Решение № 2-886/2023 2-886/2023~М-443/2023 М-443/2023 от 8 ноября 2023 г. по делу № 2-886/2023

Дело № 2-886/2023


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

9 ноября 2023 года

Заднепровский районный суд города Смоленска

в лице председательствующего судьи Осипова А.А.,

при ведении протокола помощником судьи Ковалевой О.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании договоров недействительными, взыскании 7245380 руб. в возврат уплаченного по договорам, 1335134 руб. 96 коп. в качестве процентов за неправомерное удержание денежных средств,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском о признании недействительными заключенных с ФИО2 договоров о доверительном размещении денежных средств от 15.09.2020 и от 07.03.2021, взыскании с ФИО2 в качестве неосновательного обогащения 7670422 руб.

При этом истец в обоснование этих требований привела следующие обстоятельства.

Заключив с ответчиком 15 сентября 2020 года договор о доверительном размещении средств, она передала ей в доверительное управление 1200000 руб., а перед заключением нового такого же договора, 4 марта 2021 года, перечислила ответчику еще 8000000 руб.

В связи с тем, что ответчик возвратил 400000 руб., они 10 марта 2021 года заключили дополнительное соглашение, которым изменили общую сумму переданных ответчику средств до 8800000 руб.

Впоследствии выяснилось, что ответчик, не являясь индивидуальным предпринимателем, не имела законного права осуществлять деятельность, направленную на доверительное управление чужими денежными средствами.

В соответствии с действующим законодательством заниматься доверительным управлением может только профессиональный участник рынка ценных бумаг - юридическое лицо, получившее лицензию. Деньги не могут быть самостоятельным объектом доверительного управления (т.1 л.д. 3-5).

Впоследствии истец неоднократно изменяла, уточняла иск.

Сначала дополнительно предъявил требование о взыскании с ФИО2 983495 руб. 22 коп. в качестве процентов за неправомерное удержание чужих денежных средств (т.1 л.д. 119-121).

Затем ФИО1 изменила фактическое основание иска. Поддерживая требования о признании вышеупомянутых договоров недействительными, взыскании всего уплаченного и невозвращенного по этим договорам и процентов за неправомерное удержание чужих денежных средств, она привела следующие обстоятельства.

Ответчик постоянно убеждала ее в том, что игра на фондовом рынке идет успешно и в подтверждение этих слов периодически выплачивала ей, истцу, проценты, якобы, с полученной прибыли, чем вводила истца в заблуждение относительно реального положения дел. На самом деле с момента получения от истца указанной денежной суммы ответчик не получала никакой прибыли при осуществлении финансовых операций, несла лишь убытки, что усматривается из выписки из брокерского счета.

По мнению истца, ответчик изначально с момента заключения договоров имела умысел, направленный на завладение денежными средствами путем обмана и злоупотребления доверием. В общей сложности ответчик возвратила (периодическими платежами) 1954620 руб. (т.3 л.д. 35-39).

В судебном заседании представитель извещенной о месте и времени проведения судебного разбирательства и не явившейся в суд истца ФИО1 ФИО3 иск поддержал, вышеприведенные доводы, включая доводы о заключения оспариваемых договоров путем обмана, подтвердил.

Представитель извещенной о данном судебном разбирательстве и также не явившейся в суд ответчика ФИО2 ФИО4 иск не признал.

Подтвердив факт получения ответчиком от истца указанной в иске денежной суммы, представитель ФИО4 дал объяснения, из которых следует, что истец денежные средства передавала добровольно, была осведомлена о целях использования денег. Изначально стороны договорились об управлении ответчиком этими денежными средствами с целью извлечения прибыли на мировых финансовых рынках, в частности, на валютном рынке FOREX и американском фондовом рынке в интересах истца. Ответчик обязалась выплачивать истцу и фактически выплачивала часть полученной прибыли. Рынок FOREX - рынок межбанковского обмена валют по свободным ценам, не является валютной биржей или иной официальной площадкой, в связи с чем положения о судебной защите к возникшим правоотношениям не применяются.

Также представитель ответчика утверждал, что все маржинальные сделки с иностранной валютой на рынке FOREX, при которых оговариваются суммы сделок, а игра на рынке ведется только на разнице курсов, являются игровой деятельностью. Такие операции аналогичны операциям с расчетными форвардами, которые рассматриваются как сделки пари.

После того, как истец привела новые обстоятельства в обоснование исковых требований и, по сути, изменила основание иска, представитель ответчика, отрицая утверждение о том, что истец была обманута ответчиком, дополнительно привел следующие доводы.

Истец не отрицает, что денежные средства направлены ответчику, а последним на торговую площадку в сети «Интернет», о которой упоминалось в договорах. Причинно-следственная связь между заблуждением истца и переводами денежных средств отсутствует. Заключенные договоры были основаны на сделках с курсами иностранной валюты, получении прибыли истцом при покупке/продаже иностранной валюты, которая зависела от последующего изменения курса валюты, что изначально предполагало риск вложения денежных средств в соответствующие сделки, получение прибыли по которым носило вероятностный характер.

Кроме того представитель ответчика заявил о пропуске истцом срока исковой давности.

Заслушав объяснения представителей сторон, исследовав письменные материалы дела, суд не обнаруживает достаточных оснований для удовлетворения заявленных ФИО1 требований.

В соответствии с пунктом 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

В силу пункта 2 статьи 178 ГК РФ при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

При этом согласно пункту 3 статьи 178 ГК РФ заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 настоящего Кодекса (пункт 6 статьи 178 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 статьи 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман (абзац третий пункта 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Граждансокго кодекса Российской Федерации»).

Пунктом 2 статьи 167 ГК РФ предусмотрено, что при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно пункту 1 статьи 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

В ходе судебного разбирательства установлено, что стороны 15 сентября 2020 года заключили договор доверительного размещения средств №7, в соответствии с которым ФИО1 поручила ФИО2 управление денежными средствами в сумме 1200000 руб. на доверительной основе, что должно было заключаться в их диверсифицированном размещении от имени ФИО1 с целью получения максимально возможного дохода, подлежащего распределению между сторонами в пропорции 40% (ФИО2) и 60% (ФИО1).

Договором со сроком действия в три года предусмотрено, что управление финансовыми средствами должно осуществляться с целью торговли на финансовых рынках.

В этот же день, 15 сентября 2020 года, истец перечислила на банковский счет ответчика 1200000 руб.

7 марта 2021 года стороны еще один договор аналогичного содержания, предусматривающий управление денежными средствами в размере 9200000 руб., а перед этим, 4 марта 2021 года, истец дополнительно перечислила ответчику 8000000 руб.

10 марта 2021 года стороны заключили дополнительное соглашение к вышеуказанному договору от 07.03.2021, предусматривающее, что ФИО1 поручает ФИО2 доверительное управление 8800000 руб., в этот же день ФИО2 возвратила ФИО1 400000 руб.

26 октября 2021 года стороны заключили еще одно дополнительное соглашение к договору от 07.03.2021, предусмотрев срок действия договора до 7 марта 2025 года.

Данные обстоятельства подтверждаются объяснениями представителей сторон, письменными материалами дела, включая копии упомянутых договоров, соглашений, платежных поручений (т.1 л.д. 30-34, 41-42, 44-45, 52-64).

Также из объяснений сторон и письменных материалов дела (т.3 л.д. 42-69) следует, что в период с апреля 2021 года по январь 2023 года ответчик во исполнение договорных обязательств осуществила 34 перевода денежных средств.

Согласно части 1 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В силу части 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (часть 2 статьи 56 ГПК РФ).

С учетом вышеприведенных положений Закона на истца была возложена обязанность по доказыванию обстоятельств, свидетельствующих о ее заблуждении либо обмане со стороны со стороны ответчика при заключении оспариваемых сделок.

Между тем, истец, ее представитель не представили каких-либо доказательств того, что при заключении сделок истец настолько существенно заблуждалась, что разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Истец и ее представитель не указали, относительно каких существенных обстоятельств при заключении сделок истец заблуждалась.

Нельзя не учитывать, что истец перечислила денежные средства для использования их в операциях на валютном рынке, где существует вероятность недополучить прибыль или понести убытки от операций из-за изменчивости соотношения валют.

Не доказано истцом, ее представителем также и то, что сделки истцом были совершены под влиянием прямого обмана со стороны ответчика либо имело место умолчание со стороны ответчика относительно каких-либо обстоятельств, о которых ФИО2 должна была сообщить при той добросовестности, какая от нее требовалась по условиям оборота.

Истец, ее представитель не представили доказательств того, что ответчик вводила истца в заблуждение относительно результатов операций на валютном рынке с использованием перечисленных по указанным договорам денежных средств. Как выше указано, представитель ответчика это отрицает.

Истцом не доказан умысел ответчика на совершение обмана.

Как следует из письменных материалов дела и не отрицается представителем истца, переданные истцом ответчику денежные средства сразу были зачислены на брокерский счет ответчика, в последующем не все совершаемые ответчиком операции носили отрицательный характер, некоторые из них приносили прибыль.

Кроме того следует иметь в виду, что те обстоятельства относительно неуспешности игры на валютном рынке, которые ответчик, якобы, скрывала от истца, по словам представителя истца, имели место уже после заключения договора от 15.09.2020, т.е. невозможно утверждать о том, что они могли бы повлиять на принятие истцом решения относительно совершения этой сделки.

Заслуживают внимания также доводы представителя ответчика о пропуске истцом срока исковой давности.

Согласно пункту 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной составляет один год. Течение срока исковой давности в этом случае начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых она совершена (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

С учетом вышеприведенных доводов истца течение годичного срока исковой давности в любом случае началось не позднее сентября 2020 года, когда перечисленные денежные средства ответчиком начали использоваться при совершении операций при покупке, продаже иностранных валюты, и при этом были как положительные результаты таких операций, так и отрицательные.

Истец имела право запрашивать у ответчика информацию о результате «управления денежными средствами», как то предусмотрено пунктом 2.2.2 заключенного сторонами договора.

Представитель ответчика отрицает, что истец запрашивала у ответчика информацию о результатах управления денежными до 2023 года, т.е. в 2020 и 2021 годах, и представителем истца таких доказательств не представлено.

Исковое заявление представителем истца в суд отправлено по почте лишь 24 февраля 2023 года (л.д. 68), т.е. по истечении срока исковой давности.

Обстоятельств, в связи с которыми которых причины пропуска срока исковой давности на основании статьи 205 ГК РФ можно было восстановить, суду не приведено, соответствующих доказательств не представлено.

В силу абзаца второго пункта 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

Принимая во внимание вышеизложенное и руководствуясь ст. ст. 194, 195, 197, 198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Отказать в удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2 о признании договоров недействительными, взыскании 7245380 руб. в возврат уплаченного по договорам, 1335134 руб. 96 коп. в качестве процентов за неправомерное удержание денежных средств.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Смоленский областной суд через районный суд в течение месяца.

ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ