыскание в соответствии с ч. 7 ст. 52 Федерального закона от 19.07.2018 № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы»не может быть наложено на сотрудника по истечении шести месяцев со дня совершения дисциплинарного проступка, а по результатам ревизии или проверки финансово-хозяйственной деятельности - по истечении двух лет со дня совершения дисциплинарного проступка.

На основании изложенного истец просил признать незаконным его увольнение с должности начальника караула пожарной части 1 разряда ФКУ ИК №3 ГУФСИН по Новосибирской области» с 16.07.2019 года по п. 14 ч. 2 ст. 84 Федерального закона от 19.07.2018 № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», изменить формулировку основания его увольнения на «увольнение по собственному желанию», изменить дату увольнения на дату вынесения решения судом, обязать ГУФСИН по Новосибирской области включить период с 24.05.2019 года по 16.07.2019 года в выслугу лет для назначения пенсии истцу.

Истец ФИО1, его представитель ФИО2 в судебном заседании заявленные требования поддержали, доводы, изложенные в исковом заявлении, подтвердили. Пояснили, что ответчиком не соблюден срок привлечения истца к дисциплинарной ответственности, что является безусловным основанием для признания увольнения ФИО1 незаконным. В настоящее время ФИО1 не признан виновным, поэтому срок нахождения под стражей необходимо включить в стаж для назначения пенсии.

Представитель ответчика – ФИО3 в судебном заседании требования не признала, поддержала доводы письменного отзыва (л.д. 23-27) и дополнений к нему (л.д. 79-80). Дополнительно пояснила, что истец не был привлечен к дисциплинарной ответственности за совершение проступка, а был уволен по самостоятельному основанию, которым является нарушение условий контракта.

Представитель третьего лица ФКУ ИК №3 ГУФСИН по Новосибирской области – ФИО4 возражала относительно удовлетворения исковых требований. Пояснила, что пронос и передача запрещенных предметов на территорию учреждения для осужденных и вступление во внеслужебную связь с осужденными является грубым нарушением условий контракта и не может быть отнесено к дисциплинарным проступкам.

Суд, выслушав участников процесса, исследовав письменные материалы дела, считает, что заявленный иск подлежит оставлению без удовлетворения по следующим основаниям.

Порядок прохождения службы в органах и учреждениях исполнения наказаний регулируется Законом РФ от 21.07.1993 года№ 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», Федеральным законом от 19.07.2018 года № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», Положением о службе в органах внутренних дел РФ, утвержденным Постановлением Верховного Совета РФ от 23.12.1992 года№ 4202-1 (далее Положение), действие которого распространяется на лиц, проходящих службу в указанных органах.

Нормы Трудового кодексаРоссийской Федерации применяются к правоотношениям, возникшим при прохождении службы в органах внутренних дел, в случаях, предусмотренных специальными правовыми актами либо тогда, когда эти правоотношения не урегулированы ими и требуется применение норм трудового законодательства по аналогии.

Как следует из материалов дела и установлено судом, с 20.02.2012 года ФИО1 проходил службу в уголовно-исполнительной системе (л.д. 81-87). 12.04.2012 года им принята Присяга сотрудника органов внутренних дел Российской Федерации (л.д. 88).

01.05.2013 года между ним и лица ФКУ ИК №3 ГУФСИН по Новосибирской области был заключен контракт, которым истец назначен на должность начальника караула пожарной части 1 разряда в ФКУ ИК №3 ГУФСИН по Новосибирской области на 5 лет (л.д. 83-85).

01.05.2018 года между ним и ГУФСИН по Новосибирской области был заключен контракт № 345, которым истец назначен на должность начальника караула пожарной части 1 разряда в ФКУ ИК №3 ГУФСИН по Новосибирской области на 5 лет (л.д. 28). Пунктом 6.5 данного контракта предусмотрены случаи, при которых сотрудник подлежит увольнению за нарушение условий контракта, а именно: вступление, попытка вступления во внеслужебную связь с осужденными, подозреваемыми, обвиняемыми; проноса или попытке проноса на территорию учреждения запрещенных предметов, вещей, продуктов питания, предусмотренных правилами внутреннего распорядка и другие.

23.05.2019 года следственным отделом по Первомайскому району г. Новосибирска следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Новосибирской области в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 290 Уголовного кодекса Российской Федерации. Как следует из постановления старшего следователя следственного отдела по Первомайскому отделу г. Новосибирска от 23.05.2019 года, в период с 12.02.2018 года по 12.05.2018 года истец, являясь должностным лицом, получил от осужденного взятку в виде денежных средств за передачу осужденному запрещенных предметов – двух сим-карт оператора «Теле2» (комплектующие к средствам связи), наушников от мобильного телефона (л.д. 55-56).

Постановлением Первомайского районного суда г. Новосибирска от 24.05.2019 года ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 2 месяца (л.д. 57-59).

Организация и проведение служебных проверок в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации предусмотрены Инструкцией об организации и проведении служебных проверок в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, утвержденной Приказом ФСИН России от 12.04.2012 года № 198, пунктом 2 которой предусмотрено, что служебные проверки проводятся в случае возбуждения в отношении сотрудника уголовного дела или дела об административном правонарушении в целях устранения причин и условий, приведших к совершению им преступления или административного правонарушения.

В соответствии с пунктом 3 указанной Инструкции решение о проведении проверки принимается начальниками территориальных органов ФСИН России - в отношении сотрудников соответствующего территориального органа ФСИН России и подведомственных ему учреждений УИС.

Приказом № 248 от 07.06.2019 года начальником ФКУ ИК №3 ГУФСИН по Новосибирской области назначена комиссия по проведению служебная проверка в срок до 17.06.2019 года в целях установления факта получения денежных средств сумме 19 600 рублей начальником караула пожарной части ФКУ ИК №3 ГУФСИН России по Новосибирской области» капитаном внутренней службы ФИО1 за доставку запрещенных предметов (двух сим-карт) и продуктов питания осужденному А.П. (л.д. 53-54).

Основанием для проведения служебной проверки являлся рапорт оперуполномоченного оперативного отдела ФКУ ИК №3 ГУФСИН по Новосибирской области от 28.05.2019 года, а также указание первого заместителя начальника ГУФСИН по Новосибирской области от 20.05.2019 года, рассмотренные начальником ФКУ ИК №3 ГУФСИН по Новосибирской области с назначением проверки приказом от 07.06.2019 года. Ранее служебная проверка назначена быть не могла, поскольку обвинение ФИО1 в совершении преступления было предъявлено 23.05.2019 года, о факте совершения противоправных действий ни начальнику ГУФСИН по Новосибирской области, ни начальнику ФКУ ИК №3 ГУФСИН по Новосибирской области ранее не доводилось.

Заключением о результатах служебной проверки от 28.06.2019 года (л.д. 35-39) установлено вступление во внеслужебную связь начальника караула пожарной части 1-го разряда ФКУ ИК-3 ГУФСИН России по Новосибирской области капитана внутренней службы ФИО1 и осужденного А.П., выразившееся в том, что ФИО1 лично получил от осужденного А.П. взятку в виде денежных средств за совершение незаконных действий; факт получения денежных средств за пронос и передачу запрещенных предметов на территорию учреждения стал возможен в результате предательства интересов службы и невыполнения условий пп. 1 п. 6.5 контракта о службе в органах уголовно-исполнительной системы со стороны ФИО1

Таким образом, в заключении служебной проверки установлены обстоятельства, послужившие основанием к увольнению ФИО1, приведены доказательства, свидетельствующие о нарушении истцом условий контракта.

Приказом от 16.07.2019 года № 281-лс начальника ГУФСИН по Новосибирской области истец был уволен из уголовно-исполнительной системы с должности начальника караула пожарной части 1 разряда ФКУ ИК №3 ГУФСИН по Новосибирской области по пункту 14 части 2 статьи 84 Федерального закона от 19.07.2018 № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» (в связи с нарушением условий контракта сотрудником) с 16.07.2019 года (л.д. 34).

Основанием для увольнения послужило заключение о результатах служебной проверки от 28.06.2019 года, постановление Первомайского районного суда г. Новосибирска об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу от 24.05.2019 года

До вынесения приказа об увольнении в отношении ФИО1 было вынесено представление об увольнении, утвержденное врио начальника ФКУ ИК №3 ГУФСИН по Новосибирской области (л.д. 68). От подписи в представлении ФИО1 отказался, что подтверждается актом от 11.07.2019 года, составленным кадровым подразделением в присутствии сотрудников ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН по Новосибирской области в месте проведения беседы (л.д. 69).

16.07.2019 года истцу (ФИО5 для ФИО1) был направлен приказ об увольнении № 281-лс из уголовно-исполнительной системы с письмом, в котором содержалась просьба о прибытии ФИО1 или его представителя в отдел кадров ГУФСИН России по Новосибирской области для получения трудовой книжки (л.д. 40). Согласно квитанции и отчету об отслеживании почтовое отправление было получено адресатом 20.08.2019 года (л.д. 41,42).

Наделяя критической оценкой довод стороны истца о нарушении ответчиком сроков увольнения за совершение дисциплинарного проступка, суд руководствуется правовой позицией, многократно закрепленной в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации, согласно которой законодатель, определяя правовой статус сотрудников, проходящих службу в органах внутренних дел, вправе устанавливать для этой категории граждан особые требования и особые обязанности, обусловленные задачами, принципами организации и функционирования органов внутренних дел, а также специфическим характером деятельности указанных лиц (Постановления от 06.06.1995 г. № 7-П, от 18.03.2004 г. № 6-П и от 21.03.2014 г. № 7-П; Определения от 21.12.2004 г. № 460-О, от 16.04.2009 г. № 566-О-О и от 25.11.2010 г. № 1547-О-О).

Граждане, добровольно избирая такого рода деятельность, в свою очередь, соглашаются с ограничениями, которые обусловливаются приобретаемым ими правовым статусом, а потому установление особых правил прохождения государственной службы, включая правоохранительную службу, и требований к избравшим ее лицам само по себе не может рассматриваться как нарушение закрепленных ст. ст. 32 (ч. 4) и 37 (ч. 1) Конституции Российской Федерации права на равный доступ к государственной службе и права свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

Данные правовые позиции носят общий характер и в равной мере применимы к гражданам, проходящим службу в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, на которых на основании ч. 1 ст. 21 Федерального закона от 21.07.1998 года№ 117-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в законодательные акты Российской Федерации в связи с реформированием уголовно-исполнительной системы» до принятия федерального закона о службе в уголовно-исполнительной системе распространено действие Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации.

Таким образом, законодатель вправе, действуя в рамках своей дискреции, установить специальные основания прекращения служебных отношений с теми сотрудниками, которые допускают нарушения условий контракта о прохождении службы в уголовно-исполнительной системе и, по мнению суда, со стороны работодателя имелись основания для увольнения истца по п. «д» ч. 1 ст. 58 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации в связи с нарушением условий контракта с целью исключения из органов лиц, ненадлежащим образом исполняющих свои обязанности, что будет способствовать выполнению возложенных на учреждение и органы конституционно значимых функций.

Доводы стороны истца о том, что увольнение ФИО1 является незаконным, так как дисциплинарное взыскание в виде увольнения наложено на него по истечении шести месяцев со дня совершения дисциплинарного проступка, основаны на неверном толковании и применении норм права к спорным правоотношениям. Соответственно, не может приниматься во внимание и довод о том, что ответчиком пропущен срок привлечения к дисциплинарной ответственности, предусмотренный ч. 7 ст. 52 Федерального закона от 19.07.2018 № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», поскольку пункт «д» части первой статьи 58 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, предусматривая возможность увольнения сотрудника уголовно-исполнительной системы со службы в связи с нарушением им условий контракта, направлен на исключение из кадрового состава учреждений и органов уголовно-исполнительной системы лиц, ненадлежащим образом исполняющих свои обязанности, что в конечном счете способствует выполнению возложенных на данные учреждения и органы конституционно значимых функций.

Аналогичная позиция изложена и в пункте 14 части 2 статьи 84 Федерального закона от 19.07.2018 № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», закрепляющем, что контракт может быть расторгнут, а сотрудник может быть уволен со службы в уголовно-исполнительной системе в связи с нарушением им условий контракта.

Как любое соглашение, контракт о прохождении службы в уголовно-исполнительной системе предполагает неукоснительное соблюдение его положений, возлагающих на сотрудника обязательства проходить службу на условиях, установленных законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации о службе в уголовно-исполнительной системе, а также непосредственно положениями контракта, соблюдать Присягу и правила внутреннего распорядка, честно и добросовестно выполнять все предусмотренные ими требования, а также предусмотренные по занимаемой штатной должности обязанности.

Как следует из пункта 17.4 Инструкции о порядке применения Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, утвержденной Приказом Минюста России от 06.06.2005 года № 76 в приказе об увольнении сотрудника после ссылки на пункт «д» статьи 58 Положения указывается, какой стороной было допущено нарушение условий контракта.

В ходе рассмотрения дела установлено, что со стороны ФИО1 допущено нарушение условий служебного контракта, в том числе ряда подпунктов пункта 5, согласно которым он взял на себя обязанность служить по контракту на условиях, установленных законодательными иными нормативными правовыми актами Российской федерации о службе в уголовно-исполнительной системе, и контрактом, соблюдать требования, установленные законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации о службе в уголовно-исполнительной системе, Присягу, внутренний распорядок, честно и добросовестно выполнять предусмотренные по занимаемой штатной должности обязанности, нести ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за ненадлежащее выполнение возложенных на него обязательств.

Из системного толкования положений ст. 52 и п. 3 ст. 15 Федерального закона от 19.07.2018 № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» следует, что требования, установленные п. 7 ст. 52 вышеуказанного закона применяются при привлечении к ответственности сотрудников уголовно-исполнительной системы за нарушение служебной дисциплины в соответствии со ст. 47, 49 – 51 закона.

ФИО1 уволен со службы в уголовно-исполнительной системе в связи с нарушением им условий контракта (пункт 14 части 2 статьи 84 Федерального закона от 19.07.2018 № 197-ФЗ), а не в связи с нарушением служебной дисциплины (ст. 49 указанного закона), влекущим наложение дисциплинарного взыскания в порядке ст. 52 Федерального закона от 19.07.2018 № 197-ФЗ.

Следовательно, оснований полагать, что увольнение ФИО1 было произведено без соблюдения разумных сроков прекращения служебных отношений, т.е. по истечении чрезмерно продолжительного периода времени с момента вступления во внеслужебную связь с осужденным, установленного по результатам служебной проверки, послужившего поводом к увольнению по пункту «д» части первой статьи 58 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, не имеется.

Как верно указывает представитель ответчика, поскольку контрактом от 01.05.2018 года было предусмотрено увольнение за нарушение его условий в случае вступления, попытки вступления во внеслужебную связь с осужденными, подозреваемыми, обвиняемыми, то основание увольнения ФИО1 не может быть поставлено в зависимость от момента совершения им действий, рассматриваемых в качестве нарушения условий контракта. Доказательств того, что о вступлении в нерегламентированные уголовно-исполнительным законодательством взаимоотношения с осужденным и о грубом нарушении истцом должностных обязанностей ответчику было ранее известно, суду не представлено.

Таким образом, оспариваемое истцом основание увольнения не может рассматриваться как неправомерное и не соответствующее требованиям закона, увольнение ФИО1 является законным и обоснованным, произведено с соблюдением требований действующего законодательства и нормативных документов, регламентирующих порядок прохождения службы в органах уголовно-исполнительной системы, правовых оснований для признания незаконным увольнения суд не усматривает.

Суд также не соглашается с доводами истца об обязании работодателя изменить формулировку увольнения и уволить истца по собственному желанию.

В соответствии с п. 17.15. Инструкции о порядке применения Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, если имеются основания для применения двух и более формулировок увольнения положительно аттестуемого сотрудника, с его согласия указывается та из них, которая дает право на получение наибольших гарантий и компенсаций.

В соответствии с п. 17.19 вышеуказанной Инструкции после издания приказов об увольнении сотрудников основания такого увольнения изменению не подлежат, если при этом не были допущены нарушения законодательных и иных нормативных правовых актов Российской Федерации и не вскрыты новые обстоятельства, связанные с увольнением.

Учитывая, что истец был уволен за нарушение контракта, что свидетельствует об отрицательном мотиве увольнения, с рапортом об увольнении по собственному желанию ФИО1 не обращался, о чем указал в ходе рассмотрения дела, принимая во внимание отсутствии каких-либо нарушений со стороны ответчика, допущенных в ходе процедуры увольнения, суд приходит к выводу об отсутствии у истца права выбора основания увольнения и изменения даты увольнения на дату вынесения судом решения.

31 мая 2019 года приказом начальника ГУФСИН по Новосибирской области № 214-лс ФИО1 был отстранен от исполнения служебных обязанностей с 24.05.2019 года на основании рапорта от 29.05.2019 года, приостановлена выплата денежного довольствия с 24.05.2019 года до освобождения ФИО1 из-под стражи (л.д.29-30). Период содержания истца под стражей с 24.05.2019 года по 16.07.2019 года в выслугу лет не засчитан, выслуга лет на 23.05.2019 года составила в календарном исчислении 15 лет 10 месяцев 16 дней, в льготном исчислении 19 лет 05 месяцев 14 дней.

Полагая, что в указанный период проходил службу в учреждении уголовно-исполнительной системы, истец просил обязать ГУФСИН России по Новосибирской области включить данный период в выслугу лет для назначения пенсии.

Сотрудники органов внутренних дел, имеющие специальный правовой статус, обеспечиваются пенсиями в соответствии с Законом Российской Федерации от 12.02.1993 года № 4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей», предусматривающим установление им пенсии за выслугу лет. Законодатель в части первой статьи 18 названного Закона закрепил правило о включении в выслугу лет для назначения пенсии помимо службы в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы засчитывается время отбывания наказания и содержания под стражей военнослужащих, лиц рядового и начальствующего состава, необоснованно привлеченных к уголовной ответственности или репрессированных и впоследствии реабилитированных.

Действительно, при рассмотрении настоящего гражданского дела сведений о привлечении истца к уголовной ответственности не представлено. Вместе с тем, вышеприведенные нормы содержат четкие требования к видам службы сотрудников органов внутренних дел, включаемым в выслугу лет для назначения пенсии, и не допускают возможности включения в выслугу лет сотрудника органов внутренних дел периода обоснованного отстранения его от должности в рамках уголовного преследования. В настоящее время документов, свидетельствующих о необоснованном привлечении истца к уголовной ответственности, в материалах дела не содержится. Более того, с 24.05.2019 года истец был отстранен от исполнения служебных обязанностей на основании приказа начальника ГУФСИН по Новосибирской области. Приравнивание же периода содержания под стражей с 24.05.2019 года по 16.07.2019 годак прохождению службы в органах внутренних дел, на чем настаивает истец, противоречит цели исчисления выслуги - назначению пенсии в связи с осуществлением профессиональной деятельности в органах внутренних дел.В случаеустановления необоснованногопривлечения к уголовной ответственности в будущем, истец не лишен права на пересчет выслуги лет для назначения пенсии.

Следовательно, указанное время не может засчитываться в выслугу лет, так как не является периодом прохождения службы.При таких обстоятельствах,правовых оснований для включения в выслугу лет для назначения пенсии ФИО1 периодасодержания под стражей имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ,

р е ш и л:

Иск ФИО1 к ГУФСИН России по Новосибирской области о признании незаконным увольнения, изменении формулировки, основания и даты увольнения, включении периода в выслугу лет для назначения пенсии оставить без удовлетворения в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в течение одного месяца со дня, следующего за днем изготовления решения в окончательной форме, черезДзержинский районный суд г. Новосибирска.

Решение в окончательной форме изготовлено 27 февраля 2020 года.

Судья: подпись

Копия верна:

Подлинник решения находится в материалах гражданского дела № 2-196/2020 Дзержинского районного суда г. Новосибирска.

Судья И.Ю.Катющик