Решение № 2-2-143/2025 2-2-8/2026 2-2-8/2026(2-2-143/2025;)~М-2-129/2025 М-2-129/2025 от 22 января 2026 г. по делу № 2-2-143/2025

Дело (УИД) №69RS0006-03-2025-000216-71 производство № 2-2- 8/ 2026


Решение

Именем Российской Федерации

16 января 2026 года пгт. Фирово

Вышневолоцкий межрайонный суд Тверской области, постоянное судебное присутствие в пгт.Фирово Фировского района Тверской области

в составе председательствующего судьи Костецкой Н.А.,

при секретаре Александровой И.В.,

с участием истца ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения квартиры от 05 ноября 2024 года, применении последствий недействительности сделки,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании недействительным договора дарения квартиры от 05 ноября 2024 года, применении последствий недействительности сделки в виде прекращения права собственности ФИО1 на квартиру с кадастровым № площадью 39,5 кв.м, расположенную по <адрес>

В обоснование заявленных требований указано, что в конце 2024 года ФИО2, являющийся зятем истца, сказал, что собирается с семьей уезжать из района и просил присмотреть за его квартирой № по <адрес> Истец подумал, что это значит, оплачивать коммунальные платежи, так как больше ничего не может делать, так как имеет инвалидность по зрению, зрение отсутствует полностью уже около десяти лет. И при таких условиях согласился, ничего больше они не обговаривали.

ФИО2 сказал, что для этого нужно обратиться в МФЦ. Истец с ним 05 ноября 2024 года пришел, в МФЦ. Там ему направили ручку для подписи, так как он совсем ничего не видит и он поставил подписи в нескольких местах. Что за документы он подписал ему тогда не было известно, ему их никто не зачитал.

Уже потом, когда ему пришло налоговое уведомление об оплате налога за получение в собственность безвозмездно недвижимого имущества (квартиры) ФИО2 сказал, что он подписал договор дарения, ему показалось это лучший способ присматривать за квартирой, тем более они в родственных связях.

При этом ФИО2 истцу квартиру № по <адрес> не передал, продолжал в ней проживать, пользоваться ею. Они передумали уезжать.

Кроме того, из-за своего физического недостатка я не мог ознакомится с содержанием сделки, полагая, что они разбираются с оплатой коммунальных услуг по квартире.

Истец в судебном заседании исковые требования поддержал по основаниям изложенным в иске, пояснил, что узнал о том с ним был заключен договор дарения квартиры только после получения уведомления налоговой инспекции о необходимости оплатить налог на доходы физических лиц. Поскольку он не желает оплачивать указанный налог, он и обратился в суд с настоящим иском.

Ответчик ФИО2 исковые требования поддержал, не явился в судебное заседание, ходатайствовал о рассмотрении дела без своего участия.

Третье лицо Управление Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Тверской области извещено надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, не направило своего представителя для участия в судебном заседании без уважительной причины.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд счел возможным рассмотреть дело без участия неявившихся лиц.

Исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено и подтверждается копией договора дарения, сведениями ЕГРН, что что 05 ноября 2024 года между ФИО2 (даритель) и ФИО1 (одаряемый) был заключен договор дарения квартиры общей площадью 39,5 кв.м с кадастровым № расположенной по <адрес>

Право собственности истца в отношении вышеуказанной квартиры возникшее на основании договора дарения от 05 ноября 2025 года было зарегистрировано в установленном законом порядке 06 ноября 2024 года.

Свидетель Свидетель №1 в судебном заседании пояснила что в 2024 году, точно месяц не помнит к ней обратился ФИО2 с просьбой оказать помощь в составлении договора дарения квартиры. Квартира расположенная по <адрес> принадлежала ФИО2 на праве собственности. ФИО2 сообщил ей, что желает подарить указанную квартиру своему тестю- ФИО1. На его просьбу помочь в составлении договора в письменном виде она согласилась, при этом сказала что для заключения данного договора необходима явка каждой из сторон а именно, дарителя и одаряемого. Через некоторое время, осенью того же года к ней пришли ФИО2 и ФИО1. Во время обсуждения с ними условий договора, речь шла именно о договоре дарения. ФИО1 участвовал в обсуждении условий договора дарения, и сам предложил внести в условия договора пункт о том что после его смерти квартира должна перейти в собственность ФИО2. В связи с поступившей просьбой ФИО1 она внесла в договор дарения квартиры заключаемый между ФИО2 и ФИО3 пункт о том, что Даритель вправе отменить дарение если переживет Одаряемого. После составления ею указанного договора дарения квартиры стороны договора ознакомились с ним, подписали и отправились в МФЦ для осуществления регистрации перехода права собственности в ЕГРН. При обсуждении условий договора никаких возражений со стороны ФИО1 не поступало, он понимал о том что заключает с ФИО2 именно договор дарения квартиры.

Свидетель Свидетель №2 сообщила что она работает в должности главного специалиста Фировского филиала ГАУ «МФЦ». В ноябре 2024 года к ней на прием в МФЦ пришли ФИО2 и ФИО1. Целью их визита являлось получение услуги- государственной регистрации права собственности ФИО1 на квартиру на основании заключенного между ФИО2 и ФИО1 договора дарения от 05.11.2024 года. ФИО2 и ФИО1 пришли вдвоем, одновременно, с готовыми документами, подписали предложенную им форму заявления, с которой предварительно ознакомились, сдали документы и ушли. По ее мнению ФИО1 вел себя спокойно, понимал с какой целью он находится в МФЦ, никаких возражений и замечаний от него по поводу регистрации права собственности на квартиру а также по поводу представленных им и ФИО2 для государственной регистрации права документов, в том числе договора дарения, от ФИО1 не поступало.

Согласно справок наркологического и психиатрического кабинетов ГБУЗ Фировская ЦРБ, ФИО1 на учетах у врача нарколога и врача психиатра не состоит.

Согласно справке МСЭ№ ФИО1 с 04.10.2007 года является инвалидом первой группы бессрочно, причина инвалидности общее заболевание, инвалидность по зрению.

Согласно выписного эпикриза № основной диагноз больного ФИО1: <данные изъяты>

При рассмотрении данного дела судом было предложено ФИО1 разрешить вопрос о проведении в отношении него судебной психолого-психиатрической экспертизы. На данное предложение ФИО1 ответил отказом.

Пунктом 2 статьи 218Пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно статье 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу с абзаца 2 пункта 1 статьи 574 Гражданского кодекса Российской Федерации передача дара осуществляется посредством его вручения, символической передачи (вручение ключей и т.п.) либо вручения правоустанавливающих документов.

Как усматривается из материалов дела, согласно пункту 7.2 договора факт передачи имущества от дарителя к одаряемому и принятия имущества последним подтверждается подписанием настоящего договора и не требует дополнительного подписания акта приема-передачи имущества.

Согласно статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Разъясняя эту правовую норму, Пленум Верховного Суда Российской Федерации указывает, что по смыслу данной статьи при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (пункт 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

В связи с этим в качестве элемента, имеющего ключевое значение для признания того или иного юридически значимого акта сделкой, закон и судебная практика принимают не столько истинную волю лица, составляющую внутреннюю, субъективную сторону, сколько внешнее проявление воли лица - волеизъявление, непосредственно порождающее определенные гражданско-правовые последствия.

Вопросы об истинной воле лица, о ее отличии от волеизъявления, равно как и о свободном характере ее формирования возникают только в строго определенных законом случаях, являющихся основаниями для признания заключенной лицом сделки недействительной в связи с теми или иными пороками воли или волеизъявления (недееспособность стороны, совершение сделки под влиянием заблуждения, обмана, насилия или угрозы либо неблагоприятных обстоятельств и прочее).

При этом в большинстве приведенных в законе случаев указанные пороки являются основанием не ничтожности, а оспоримости совершенных сделок, то есть эти пороки таковы, что законодатель допускает их оспаривание только ограниченным кругом лиц (стороной такой сделки или иным лицом, поименованным в законе) в исковом порядке в течение ограниченного срока исковой давности (статья 166, пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В настоящем деле ФИО1 в качестве оснований исковых требований о признании сделки недействительной ссылается на совершение их под влиянием заблуждения, а так же на нарушение формы договора подпись в котором по его мнению в силу положений ч.3 ст.160 ГК РФ должна была быть засвидетельствована нотариусом поскольку он является инвалидом 1 группы по зрению а отсутствие зрения, препятствовало ему ознакомиться с текстом договора.

Защиту прав лиц, чья действительная воля при совершении сделки была искажена под влиянием заблуждения, обеспечивает статья 178 Гражданского кодекса Российской Федерации (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 22 апреля 2014 г. N 751-О, от 28 февраля 2019 г. N 338-О и др.).

В соответствии с пунктом 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Таким образом, не всякое заблуждение признается пороком сделки, а лишь существенное, то есть при отсутствии которого сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку вовсе.

Раскрывая понятие существенности заблуждения, законодатель в пункте 2 данной статьи приводит неисчерпывающий (открытый) перечень обстоятельств, заблуждение относительно которых полагает существенным, заслуживающим при наличии прочих предпосылок являться основанием для признания сделки оспоримой (недействительной), а в пункте 3 статьи устанавливает, что заблуждение относительно мотивов сделки (обстоятельств, характеризующих ее основной мотив) таким основанием не считает.

Вопрос о том, является ли заблуждение существенным, подлежит исследованию в каждом конкретном деле.

Заблуждение относительно правовых последствий сделки, наравне с заблуждением относительно ее мотивов, не является основанием для признания ее недействительной по статье 178 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Другим пороком воли закон определяет совершение сделки гражданином, не способным понимать значение своих действий и руководить ими (статья 177 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Так, для признания сделки, совершенной гражданином, недействительной по правилам пункта 1 указанной статьи этому гражданину (либо иному лицу, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате совершения сделки) необходимо доказать только то, что в момент ее совершения он находился в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.

Бремя доказывания соответствующих обстоятельств, однако, в соответствии с общими правилами доказывания в гражданском процессе возлагается на истца (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

При этом особенным средством доказывания в таких делах выступает заключение судебной экспертизы.

Для разрешения вопроса о фактической способности лица в определенный момент (при совершении юридически значимого действия) понимать значение своих действий и руководить ими, по общему правилу требуются специальные познания, которыми суд не располагает.

В таких случаях правом суда, закрепленным статьей 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и в то же время его обязанностью, вытекающей из задач гражданского судопроизводства, являются назначение и проведение судебной экспертизы с привлечением экспертов в соответствующих областях.

В ходе рассмотрения дела на предложение суда истцу разрешить вопрос о проведении в отношении него судебной психолого-психиатрической экспертизы истец ответил отказом, при этом в нарушение ст. 56 ГПК РФ истец не представил иных доказательств, свидетельствующих о том, что он в момент подписания и совершения действий по подаче договора дарения на регистрацию спорной недвижимости, не отдавал отчет своим действиям и не мог руководить ими.

Так же истцом не приведено доказательств того, что при подписании договора дарения недвижимого имущества от 05 ноября 2024 года он не осознавал в полной мере совершаемых действий, что его заболевание и наличие инвалидности 1 группы по зрению, затрудняло ориентированность в практических вопросах, делали невозможным должное восприятие сути содержания сделки и понимание ее правовых последствий.

При этом доводы истца о том что он заблуждался относительно того какой договор заключает опровергается показаниями свидетеля Свидетель №1, пояснившей что при обсуждении условий договора дарения при подготовке его в письменном виде истец присутствовал лично, активно участвовал в обсуждении и лично предложил внести в договор дарения пункт предусматривающий переход права собственности на указанную квартиру к дарителю в случае смерти одаряемого.

Так же доводы истца в указанной части опровергаются показаниями свидетеля Свидетель №2 пояснившей что истец лично явился в МФЦ вместе с ответчиком, представил документы необходимые для государственной регистрации его права собственности на квартиру полученную в дар от ФИО2.

Не доверять показаниям указанных свидетелей у суда нет оснований, поскольку их показания не противоречат материалам дела, а также они не являются заинтересованными в исходе дела лицами.

Кроме того суд учитывает действия ФИО1 по исполнению спорного договора и реализации его прав как нового собственника в том числе его действия направленные на государственную регистрацию права собственности на квартиру полученную в дар. Более года ни ФИО1 ни ФИО2 сделку не оспаривали. Непосредственно факт проживания ФИО2 в спорном жилом помещении после заключения договора дарения не свидетельствует о том, что квартира не была передана им ФИО1 в порядке, предусмотренном положениями статьи 574 Гражданского кодекса Российской Федерации. Возможность проживания бывшего собственника в квартире после её отчуждения и передачи новому владельцу законом не запрещена. В силу пункта 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе передавать другим лицам, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом.

Согласно ч.3 ст.160 ГК РФ если гражданин вследствие физического недостатка, болезни или неграмотности не может собственноручно подписаться, то по его просьбе сделку может подписать другой гражданин. Подпись последнего должна быть засвидетельствована нотариусом либо другим должностным лицом, имеющим право совершать такое нотариальное действие, с указанием причин, в силу которых совершающий сделку не мог подписать ее собственноручно.

Истцом в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ не представлены доказательства объективно подтверждающие отсутствие у него возможности в силу болезни собственноручно подписать спорный договор дарения, а так же доказательства подтверждающие что он обращался с просьбой о подписании договора другим гражданином и ему в этой просьбе было отказано, либо что договор был подписан другим гражданином без его согласия.

При этом суд так же учитывает что мотивом обращения с настоящим иском явилось стремление истца избежать исполнения возникшей у него обязанности по уплате предусмотренного ст. 228 НК РФ налога на доходы физических лиц в связи с получением в дар объекта недвижимости, что подтверждается пояснениями самого истца, сообщившего что после получения налогового уведомления о необходимости оплатить НДФЛ в связи с получением квартиры в дар, он решил обратиться в суд, так как указанный налог оплачивать не желает.

С учетом вышеизложенного суд приходит к выводу что спорный договор дарения заключен истцом и ответчиком добровольно, условия договора были между сторонами согласованы. Договор дарения породил именно те права и обязанности сторон, которые соответствуют его содержанию и намерениям сторон при заключении и исполнении сделки, в связи с чем оснований для применения ст. 170, 178 ГК РФ не имеется, в связи с чем суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1.

На основании изложенного, руководствуясь ст.194-198 ГПК РФ, суд

решил:

исковое заявление ФИО1 <данные изъяты> в удовлетворении иска к ФИО2 <данные изъяты> о признании недействительным договора дарения квартиры от 05 ноября 2024 года с кадастровым № площадью 39,5 кв.м, расположенной по <адрес>, применении последствий недействительности сделки с отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тверской областной суд в течение месяца со дня принятия в окончательной форме, путем подачи жалобы через Вышневолоцкий межрайонный суд Тверской области (Постоянное судебное присутствие в пгт. Фирово Фировского района Тверской области).

Судья Н.А. Костецкая

Решение принято в окончательной форме 23 января 2026 года.

Судья Н.А. Костецкая